Дата принятия: 10 февраля 2020г.
Номер документа: 33-538/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 февраля 2020 года Дело N 33-538/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Юркиной И.В., судей Карачкиной Ю.Г. и Степановой Э.А.
при секретаре Молоковой А.Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску Петровой Ксении Евгениевны к Бюджетному учреждению Чувашской Республики "Республиканский кардиологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Ленинского районного суда г.Чебоксары от 14 ноября 2019 года.
Заслушав доклад судьи Карачкиной Ю.Г., судебная коллегия
установила:
в исковом заявлении к Бюджетному учреждению Чувашской Республики "Республиканский кардиологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики (далее - БУ "РКД" Минздрава Чувашии) Петрова К.Е. указала, что 13 июля 2015 года в результате виновных действий врача БУ "РКД" Минздрава Чувашии Табаева Р.Г. в ходе проведения операции скончалась ее мать ФИО, за что Табаев Р.Г. приговором <суда> от 28 сентября 2016 года был осужден по ч.2 ст.109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей); смерть матери от действий Табаева Р.Г. причинила ей глубочайшую душевную травму, стала для нее ужасной трагедией, осознание того, что она больше никогда не увидит мать, угнетает ее до сих пор, она постоянно испытывает раздражение, дискомфорт и подавленность, свои нравственные переживания она оценивает в 850000 рублей, которые просила взыскать с ответчика в свою пользу.
В суде первой инстанции истец Петрова К.Е., не явившись, обеспечила явку представителя Змиевского Д.В., который поддержал исковые требования, представители ответчика БУ "РКД" Минздрава Чувашии Махова О.В. и Кривова Л.Г. иск не признали, вторая из них заявила о несогласии с приговором в отношении Табаева Р.Г. и пропуске истцом срока исковой давности, просила учесть, что ответчик является бюджетным учреждением, а заявленный истцом размер компенсации неразумен; третье лицо Табаев Р.Г. просил в иске отказать, пояснил, что за все время, пока ФИО находилась в состоянии комы в БУ "РКД", истец ни разу ее не навестила, представители остальных третьих лиц Министерства здравоохранения Чувашской Республики, Министерства финансов Чувашской Республики, Министерства юстиции и имущественных отношений Чувашской Республики в судебное заседание не явились; прокурор Афанасьева Е.Г. дала заключение об обоснованности исковых требований и их удовлетворении в разумных пределах в размере 250000 рублей.
Решением от 14 ноября 2019 года Ленинский районный суд г.Чебоксары взыскал с БУ "РКД" Минздрава Чувашии в пользу Петровой К.Е. компенсацию морального вреда в размере 270000 руб., а в доход бюджета г.Чебоксары государственную пошлину в размере 300 рублей.
В апелляционной жалобе ответчик, считая взысканный размер компенсации завышенным, просит решение суда отменить и принять новое - о взыскании компенсации в размере 100000 руб.; указывает, что истец не обосновала, какие ее личные неимущественные права и блага ответчиком нарушены, нарушение какого права повлекло ее нравственные страдания; при определении размера компенсации суд не учел, что ФИО поступила в стационар 4 июля 2015 года в крайне тяжелом бессознательном, коматозном состоянии, при поступлении у нее имелось тяжелое повреждение головного мозга, грубое нарушение функции дыхания и сердечной деятельности, причины развития указанного состояния так и не были определены, нахождение пациента в состоянии комы в течение 10 дней свидетельствует о неблагоприятном течении постреанимационной болезни, согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы у ФИО отсутствовала положительная динамика течения патологического процесса, к сохранявшемуся в течение длительного периода (10 дней) тяжелому бессознательному состоянию присоединились воспалительные заболевания - <данные изъяты> и <данные изъяты>; при указанных обстоятельствах вероятность сохранения ФИО жизни без проведения трахеотомии была крайне мала, что тоже отражено в заключении экспертизы, указанная операция была проведена с целью продления ей жизни, однако предположить, смогла бы ФИО после операции выйти из комы и вернуться к полноценной жизни, невозможно; одного лишь факта родства истца с умершей ФИО для взыскания компенсации морального вреда недостаточно, при определении размера компенсации суду следовало учитывать степень нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред; на момент смерти матери истец достигла совершеннолетнего возраста, ее сестра уже была замужем, с тех пор прошло более 4 лет, к моменту настоящего судебного разбирательства истец создала семью, сама стала матерью, проживает по новому месту жительства, потому утверждать, что семья распалась со смертью матери, нельзя, утверждение истца о распаде их семьи фактически означает отсутствие отношений между сестрами, но за это в ответе они сами; суд не установил, в каких отношениях состояла истец со своей матерью, не выяснял, навещала ли истец свою мать в реанимационном отделении в течение 10 суток, отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о личном участии истца в судебном заседании; отмечено, что ответчик финансируется за счет средств республиканского бюджета Чувашской Республики.
В суде апелляционной инстанции представители БУ "РКД" Минздрава Чувашии Махова О.В. и Кривова Л.Г. жалобу поддержали, истец Петрова К.Е. и ее представитель Змиевский Д.В. выступили в поддержку решения суда, прокурор Овчинникова Н.А. дала заключение о законности и обоснованности решения суда, третьи лица при надлежащем извещении на судебное заседание не явились.
Проверив производство по делу в пределах доводов апелляционной жалобы (ч.1 ст.327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу, что при разрешении спора суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, которые подтверждены надлежащими доказательствами, оснований для иной оценки доказательств не имеется, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, а доводы апелляционной жалобы в качестве оснований для отмены или изменения решения несостоятельны.
Приговором <суда> от 28 сентября 2015 года по ч.2 ст.109 УК РФ к наказанию в виде 2 лет ограничения свободы осужден Табаев Р.Г., который работая врачом анестезиологом-реаниматологом БУ "РКД" Минздрава Чувашии, в период с 9 часов до 9 часов 30 минут 13 июля 2015 года в ходе проведения в помещении отделения анестезиологии и реанимации указанного медицинского учреждения операции трахеотомии больной ФИО произвел разрез трахеи и в результате ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей ввел интубационную трубку не в трахею, а в паратрахеальную клетчатку с проникновением трубки в область средостения до уровня сердечной сорочки, что привело к развитию у ФИО разлитой подкожной эмфиземы головы, шеи и туловища, двустороннего пневмоторакса, ателектаза с полным коллабированием обоих легких, в результате чего от развившейся острой легочно-сердечной недостаточности в 11 часов 30 минут 13 июля 2015 года ФИО скончалась.
Обвинительный приговор суда постановлен после всесторонней оценки показаний подсудимого, свидетелей, экспертных заключений и вступил в законную силу, потому при рассмотрении гражданского дела сам по себе является исчерпывающим доказательством вины Табаева Р.Г. в ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей и причинно-следственной связи между его действиями и наступлением смерти ФИО
Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
Таким образом, удовлетворяя требование Петровой К.Е. о компенсации морального вреда, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истец в связи со смертью матери перенесла нравственные страдания, которые на основании ст.151 ГК РФ квалифицируются как моральный вред и возмещаются в денежном выражении; в силу п.1 ст.1068 ГК РФ обязанность по возмещению вреда лежит на БУ "РКД" Минздрава Чувашии, так как вред причинен работником этого учреждения при исполнении им своих профессиональных обязанностей.
Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у ФИО положительной динамики течения патологического процесса, тяжелом бессознательном состоянии в течение длительного времени и неизвестном прогнозе на жизнь даже в случае удачного проведения трахеотомии на выводы суда не влияют, так как смерть ФИО наступила в результате дефекта оказания медицинской помощи, и требования о компенсации морального вреда заявлены Петровой К.Е. в связи со смертью ее матери именно по этой причине.
Согласно ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
По смыслу закона, размер компенсации морального вреда является оценочным понятием и устанавливается судом в каждом конкретном случае применительно к перенесенным потерпевшим лицом страданиям в границах разумности и справедливости, а не исходя из источников финансирования ответственного за вред юридического лица.
Истец Петрова К.Е. весь спектр своих нравственных переживаний по поводу смерти матери подробно изложила в исковом заявлении, а ведение дела в суде доверила своему представителю, который основания ее иска поддержал, потому у суда первой инстанции не имелось ни полномочий, ни оснований требовать личной явки истца в судебное заседание.
В соответствии с требованиями ст.1101 ГК РФ взысканная судом в пользу Петровой К.Е. компенсация морального вреда выражена в денежной форме, ее размер определен с учетом характера и тяжести причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств их причинения, а также принципа разумности и справедливости, поэтому довод апелляционной жалобы о завышении размера компенсации морального вреда является необъективным, а испрашиваемый размер компенсации морального вреда - явно заниженным.
В опровержение доводов жалобы истец Петрова К.Е. в суде апелляционной инстанции пояснила о том, что мать была для нее очень близким человеком, жили одной семьей, она училась, а мать поддерживала ее, в период нахождения матери в больнице она навещала ее каждый день, кроме одного, а после смерти матери долго не могла смириться с этой потерей и справиться со своими эмоциями, потому лишь в 2019 году набралась сил предъявить этот иск.
По мнению судебной коллегии, размер взысканной судом в пользу Петровой К.Е. денежной компенсации соответствует глубине перенесенных и переживаемых истцом в связи со смертью матери нравственных страданий, конституционному принципу ценности жизни и здоровья личности, требованиям разумности и справедливости.
При изложенном апелляционная жалоба ответчика является несостоятельной к отмене решения суда, а процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену любого решения, судом первой инстанции не допущено.
Руководствуясь ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
апелляционную жалобу Бюджетного учреждения Чувашской Республики "Республиканский кардиологический диспансер" Министерства здравоохранения Чувашской Республики на решение Ленинского районного суда г.Чебоксары от 14 ноября 2019 года оставить без удовлетворения.
Председательствующий И.В. Юркина
Судьи: Ю.Г. Карачкина
Э.А. Степанова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
