Дата принятия: 02 июня 2020г.
Номер документа: 33-582/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 июня 2020 года Дело N 33-582/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего: Марьенковой А.В.,
судей: Загорьян А.Г., Петровой Л.А.
с участием прокурора: Афанасьева Д.А.
при помощнике судьи: Оленцовой А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Сахалинской области", Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Сахалинской области о взыскании компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Южно-Сахалинского городского суда от 06 ноября 2019 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Марьенковой А.В., пояснения представителя УФСИН России и УФСИН России по Сахалинской области Исаковой Д.С., действующей на основании доверенности от 23.03.2020, представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области Ефименко В.А., действующей на основании доверенности от 10.01.2020, заключение прокурора Афанасьева Д.А., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
01.08.2019 ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1/65 УФСИН России по Сахалинской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Сахалинской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания. В обоснование заявленных требований указал, что в 2005 году был арестован и помещен в СИЗО-1/65 г. Южно-Сахалинска. При прохождении обследования у него не выявлено патологий органов грудной клетки. При повторном прохождении выявлен <данные изъяты>. Считая, что заболевание приобрел в связи с ненадлежащими условиями содержания в СИЗО-1/65 г. Южно-Сахалинска, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 2300000 рублей.
Определением суда от 06.08.2019 ФКУ СИЗО-1/65 УФСИН России по Сахалинской области заменено на ФКУ "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Сахалинской области".
Судом постановлено указанное решение, об отмене которого ставит вопрос ФИО2 в апелляционной жалобе. Приводит доводы о нарушении судом правил сбора доказательств, о прохождении в 2000 году медкомиссии в военкомате и госпитале в г. Хабаровск, а в 2003 году - в г. Анива и отсутствии у него заболевания до поступления в СИЗО. Указывает на наличие доказательств, подтверждающих факт причинения морального вреда.
Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.
Определением от 17 марта 2020 года судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, привлекла к участию в деле в качестве соответчика Федеральную службу исполнения наказаний Российской Федерации.
В суде апелляционной инстанции представитель УФСИН России и УФСИН России по Сахалинской области Исакова Д.С., представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области Ефименко В.А., прокурор Афанасьев Д.А. в заключении указали на отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований.
ФИО2, представитель УФК по Сахалинской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом; ФИО2 находится в местах лишения свободы, представитель УФК по Сахалинской области о причинах неявки суду не сообщил. Судебная коллегия, руководствуясь ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.
Изучив материалы дела, заслушав лиц, присутствующих в судебном заседании, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).
Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы, а также следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности (далее - следственные изоляторы) предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. Следственные изоляторы обладают правами юридического лица (ст.8 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" от 15.07.1995 N 103-ФЗ в редакции, действующей в 2005 году).
В соответствии с п.1.1 Устава ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области является учреждением уголовно исполнительной системы, предназначенным для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также для выполнения функций исправительных учреждений в отношении осужденных в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации.
Из материалов дела следует и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, то обстоятельство, что ФИО2 был водворен в ФКУ СИЗО-1 16 сентября 2005 года, осужден 28 марта 2006 года Южно-Сахалинским городским судом по ст.30 ч.3, ст.158 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности приговоров в соответствии со ст.70 Уголовного кодекса Российской Федерации, к 4 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Сахалинского областного суда от 14 июня 2006 года приговор изменен, окончательно назначено 4 года 2 месяца лишения свободы в исправительной колонии общего режима. 17 июля 2006 года убыл в ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Сахалинской области (т.1, л.д.42).
Обращаясь в суд с иском о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания, ФИО2 указал на то, что заболевание "<данные изъяты>" получено им в период нахождения в СИЗО N 1 г. Южно-Сахалинска с 2005 года по 2006 год, условия содержания в котором не соответствовали требованиям действующего законодательства: в камерах отсутствовала вентиляция и не была оборудована зона приватности, что влияло на его самооценку; имелась сырость, плесень, грибок, что способствовало развитию заболевания; перед поездками его помещали в боксы, в которых отсутствовали окна, вентиляция, было холодно, имелись грязь и фекалии, вызывающие рвоту и головную боль; ненадлежащее оказание медицинских услуг.
Разрешая заявленные требования, судебная коллегия учитывает, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений") (п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").
Согласно ст.23 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" от 15.07.1995 N 103-ФЗ в редакции, действующей в 2005 году, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").
О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений") (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").
Из материалов дела следует, что ФИО2 в 2012 году обращался в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания его в СИЗО-1, определением Южно-Сахалинского городского суда от 07.10.2013 его исковое заявление оставлено без рассмотрения (т.1, л.д.85). При этом в дополнении к исковому заявлению от 20 сентября 2012 года ФИО2 указывал на факт содержания его в камерах N 32, N 7, N 40, N 14 СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области, рассчитанных на 21-23 человека, в которых содержалось по 26-27, а то и 30 человек (т.1, л.д.58).
Факт содержания истца в указанных камерах подтвердила свидетель ФИО1 в судебном заседании 17 марта 2020 года (т.1, л.д.164).
Из справки определения лимита наполняемости ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области следует, что камера N 7 для подследственных мужчин имеет площадь 31,3 кв. м, камера N 14 для подследственных мужчин - 31,1 кв. м, камера N 32 для обвиняемых мужчин - 31,7 кв. м, камера N 40 для обвиняемых мужчин - 37,7 кв. м. Камеры для содержания туберкулезных больных указаны под N 44, N 45, N 46, N 26, N 25, N 24 и N 23, сведения о нахождении в которых истцом не указаны (т.1, л.д.62-64).
Справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области от 18.10.2019 подтвержден факт уничтожения в связи с истечением срока хранения журналов, содержащих сведения об условиях и порядке содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, врачебной деятельности учреждения, пропускного режима (т.1, л.д.43); Выпиской ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области из акта N 67/34-171 от 02.11.2011 подтвержден факт уничтожения книги количественной проверки лиц, находящихся в СИЗО-1, камерных карточек за 2005 - 2006 годы (т.1, л.д.156). Обстоятельства отсутствия у ответчика возможности подтвердить соблюдение санитарных требований в связи с уничтожением журналов подтвердила представитель ответчика в судебном заседании 30 октября 2019 года (т.1, л.д.88).
Допрошенный в судебном заседании заместитель начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области ФИО1 пояснила, что с 2005 года замечаний по санитарному состоянию камер со стороны проверяющих структур, контролирующих органов не было. Ежегодно, в соответствии с приказом N 267 комиссионно обследуют камеры, составляют план проведения текущих и капитальных ремонтов, и в течение года проводится текущий ремонт камер, стерилизация корпуса. В камерах, в которых содержался ФИО2 все сделано в соответствии с нормами проектирования следственного изолятора: они рассчитаны исходя из 4 квадрата на человека, оборудованы 2-х-ярусными кроватями. Сведений о количестве находящихся в камерах одновременно с истцом лиц сообщить не смогла. Ежегодно сотрудниками проводится замеры влажности, микроклимата и замечаний не было. Каждую неделю медицинские сотрудники, сотрудники режимного отдела делают обход, каждый вторник с составлением актов. ФИО2 не обращался с заявлениями на нарушение санитарных норм. Окна не могли занавешиваться, это нарушение уже в камере, окна всегда открыты. Осужденные моются каждую неделю в бане, постельное белье стирается в прачечном отделении. Свои вещи заключенные меняют через камеру хранения, родственники им передают. Носки и нижнее белье они могут стирать, но не вывешивать (т.1, л.д.163-166).
Судебная коллегия не может принять во внимания пояснения заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области ФИО1, поскольку изложенные ею обстоятельства носят общий информативный характер, не конкретизированы применительно к рассматриваемому спору.
Иные доказательства в материалах дела отсутствуют, а потому у судебной коллегии имеются основания полагать, что являясь субъектом доказательственной деятельности, наделенным равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации), ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области в нарушение ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представило доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и опровергающих доводы истца о наполняемости камер свыше установленных пределов в период пребывания в них ФИО2 об отсутствии в них достаточного искусственного освещения и вентиляции, зоны приватности, о нарушении требований к микроклимату помещений и качеству воздуха.
Более того, судебной коллегией установлено, что в период рассмотрения предыдущего гражданского дела 01 августа 2013 года проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, из содержания которой следует, что установить конкретную дату и место инфицирования заболевания ФИО2 <данные изъяты> не представляется возможным. Причиной возникновения <данные изъяты> у ФИО2 явилось его инфицирование <данные изъяты> (инфицированность по Российской Федерации составляет более 90%). Способствующими факторами дальнейшего развития <данные изъяты> процесса у ФИО2 могли быть индивидуальные особенности организма (иммунологическое состояние), плохие бытовые условия, в том числе: несоответствие санитарно-гигиеническим нормам помещения, где находился ФИО2 (скученность, плохая вентиляция, наличие табачного дыма, отсутствие перегородки возле санузла), а также характер питания ФИО2 (калорийность принимаемой пищи, наличие в рационе овощей и фруктов и пр.). Помещение ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 явилось стрессовой нагрузкой на его организм, что могло послужить толчком к развитию <данные изъяты> процесса <данные изъяты> (косвенно об этом свидетельствует выявление и развитие <данные изъяты> процесса в течение 6-8 месяцев после его ареста). Ввиду низкого качества флюорограммы N от ДД.ММ.ГГГГ достоверно определить наличие изменений, характерных для <данные изъяты> процесса в <данные изъяты>, затруднительно. На флюорограмме NДД.ММ.ГГГГ год из поликлиники N, несмотря на низкое ее качество, имеются изменения, которые (с учетом возраста пациента, локализации этих изменений) можно расценивать как изменения, характерные для <данные изъяты> процесса, и позволяет сделать вывод о том, что инфицирование ФИО2 микобактерией <данные изъяты> было ранее, чем поступление его в ФКУ СИЗО-1 в сентябре 2005 года (т.1, л.д.81-84).
С учетом приведенных обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что условия содержания ФИО2 в период с 16 сентября 2005 года по 17 июля 2006 года в камерах N 32, N 7, N 40, N 14 СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области не соответствовали установленным требованиям, в связи с чем факт нахождения в них свидетельствует о наличии правовых оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.
Несмотря на приведенные обстоятельства, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для высказывания суждения о том, что инфицирование ФИО2 <данные изъяты> произошло в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области, поскольку соответствующие тому доказательства в материалах дела отсутствуют.
Не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судебной коллегией и доводы истца о не надлежащем оказании ФИО2 медицинских услуг, выразившихся, по его мнению, в помещении его в карантинную камеру, а не в лечебное учреждение, отсутствие лечебного процесса. Напротив, медицинскими документами подтвержден факт неявки ФИО2 для проведения медицинских манипуляций в течение длительного периода времени, а равно как и факт улучшения состояния его здоровья: со стадии "<данные изъяты>" при поступлении его ДД.ММ.ГГГГ в Центральную больницу ОИТУ УВД Сахоблисполкома до стадии "<данные изъяты>" при выписке из указанного медицинского учреждения ДД.ММ.ГГГГ. Сведений о нарушении ответчиком требований пунктов 315-356 Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного приказом Минздравсоцразвития РФ N 640, Минюста РФ N 190 от 17.10.2005, действующего в 2005-2006 годах, материалы дела не содержат.
В соответствии с п.1 ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает значительный период времени, прошедший с периода помещения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области, уничтожение по объективным причинам документов за указанный истцом период времени, факт отсутствия со стороны ФИО2 жалоб на ухудшение состояния здоровья, ненадлежащее санитарное состояние, температурный режим камер и боксов, в которые его помещали, на отсутствие в них вентиляции и зоны приватности, на наличие сырости, плесени, грибка и грязи в указанных помещениях, а равно как и претерпевание им нравственных страданий, выразившихся в понижении его самооценки, ухудшения самочувствия и состояния здоровья, а потому считает необходимым определить ко взысканию в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.
В соответствии с пп.1 п.3 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.
Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ) (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации").
Учитывая положения пп.6 п.7 Указа Президента РФ от 13.10.2004 N 1314 "Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний" судебная коллегия приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда в пользу ФИО2 подлежит взысканию с Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации.
Руководствуясь ст.328, ст.329, ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Южно-Сахалинского городского суда от 06 ноября 2019 года отменить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Председательствующий: Марьенкова А.В.
Судьи: Загорьян А.Г.
Петрова Л.А.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
