Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 27 января 2020 года №33-6036/2019, 33-274/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 января 2020 года Дело N 33-274/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего судьи Комиссаровой Л. К.,
судей Нестеровой Л. В., Уряднова С. Н.,
при секретаре Ивановой Т. Л.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Андреева В. Л. к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике- Чувашии и др. о взыскании убытков и др., поступившее по апелляционной жалобе Андреева В. Л. на решение Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 11 ноября 2019 года.
Заслушав доклад судьи Нестеровой Л. В., выслушав объяснения представителя Андреева В. Л.- Иванова М. А., поддержавшего апелляционную жалобу, представителя Федеральной службы судебных приставов и Управления Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике- Чувашии- Федоровой Т. Ю., судебного пристава- исполнителя- Айкиной М. В., возражавших против ее удовлетворения, судебная коллегия
установила:
Андреев В. Л. обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов ( далее также- Федеральная служба) и Управлению Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике- Чувашии ( далее также- Управление), в котором просил взыскать с Федеральной службы судебных приставов убытки в размере 40200000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 234005 рублей.
Требования мотивировал тем, что определением суда от 12 января 2018 года, вступившим в законную силу, утверждено мировое соглашение, заключенное между ним ( истцом) и обществом с ограниченной ответственностью " Оргтехстрой" ( далее также- Общество). В соответствии с ним Общество обязалось выплатить до 1 июня 2018 года ему ( Андрееву В. Л.) денежную сумму в размере 36200000 рублей, а в случае просрочки данного платежа- штраф в размере 4000000 рублей.
Однако Общество добровольно данные обязательства не исполнило, а межрайонный отдел судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств Управления ( далее также- Межрайонный отдел), в котором с 6 февраля 2019 года находится исполнительный документ, от принятия действенных мер, направленных на принудительное исполнение определения суда об утверждении мирового соглашения, уклоняется.
В частности должнику на праве собственности принадлежат квартиры, разные транспортные средства и строительная техника. Следовательно, судебный пристав- исполнитель должен был установить на все имущество Общества, включая его лицевые счета в банках, обременение и приступить к реализации данного имущества, что сделано не было. Более того, в исполнительном производстве и вовсе отсутствуют сведения о строительной технике, используемой должником, в том числе переданной в аренду, лизинг.
Эти обстоятельства свидетельствуют о незаконном бездействии пристава- исполнителя, в результате чего ему ( истцу) причинены убытки, а также моральный вред, т. к. действия ( бездействие) пристава- исполнителя привели к утрате уверенности в прямом действии Конституции Российской Федерации, направленной на защиту как его ( Андреева В. Л.) интересов, так и прав, свобод и законных интересов его ( истца) несовершеннолетнего сына.
Поскольку в спорной ситуации за вред, причиненный гражданину незаконными действиями ( бездействием) судебного пристава- исполнителя ответственность несет главный распорядитель бюджетных средств, то вышеуказанные денежные суммы подлежат взысканию с Федеральной службы.
В судебном заседании представитель Андреева В. Л. требования поддержал.
Представитель Федеральной службы и Управления, третье лицо- судебный пристав- исполнитель- Айкина М. В. иск не признали, ссылаясь на необоснованность.
Андреев В. Л., представители третьих лиц- Общества, Межрайонного отдела, Федерального казначейства в судебное заседание не явились.
Судом принято указанное решение, которым постановлено в удовлетворении исковых требований Андреева В. Л. к Российской Федерации в лице Федеральной службы, к Управлению о взыскании убытков в размере 40200000 рублей, компенсации морального вреда в размере 234005 рублей отказать.
Это решение обжаловано истцом, который по мотивам незаконности и необоснованности просит его отменить, удовлетворив требования в полном объеме.
Изучив дело, рассмотрев его в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив эти доводы, признав возможным рассмотрение дела в отсутствие остальных лиц, участвующих в деле, судебная коллегия оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не находит.
Разрешая спор, суд первой инстанции среди прочего исходил из того, что Общество является должником по отношению к целому ряду взыскателей, в связи с чем в производстве Межрайонного отдела находится сводное исполнительное производство, в том числе исполнительное производство от 8 февраля 2019 года, возбужденное по заявлению Андреева В. Л.
Однако по основаниям, изложенным истцом, возмещение вреда за счет Российской Федерации, чьи интересы по такой категории дел представляет Федеральная служба как главный распорядитель бюджетных средств, а Управление, соответственно, является ненадлежащим ответчиком, невозможно, т. к. совокупность условий, при наличии которых такой иск может быть удовлетворен, по спорным правоотношениям отсутствует.
В апелляционной жалобе Андреев В. Л. ссылается на то, что в силу закона в вводной части решения помимо прочих лиц следует указывать помощника судьи. В нарушение этого требования судья, рассмотревший настоящее дело, исключил из числа лиц, подлежащих привлечению к участию в разрешении спора, своего помощника. Тем самым, нарушив нормы гражданского процессуального права, разрешилвопрос о правах и обязанностях помощника, а это является безусловным основанием для отмены решения.
Безусловным основанием для отмены решения является и рассмотрение дела без привлечения к участию в деле руководителя Управления, который несет персональную ответственность за выполнение задач, возложенных на данный территориальный орган.
Кроме того, суд первой инстанции неправильно распределил бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, поскольку возложил на него ( истца) обязанность доказывания обстоятельств, на которые он ( Андреев В. Л.) ссылался, тогда как наличие уважительных причин, препятствующих исполнению исполнительного документа в установленный срок, должен доказывать судебный пристав- исполнитель.
Что касается существа спора, то районный суд пришел к ошибочному выводу о том, что Управление к числу надлежащих ответчиков не относится. Между тем иск о возмещении вреда, причиненного незаконным действием ( бездействием) судебного пристава- исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, чьи интересы по такой категории дел представляет Федеральная служба, которая, в свою очередь, деятельность осуществляет непосредственно и ( или) через территориальные органы, являющиеся самостоятельными юридическими лицами.
Были все основания и для удовлетворения иска в полном объеме, т. к. причинение ущерба и морального вреда в результате противоправного виновного бездействия подтверждено совокупностью доказательств, имеющихся в настоящем деле.
Данные доводы отмену решения не влекут.
Согласно п. 3 ст. 19 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 118- ФЗ " Об органах принудительного исполнения Российской Федерации", ч. 2 ст. 119 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229- ФЗ " Об исполнительном производстве" ( далее- Федеральный закон N 229- ФЗ) заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и ( или) применения мер принудительного исполнения, и эти убытки подлежат возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.
А именно по смыслу ст. 16, п. 1, 2 ст. 1064, ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее- ГК РФ) убытки, причиненные гражданину в результате незаконных действий ( бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.
Лицо, причинившее убытки, освобождается от их возмещения, если докажет, что они причинены не по его вине.
Применительно к спорной ситуации приведенные положения закона означают, что для возложения ответственности за причинение вреда на ответчиков необходимо одновременное наличие следующих условий: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда, за действия которого отвечают ответчики; причинная связь между наступлением вреда и противоправностью поведения судебного пристава- исполнителя; вина последнего. Отсутствие хотя бы одного из этих условий является достаточным основанием для отказа в иске.
Соответственно, исходя из положений ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ( далее- ГПК РФ), разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 " О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", п. 15, 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 " О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 " О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по делам о возмещении убытков истец представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением своих обязанностей государственным органом, его должностными лицами и названными убытками.
Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер ( ст. 404 ГК РФ).
При установлении причинной связи между нарушением указанных обязанностей государственным органом, его должностными лицами и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.
Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.
А презумпция вины причинителя вреда, установленная п. 2 ст. 1064 ГК РФ, предполагает, что доказательства отсутствия его вины, в том числе наличие уважительных причин неисполнения исполнительного документа в установленный законом срок, должен представить сам ответчик.
По настоящему делу истец просит взыскать убытки, ссылаясь на то, что он причинен ему в результате незаконного бездействия судебного пристава- исполнителя, не принимавшего мер по своевременному исполнению исполнительного документа, вследствие чего определение суда об утверждении мирового соглашения в установленный срок не исполнено.
Между тем по смыслу вышеуказанных норм закона и разъяснений бездействие судебного пристава- исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако этого не сделал, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства. Например, незаконным может быть признано бездействие судебного пристава- исполнителя, установившего отсутствие у должника каких- либо денежных средств, но не совершившего всех необходимых исполнительных действий по выявлению другого имущества должника, на которое могло быть обращено взыскание, в целях исполнения исполнительного документа ( в частности, не направил запросы в налоговые органы, в органы, осуществляющие государственную регистрацию имущества и ( или) прав на него, и т. д.).
Не могут рассматриваться как основания, оправдывающие превышение сроков исполнения исполнительных документов, обстоятельства, связанные с организацией работы структурного подразделения службы судебных приставов, например, отсутствие необходимого штата судебных приставов-исполнителей, замена судебного пристава- исполнителя ввиду его болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке, прекращения или приостановления его полномочий.
Бремя доказывания наличия уважительных причин неисполнения исполнительного документа в установленный законом срок возлагается на судебного пристава- исполнителя.
При этом нарушение срока, установленного Федеральным законом N 229- ФЗ для исполнения требования, содержащегося в исполнительном документе, само по себе о незаконном бездействии судебного пристава- исполнителя не свидетельствует.
Само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению сумм по исполнительному документу, не полученных от должника, и отсутствие реального исполнения, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.
Как видно из настоящего дела, определением Ленинского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 12 января 2018 года, вступившим в законную силу 30 января 2018 года, утверждено мировое соглашение, заключенное между Обществом и Андреевым В. Л.
В соответствии с ним Общество обязалось выплатить Андрееву В. Л. до 1 июня 2018 года денежную сумму в размере ... рублей, а при несвоевременном исполнении данного обязательства- штраф в размере ... рублей, неустойку в размере 1/ 300 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки с даты, следующей за датой наступления последнего дня исполнения указанного денежного обязательства, по дату фактического исполнения обязательства.
6 февраля 2019 года Андреев В. Л. обратился в службу судебных приставов с заявлением о возбуждении исполнительного производства в отношении Общества и принудительном исполнении исполнительного листа, выданного указанным районным судом 7 июня 2018 года.
Постановлением судебного пристава- исполнителя от 8 февраля 2019 года такое производство возбуждено, и оно присоединено к сводному исполнительному производству, имеющемуся в отношении Общества в производстве Межрайонного отдела.
В рамках данного сводного исполнительного производства судебный пристав- исполнитель направил запросы в органы, осуществляющие государственную регистрацию объектов недвижимости и транспортных средств, в результате чего установил, что должнику на праве собственности принадлежат земельные участки, жилые помещения, на которые, за исключением двух квартир, зарегистрированы обременения в виде ипотеки, а также легковой автомобиль. В связи с этим судебный пристав- исполнитель принял постановления от 14 марта 2019 года, которыми объявил запрет на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра недвижимости регистрации ограничений и обременения в отношении обнаруженных объектов недвижимости, а также запрет на совершение действий по распоряжению, совершению регистрационных действий в отношении указанного транспортного средства.
20 марта 2019 года автомобиль истребован от Общества, на основании постановления судебного пристава- исполнителя от 22 марта 2019 года, акта описи ( ареста) и изъятия от 22 марта 2019 года это имущество арестовано, 18 апреля 2019 года для определения его рыночной стоимости привлечен специалист, который подготовил отчет 21 мая 2019 года. 28 июня 2019 года данное транспортное средство передано на реализацию и в октябре 2019 года оно продано на торгах.
При этом иная техника, в том числе строительная, принадлежащая должнику, мерами, принятыми судебным приставом- исполнителем, не обнаружена.
Что касается объектов недвижимости, то 16 августа 2019 года наложен арест на две квартиры, на которые ограничения и обременения не зарегистрированы, 8 ноября 2019 года для их оценки привлечен специалист, и на момент разрешения спорной ситуации в отношении указанных жилых помещений проводится процедура принудительной реализации.
А на иное недвижимое имущество, обремененное ипотекой, как объяснил судебный пристав- исполнитель, для удовлетворения требований взыскателей, не являющихся залогодержателями, он может обратить взыскание только при отсутствии иного, помимо заложенного, имущества, на которое можно обратить взыскание. Поскольку по спорным правоотношениям у Общества еще имеется другое имущество, то исполнение исполнительного документа за счет реализации заложенного имущества невозможно.
Для установления имущества, принадлежащего должнику, 1 августа 2019 года запрос направлен и в налоговый орган.
Из настоящего дела усматривается и то, что судебный пристав- исполнитель вынес постановления от 14 февраля 2019 года, 22 февраля 2019 года, на основании которых обратил взыскание на денежные средства должника, находящиеся на счетах в банках, а постановлениями от 14 февраля 2019 года, 12 марта 2019 года- на наличные денежные средства, поступающие в кассу Общества.
13 марта 2019 года он осуществил выход по месту предполагаемого нахождения имущества должника, вызывал руководителя Общества для совершения соответствующих исполнительных действий.
15 февраля 2019 года, 1 сентября 2019 года руководителю Общества также направлено требование о предоставлении документов, сведений, позволяющих установить имущество, принадлежащее должнику, в этот же день и 13 марта 2019 года, 20 марта 2019 года, 7 августа 2019 года вынесено предупреждение о возможных последствиях неисполнения исполнительного документа в установленный срок. В ходе данных мероприятий от должника получены сведения об имуществе, принадлежащем ему ( Обществу), в том числе сведения об офисной технике, которые впоследствии на основании акта описи ( ареста) и изъятия от 6 марта 2019 года арестованы и реализованы.
При этом денежные суммы, полученные в ходе исполнения сводного исполнительного производства, судебный пристав- исполнитель распределял между взыскателями, включая Андреева В. Л., пропорционально их долям.
Из объяснений руководителя Общества от 20 марта 2019 года, 7 августа 2019 года следует, что исполнение исполнительных документов, находящихся в сводном исполнительном производстве, затруднено в связи с тем, что расчетные счета Общества арестованы, и, по сути, должник хозяйственную деятельность не ведет.
Тот факт, что денежных сумм, находящихся на счетах должника недостаточно для исполнения исполнительных документов, в связи с чем инкассовые поручения помещены в очередь распоряжений, подтвержден и сообщениями из банков.
Кроме того, судебный пристав- исполнитель в суде первой инстанции объяснил, представив соответствующее постановление от 19 февраля 2019 года, что Андреев В. Л., в свою очередь, по другому исполнительному производству является должником, в связи с чем на денежные суммы, взысканные в его ( истца) пользу, обращено взыскание уже в целях исполнения исполнительного документа о взыскании денежных сумм с самого Андреева В. Л.
Таким образом, изложенные доказательства свидетельствуют о том, что судебный пристав- исполнитель своевременно совершил необходимые исполнительные действия и применил необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа, выданного истцу, в установленный законом срок. При этом возможность принудительного исполнения данного исполнительного документа самим Обществом не утрачена, а отсутствие его реального исполнения само по себе о противоправном и виновном поведении судебного пристава- исполнителя, равно как и о причинении убытков таким поведением, не свидетельствуют.
При таких обстоятельствах районный суд, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности с соблюдением правил оценки доказательств, предусмотренных ст. 67 ГПК РФ, пришел к правильным выводам, что поведение судебного пристава- исполнителя не может расцениваться незаконным бездействием, и в иске о взыскании убытков, равно как и компенсации морального вреда, необходимо отказать.
Что касается довода апелляционной жалобы о том, что районный суд неправильно распределил бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, то применение в решении формулировки о возложении бремени доказывания обстоятельств в обоснование иска на истца, само по себе об этом не свидетельствует. Из текста всего решения видно, что обязанность доказывания указанных обстоятельств суд первой инстанции распределил исходя из норм закона и разъяснений, приведенных выше.
Является несостоятельным и утверждение Андреева В. Л. и о том, что Управление по настоящему делу не должно быть исключено из числа надлежащих ответчиков.
В силу п. 3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 " О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями ( бездействием) судебного пристава- исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств, а именно Федеральная служба, наделенная такими полномочиями.
Что касается доводов апелляционной жалобы о нарушении районным судом норм гражданского процессуального закона, то они основаны на ошибочном толковании норм гражданского процессуального закона.
По смыслу ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 43 ГПК РФ третьи лица могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.
Поскольку принятое решение на права или обязанности руководителя Управления не влияет, то рассмотрение настоящего дела без привлечения его к участию в деле отмену обжалованного судебного постановления не влечет.
А процессуальный статус помощника судьи, его основные функции закреплены в ст. 47. 1 ГПК РФ. В соответствии с ней помощник судьи оказывает помощь судье в подготовке и организации судебного процесса, а также в подготовке проектов судебных постановлений. Помощник судьи не вправе выполнять функции по осуществлению правосудия ( ч. 1).
Помощник судьи по поручению председательствующего ведет протокол судебного заседания, обеспечивает контроль за фиксированием хода судебного заседания техническими средствами, проверяет явку в суд лиц, которые должны участвовать в судебном заседании, совершает иные процессуальные действия в случаях и порядке, которые предусмотрены ГПК РФ ( ч. 2).
Таким образом, помощник судьи в случаях, предусмотренных законом, обязан содействовать суду в осуществлении функций последнего всеми способами, не противоречащими законодательству, облегчать подготовку и организацию судебного заседания, а равно решение стоящих в этой связи перед судом задач.
При этом в силу ч. 2 ст. 198 ГПК РФ в вводной части решения суда среди прочего указываются состав суда, помощник судьи, секретарь судебного заседания, стороны, другие лица, участвующие в деле, их представители, предмет спора или заявленное требование.
По смыслу данной нормы, подлежащей применению во взаимосвязи и системном толковании с ч. 1, 2 ст. 47. 1, ч. 1 ст. 164 ГПК РФ, сведения о помощнике судьи подлежат отражению в судебном постановлении в случае, если помощник участвовал в судебном заседании в рамках гражданских процессуальных отношений.
Между тем доказательств о том, что при рассмотрении настоящего дела помощник судьи участвовал в судебном заседании в этом качестве, нет. Следовательно, данный довод также отмену решения не влечет.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
апелляционную жалобу Андреева В. Л. на решение Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 11 ноября 2019 года оставить без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка