Дата принятия: 16 июня 2020г.
Номер документа: 33-625/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 июня 2020 года Дело N 33-625/2020
16 июня 2020 года Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего Колокольцева Ю.А.,
судей Сергейчика И.М., Котихиной А.В.,
при секретаре Гроцер Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Котихиной А.В. гражданское дело по апелляционным жалобам ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница", Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. на решение Боровичского районного суда Новгородской области от 24 декабря 2019 года по иску Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. к Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения "Боровичская центральная районная больница" о компенсации морального вреда и взыскании расходов на погребение,
установила:
Петрова Н.И. и Петров Д.Л. обратились в суд с иском к ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1500000 руб. и расходов на погребение в размере 39619 руб. - в пользу Петровой Н.И., взыскании компенсации морального вреда в сумме 1200000 руб. в пользу Петрова Д.Л. В обоснование заявленных требований указали, что 12 февраля 2016 года Петров Л.П., приходившийся супругом Петровой Н.И. и отцом Петрову Д.Л., был госпитализирован в ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" с диагнозом "перелом правой надколенной чашечки" и подвергнут оперативному лечению, после которого его состояние резко ухудшилось. Полагают, что дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи, проведение операции в отсутствие профилактических мероприятий для предотвращения развития тромбоэмболических осложнений, оказали влияние на развитие неблагоприятного исхода заболевания. В результате смерти Петрова Л.П. истцам были причинены глубокие нравственные страдания, переживания от невосполнимой утраты близкого человека, а Петровой Н.И. также убытки, связанные с организацией похорон.
Решением Боровичского районного суда Новгородской области от 24 декабря 2019 года иск Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. удовлетворены частично. С ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" в пользу Петровой Н.И. в счет компенсации морального вреда взысканы денежные средства в размере 300000 руб., в пользу Петрова Д.Л. - 200000 руб. Также с ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" в пользу Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. взысканы расходы по оплате государственной пошлины по 300 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в пользу Петровой Н.И. 5000 руб. и Петрова Д.Л. - 7000 руб. В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказано.
Не согласившись с законностью судебного акта, ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" подало апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение, указывая, что имевшиеся дефекты оказания медицинской помощи Петрову Л.П. не находятся в причинной связи с наступлением его смерти, что исключает гражданско-правовую ответственность медицинского учреждения.
Петрова Н.И. и Петров Д.Л. также подали апелляционную жалобу, ссылаясь на наличие прямой причинной связи между некачественным оказанием медицинской помощи Петрову Л.П. и его смертью, неправильное определение судом размера расходов по оплате услуг представителя и незаконное отклонение требования о взыскании расходов по оплате судебной экспертизы.
Истцами и прокурором поданы возражения на апелляционные жалобы.
В силу ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и поступивших возражений и заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Жуковой Е.С., судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 41 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются одним из принадлежащих гражданину от рождения неотчуждаемых и непередаваемых иным способом нематериальных благ.
В силу ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. (ч.1 ст.1068 Гражданского кодекса РФ).
В соответствии с абзацем 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Петров Л.П. с 08 сентября 1976 года состоял в зарегистрированном браке с Петровой Н.И. и приходится отцом Петрову Д.Л.
Судом также установлено, что 12 февраля 2016 года Петров Л.П., 12 декабря 1946 года рождения, был госпитализирован в ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" с диагнозом "закрытый оскольчатый перелом правого надколенника со смещением". На момент госпитализации Петров Л.П. являлся инвалидом второй группы в связи с заболеванием сердечно - сосудистой системы, страдал сахарным диабетом 2 типа, что отражено в его медицинской карте.
19 февраля 2016 года врачами ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" Петрову Л.П. была проведена операция с применением локального метода обезболивания (спинальной анестезии). После оперативного вмешательства состояние Петрова Л.П. резко ухудшилось, в связи с чем он был переведен из травматологического в реанимационное отделение, где находился до 21 часа и был переведен в травматологическое отделение для дальнейшего лечения и наблюдения под контроль персонала. 20 февраля 2016 года в 07 часов утра констатирована смерть Петрова Л.П.
Согласно медицинскому свидетельству о смерти и справке о смерти N<...> от 20.02.2016 года причинами смерти Петрова Л.П. явились тромбоэмболия легочной артерии и постинфарктный кардиосклероз.
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы N<...> от 07 августа 2017 года, назначенной межрайонным следственным отделом СУ по Новгородской области СК РФ, смерть Петрова Л.П. наступила от тромбоэмболии (закупорки свертками крови) ствола легочной артерии и ее ветвей, осложнившейся развитием острой сердечно-сосудистой недостаточности.
При оценке оказанной пациенту в ГОБУЗ "Боровичская ЦРБ" медицинской помощи экспертами установлены следующие дефекты: не проведена оценка степени риска тромбоэмболии; не выполнена ультразвуковая диагностика вен нижних конечностей; не проведена оценка свертывающей системы крови до операции; профилактика тромбоэмболических осложнений проведена лишь после проведения операции; больной переведен из отделения интенсивной терапии преждевременно, без проведения должной терапии тромбоэмболических осложнений. Клинические данные, данные рентгенологического исследования свидетельствовали о необходимости сопоставления отломков правого надколенника и восстановления целостности собственной связки правого надколенника, что возможно в условиях проведения оперативного лечения. Однако в данном случае операцию не следовало проводить в экстренном или срочном порядке без предварительной подготовки, оценки опасности и профилактики тромбоэмболии. Проведение операции без вышеуказанных мероприятий увеличило риск возникновения неблагоприятного исхода. Несмотря на наличие записей в карте лечения стационарного больного Петрова Л.П. об отсутствии абсолютных противопоказаний к проведению операции, учитывая анамнестические данные, перед проведением оперативного вмешательства требовалось обязательное проведение профилактических мероприятии для предотвращения развития тромбоэмболических осложнений. При оказании Петрову Л.П. медицинской помощи в ГОБУЗ "Боровичская ЦРБ" имели место следующие недостатки: не выполнена ультразвуковая диагностика вен нижних конечностей в дооперационный период, не исследована свертывающая система крови до операции; поздно проведена профилактика тромбоэмболических осложнений, что не соответствовало требованиям клинических рекомендаций (протоколов лечения) "Профилактика тромбоэмболических синдромов. ГОСТ Р 56377-2015 Национальный стандарт РФ", утвержденных приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 31.03.2015 N 201-ст.; некачественно оформлена медицинская документация (пометки о состоянии больного в дневниковых записях выполнены неразборчивым почерком, в листе назначений отсутствуют указания о назначении режима пребывания при переводе из травматологического отделения 19.02.2016 в 21 час.); не проведены: профилактика тромбоэмболических осложнений в травматологическом отделении, полноценная терапия тромбоэмболии легочной артерии в отделении реанимации и интенсивной терапии. Выявленные при оказании медицинской помощи Петрову Л.П. в ГОБУЗ "Боровичская ЦРБ" недостатки (дефекты) оказали влияние на развитие неблагоприятного исхода.
По результатам дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы (заключение эксперта N <...> от 18.03.2019 года) экспертами сделаны аналогичные выводы, при этом отмечено, что выявленные при оказании медицинской помощи Петрову Л.П. в ГОБУЗ "Боровичская ЦРБ" недостатки (дефекты обследования и медицинской тактики) оказали влияние на развитие неблагоприятного исхода, однако отсутствие данных о состоянии вен нижних конечностей, строении тромба, не позволяют комиссии экспертов обоснованно доказать прямую причинно-следственную связь дефектов оказания медицинской помощи Петрову Л.П. с развитием неблагоприятного исхода (тромбоэмболических осложнений и наступления смерти).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы N<...> от 21 ноября 2019 года, выполненной экспертами Санкт-Петербургского ГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы", причиной смерти Петрова Л.П., <...> года рождения, явилась массивная тромбоэмболия основного ствола легочной артерии, развившаяся на фоне течения гипертонической болезни в сочетании с распространенным атеросклерозом, ишемической болезни сердца с распространенным атеросклеротическим и постинфарктным кардиосклерозом, сахарного диабета (клинически) и ожирения, проведения оперативного вмешательства под спинномозговой анестезией, варикозной болезни вен нижних конечностей (клинически), осложнившаяся развитием отека головного мозга, развитию сердечнососудистой и дыхательной недостаточностью, декомпенсацией сердечной деятельности и наступлением смерти. Тромбоэмболия основного ствола легочной артерии, наиболее вероятно, явилась проявлением декомпенсации сердечной деятельности и развилась на фоне течения гипертонической болезни, проявившейся артериолосклеротическим нефросклерозом в сочетании с распространенным атеросклерозом с преимущественным поражением аорты, коронарных и церебральных артерий с формированием множественных фиброзных, атероматозных и обызвествленных атеросклеротических бляшек в их стенках, проявившемся распространенным атеросклеротическим и обширным постинфарктным кардиосклерозом.
При оказании медицинской помощи Петрову Л.П. в ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" с 12 февраля 2016 г. по 20 февраля 2016 г. комиссией экспертов были выявлены дефекты: план лечения составлен неконкретно (не указано, какие именно планируется провести обследования, рентгенографию какой именно области и в скольких проекциях планируется выполнить); при поступлении 12 февраля 2016 г. не проведена электрокардиография (выполнена только 15 февраля 2016 г.), что было показано в связи с наличием у пациента ишемической болезни сердца и инфаркта миокарда в анамнезе; при поступлении 12 февраля 2016 г. не проведена консультация терапевта или кардиолога (выполнена консультация терапевта только 16.02.2016 г.), что было показано в связи с наличием у пациента гипертонической болезни, ишемической болезни сердца и инфаркта миокарда в анамнезе; не дана трактовка описанным в записи совместного осмотра лечащего врача и заведующего отделением от 15 февраля 2016 г. проявлениям заторможенности и дезориентации (в осмотре до и после пациент в ясном сознании, ориентирован во времени и пространстве); не произведена оценка степени риска венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) до выполнения оперативного вмешательства; у данного пациента высокий риск по шкале Carpini (учитывая возраст свыше 40 лет, наличие ожирения, варикозного расширения вен нижних конечностей, выполнение оперативного вмешательства под спинномозговой анестезией, потребность в иммобилизации правой нижней конечности); не проведена ультразвуковая диагностика состояния вен нижних конечностей с целью выявления флотирующих тромбов в глубоких венах нижних конечностей, не описано состояние вен нижних конечностей при внешнем осмотре перед операцией, что было показано с учетом высокого риска развития ВТЭО; не проводилась предоперационная профилактика тромбообразования низкомолекулярными гепаринами в профилактических дозировках, за сутки или за 2 часа перед операцией, и в течение недели (а лучше двух недель) после нее, что было показано с учетом высокого риска развития ВТЭО; не применялась компрессия нижних конечностей компрессионным бельем (чулками) или бинтованием нижних конечностей (эластичными бинтами) перед операцией с целью профилактики тромбообразования, что было показано с учетом высокого риска развития ВТЭО; не проведена оценка свертывающей системы крови до операции, что было показано в связи с высоким риском ВТЭО; преждевременный перевод из отделения реанимации и интенсивной терапии 19 февраля 2016 г. после купирования пароксизма фибрилляции предсердий и восстановления синусового ритма сердца: подобный перевод допустим только при трактовке причины развития вышеуказанного состояния и на фоне проведения антикоагулятной терапии низкомолекулярными гепаринами с целью профилактики тромбоэмболических осложнений в травматологическом отделении и проведении оценки состояния вен нижних конечностей (компрессионная допплерография вен нижних конечностей) и при постоянном наблюдении за пациентом; в дневнике наблюдения не указано время остановки сердца 20 февраля 2016 г. (указано только в посмертном эпикризе - 06:30), соответственно, не отмечено время начала проведения мероприятий сердечно-легочной реанимации; отсутствует хронология и полное описание клинической картины развившегося терминального состояния, не был вызван дежурный реаниматолог для решения вопроса о транспортировке пациента в отделение реанимации и интенсивной терапии для проведения интубации трахеи и комплекса мероприятий сердечно-легочной реанимации; несоблюдение протокола оказания мероприятий по сердечно-легочной реанимации: не вводился Адреналин, что является обязательным, не вводился Гепарин, что является обязательным, применение Преднизолона и Баралгина во время проведения мероприятий сердечно-легочной реанимации (обычно данные лекарственные средства не используются).
С учетом выявленных дефектов оказания медицинской помощи лечение ФИО5 проведено в не полном объеме, не являлось полностью обоснованным и своевременным, не было адекватным состоянию пациента и не соответствовало современной общепринятой тактике ведения пациентов с подобными патологиями, а также требованиям "Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "Травматология и ортопедия", утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012г. N 901н и "Порядка оказания анестезиолого - реанимационной помощи взрослому населению", утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012г. N 919н, положениям рекомендаций по проведению реанимационных мероприятий Европейского совета по реанимации (пересмотр 2015 г.).
Выявленные дефекты оказания медицинской помощи Петрова Л.П. в ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" (в виде непроизведения до выполнения оперативного вмешательства оценки степени риска венозных тромбоэмболических осложнений и предоперационной профилактики тромбообразования низкомолекулярными гепаринами и компрессии нижних конечностей, а также несоблюдение протокола оказания мероприятий по сердечно-легочной реанимации) не явились причиной развития тромбоэмболии легочной артерии и не повлияли на закономерности течения вышеуказанного заболевания, завершившегося наступлением смерти. Однако, данные дефекты не позволили предотвратить и остановить развитие клинических проявлений заболевания и снизили шансы Петрова Л.П. на благоприятный исход, который, в данном случае, отчасти зависел от своевременности и адекватности медицинской помощи, следовательно, в своей совокупности состоят в причинно-следственной связи с наступлением его смерти, которая не носит прямого характера.
Остальные дефекты не привели к ухудшению состояния Петрова Л.П., не явились причиной и не повлияли на развитие тромбоэмболии легочной артерии, следовательно, в причинно-следственной связи (в том числе прямой) с наступлением смерти не состоят.
Частично удовлетворяя требования Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. и возлагая на ГОБУЗ "Боровичская ЦРБ" обязанность по компенсации истцам морального вреда, причиненного смертью супруга и отца, суд первой инстанции правомерно применил положения ст. ст. 1064, 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, и исходил из того, что между дефектами оказания медицинской помощи (в виде непроизведения до выполнения оперативного вмешательства оценки степени риска венозных тромбоэмболических осложнений и предоперационной профилактики тромбообразования низкомолекулярными гепаринами и компрессии нижних конечностей, а также несоблюдение протокола оказания мероприятий по сердечно-легочной реанимации) и наступившей смертью Петрова Л.П. присутствует причинно-следственная связь, которая не носит прямого характера.
Выражая несогласие с решением суда, в апелляционных жалобах истцы оспаривают выводы судебно-медицинской экспертизы, ссылаясь на наличие прямой причинной связи между некачественным оказанием медицинской помощи и неблагоприятным исходом заболевания Петрова Л.П., ответчик - на отсутствие причинной связи, исключающее гражданско-правовую ответственность медицинского учреждения.
Между тем, судебная коллегия не усматривает оснований согласиться с доводами апеллянтов.
Так, проанализировав содержание заключения, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судебно-медицинская экспертиза была назначена, проведена и оценена судом в соответствии с требованиями процессуального законодательства, предмет экспертного исследования отвечает предмету иска. Эксперты, проводившие исследование, имеют квалификацию и образование, необходимые для производства данного вида работ, предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 Уголовного кодекса РФ. Экспертное заключение выполнено по правилам ст. ст. 85, 86 ГПК РФ, содержит подробную исследовательскую часть, ответы на поставленные вопросы даны в пределах компетенции судебных экспертов, их выводы изложены определенно, не допускают неоднозначного толкования и не противоречат совокупности исследованных по делу доказательств.
Оценивая выводы суда в части определения размера подлежащих взысканию сумм компенсации морального вреда, судебная коллегия не находит оснований для их переоценки, поскольку они в полной мере отвечают правилам ст. 1101 Гражданского кодекса РФ. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции учел конкретные обстоятельства дела, характер и степень страданий, причиненных каждому из истцов, принял во внимание факт совместного проживания Петровой Н.И. с Петровым Л.П., а также ведения супругами общего хозяйства.
Размер компенсации морального вреда определенный судом в размере 300000 руб. в пользу Петровой Н.И. и 200000 руб. - в пользу Петрова Д.Л. судебная коллегия полагает соответствующим принципам разумности и справедливости, при этом несогласие истцов с данным размером не является основанием для изменения решения и не свидетельствует о несоразмерности взысканных сумм компенсации.
В то же время, проверяя оспариваемое решение по доводам апелляционной жалобы истцов в части взыскания судебных расходов, судебная коллегия находит их заслуживающими внимания.
В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст.94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.
На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы; в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу приведенных норм судебные расходы присуждаются стороне, которая их понесла, с проигравшей спор стороны.
Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Признав требования о взыскании расходов по оплате услуг представителя обоснованными и взыскивая в пользу Петровой Н.И. 5000 руб., а в пользу Петрова Д.Л. - 7000 руб., суд исходил из категории сложности дела, фактического объема оказанной юридической помощи, принципов разумности и справедливости, а также учел, что представитель представлял интересы обоих истцов, позиция которых по иску идентична.
Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в указанной части.
Так, ссылка на одновременное представление интересов нескольких лиц, как критерий для снижения расходов по оплате услуг представителя, является ошибочной, поскольку такая позиция нарушает право стороны, получившей добросовестное представление и защиту своих интересов в судебном процессе, на полное возмещение понесенных судебных расходов.
В силу разъяснений, содержащихся в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 21 января 2016 года "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", если несколько лиц, участвующих в деле на одной стороне, вели дело через одного представителя, расходы на оплату его услуг подлежат возмещению по общим правилам части 1 статьи 100 ГПК РФ, статьи 112 КАС РФ, части 2 статьи 110 АПК РФ в соответствии с фактически понесенными расходами каждого из них.
Из представленных материалов усматривается, что в рамках гражданского дела истцам были оказаны услуги, связанные с составлением искового заявления, иных заявлений и процессуальных документов, представлением интересов в суде.
Судебная коллегия полагает, что в данном случае исходя из фактических обстоятельств дела, категории спора, его сложности, а также принимая во внимание объем проделанной представителем работы, сумма по оплате услуг представителя в заявленном Петровым Д.Л. размере - 20000 руб. отвечает требованиям разумности и справедливости.
В свою очередь, учитывая, что Петровой Н.И. было заявлено несколько самостоятельных требований, одно из которых (о компенсации морального вреда) удовлетворено, судебная коллегия полагает необходимым определить к взысканию в ее пользу расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 руб.
Не может согласиться судебная коллегия и с выводами суда относительно отсутствия правовых оснований для взыскания в пользу Петрова Д.Л. и Петровой Н.И. расходов по оплате экспертизы, поскольку единственное неимущественное требование заявленное Петровым Д.Л. (о компенсации морального вреда) и охватываемое экспертным исследованием, удовлетворено по праву, исковые требования Петровой Н.И. удовлетворены частично.
При таких обстоятельствах, решение Боровичского районного суда Новгородской области от 24 декабря 2019 года подлежит изменению, с увеличением расходов по оплате услуг представителя, взысканных с ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" в пользу Петровой Н.И. до 10000 руб., в пользу Петрова Д.Л. - до 20000 руб.
Также надлежит дополнить резолютивную часть абзацем о взыскании с ответчика расходов, связанных с проведением судебной экспертизы, в пользу Петрова Д.Л. в размере 34500 руб., в пользу Петровой Н.И. - 17250 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.327-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Боровичского районного суда Новгородской области от 24 декабря 2019 года изменить, увеличив размер расходов по оплате услуг представителя, взысканных с ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" в пользу Петровой Н.И. до 10000 руб., в пользу Петрова Д.Л. - до 20000 руб.
Дополнить резолютивную часть решения абзацем о взыскании с ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница" в пользу Петрова Д.Л. расходов по оплате судебной экспертизы в размере 34500 руб., в пользу Петровой Н.И. - 17250 руб.
В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционные жалобы ГОБУЗ "Боровичская центральная районная больница", Петровой Н.И. и Петрова Д.Л. - без удовлетворения.
Председательствующий Колокольцев Ю.А.
Судьи Сергейчик И.М.
Котихина А.В.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
