Дата принятия: 25 февраля 2021г.
Номер документа: 33-537/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 февраля 2021 года Дело N 33-537/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:
председательствующего Брандиной Н.В.
судей Исаевой Ю.А.
Самойленко В.Г.
с участием прокурора Малышевой М.А.
при секретаре Кауфман О.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-594/2020 по иску Третьякова П. Н. к федеральному казенному учреждению "Северное управление дорожного хозяйства" Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе федерального казенного учреждения "Северное управление дорожного хозяйства" на решение Североморского районного суда Мурманской области от 8 сентября 2020 г.
Заслушав доклад судьи Брандиной Н.В., выслушав объяснения Третьякова П.Н., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
установила:
Третьяков П.Н. обратился в суд с иском к федеральному казенному учреждению "Северное управление дорожного хозяйства" Министерства обороны Российской Федерации (далее - ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ) о взыскании денежной компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований Третьяков П.Н. указал, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях, работал машинистом погрузочной машины.
25 июня 2019 г. во время рабочей смены на дистанции (дорожной) N *, являющейся обособленным подразделением ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ, произошел несчастный случай, в результате которого истец получил тяжелую травму, повлекшую его госпитализацию и дальнейшее длительное лечение.
Вследствие произошедшего несчастного случая на производстве истцу установлена степень утраты трудоспособности в размере 30%, он вынужден был уволиться, поскольку по состоянию здоровья не смог продолжить осуществлять трудовую деятельность, ему причинены нравственные и физические страдания, связанные с переживаниями за свое здоровье, потерей работы и утраты трудоспособности.
Просил взыскать с ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ денежную компенсацию морального вреда 500000 рублей, расходы на приобретение лекарственных средств 2985 рублей, судебные издержки 6000 рублей.
Судом постановлено решение, которым исковые требования Третьякова П.Н. удовлетворены частично, суд взыскал с ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ в пользу Третьякова П.Н. компенсацию морального вреда в размере 425000 рублей, расходы на приобретение лекарственных средств в сумме 2985 рублей, расходы на оплату юридических услуг в сумме 4000 рублей, всего 431985 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 700 рублей.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ Рылеев В.Д. выражает несогласие с принятым судом решением.
Ссылаясь на обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, приводит доводы о несогласии с определенным судом к взысканию размером компенсации морального вреда, считая его чрезмерно завышенным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.
По мнению подателя жалобы, размер компенсации морального вреда может быть установлен после очередного освидетельствования истца (24 октября 2020 г.).
Считает, что при определении размера компенсации суд необоснованно оставил без внимания индивидуальные особенности истца, а именно имеющиеся у него проблемы со здоровьем до приема на работу к ответчику.
Указывает, что истец не представил достаточных доказательств, подтверждающих причинение ему нравственных страданий в результате полученной травмы. После полученной травмы истец может общаться, выполнять работу на дому, своим состоянием он не подавлен, чувствует себя полноценным человеком.
Выражает мнение, что пояснения врача невролога ГОБУЗ "ЦРБ ЗАТО г. Североморск" Тихонова М.В. в судебном заседании о состоянии здоровья истца носят вероятностный характер, не позволяют дать объективную оценку причиненного его здоровью вреда, кроме того, врач указал, что для более точного определения состояния здоровья Третьякова П.В. необходимо созвать консилиум врачей.
Ссылаясь на положения подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, приводит доводы о том, что государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции в качестве истцов или ответчиков освобождены от уплаты государственной пошлины.
В письменных возражениях истец Третьяков П.Н. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился представитель ответчика ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ, извещенного о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда, руководствуясь частью 3 статьи 167 и частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося в судебное заседание лица, поскольку его неявка не препятствует рассмотрению дела.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части первой статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть вторая статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Абзацем восьмым статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.
Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.
Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", согласно которому степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Из содержания приведенных положений закона и разъяснений по их применению Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что, в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.
При недостижении соглашения между сторонами трудовых отношений спор о размере компенсации морального вреда разрешается судом на основе применения общих положений о защите нематериальных благ, предусмотренных гражданским законодательством.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Третьяков П.Н. с 1 декабря 2010 г. состоял в трудовых правоотношениях с ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ, с 29 сентября 2014 г. по внутреннему совместительству на 0,5 ставки в качестве водителя КАМАЗ-* филиала "Дорожная дистанция N*", с 3 июля 2017 г. - машиниста погрузчика МКСМ-* IV тарифного разряда дорожной дистанции N*, 16 декабря 2019 г. уволен по собственному желанию.
Согласно пунктам 6, 8 трудовых договоров заключенных с Третьяковым П.Н., истец обязался соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; ответчик, в свою очередь, принял на себя обязательства по обеспечению безопасности труда и условий, отвечающих требованиям охраны и гигиены труда, оборудованием, инструментами и иными средствами, необходимыми для исполнения работником трудовых обязанностей.
25 июня 2019 г. в 8 часов 45 минут Третьяков П.Н., находясь на рабочем месте и выполняя задание начальника гаража дистанции (дорожной) загрузить материалы в автомобильную технику, совместно с другим работником вручную перекладывал мешки с холодной бетонной смесью из ковша погрузчика в кузов автомобиля КАМАЗ. При спуске с кузова Третьяков П.Н., не удержавшись за поручень, потерял равновесие и упал на спину, ударившись головой об асфальтовую поверхность, в результате чего получил производственную травму.
25 июня 2019 г. Третьяков П.Н. был госпитализирован в *** отделение ГОБУЗ "Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина" с диагнозом: ***. Осложнение: ***. Сопутствующий диагноз: ***", где находился на лечении с 25 июня 2019 г. по 18 июля 2019 г.
В дальнейшем истец находился на лечении в ГОБУЗ ЦРБ "ЗАТО г.Североморск" в период с 8 июля 2019 г. по 30 июля 2019 г., в период со 2 августа 2019 г. по 12 августа 2019 г. в отделении *** ГОБУЗ ЦРБ "ЗАТО г.Североморск", после чего проходил лечение амбулаторно в поликлинике ГОБУЗ "ЦРБ ЗАТО г. Североморск" по 13 декабря 2019 г.
Врач *** ГОБУЗ "ЦРБ ЗАТО г. Североморск" М.., участвующий в деле в качестве специалиста, в судебном заседании пояснил, что истцом получена травма, угрожающая жизни в момент её получения, причинившая тяжкий вред здоровью истца. Последствия данной травмы не предсказуемы, могут иметь отдаленный характер, при этом у каждого они проявляются по-разному, в том числе могут наблюдаться болевые ощущения, эпилептические припадки, посттравматические кисты, функциональные изменения и др. Рекомендовано дальнейшее обследование пациента на предмет того, есть ли у него предрасположенность к развитию ***.
Согласно справке Бюро медико-социальной экспертизы N * от _ _ 2019 г. Третьякову П.Н. в связи с несчастным случаем на производстве с 24 октября 2019 г. присвоено 30% степени утраты профессиональной трудоспособности, дата очередного освидетельствования - 24 октября 2020 г. От освидетельствования в бюро МСЭ для установления инвалидности истец _ _ 2019 г. отказался.
Согласно акту о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утвержденному 22 августа 2019 г., в качестве причин, вызвавших несчастный случай, указаны: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении безопасности погрузочно-разгрузочных работ при спуске и подъеме работников в кузов автомобиля КАМАЗ (нарушена часть 2 статьи 212 ТК РФ).
Факт грубой неосторожности пострадавшего работника Третьякова П.Н. комиссией не установлен.
Как следует из дела, Третьяков П.Н. обращался в досудебном порядке за компенсацией морального вреда к ответчику, соглашения о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, между сторонами достигнуто не было.
В результате полученной производственной травмы истец понес расходы на приобретение лекарственных препаратов на сумму 1238 рублей по чеку от 26 сентября 2019 г., на сумму 964 рубля по чеку от 3 октября 2019 г., на сумму 783 рубля по чеку от 12 октября 2019 г.
Разрешая возникший между сторонами спор и установив, что 25 июня 2019 г. произошел несчастный случай на производстве, повлекший повреждение здоровья истца по причине необеспечения работодателем безопасных условий труда, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имеются законные основания для возложения на ответчика ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ обязанности по компенсации Третьякову П.Н. морального вреда, причиненного повреждением здоровья, и возмещению расходов на приобретение лекарственных средств в сумме 2985 рублей.
Выводы суда в указанной части не оспариваются, доводов, опровергающих обязанность ответчика возместить причиненный вред, апелляционная жалоба не содержит.
Проверяя решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, выражающих несогласие с определенным судом к взысканию размером компенсации морального вреда, судебная коллегия полагает их подлежащими отклонению по следующим основаниям.
При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь вышеприведенными нормами права, правомерно исходил из того, что в результате несчастного случая на производстве, произошедшего при отсутствии грубой неосторожности со стороны истца, Третьяков П.Н. испытал и продолжает испытывать физические страдания, связанные с причинением тяжкого вреда здоровью, повлекшего сильные болевые ощущения, нравственные переживания в связи с полученной травмой, необходимости прохождения длительного лечения, наступлением неблагоприятных последствий, ограничением обычной жизнедеятельности в возрасте *** лет, социальной незащищенности в виду потери работы в связи с полученной травмой, в связи с чем, принимая во внимание степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, тяжесть причинного вреда, посчитал возможным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 425000 рублей.
При этом суд учел обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, тот факт, что в соответствии с должностными инструкциями машиниста МКСМ-* IV тарифного разряда и аккумуляторщика III тарифного разряда дистанции (дорожной) в обязанности Третьякова П.Н. не входило выполнение погрузочно-разгрузочных работ, к выполнению указанных работ он был привлечен по заданию начальника гаража дистанции, которому подчинялся, а также принял во внимание, что на основании приказов ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ Третьяков П.Н. был отстранен от работы по медицинским показаниям в связи с отсутствием вакантных должностей, подходящих по состоянию его здоровья, а впоследствии был вынужден уволиться по собственному желанию, что также вызвало у истца определенного рода стресс.
Учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности обстоятельств, ссылка в апелляционной жалобе на несогласие с определенным судом размером денежной компенсации, в силу субъективности такой оценки, не могут быть приняты судебной коллегией в качестве основания для изменения присужденной судом компенсации.
Оспариваемые выводы суда первой инстанции, вопреки доводам жалобы, отвечают вышеприведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда подробно приведены в судебном постановлении, и с ними судебная коллегия соглашается.
Критерии определения размера компенсации морального вреда судом применены правильно. Обоснование судом именно такой оценки в денежном выражении степени физических и нравственных страданий достаточно мотивировано в решении, каких-либо оснований для переоценки доказательств и изменения размера взысканной судом компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.
В частности, не являются основанием для снижения размера компенсации морального вреда приведенные в жалобе доводы о том, что суд не учел индивидуальные особенности истца, который до поступления на работу имел проблемы со здоровьем, после полученной травмы способен выполнять какую-либо работу на дому, своим состоянием не подавлен, чувствует себя полноценным человеком, а также о том, что размер компенсации может быть установлен только после очередного освидетельствования.
Несостоятельна и ссылка в жалобе на то, что консультация врача невролога в судебном заседании относительно характера и последствий полученной истцом травмы носит вероятностный характер, поскольку пояснения специалиста судом учтены при оценке собранных по делу доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Допущенных судом первой инстанции нарушений правил оценки доказательств судебной коллегией не установлено.
С учетом изложенного судебная коллегия находит, что определенный судом размер компенсации морального вреда не является завышенным, на что ссылается податель в жалобе, соответствует объему физических и нравственных страданий истца, вызванных физической болью, процессом и длительностью лечения, отвечает требованиям разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающим принципам, предполагающим баланс интересов сторон.
Таким образом, доводы жалобы, направленные на несогласие с выводами суда в части установленного судом размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу истца, не являются основанием для изменения судебного постановления в оспариваемой части.
Вопрос о возмещении истцу, в пользу которого состоялось решение суда, судебных расходов разрешен судом на основании статей 88, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Доводов о несогласии с решением суда в этой части апелляционная жалоба не содержит.
Проверяя доводы апелляционной жалобы о неправомерном взыскании с ответчика государственной пошлины, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу статьи 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации льготы по уплате государственной пошлины предоставляются в случаях и порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.
Согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, в качестве истцов или ответчиков.
Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. N 8 "О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих", при решении вопроса об уплате органом военного управления государственной пошлины при обращении в суд необходимо учитывать льготы, предусмотренные Налоговым кодексом Российской Федерации. Разрешая вопрос, относится ли орган военного управления к государственному органу, имеющему льготу по уплате государственной пошлины, следует применять то значение понятия государственного органа, которое используется в соответствующей отрасли законодательства. Так, органы военного управления, созданные в целях обороны и безопасности государства, относятся к государственным органам, освобождаемым от уплаты государственной пошлины в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, при выступлении в качестве истцов или ответчиков.
Из положений пункта 2 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что к органам военного управления относятся Министерство обороны Российской Федерации, иной федеральный орган исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, центральные органы военного управления (командования, штабы, управления, департаменты, службы, отделы, отряды, центры), территориальные органы военного управления (военные комиссариаты, региональные центры, комендатуры территорий), управления и штабы объединений, соединений, воинских частей Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов.
На основании пункта 2 статьи 1 Федерального закона "Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления" государственные органы - органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации и иные государственные органы, образуемые в соответствии с законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации.
В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" в систему федеральных органов исполнительной власти входят федеральные министерства, федеральные службы и федеральные агентства.
В силу пунктов 1 и 2 Положения о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 августа 2004 г. N 1082, Министерство обороны Российской Федерации является органом управления Вооруженными Силами Российской Федерации, а также федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны.
Согласно уставу ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ данное учреждение создано в соответствии с приказом Министра обороны РФ N 14 от 10 января 2017 г. и осуществляет свою деятельность в целях обеспечения реализации полномочий по содержанию, ремонту и реконструкции автомобильных дорог Минобороны России. Учреждение находится в ведомственном подчинении Министерства обороны РФ, учредителем является Российская Федерация.
Учитывая подведомственность ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ, цели его создания и сферу возложенных Министерством обороны РФ на него функций, ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ освобождено от уплаты государственной пошлины в соответствии с подпунктом 19 пунктом 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что у суда не имелось оснований для взыскания с ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ государственной пошлины.
В этой связи, принимая во внимание, что данный вопрос по делу имеет процессуальное значение, не влияет на правильность выводов суда относительно заявленного истцом предмета и основания иска, указание суда о взыскании с ответчика государственной пошлины подлежит исключению из мотивировочной и резолютивных частей решения.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 327, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
определила:
решение Североморского районного суда Мурманской области от 8 сентября 2020 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ - без удовлетворения.
Исключить из мотивировочной и резолютивной частей решения указание суда о взыскании с ФКУ "СЕВЕРВОЕНДОР" МО РФ в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 700 рублей.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
