Дата принятия: 14 октября 2019г.
Номер документа: 33-5335/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТЮМЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 октября 2019 года Дело N 33-5335/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:
председательствующего судьи Пуминовой Т.Н.,
судей: Жегуновой Е.Е., Чесноковой А.В.,
при секретаре Копановой М.С.,
с участием прокурора Сипиной С.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-2851/2019 по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя Михайловой Е.А. на решение Калининского районного суда г.Тюмени от 15 мая 2019 года, которым постановлено:
"Исковые требования Калининой А.С. к ИП Михайловой Е.А. о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Восстановить Калинину А.С. на работе у ИП Михайловой Е.А. в должности <.......> с 12.02.2019.
Взыскать с ИП Михайловой Е.А. в пользу Калининой А.С. средний заработок за время вынужденного прогула в размере 36 610,00рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000,00 рублей, почтовые расходы в размере 356,00 рублей.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с ИП Михайловой Е.А. государственную пошлину в бюджет муниципального образования города Тюмени в размере 1 598,00 рублей.
Решение в части восстановления на работе привести к немедленному исполнению".
Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Пуминовой Т.Н., представителя ответчика Герасимову А.Г., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия Тюменского областного суда,
установила:
Истец Калинина А.С. обратилась в суд с иском к ИП Михайловой Е.А. о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда.
Исковые требования мотивированы тем, что она состояла с ответчиком в трудовых отношениях с 12 ноября 2018 года на основании срочного трудового договора в должности <.......>. Срок договора определен сторонами на три месяца, должностной оклад в размере 15 000 руб. ежемесячно. В январе 2019 года она поставила работодателя в известность о том, что находится в состоянии беременности, однако работодатель настаивал на расторжении трудового договора, предоставив 31 января 2019 года на подпись истцу соглашение о расторжении договора, которое она отказалась подписывать. 06 февраля 2019 года она направила в адрес ответчика заявление о продлении срока действия срочного трудового договора до окончания беременности, с приложением медицинской справки, однако 12 февраля 2019 года она была уволена по п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (истечение срока трудового договора). Считает увольнение незаконным со ссылкой на ст. 261 Трудового кодекса РФ. Указывает, что за защитой нарушенного права обращалась в прокуратуру и государственную инспекцию по труду, последний ответ на ее обращение был получен 14 марта 2019 года. В связи с указанным просит восстановить пропущенный срок для подачи иска, восстановить ее на работе в должности <.......>, взыскать средний заработок за все время вынужденного прогула с 12 февраля 2019 года по день восстановления на работе в сумме 30 000 рублей за каждый месяц, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей, почтовые расходы в сумме 356 рублей.
В судебном заседании истец Калинина А.С. и ее представитель Юрина Т.А. на удовлетворении исковых требований настаивали.
Ответчик ИП Михайлова Е.А. в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена, ее представитель Герасимова А.Г. в судебном заседании с иском не согласилась. Считает, что истцом пропущен срок на обращение в суд, оснований для его восстановления не имеется.
Суд постановилуказанное выше решение, с которым не согласна ответчик ИП Михайлова Е.А.. В апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в иске в полном объеме. Указывает, что истцом не представлено доказательств надлежащего уведомления работодателя о намерении продлить срок трудового договора в связи с наступлением беременности, документы отправлены истцом без описи вложения. Полагает, что истец намеренно скрывала факт беременности от работодателя, злоупотребив своими правами, поскольку согласно медицинским документам Калинина А.С. знала о беременности еще до поступления на работу, преследовала цель материальной выгоды, намерений исполнять трудовые обязанности не имела. Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не были учтены обстоятельства трудовых взаимоотношений сторон, а именно, что Калинина А.С. проявила себя как недисциплинированный безынициативный работник. За два месяца действия трудового договора, истец фактически отработала 30 дней, в остальное время была временно нетрудоспособна, либо находилась в отпуске без сохранения заработной платы. Также считает, что истцом срок подачи иска о восстановлении на работе пропущен целенаправленно, вследствие недобросовестных действий, чтобы выждать время, за которое будет выплачена денежная компенсация, в то время как после немедленного вступления в силу решения суда истцу пришлось бы выйти на работу и работать вплоть до отпуска по беременности и родам. Кроме того, отмечает, что расчет среднего заработка для установления размера заработной платы за период вынужденного прогула судом произведен неверно без учета, что в день увольнения 12 февраля 2019 года истец не вышла на работу, был зафиксирован прогул работника.
На апелляционную жалобу поступили письменные возражения истца Калининой А.С., в которых просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как это предусмотрено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения относительно доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как правильно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела Михайлова Е.А. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 27 января 2000 (л.д.65-68).
12 ноября 2018 года между работодателем ИП Михайловой Е.А. и Калининой А.С. (до заключения брака Степановой) заключен срочный трудовой договор о приеме на работу на должность <.......> сроком на 3 месяца, начиная с 12 ноября 2018 года, должностной оклад (тарифная сетка) установлен в размере 15 000 руб. (л.д.7-9).
04 февраля 2019 истица в установленном законом порядке уведомлена об истечении срока трудового договора 12 февраля 2019 и предстоящем увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ в связи с истечением срока трудового договора (л.д.11).
Из представленной в дело справки от 04 февраля 2019 года ГБУЗ ТО <.......> усматривается, что Калинина А.С. находится в состоянии беременности 15 недель (л.д.14).
06 февраля 2019 посредством почтового отправления Калинина А.С. направила работодателю заявление о продлении срока срочного трудового договора до окончания беременности, приложив справку о беременности (л.д.13-16, 115,116).
Приказом N 3 от 12 февраля 2019 года Калинина А.С. была уволена с должности <.......> ИП Михайловой Е.А. по основанию п.2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, в связи с истечением срока трудового договора (л.д.17).
Разрешая спор по существу и удовлетворяя требования Калининой А.С. суд первой инстанции исходил из того, что Калинина А.С. осуществляла трудовую деятельность у ИП Михайловой Е.А. на основании срочного трудового договора со сроком действия три месяца, начиная с 12 ноября 2019 года, истечение которого пришлось на период беременности Калининой А.С. в связи с чем, в силу ч. 2 ст. 261 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан был продлить срок действия трудового договора до окончания ее беременности.
Указанный вывод суда первой инстанции судебная коллегия находит правильным, поскольку он соответствует требованиям норм материального права, подлежащих применению по настоящему делу, а также материалам гражданского дела.
Согласно Конституции Российской Федерации политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; материнство и детство, семья находятся под защитой государства; мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации (статья 7; статья 19, часть 3; статья 38, часть 1).
Государственная поддержка семьи, материнства, отцовства, детства, направленная в том числе на повышение уровня рождаемости (за счет рождения в семьях второго и последующих детей) как важного условия сохранения и развития многонационального народа России, в настоящее время приобретает особую социальную значимость и является приоритетной задачей демографической политики Российской Федерации, а следовательно, предполагает наличие правовых механизмов, которые обеспечивали бы институту семьи эффективную защиту, адекватную целям социальной и экономической политики Российской Федерации на конкретно-историческом этапе, а также уровню экономического развития и финансовым возможностям государства.
Равные возможности как при вступлении в трудовые отношения, так и в процессе трудовой деятельности должны создаваться и для граждан - родителей малолетних детей, что в силу статьи 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 7 (часть 2) и 19 предполагает установление на законодательном уровне для таких работников ряда гарантий и льгот, которые позволяли бы им наравне с другими гражданами реализовать свое конституционное право на труд без ущерба для надлежащего выполнения обязанности по воспитанию детей (статья 38, часть 2, Конституции Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременными женщинами не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
В случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска (часть 2 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", с учетом положений части второй статьи 261 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности.
Довод жалобы о том, что истцом не представлено доказательств надлежащего уведомления работодателя о намерении продлить срок трудового договора в связи с наступлением беременности, противоречит материалам дела, согласно которых подтвержден факт направления истцом Калининой А.С. заявления о намерении продления срока трудового договора и документа, подтверждающего состояние беременности, в связи с чем, доводы об обратном несостоятельны.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что истец ненадлежащим образом исполняла трудовые обязанности, не могут повлечь отмены постановленного решения, поскольку указанные обстоятельства не были предметом спора и не являлись основанием для увольнения истца.
Разрешая ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока, предусмотренного ст.392 Трудового кодекса РФ суд первой инстанции обоснованно исходил из уважительности причин пропуска истцом сроков на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В п. 16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок. Об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.
В связи с тем, что истицей были предприняты попытки решить трудовой спор во внесудебном порядке, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о восстановлении срока на обращение в суд.
Довод жалобы о том, что срок подачи иска о восстановлении на работе пропущен целенаправленно, вследствие недобросовестных действий со стороны истца, не может быть принят во внимание, поскольку доказательств данному обстоятельству не представлено.
Не влияет на принятое решение довод апелляционной жалобы, касающийся необоснованного включения судом в период вынужденного прогула день 12 февраля 2019 года, поскольку началом периода вынужденного прогула является день увольнения, а окончанием - день восстановления на работе.
Таким образом, разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановилрешение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия Тюменского областного суда,
определила:
Решение Калининского районного суда г.Тюмени от 15 мая 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Михайловой Е.А. - без удовлетворения.
Председательствующий подпись
Судьи коллегии: подписи
Копия верна.
Судья
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
