Дата принятия: 06 марта 2019г.
Номер документа: 33-592/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ РЯЗАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 марта 2019 года Дело N 33-592/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в составе:
председательствующего Косенко Л.А.,
судей Федуловой О.В., Жирухина А.Н.,
при секретаре КорастелевойЕ.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Грачевой Ирины Дмитриевны на решение Октябрьского районного суда г.Рязани от 03 декабря 2018 года, которым постановлено:
Исковые требования Морозовой Марии Анатольевны к Грачевой Ирине Дмитриевне о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки - удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения части квартиры Ж1, общей площадью 17,9 кв.м., этаж 1, расположенной по адресу: <адрес>, от 05.08.2011 года, заключенный между Морозовой Марией Анатольевной и Грачевой Ириной Дмитриевной.
Исключить из единого государственного реестра недвижимости запись N от 11.08.2011 года о государственной регистрации перехода права собственности части квартиры Ж1, общей площадью 17,9 кв.м., этаж 1, расположенной по адресу: <адрес>, к Грачевой Ирине Дмитриевне.
Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Федуловой О.В., объяснения Морозовой М.А. и ее представителя Лысенко М.В., а также Грачевой И.Д. и ее представителя Парамей Е.С., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Морозова М.А. обратилась в суд с иском к Грачевой И.Д. о признании договора дарения части квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки, в обоснование своих требований указав, что ей взамен изымаемого жилого помещения, находящегося в аварийном многоквартирном доме, 19.08.2010г. было предоставлено жилое помещение - часть квартиры Ж1, назначение: жилое, общая площадь 17,9 кв.м., этаж 1, адрес объекта: <адрес>. В 2011 году ее племянница Грачева И.Д. предложила заключить договор, в соответствии с которым до ее смерти будет заботиться о ней, а после смерти получит в собственность ее комнату. Что это будет за договор, ответчик не сказала, однако пояснила, что комната в квартире останется истцу до самой смерти. При оформлении сделки она полностью доверяла своей племяннице, поэтому договор подписала, не читая. Оба экземпляра договора ответчица оставила у себя.
Летом 2017 года Грачева И.Д. вселила во вторую комнату свою дочь Грачеву А.С. вместе с ее сожителем. Через некоторое время стали возникать конфликтные ситуации, в ходе которых, Грачева А.С. неоднократно заявляла ей в грубой форме, что она в этой квартире мешает, и быстрее бы умерла. В ходе очередного конфликта в конце лета 2018 года Грачева А.С. заявила ей о том, что в этой квартире ей ничего не принадлежит, и она со своей матерью могут брать с нее деньги, как с квартирантки, а если захотят, то выгонят на улицу. После этого, она обратилась за консультацией к юристу, который выяснил, что на основании договора дарения ее комната с 2011 года принадлежит на праве собственности Грачевой И.Д.
Кроме данной комнаты у нее нет иного жилья, и она никогда не имела намерения отчуждать единственное принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение. После заключения спорного договора дарения для нее ничего не изменилось. По настоящее время она зарегистрирована по адресу: <адрес>, фактически проживает по этому адресу, несет бремя содержания недвижимого имущества, в т.ч., оплачивает содержание жилья и коммунальные платежи, производит взносы на капитальный ремонт. До настоящего времени лицевой счет на квартиру оформлен на нее и во всех квитанциях КВЦ именно она значится собственником квартиры. Считает, что племянница воспользовалась доверительным отношением к ней. Плохое зрение, отсутствие познаний в области права, не позволили ей правильно оценить ситуацию, и способствовали возникновению у нее заблуждения относительно природы сделки. На основании ст.178 ГК РФ, Морозова М.А. просила суд признать недействительным договор дарения части квартиры Ж1, общей площадью 17,9 кв.м., этаж 1, расположенной по адресу: <адрес>, от 05.08.2011г., и исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации перехода права собственности на спорную часть квартиры к Грачевой И.Д.
В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции стороной ответчика Грачевой И.Д. заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
Суд удовлетворил заявленные исковые требования, постановив вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе Грачева И.Д. просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, и в удовлетворении иска Морозовой М.А. отказать, ссылаясь на то, что срок исковой давности истцом пропущен, на момент подписания договора дарения и его выдачи Морозова М.А. в медицинские учреждения не обращалась и не имела никаких заболеваний, а течение срока давности начинается с момента, когда она подписала и получила с рег.органов договор дарения. Последствия сделок истец отличает, т.к. имеется завещание, которое и предусматривает переход права собственности Морозовой М.А. после ее смерти, а договор дарения таких условий не содержал.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель Морозовой М.А. - Лысенко М.В. просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, полагая, что изложенные в ней доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
В суде апелляционной инстанции Грачева И.Д. и ее представитель Парамей Е.С. доводы апелляционной жалобы поддержали.
Морозова М.А. и ее представитель Лысенко М.В. возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, указав на законность и обоснованность принятого судом решения.
В силу ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены постановленного судом решения не имеется.
Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно договора N предоставления жилого помещения взамен изымаемого помещения, находящегося в аварийном многоквартирном доме от 19.08.2010г., Муниципальное образование - городской округ город Рязань Рязанской области взамен изымаемого жилого помещения Ж1, общей площадью 15,1 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, предоставило Морозовой М.А. часть квартиры Ж1, назначение: жилое, общая площадь 17,9 кв.м., этаж 1, адрес объекта: <адрес>.
На основании договора дарения части квартиры Ж1, общей площадью 17,9 кв.м., этаж 1, расположенной по адресу: <адрес>, от 05.08.2011г., заключенного между Морозовой М.А. и Грачевой И.Д., 11.08.2011г. зарегистрировано право собственности на данную часть квартиры за ответчиком. Акт приема передачи передаваемой в дар части квартиры отсутствует.
Из текста указанного договора дарения следует, что Грачева И.Д. принимает в дар от Морозовой М.А. спорное жилое помещение. С момента государственной регистрации перехода права собственности по договору одаряемая принимает на себя обязанность по уплате налогов на недвижимость, расходов по ремонту, эксплуатации и содержанию части квартиры Ж1. Условия о том, что за Морозовой М.А. сохраняется право проживания в передаваемой в дар части квартиры, данной договор, не содержит. В регистрационной палате текст договора регистратором вслух не зачитывался.
Из справки ООО "Городская Жилищная Компания" N от 08.11.2018г. усматривается, что собственником части квартиры Ж1, общей площадью 17,9 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, значится Морозова М.А., которая зарегистрирована в данной квартире с 11.10.2010г.
Согласно объяснений истца, данных ею в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, а также представленных счет-квитанций (МП "КВЦ") по оплате ЖКУ и прочих услуг, до настоящего времени лицевой счет на спорную часть квартиры оформлен на Морозову М.А., которая значится как собственник.
Морозова М.А. является ветераном труда Рязанской области, положительно характеризуется по месту работы в ООО "Эркафарм Приволжье" в должности уборщицы.
Из диагноза врача офтальмолога ООО "Поликлиника-Песочня" ФИО7 от 29.10.2018г. следует, что у истца вследствие перенесенной в детстве инфекции фликтенулезного кератита роговиц обоих глаз, имеется незрелая катаракта глаз и снижена прозрачность хрусталиков глаза. Острота зрения обоих глаз 0,3 н/к. Согласно заключения врача-офтальмолога ФИО8 ГБУ РО "Областной клинической больницы им. ФИО9" от 29.11.2018г., у Морозовой М.А. диагностирована незрелая катаракта обоих глаз. Срок 10-12 лет. Острота зрения обоих глаз 0,2 н/к. Допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции указанные врачи, установленный истцу диагноз подтвердили и указали на маловероятность возможности самостоятельного и без помощи очков прочтения Морозовой М.А. текста оспариваемого договора дарения.
Согласно ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с ч.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу положений ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
На основании ч.1 ст.178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.
Разрешая спор, суд первой инстанции, правильно определил, с достаточной полнотой выяснил и проанализировал все существенные по делу обстоятельства, исследовал и оценил в соответствии со ст.67 ГПК РФ представленные доказательства, в т.ч. свидетельские показания, в их совокупности, проверил доводы и возражения сторон, правильно применил к сложившимся правоотношениям нормы права.
Удовлетворяя иск, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что на момент заключения договора дарения Морозова М.А., находилась в возрасте 59 лет, страдала незрелой катарактой обоих глаз, вследствие которой без очков прочитать самостоятельно текст спорного договора дарения не могла, а в момент заключения договора, текст заключаемого с ответчиком договора вслух никем не зачитывался. К тому же, судом верно принято во внимание, что договор дарения заключен в простой письменной форме, к нотариусу с целью оформления договора дарения стороны не обращались, вследствие чего, нотариусом истцу не разъяснялось, какая сделка между сторонами заключается и какие имеет правовые последствия. Акт приема-передачи подаренной истцом комнаты ответчику, не составлялся. При этом, судом аргументировано было учтено, что по условиям договора Морозова М.А. не сохраняет права проживания в спорном жилом помещении, тогда как данная часть квартиры является для истца единственным жильем, на момент заключения сделки она проживала и продолжает проживать в этом жилом помещении, самостоятельно продолжает нести расходы по его содержанию как собственник. В свою очередь, Грачева И.Д. с даты заключения договора и до момента обращения в суд не совершала действий, свидетельствующих о том, что она намерена вступить в права владения, пользования и распоряжения приобретенным имуществом, не приняла на себя обязанность по уплате расходов по ремонту, эксплуатации и содержанию части квартиры Ж1.
Обстоятельства того, что после заключения спорного договора оба его экземпляра остались у ответчицы, а также того, что до настоящего времени лицевой счет на спорную часть квартиры Грачевой И.Д. на себя переоформлен не был, как и действия ответчицы, заверявшей истицу после сдачи документов на регистрацию спорной сделки о возможности последней до последних дней своей жизни проживать в квартире, при наличии информации, что заключенный договор такого условия не содержит, по мнению судебной коллегии, обоснованно расценены были судом как свидетельство того, что ответчица умышленно скрывала от истца информацию о переходе права собственности на принадлежащую ей часть квартиры к Грачевой И.Д.
При таких обстоятельствах, учитывая, что у Морозовой М.А. сложилось неправильное мнение относительно обстоятельств, имеющих для нее существенное значение, что привело к совершению спорной сделки, поскольку истец имела намерение передать право собственности на квартиру только после своей смерти, суд пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для признания рассматриваемого договора дарения недействительным по мотиву того, что истец заблуждалась при совершении данной сделки относительно ее природы, и, соответственно, исключения из ЕГРН записи о переходе права на спорный объект к ответчику.
Выводы суда первой инстанции, положенные в основу обжалуемого решения, подробно мотивированы, основаны на всестороннем и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, соответствуют фактическим обстоятельствам и требованиям закона.
Суд первой инстанции постановилрешение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства. Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч.4 ст.330 ГПК РФ безусловными основаниями для отмены решения, судом не допущено.
Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается судебная коллегия. Проанализировав и оценив установленные по данному вопросу обстоятельства и представленные доказательства, по мнению судебной коллегии, суд пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности, регламентируемый ст.181 ГК РФ, Морозовой М.А., узнавшей летом 2018г. о выбытии спорного жилого помещения из ее собственности (выписка из ЕГРП от 23.08.2018г.) и обратившейся в целях защиты своих прав с иском в суд 29.08.2018г., не пропущен.
В целом доводы апелляционной жалобы нельзя признать состоятельными, поскольку они не содержат правовых оснований к отмене решения. Эти доводы аналогичны позиции ответной стороны в суде первой инстанции, и в отношении них обжалуемое решение содержит правомерные суждения. Данные доводы не указывают на факты, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, по существу они безосновательно направлены на их переоценку.
Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Октябрьского районного суда г.Рязани от 03 декабря 2018 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Грачевой Ирины Дмитриевны - без удовлетворения.
Председательствующий -
Судьи -
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
