Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 25 ноября 2019 года №33-5404/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 ноября 2019 года Дело N 33-5404/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Ступак Ю.А.,
судей Сундукова А.Ю., Нартдиновой Г.Р.,
при секретаре Ложкиной И.Н.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Ижевске Удмуртской Республики 25 ноября 2019 года гражданское дело по апелляционной жалобе Широких М. Н. на решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 10 июля 2019 года, которым исковые требования С.Э.У. к Псареву Н. С., Широких М. Н. о возмещении в солидарном порядке ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворены частично.
С Широких М. Н. в пользу С.Э.У. взысканы в счет возмещения ущерба 57 288 рублей, расходы по оценке ущерба в размере 6 500 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 1 919 рублей.
В удовлетворении исковых требований С.Э.У. к Псареву Н. С. отказано.
Заслушав доклад судьи Нартдиновой Г.Р., судебная коллегия
установила:
С.Э.У. обратилась в суд с иском к Псареву Н.С., Широких М.Н. о возмещении ущерба, которым просила суд взыскать с ответчиков солидарно в свою пользу в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - 59 117,50 руб., судебные расходы: по оценке ущерба - 6 500 руб., по проведению автотехнической экспертизы - 5 000 руб., по оплате госпошлины - 1 973,53 руб. Свои требования мотивировала тем, что 6 августа 2018 года на проезжей части дороги около дома N 35 по ул.Маяковская г.Ижевска произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей КАМАЗ государственный номер N под управлением Псарева Н.С. и Хендай государственный номер N под управлением Сахабутдинова Л.Ф., в результате которого автомобиль Хендай государственный номер N, принадлежащий истцу, получил механические повреждения, а его собственник - ущерб, обусловленный необходимостью восстановления транспортного средства. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля КАМАЗ государственный номер N Псарева Н.С., который допустил наезд на стоящее транспортное средство истца. Согласно заключению ООО "Эксперт-Профи" стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составила 49 894 руб., размер утраты товарной стоимости - 9 223,50 руб. Собственником транспортного средства КАМАЗ государственный номер N является Широких М.Н., управлял автомобилем по поручению работодателя Псарев Н.С., гражданская ответственность причинителя вреда в момент происшествия не застрахована, в связи с чем, указанные лица обязаны возместить причиненный вред солидарно. В связи с обращением в суд, истец понес заявленные к возмещению судебные расходы.
В ходе рассмотрения дела сторона истца в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) уменьшила размер материально-правовых требований в части величины утраты товарной стоимости до 7 394 руб., а общий размер возмещения до 57 288 руб.
В суде первой инстанции представитель истца Некрасов А.Н., действующий по доверенности, указанные требования, за исключением требования о возмещении судебных расходов по проведению автотехнической экспертизы в размере 5 000 руб., поддержал.
В суде первой инстанции представитель ответчика Псарева Н.С.- Сутыгин Н.В., действующий по доверенности, против удовлетворения исковых требований возражал, ссылаясь на отсутствие вины его доверителя в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии.
Стороны и третье лицо Сахабутдинов Л.Ф. в суд первой инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в связи с чем, по правилам статьи 167 ГПК РФ дело судом рассмотрено в их отсутствие.
Согласно объяснениям истца, данным в ходе рассмотрения дела, 6 августа 2018 года автомобиль Хендай государственный номер N под управлением её супруга Сахабутдинова Л.Ф. двигался по правой полосе проезжей части дороги около дома N 35 по ул.Маяковская г.Ижевска. Она с детьми находилась в салоне автомобиля. Автомобиль двигался в прямом направлении, не смещаясь ни влево, ни вправо, а затем остановился. Через 5 секунд в заднюю часть их автомобиля въехал автомобиль КАМАЗ.
Суд вынес решение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе ответчик Широких М.Н. просит это решение отменить, ссылаясь на допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права и несоответствие установленных судом обстоятельств фактическим обстоятельствам дела. По мнению стороны ответчика дорожно-транспортное происшествие произошло по вине Сахабутдинова Л.Ф., который в нарушении требований пунктов 8.1. и 8.4 Правил дорожного движения не убедился в безопасности маневра и, перестраиваясь, создал помеху для движения автомобиля КАМАЗ под управлением Псарева Н.С., следовавшего в попутном направлении. Вина Псарева Н.С. в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии отсутствует, поскольку технической возможностью предотвратить столкновение с момента обнаружения опасности он не располагал. Судом не дана надлежащая оценка поведению участников дорожно-транспортного происшествия и наличию причинно-следственной связи между этим обстоятельством и наступлением дорожно-транспортного происшествия, показаниям очевидцев происшествия и представленным по делу письменным доказательствам. Свидетель Ф.Р.Р. не заинтересован в исходе настоящего спора и дал показания, правдивость которых подтверждена заключением судебной экспертизы, напротив, истец С.Э.У., будучи собственником поврежденного автомобиля имеет интерес в возмещении причиненного ущерба иными лицами. Представленное в материалах дела об административном правонарушении заключение эксперта N 251-И-18 от 17 августа 2018 года не отвечает требованиям достаточности доказательств, поскольку, во-первых, эксперт не предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, во-вторых, принятые во внимание экспертом объяснения участников происшествия носят неконкретный характер относительно механизма происшествия.
В возражениях на апелляционную жалобу истец С.Э.У. полагала решение суда законным, обоснованным и отмене не подлежащим.
В суде апелляционной инстанции представитель ответчика Псарева Н.С. - Сутыгин Н.В., действующий по доверенности, доводы апелляционной жалобы поддержал.
На основании статей 167, 327 ГПК РФ дело судебной коллегией рассмотрено в отсутствие сторон и третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.
Согласно части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Выслушав присутствующих лиц, изучив и проанализировав материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Как это следует из обстоятельств, установленных судебной коллегией, 6 августа 2018 года в 18.39 часов на проезжей части дороги около дома N 35 по ул.Маяковская г.Ижевска произошло столкновение автомобилей КАМАЗ государственный номер N под управлением Псарева Н.С. и Хендай государственный номер N под управлением Сахабутдинова Л.Ф., в результате которого оба автомобиля получили механические повреждения: на автомобиле Хендай повреждены задний бампер, заднее правое крыло, на автомобиле КАМАЗ - передний бампер, подножка с левой стороны.
Согласно объяснениям Псарева Н.С., данным в ходе установления обстоятельств дорожно-транспортного происшествия сотрудниками полиции, 6 августа 2018 года он двигался по улице Магистральная в сторону ул.Маяковского на автомобиле КАМАЗ государственный номер N, его обогнал автомобиль Хендай государственный номер N и начал "подрезать" его. Псарев Н.С. подал звуковой сигнал, но водитель автомобиля Хендай не отреагировал, стал вклиниваться дальше. Поток машин остановился, а Псарев Н.С. остановиться не успел, поскольку автомобиль груженный.
Согласно объяснениям Сахабутдинова Л.Ф., данным в ходе установления обстоятельств дорожно-транспортного происшествия сотрудниками полиции, 6 августа 2018 года он двигался по ул.Магистральная в сторону Маяковского г.Ижевска, остановился на перекрестке ул.Магистральная- ул.Маяковского, где в его автомобиль Хендай государственный номер N сзади въехал автомобиль КАМАЗ государственный номер N.
Согласно выводам заключения эксперта N 251-И-18 от 17 августа 2018 года, проведенного АНО "Департамент судебных экспертиз" в ходе проведения административного расследования по факту происшествия, в данной дорожной ситуации при расположении транспортных средств в попутном направлении имело место продольное столкновение левой передне-боковой частью автомобиля КАМАЗ государственный номер N с правой задне-боковой частью автомобиля Хендай государственный номер N. В момент столкновения оба автомобиля располагались на правой полосе проезжей части ул. Магистральной в положении, близком к параллельному, как относительно друг друга, так и относительно продольной оси проезжей части ул.Магистральной. В момент столкновения автомобиль Хендай государственный номер N находился в неподвижном состоянии, а автомобиль КАМАЗ государственный номер N до своей остановки перемещался сзади наперед относительно правой задне-боковой части автомобиля Хендай государственный номер N. Каких-либо признаков перестроения того или иного автомобиля по проезжей части к моменту столкновения транспортных средств с технической точки зрения не усматривается. В том числе не усматривается признаков перестроения автомобиля Хендай государственный номер N непосредственно перед его остановкой на проезжей части. Перед столкновением автомобиль КАМАЗ, находясь ближе к правой части правой полосы проезжей части ул.Магистральной, приближался сзади к автомобилю Хендай, располагавшемуся попутно на той же полосе ближе к её левой части, при отсутствии бокового интервала между транспортными средствами с поперечным перекрытием контактируемых участков на величину не более 10 см. Имеющиеся в материалах дела объяснения водителей транспортных средств носят неконкретный характер относительно всего механизма развития ДТП, что не позволяет оценить их экспертным путем в полном объеме. При этом факт расположения автомобиля Хендай государственный номер N в момент столкновения в неподвижном положении, который указывается в объяснении водителя Сахабутдинова Л.Ф., с технической точки зрения соответствует описанному выше механизму столкновения транспортных средств.
Постановлением инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД МВД по УР от 24 августа 2018 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.15 КоАП РФ (нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда), по рассматриваемому факту прекращено за отсутствием состава административного правонарушения.
Согласно информации УГИБДД по УР на момент происшествия собственником транспортного средства КАМАЗ государственный номер N являлся Широких М.Н., собственником Хендай государственный номер N - С.Э.У.
Ответственность владельца транспортного средства КАМАЗ государственный номер N на момент происшествия не застрахована.
Согласно отчету ООО "Эксперт-профи" N 334-18 от 5 сентября 2018 года рыночная стоимость права требования возмещения ущерба, причиненного транспортному средству Хендай государственный номер N с учетом износа транспортного средства составляет 42 967 руб., без учета его износа - 49 894 руб.
Согласно отчету ООО "Эксперт-профи" N 336-18 5 сентября 2018 года величина утраты товарной стоимости транспортного средства Хендай государственный номер N составляет 7 394 руб.
В суде первой инстанции допрошенный по инициативе стороны ответчика свидетель Ф.Р.Р. суду показал, что 6 августа 2018 года следовал на автомобиле КАМАЗ по крайней правой полосе проезжей части дороги около дома N 35 по ул.Маяковская г.Ижевска в метрах 10-15 позади автомобилей истца и ответчика Псарева Н.С., следовавших по той же полосе, и являлся очевидцем рассматриваемой дорожной ситуации. Может подтвердить, что автомобиль Хендай государственный номер N поравнялся с автомобилем КАМАЗ государственный номер N, следуя слева от последнего, расстояние между автомобилями в этот момент составляло примерно метр, автомобили в потоке двигались со скоростью 20 км/ч. Автомобили начали двигаться и перед автомобилем КАМАЗ образовался зазор, автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ непосредственно перед указанным автомобилем, с момента начала смещения Хендай направо и до момента столкновения с автомобилем КАМАЗ прошло 2 секунды.
Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы N 9/19 от 18 марта 2019 года, проведенной ООО "Первая Оценочная Компания", в дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ и с момента начала смещения автомобиля Хендай направо до момента столкновения прошло время 2,0 секунды, водитель автомобиля КАМАЗ при движении со скоростью 20 км/ч не располагал технической возможностью остановить автомобиль, не доезжая до места столкновения, и, тем самым, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем применения торможения в момент начала смещения автомобиля Хендай направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ, так как So1=12,8м больше Sa1=11,1 м.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, водитель автомобиля КАМАЗ, двигаясь по правой полосе движения в прямом направлении, имел преимущественное право на движение в намеченном направлении по отношению к водителю автомобиля Хендай, осуществлявшему смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ. В данной ситуации водитель автомобиля Хендай, осуществлявший смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, создал помеху для движения автомобиля КАМАЗ, вынуждая водителя автомобиля КАМАЗ снижать скорость движения.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, водитель автомобиля КАМАЗ должен был руководствоваться в своих действиях требованиями частью 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, в соответствии с которым, при возникновении опасности для движения автомобиля, в данном случае, при обнаружении смещающегося попутно двигавшегося впереди автомобиля Хендай направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ, водитель должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки автомобиля.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, водитель автомобиля Хендай должен был руководствоваться в своих действиях требованиями частью 1 пункта 8.1 и пунктом 8.4 Правил дорожного движения, согласно которым, водитель перед перестроением направо должен заблаговременно включить указатель левого поворота и при перестроении направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ должен был уступить дорогу автомобилю КАМАЗ, двигавшемуся попутно без изменения направления движения.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля Хендай, в которой автомобиль Хендай перед столкновением двигался в прямом направлении, не смещаясь ни влево, ни вправо, а затем остановился и далее через 5-7 минут произошел наезд автомобилем КАМАЗ в автомобиль Хендай, водитель автомобиля КАМАЗ должен был руководствоваться в своих действиях требованиями частью 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, в соответствии с которыми при обнаружении стоящего на его полосе движения автомобиля Хендай должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки автомобиля.В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля Хендай, в которой автомобиль Хендай перед наездом на него автомобилем КАМАЗ в течение 5-7 минут находился в неподвижном положении на правой полосе движения в крайнем левом положении полосы движения, водитель автомобиля Хендай должен был руководствоваться в своих действиях требованиями частью 1 пункта 12.1 Правил дорожного движения, в соответствии с которым, должен остановить автомобиль на правой стороне дороги на обочине, а при её отсутствии - на проезжей части у её края.
Минимальное время, которое потребуется автомобилю Хендай при движении со скоростью 20 км/ч для поперечного смещения полосы движения автомобиля направо при перестроении на расстояние 0,6-0,7...1,0 м., составит соответственно 0,65-0,70...0,83 с.
Согласно заключению дополнительной судебной автотехнической экспертизы N 25/19 от 13 июня 2019 года, проведенной ООО "Первая Оценочная Компания", из расположения автомобиля Хендай на проезжей части после столкновения, отображенного на фотоснимках с места ДТП, в виду отсутствия зафиксированных следов движения от колес автомобиля Хендай на проезжей части перед местом столкновения, не представляется возможным установить действительную траекторию движения автомобиля Хендай перед столкновением, поэтому в данной дорожной ситуации могла иметь место как дорожная ситуация по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, так и могла иметь место дорожная ситуация по показаниям водителя автомобиля Хендай Сахабутдинова Л.Ф. и свидетеля С.Э.У., в которой автомобиль Хендай перед столкновением двигался в прямом направлении, не смещаясь ни влево, ни вправо, а затем остановился и далее через 5-7 секунд по показаниям водителя автомобиля Хендай и через 5 секунд по показаниям свидетеля С.Э.У. произошел наезд автомобилем КАМАЗ в автомобиль Хендай.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля КАМАЗ Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р., в которой автомобиль Хендай начал смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, водитель автомобиля КАМАЗ, двигаясь по правой полосе движения в прямом направлении, имел преимущественное право на движение в намеченном направлении по отношению к водителю автомобиля Хендай, осуществлявшему смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ. В данной ситуации водитель автомобиля Хендай, осуществлявший смещение направо в сторону полосы движения автомобиля КАМАЗ перед автомобилем КАМАЗ, создал помеху для движения автомобиля КАМАЗ, вынуждая водителя автомобиля КАМАЗ снижать скорость движения.
В дорожной ситуации по показаниям водителя автомобиля Хендай Сахабутдинова Л.Ф. и свидетеля С.Э.У., в которой автомобиль Хендай перед столкновением двигался в прямом направлении, не смещаясь ни влево, ни вправо, а затем остановился и далее через 5-7 секунд по показаниям водителя автомобиля Хендай и через 5 секунд по показаниям свидетеля С.Э.У. произошел наезд автомобилем КАМАЗ в автомобиль Хендай, водитель автомобиля КАМАЗ не имел преимущественного права на движение в намеченном направлении по отношению к стоящему перед ним автомобилю Хендай. В данной ситуации водитель автомобиля Хендай после остановки автомобиля Хендай имел преимущественное право на движение в намеченном направлении по отношению к водителю автомобиля КАМАЗ.
Разрешая спор сторон по существу, суд первой инстанции руководствовался статьями 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), разъяснением, содержащимся в пунктах 19,24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательства вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" и, признав доказанным тот факт, что столкновение транспортных средств КАМАЗ и Хендай произошло по варианту, указанному истцом и третьим лицом Сахабутдиновым Л.Ф., а законным владельцем источника повышенной опасности, посредством которого причинен вред, является Широких М.Н., исковые требования, заявленные к указанному ответчику, удовлетворил.
Вывод суда о том, что источник повышенной опасности КАМАЗ из законного владения Широких М.Н. не выбывал, исключил удовлетворение требований истца за счёт ответчика Псарева Н.С.
Удовлетворение требований истца судом послужило основанием для возмещения ему ответчиком Широких М.Н. понесенных в связи с рассмотрением дела судебных издержек в размере, признанном судом необходимым и разумным.
Решение суда в части выводов относительно требований, заявленных истцом к ответчику Псареву Н.С., не обжаловано, в связи с чем, судебная коллегия не входит в обсуждение их правильности.
С выводами суда относительно наличия правовых оснований для удовлетворения требований истца за счёт ответчика Широких М.Н., судебная коллегия не соглашается, полагая их противоречащими, как фактическим обстоятельствам дела, так и нормам материального права, регулирующим рассматриваемые правоотношения.
Так, по правилам пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).
Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
По общему правилу возникновение деликтного обязательства влечет совокупность следующих обстоятельств: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом согласно пункту 2 статьи 1064 ГК РФ вина причинителя вреда презюмируется. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Учитывая указанные положения закона и разъяснения по его применению, приведенные в исковом заявлении обстоятельства нарушения прав, С.Э.У. следовало доказать, что заявленные ею последствия в виде причинения имущественного вреда являются следствием противоправного поведения участника дорожно-транспортного происшествия Псарева Н.С. и с действиями водителя Сахабутдинова Л.Ф. не связаны.
Обсуждая доказанность этих обстоятельств истцом, судебная коллегия отмечает, что представленные по делу доказательства характеризуют имевшее место 6 августа 2018 года столкновение автотранспортных средств КАМАЗ и Хендай, как попутное столкновение передней левой частью транспортного средства КАМАЗ с задней правой частью автомобиля Хендай.
Приведенный механизм столкновения сторонами не оспаривался, предметом спора сторон послужила причина столкновения с точки зрения правомерности поведения каждого из участников дорожно-транспортного происшествия. И, если доказательства, представленные стороной истца (объяснения водителя Сахабутдинова Л.Ф. и находившегося в салоне автомобиля Хендай истца), указывают на нарушение водителем автомобиля КАМАЗ Псаревым Н.С. пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, как единственной причины дорожно-транспортного происшествия, то доказательства, представленные стороной ответчика (объяснения Псарева Н.С. и свидетеля Ф.Р.Р.), содержат иную причину происшествия - нарушение водителем Сахабутдиновым Л.Ф. пунктов 8.1. и 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Каждый из приведенных вариантов поведения участников дорожно-транспортного происшествия, согласно представленным в материалах дела заключению судебной автотехнической экспертизы и дополнительной судебной автотехнической экспертизы, с технической точки зрения соответствуют описанному выше механизму столкновения транспортных средств.
Оценивая представленные стороной истца доказательства, на которые она ссылается в подтверждение заявленных требований, судебная коллегия полагает, что они не отвечают требованию достоверности, характеризующему точность и правильность отражения обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу.
Как истец, так и третье лицо Сахабутдинов Л.Ф., указывают на то, что автомобили КАМАЗ и Хендай двигались в пределах одной полосы движения в попутном направлении параллельно друг другу. При этом ширина полосы являлась достаточной для такого движения, поскольку автомобиль Хендай смог опередить транспортное средство КАМАЗ, не изменяя направления движения и сохранив боковой интервал, исключающий столкновение транспортных средств.
Согласно имеющейся в материалах дела схеме организации движения на ул.Магистральная (участок дороги 200 метров от пересечения с ул.Магистральная в сторону центра г.Ижевска), ширина, как дороги в целом, так и полос движения в попутном для автомобиля Хендай направлении, на указанном истцом и третьим лицом Сахабутдиновым Л.Ф. участке дороги не изменялась, что в указанных этими лицами условиях исключает столкновение автомобилей, поскольку траектория параллельно движущихся транспортных средств не пересекается.
Столкновение транспортных средств, напротив, свидетельствует об изменении направления движения одним из участников происшествия, и, как следствие, опровергает точность и правильность доказательств, подтверждающих обратное.
Судебная коллегия соглашается с правильностью квалификации судом первой инстанции представленного в материалах дела об административном правонарушении заключения эксперта N 251-И-18 в качестве письменного доказательства (статья 71 ГПК РФ), однако, отмечает, что указанное доказательство не отвечает требованию достаточности доказательств и само по себе заявленные истцом обстоятельства не подтверждает. Как это следует из указанного заключения, имеющиеся к моменту исследования экспертом объяснения водителей транспортных средств, носят неконкретный характер относительно всего механизма развития дорожно-транспортного происшествия и препятствуют оценке их экспертным путем в полном объеме.
Учитывая приведенные обстоятельства, обесценивающие процессуальное значение представленных стороной истца доказательств, указанный стороной истца вариант поведения участников дорожно-транспортного происшествия в рассматриваемой дорожной ситуации отклоняется судебной коллегией, как недоказанный.
Принимая во внимание последовательность объяснений второго участника дорожно-транспортного происшествия Псарева Н.С., их тождество с показаниями свидетеля Ф.Р.Р., чья заинтересованность в исходе дела своего подтверждения не нашла, и соответствие механизму столкновения, подтвержденное заключением судебной автотехнической экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу, что причиной рассматриваемого столкновения транспортных средств послужило поведение водителя Сахабутдинова Л.Ф., не являющееся применительно к Правилам дорожного движения Российской Федерации правомерным.
Нарушив пункты 8.1. и 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, обязывающие водителя перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой; не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; при перестроении уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, а при одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа, водитель Хендай Сахабутдинов Л.Ф. создал помеху для движения транспортному средству КАМАЗ, вынуждая водителя последнего изменить скорость движения.
При возникновении опасности для движения, водитель транспортного средства КАМАЗ Псарев Н.С. в соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Вместе с тем, как указал эксперт в заключении судебной автотехнической экспертизы, водитель транспортного средства КАМАЗ Псарев Н.С. технической возможностью предотвратить столкновение путем применения торможения в момент начала смещения автомобиля Хендай направо на полосу движения транспортного средства КАМАЗ не располагал, что исключает его вину в рассматриваемом столкновении, поскольку столкновение в прямой причинно-следственной связи с его действиями не находится.
Поскольку необходимым условием деликтной ответственности является противоправность поведения и вина причинителя вреда, постольку отсутствие таковых в действиях водителя автомобиля КАМАЗ исключает гражданско-правовую ответственность законного владельца указанного источника повышенной опасности Широких М.Н. перед истцом. Выводы суда об обратном не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, решение суда подлежит отмене в приведенной части с принятием по делу нового решения согласно указанным выше выводам судебной коллегии.
Доводы жалобы ответчика заслуживают внимания судебной коллегии и подлежат удовлетворению.
Согласно части 3 статьи 98 ГПК РФ, в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.
В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса.
Принимая во внимание то обстоятельство, что в удовлетворении исковых требований С.Э.У. судебной коллегией отказано, а ответчик по смыслу процессуального закона стороной, проигравшей спор, не является, основания для возмещения истцу понесенных в связи с рассмотрением дела судебных расходов ответчиком отсутствуют.
Нарушений норм процессуального закона, влекущих безусловную отмену решения, судом не допущено.
На основании изложенного и, руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 10 июля 2019 года в части удовлетворения исковых требований С.Э.У., заявленных к Широких М. Н., отменить, в указанной части принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований С.Э.У. к Широких М. Н. о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, возмещении судебных расходов, отказать.
В остальной части то же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу Широких М. Н. удовлетворить.
Председательствующий Ю.А.Ступак
Судьи А.Ю.Сундуков
Г.Р.Нартдинова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка