Дата принятия: 26 января 2021г.
Номер документа: 33-5829/2020, 33-448/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 января 2021 года Дело N 33-448/2021
от 26 января 2021 года N 33-448/2021
г. Вологда
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Чистяковой Н.М.,
судей Ермалюк А.П., Марковой М.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Блохиной О.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Николаевой С. В. на решение Череповецкого районного суда Вологодской области от 03 ноября 2020 года по исковому заявлению Мироновой О.А. к Николаевой С. В. о признании договора займа с залоговым обеспечением безденежным и договоров купли-продажи земельного участка недействительными, к Раковой Н. Б., Скоробогатовой В. Я., Хорзееву А. А. о признании договоров купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительными и применении последствий недействительности сделок.
Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Ермалюк А.П., объяснения представителя Николаевой С.В. Лаптева Е.В., Мироновой О.А., ее представителя Мамедовой Э.Н., судебная коллегия
установила:
24 ноября 2015 года между Мироновой О.А. (заемщик) и Николаевой С.В. (займодавец) заключен договор займа, согласно условиям которого заемщику предоставлен займ в размере 2 058 000 рублей на срок до 26 мая 2017 года.
Согласно пункту 6 договора займа заемщик предоставляет в залог принадлежащий ему на праве собственности земельный участок с кадастровым номером N... по адресу: <адрес>, на котором расположены постройки: баня площадью 72 кв.м, двухэтажный дом из бруса площадью 120 кв.м, беседка площадью 16 кв.м.
25 ноября 2015 года Миронова О.А. заключила с Николаевой С.Н. договор купли-продажи земельного участка, цена по договору определена сторонами 200 000 рублей. Государственная регистрация договора купли-продажи произведена 13 января 2016 года.
14 августа 2018 года Николаевой С.В. на основании технического плана здания от 30 июля 2018 года и договора купли-продажи земельного участка от 25 ноября 2015 года зарегистрировано право собственности на жилой дом с кадастровым номером N..., площадью 102,9 кв.м, по адресу: <адрес>.
02 апреля 2019 года Николаева С.В. земельный участок и расположенный на нем жилой дом продала Хорзееву А.А., стоимость по договору составила 1 100 000 рублей.
В последующем Хорзеев А.А. на основании договора купли-продажи от 19 сентября 2019 года недвижимое имущество продал Раковой Н.Б., которая 12 марта 2020 года продала его Скоробогатовой В.Я.
Со ссылкой на положения статей 166, 167, 168, 201, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, Миронова О.А. 16 июня 2020 года обратилась в суд с иском к Николаевой С.В., Раковой Н.Б., Скоробогатовой В.Я., Хорзееву А.А., в котором с учетом уточнения исковых требований просила признать договор займа с залоговым обеспечением от 24 ноября 2015 года незаключенным в силу его безденежности, применив последствия; признать договоры купли-продажи от 25 ноября 2015 года, от 02 апреля 2019 года, от 19 сентября 2019 года, от 12 марта 2020 года недействительными, применив последствия их недействительности.
Протокольными определениями суда от 14 июля 2020 года, от 14 августа 2020 года к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Скоробогатова В.Я., Хорзеев А.А.
В судебном заседании истец Миронова О.А., ее представитель по доверенности Мамедова Э.Н. исковые требования поддержали, просили удовлетворить.
Ответчик Николаева С.В. не явилась, ее адвокат Лаптев Е.В. исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях, заявил о пропуске срока исковой давности.
Ответчики Хорзеев А.А., Ракова Н.Б., Скоробогатова В.Я. не явились, извещены надлежащим образом, представили заявления, в которых просили в удовлетворении исковых требований отказать со ссылкой на пропуск срока исковой давности.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области в не явился, извещен надлежащим образом, представил отзыв о рассмотрении дела в его отсутствие.
Решением Череповецкого районного суда Вологодской области от 03 ноября 2020 года исковые требования Мироновой О.А. удовлетворены частично.
Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка площадью 1000 кв.м, с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 25 ноября 2015 года между Мироновой О.А. и Николаевой С.В., применены последствия недействительности сделки.
Признан недействительным договор купли-продажи жилого дома общей площадью 102,9 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка площадью 1379 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 02 апреля 2019 года между Николаевой С.В. и Хорзеевым А.А., применены последствия недействительности сделки.
Признан недействительным договор купли-продажи жилого дома общей площадью 102,9 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка площадью 1379 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 19 сентября 2019 года между Хорзеевым А.А. и Раковой Н.Б., применены последствия недействительности сделки.
Признан недействительным договор купли-продажи жилого дома общей площадью 102,9 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка площадью 1379 кв.м с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 12 марта 2020 года между Раковой Н.Б. и Скоробогатовой В.Я., применены последствия недействительности сделки.
В удовлетворении исковых требований Мироновой О.А. к Николаевой С.В. о признании договора займа с залоговым обеспечением от 24 ноября 2015 года, заключенного между Мироновой О.А. и Николаевой С.В., безденежным отказано.
В апелляционной жалобе Николаева С.В., ссылаясь на доводы, изложенные в суде первой инстанции, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. Полагает, что суд не выяснил вопрос о передаче продавцу Мироновой О.А. денежных средств по договору купли-продажи от 25 ноября 2015 года, который является исполненным, так как недвижимым имуществом (земельным участком и жилым домом) она владела и пользовалась, несла бремя по его содержанию. Временное проживание Мироновой О.А. (без регистрации по месту жительства либо пребывания) не является доказательством мнимости сделок. Кроме того, отмечает, что договор купли-продажи от 25 ноября 2015 года не может быть признан притворной сделкой, поскольку Мироновой О.А. заявлены также требования о признании договора займа незаключенным, то есть ее воля не была прикрыта иной сделкой. Выражает несогласие с выводом суда об отказе в применении к спорным правоотношениям срока исковой давности, который следует исчислять с 25 ноября 2015 года.
В отзывах на апелляционную жалобу Скоробогатова В.Я., Хорзеев А.А., Ракова Н.Б. доводы апелляционной жалобы поддержали.
В возражениях на апелляционную жалобу Миронова О.А. просит решение суда оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.
Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве и возражениях на нее, полагает, что решение судом принято в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства.
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 166, 170, 181, 334, 334.1, 338, 339.1, 420, 421, 432, 549, 807, 808, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, изложенные в Обзоре судебной практики Верхового Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25 ноября 215 года, установив, что земельный участок и расположенный на нем жилой дом с ноября 2015 года и до настоящего времени находится в фактическом владении и пользовании Мироновой О.А., имущество по договору купли - продажи от 25 ноября 2015 года ответчикам не передавалось, при этом указанная сделка совершена с целью прикрыть сделку залога недвижимого имущества, исходя из отсутствия оснований для применения срока исковой давности, пришел к правомерному выводу об удовлетворении исковых требований в части признания заключенных договоров купли-продажи от 25 ноября 215 года, от 02 апреля 2019 года, от 19 сентября 2019 года, от 12 марта 2020 года недействительными и применении последствий их недействительности.
При этом суд, отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания договора займа от 24 ноября 2015 года незаключенным, обоснованно указал на отсутствие доказательств объективно свидетельствующих об его безденежности.
В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
В силу статьи 302 (пункты 1 и 2) Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал или не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.
Согласно пункту 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в ситуации, когда предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, в том числе к лицу, приобретшему имущество у лица, которое не имело права его отчуждать, следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Из изложенных норм закона и разъяснений по их применению следует, что если недвижимое имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, и между истцом и ответчиком отсутствуют договорные отношения, то независимо от избранного истцом способа защиты права (то есть заявление требования об истребовании жилого помещения из чужого незаконного владения, либо заявление требования о признании недействительными сделок по отчуждению жилого помещения, либо заявление таких требований одновременно) применяются правила статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.
В то же время, сокрытие действительного смысла сделки должно находиться в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.
Разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, суду следует выяснить, производил ли гражданин, полагающий себя добросовестным приобретателем, осмотр жилого помещения до его приобретения, иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела.
Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Вступившим в законную силу приговором Череповецкого городского суда Вологодской области от 14 октября 2019 года установлено, что Лапина И.А. путем обмана истца и Николаевой С.В., злоупотребляя их доверием, организовала заключение фиктивного договора купли-продажи земельного участка. При этом Лапиной И.А. было достоверно известно об отсутствии у истца намерения отчуждать земельный участок, так как фактически он предоставлен в качестве залога по договору займа от 24 ноября 2015 года, заключенного с Николаевой С.В.
Согласно показаниям свидетеля Николаевой С.В. по уголовному делу N 1-615/2019 договор купли-продажи на земельный участок в <адрес> она заключила с Мироновой О.А. по инициативе Лапиной И.А.
Поэтому вопреки доводам жалобы вывод суда первой инстанции о квалификации указанных мнимых сделок ничтожными является правомерным, поскольку в результате сделок имущество формально оформлено в собственность Скоробогатовой В.Я., которая приходится Николаевой С.В. матерью.
Как правильно указал суд первой инстанции, ответчики Хорзеев А.А., Ракова Н.Б. и Скоробогатова В.Я. не могут быть признаны добросовестными приобретателями, так как во владение спорным недвижимым имуществом не вступали, имущество им не передавалось и находится до настоящего времени в фактическом владении Мироновой О.А., никаких возражений против признания договоров недействительными, кроме ссылки на истечение срока исковой давности с даты 25 ноября 2015 года не представили.
Довод жалобы о пропуске истцом срока исковой давности подлежит отклонению как необоснованный, поскольку отсутствуют доказательства, свидетельствующие о начале исполнения договора купли-продажи именно с даты его заключения (25 ноября 2015 года). Сведений о направлении в адрес Мироновой О.А. требований об устранении препятствий в пользовании недвижимым имуществом Николаевой С.В. не представлено.
Имеющийся в материалах дела технический план на здание не является бесспорным доказательством факта передачи Николаевой С.В. земельного участка и строительства на нем жилого дома, так как представитель Николаевой С.В. Лаптев Е.В. в суде апелляционной инстанции пояснил, что документов, подтверждающих несение расходов на строительство жилого дома, не имеется.
Таким образом, юридически значимые обстоятельства установлены судом первой инстанции в полном объеме, нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении гражданского дела не допущено, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Череповецкого районного суда Вологодской области от 03 ноября 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Николаевой С. В. - без удовлетворения.
Председательствующий Н.М. Чистякова
Судьи: А.П. Ермалюк
М.В. Маркова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
