Определение Судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 31 августа 2020 года №33-5258/2019, 33-3/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 августа 2020 года Дело N 33-3/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
председательствующего Амосова С.С.
судей Ананиковой И.А., Жилкиной Е.В.
при секретаре Васильевой Н.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании
гражданское дело N 2-4797/2016 по иску Шевченко Валентины Олеговны к Шилкиной Татьяне Николаевне, Шилкину Алексею Олеговичу, Шилкину Денису Олеговичу, Орешковой Валентине Владимировне, Акопян Алине Рубики, Романовичу Алексею Николаевичу, Митюковой Юлии Александровне, Министерству имущественных отношений Иркутской области, Администрации Марковского МО о признании права собственности на объекты недвижимости
по апелляционной жалобе Орешковой В.В.
на заочное решение Иркутского районного суда Иркутской области от 8 декабря 2016 года,
УСТАНОВИЛА:
Обратившись в суд с иском, Шевченко В.О. просила признать за нею право собственности на недвижимое имущество: открытый склад площадью 3600 кв.м, расположенный по адресу: (данные изъяты) кадастровый номер: Номер изъят; котлован под овощехранилище, расположенный по адресу: Иркутская область, Иркутский район, 0,4 км северо - западнее р.п. Маркова, площадью 400 кв.м, объем 2000 куб.м, кадастровый номер Номер изъят. Мотивировала это тем, что спорное имущество входит в состав наследства, оставшегося после смерти ее отца Шилкина О.Б., умершего 17.07.2008, при этом она является наследником, принявшим часть наследственного имущества в установленном законом порядке.
Приведенным выше заочным решением суда постановлено иск удовлетворить.
В апелляционной жалобе не привлекавшаяся к участию в деле Орешкова В.В. просила заочное решение отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать. Ссылалась на то, что обжалуемое решение затрагивает ее права и законные интересы, поскольку судом установлено право истца в отношении объекта: котлован с указанием места его расположения на принадлежащем ей на праве собственности земельном участке с кадастровым номером Номер изъят. Полагала, что за истцом признано право на объекты при отсутствии доказательств их фактического существования и наличия у этих объектов признаков недвижимого имущества.
Определением судебной коллегии от 02.10.2019 постановлено о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Орешкова В.В. ( л.д. 43-45 т. 3).
Неоднократно уточняя требования в порядке реализации процессуальных прав в части предмета иска, состава ответчиков, истец Шевченко В.О., действуя в лице своих представителей, окончательно сформулировала их следующим образом: просила признать за нею право собственности на открытый склад площадью 3600 кв.м, расположенный по адресу: (данные изъяты), кадастровый номер: Номер изъят; котлован под овощехранилище, расположенный по адресу: Иркутская область, Иркутский район, 0,4 км, северо - западнее р.п. Маркова, площадью 400 кв.м, объем 2000 куб.м, кадастровый номер Номер изъят; земельный участок площадью 2183,27 кв.м, на котором находится котлован под овощехранилище, в границах в соответствии с каталогом координат, определенных в заключении кадастрового инженера Филиппова П.А.; земельный участок площадью 3816,78 кв.м, на котором находятся котлован под овощехранилище и открытый склад в границах, установленных согласно заключению кадастрового инженера Филиппова П.А.; признать отсутствующим право Орешковой В.В. на земельный участок с кадастровым номером Номер изъят площадью 800 кв.м; признать отсутствующим право Акопян А.Р. на земельный участок с кадастровым номером Номер изъят в части площади наложения 899,12 кв.м, признать отсутствующим право Романовича А.Н. и Митюковой Ю.А. на земельный участок с кадастровым номером Номер изъят в части площади наложения 7,57 кв.м и земельный участок с кадастровым номером Номер изъят площадью 930 кв.м; признать отсутствующим право собственности Марковского МО на земельный участок с кадастровым номером Номер изъят в части площади наложения 154,53 кв.м согласно приведенным в заключении кадастрового инженера Филиппова П.А. каталогам координат пересечения земельных участков, занятых спорными объектами, с земельными участками ответчиков (л.д. 218-226 т.4).
В письменных возражениях относительно заявленных требований представитель Орешковой В.В. и Митюковой Ю.А. - Белоусова Е.В. просит в иске отказать. Ссылается на отсутствие на земельном участке Орешковой В.В. спорного объекта "котлован" как такового, несоответствие открытого склада и котлована под овощехранилище признакам объектов недвижимости (ст. 130 ГК РФ), законность обретения Орешковой В.В., Митюковой Ю.А. и их правопредшественниками прав на земельные участки. Полагает, что факт приобретения ООО "Шилис" земельных участков не подтвержден представленным истцом договором купли - продажи от 23.06.1997, в котором отсутствуют какие - либо сведения о местоположении земельных участков, их индивидуальных признаках. По ее мнению, истцом пропущен срок исковой давности, поскольку в состав наследства спорные объекты заявлены не были, длительный период наследник не интересовалась судьбой наследства, и, обратившись с данным иском, желает узаконить несуществующее недвижимое имущество.
В судебное заседание Шевченко В.О., Шилкина Т.Н., Шилкин А.О., Орешкова В.В., Акопян А.Р., Митюкова Ю.А., представители Марковского МО, Министерства имущественных отношений Иркутской области не явились. Суд рассмотрел дело в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ с учетом положений ст. 113 ГПК РФ, п.1 ст. 165.1 ГК РФ, признав извещение надлежащим.
Заслушав объяснения представителя истца Волковой Л.Е., ответчика Шилкина Д.О., его представителя Косовой Е.А., ответчика Романовича А.Н., представителя Орешковой В.В., Митюковой Ю.А. - Белоусовой Е.В., представителя Орешковой В.В. - Саенко И.В., исследовав представленные сторонами доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно п. 2 ст. 218 ГКРФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В соответствии с п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (абз.1 ст. 1112 ГК РФ).
По делу установлено и материалами наследственного дела N 330 к имуществу Шилкина Олега Борисовича, умершего 17.07.2008 (л.д. 71-156 т.1), подтверждено, что его наследниками по закону, принявшими наследство в установленном законом порядке путем подачи заявлений нотариусу по месту открытия наследства являются Шевченко (ранее - Шилкина) В.О., Шилкина Т.Н., Шилкин Д.О., Шилкин А.О., получившие свидетельства о праве на наследство по закону в отношении имущества наследодателя, зарегистрированного на его имя. При жизни Шилкин О.Б. являлся единственным учредителем ООО "Шилис" ИНН 3810004295, КПП 381001001, зарегистрированного 01.04.1992; исключенного из ЕГРЮЛ 23.05.2011 по решению МИФНС N 17 по Иркутской области в связи с прекращением деятельности ( л.д. 10-15, 26-30 т.1).
Обратившись в суд с данным иском, Шевченко В.О. срок исковой давности не пропустила, поскольку приняла наследство в порядке универсального правопреемства с момента его открытия.
В обоснование заявленных требований Шевченко В.О. ссылалась на то, что имущество юридического лица, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов в силу п. 8 ст. 63 ГК РФ передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество; участник хозяйственного товарищества или общества согласно п.1 ст. 67 ГК РФ вправе получать в случае ликвидации товарищества или общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость, поэтому в связи со смертью единственного учредителя ООО "Шилис" Шилкина О.Б. право на имущество общества перешло к его наследникам. На момент смерти Шилкина О.Б. за ООО "Шилис" числилось недвижимое имущество, расположенное по адресу: 0,4 км на северо - запад от р.п. Маркова Иркутского района Иркутской области: открытый склад площадью 3600 кв.м; котлован под овощехранилище объемом 200 куб. м, примыкающая территория площадью 0,24 га, существовавшие на дату прекращения деятельности общества и имеющиеся в настоящее время.
Исходя из распределения бремени доказывания юридически значимых обстоятельств (п.1 ст. 56 ГПК РФ), Шевченко В.О. обязана была доказать, что наследодателю при жизни в составе имущества ООО "Шилис" принадлежали спорные объекты, и эти объекты обладают признаками недвижимого имущества.
В качестве доказательства возникновения права собственности ООО "Шилис" на спорные объекты истцом представлен договор N 1 купли - продажи незавершенного строительства от 23.06.1997, заключенный между АОЗТ "Кайское" и ООО "Шилис" в лице директора Шилкина О.Б., в котором содержатся следующие условия: продавец продает, а покупатель покупает незавершенное строительство общей площадью 0,6 га в следующем составе: открытый склад площадью 0,36 га (площадка с бетонным основанием толщиной 0,3 м, огороженная по периметру железобетонными заборными плитками Н-2,2м), гараж из фундаментных блоков площадью 77,2 кв.м, расположенный на территории открытого склада, примыкающая территория 0,24 га, котлован под овощехранилище 20*20*5м, объем 2000 куб.м, расположенный на примыкающей территории по адресу: (данные изъяты) недвижимое имущество расположено на земельном участке размером 7102 га, пользование которым осуществляется на основании Государственного акта на пользование землей N 750601879 от16.03.1994, выданного Комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам Иркутского района; стоимость имущества составляет 60000000 (неденоминированных) руб.; покупатель погашает задолженность продавца перед кредиторами на указанную сумму.
В акте приема - передачи от 23.06.1997 указано на передачу покупателю имущества: открытый склад площадью 0,36 га (площадка с бетонным основанием толщиной 0,3 м, огороженная по периметру железобетонными заборными плитками Н-2,2м), гараж из фундаментных блоков площадью 77,2 кв.м, расположенный на территории открытого склада, примыкающая территория 0,24 га, котлован под овощехранилище объемом 2000 куб.м. В разделе акта "доделки" предусмотрено завершить строительство овощехранилища, закончить ограждение примыкающей территории площадью 0.24 га, после завершения строительства произвести благоустройство прилегающей территории, ремонт подъездных дорог, озеленение территории. По заключению комиссии, подписавшей акт, объект пригоден для хранения и стоянки строительно - дорожных машин и другой сельхозтехники.
Истцом указано на фактическое использование ООО "Шилис" открытого склада в качестве стоянки транспортных средств.
В инвентарном деле N 22635 на объект недвижимого имущества по адресу: (данные изъяты), представленном суду со стороны истца, имеется технический паспорт от 02.04.2003 на автостоянку, в котором содержится описание спорного объекта, приобретенного по договору N 1 от 23.06.1997 как сооруженного из бетонной площадки, забора из бетонных плит, ворот металлических (л.д. 206 т.3).
В техническом паспорте объекта: открытый склад от 11.11.2008 в разделе "состав сооружения" указано, что сооружение площадью 3600 кв.м состоит из бетонной площадки, забора железобетонного высотой 2,20м, ворот металлических высотой 2,20 м (л.д.44-47 т.1). Согласно кадастровому паспорту кадастровый номер Номер изъят присвоен сооружению открытый склад 08.12.2008 (л.д.41-43 т.1).
В заключении кадастрового инженера Потапова А.С. (АО "Восточно- Сибирское геодезическое предприятие") от 28.02.2020 со ссылкой на проведенные полевые исследования с использованием метода спутниковых геодезических измерений содержится вывод, что территорией открытого склада площадью 3676 кв.м является площадка с бетонным основанием, огороженная по периметру железобетонными заборными плитами высотой 2,2 м (л.д. 159-162 т.5).
По заключению специалистов (кадастрового инженера, оценщика, специалиста в области строительства) от 31.01.2020, изучивших документы, относимые к сооружению открытый склад (кадастровый номер Номер изъят), данное сооружение построено в порядке, предусмотренном действующим на момент строительства законодательством, на предназначенном для этих целей земельном участке с кадастровым номером Номер изъят, образованном в границах, установленных Государственным актом N 750601879 от 16.03.1994; поставлено на государственный кадастровый учет и по данным технического паспорта от 11.11.2008 введено в эксплуатацию в 1980 г. На балансе застройщика объектов АОЗТ "Кайское" отражены фактически понесенные на строительство затраты капитального характера, о чем свидетельствует акт формы ОС-1 (Положение по бухгалтерскому учету долгосрочных инвестиций, утв. Минфином РФ 30.12.1993 N 160). Исследованные документы явились основанием для вывода специалистов о том, что открытый склад, относящийся к предмету договора купли - продажи N 1 от 23.07.1997, отвечает признакам недвижимой вещи и является объектом недвижимости (л.д. 239- 243 т.3, л.д. 60-69 т.4).
Представленным фотоматериалом (л.д. 249-251 т.3) подтверждено, что ограждение открытого склада состоит из бетонных плит.
Допрошенный судом апелляционной инстанции свидетель Куковский А.Н., работавший в АОЗТ "Кайское" на дату заключения вышеназванного договора, пояснил, что объект "открытый склад" имел бетонное основание на поверхности земли и бетонный забор, представлял собой площадку, изначально предназначавшуюся под складирование металлоконструкций для теплиц, создавался на время строительства тепличного хозяйства, цели использовать его после завершения строительства, по его мнению, не имелось (л.д.34- 36 т.4).
Свидетель Чернявский С.В., работавший в АОЗТ "Кайское" в период 1994-1999 г.г., показал, что открытая площадка склада использовалась для хранения оборудования для теплиц, являлась вспомогательным сооружением для строительства второй очереди тепличного комбината (л.д.135-137 т.5).
Из показаний этих же свидетелей следует, что спорный котлован, выкопанный в земле, находился рядом с площадкой открытого склада никакой заливки бетоном и укрепления арматурой не имел, был предназначен для строительства вспомогательного объекта (овощехранилища).
В техническом паспорте от 02.02.2012 процент готовности котлована определен 10% (л.д.31-37 т.1), объект с кадастровым номером Номер изъят поставлен на государственный кадастровый учет 01.03.2016 (л.д. 38 т.1). При этом его фактическое существование на время рассмотрения настоящего дела опровергается заключением кадастрового инженера Дудника Н.А. от 03.07.2018 (л.д. 96-98 т.3), осуществившего исследование земельного участка Орешковой В.В., на котором по данным ЕГРН расположен котлован. Путем осмотра земельного участка специалист установил, что объект с кадастровым номером Номер изъят отсутствует, вместо него на земельном участке имеется мусорная яма. В приложении к заключению путем фотографирования зафиксировано углубление в земле, в котором отсутствуют какие - либо конструктивные элементы (сваи, арматура, иные элементы фундамента).
Относимость названого заключения и фотографического изображения к объекту "котлован" участвующими в деле лицами не отрицалась. Доказательств иного физического состояния данного объекта истцом не представлено.
Признавая, что совокупность представленных сторонами доказательств с достаточной степенью достоверности позволяет установить технические характеристики объектов, при этом обстоятельств, опровергающих выводы заключений от 31.01.2020, от 28.02.2020, от 03.07.2018 ответчиками не приведено, судебная коллегия не усматривает оснований для признания открытого склада и котлована объектами недвижимости.
К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства (ст. 130 ГК РФ).
В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ).
Для признания имущества недвижимым как объекта гражданских прав необходимо подтверждение того, что данный объект был создан именно как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил
Право собственности (право хозяйственного ведения и оперативного управления) может быть зарегистрировано в ЕГРП лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.
Поскольку требование о государственной регистрации прав установлено лишь в отношении недвижимости как категории гражданского права, вывод о необходимости распространения в отношении того или иного объекта капитального строительства соответствующего правового режима может быть сделан в каждом конкретном случае только с учетом критериев, установленных нормами Гражданского кодекса.
Вопрос о принадлежности того или иного сооружения к категории недвижимости решается судом в каждой конкретной ситуации исходя из объективных технических характеристик. При этом "объект капитального строительства", под которым понимается здание, строение, сооружение, объекты незавершенного строительства, за исключением временных построек, киосков, навесов и других подобных построек (п.10 ст. 1 ГрК РФ), является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому не может подменять собой правовую категорию "объект недвижимого имущества", имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание.
Признание объекта недвижимым в качестве объекта гражданских прав невозможно на том лишь основании, что оно прочно связано с землей и на него оформлен кадастровый паспорт.
По смыслу п.1 ст. 130 ГК РФ прочная связь с землей является не единственным признаком, по которому объект может быть отнесен к недвижимости. Вопрос о том, является ли конкретное имущество недвижимым, должен разрешаться с учетом назначения этого имущества и обстоятельств, связанных с его созданием.
Техническими критериями отнесения имущества к недвижимому являются монтаж имущества на специально возведенном для этого фундаменте, подведение к нему стационарных коммуникаций, принадлежность строения к капитальным. При этом сами по себе технические характеристики не являются определяющими. Объекты, которые хотя и прочно связаны с землей, но не имеют самостоятельного функционального назначения, не признаются недвижимостью. Соответствующие сооружения рассматриваются в качестве улучшения того земельного участка, для обслуживания которого возведены, поэтому являются его неотъемлемой частью, а потому следуют его юридической судьбе (Постановления Президиума ВАС РФ от 17.01.2012 N 4777/08, от 24.09.2013 N 1160/13)
На дату договора N 1 от 23.06.1997 открытый склад являлся объектом незавершенного строительства, что прямо следует из текста договора.
Хотя открытый склад и прочно связан с землей, по сути является замощением земельного участка на котором расположен, не имеет собственного функционального назначения в отрыве от земельного участка, не обладает самостоятельными полезными свойствами, создан исключительно в целях улучшения полезных свойств используемой территории (ее благоустройства), обслуживает только названный участок и выполняет вспомогательную к нему функцию, в связи с чем представляет собой его неотъемлемую составную часть и не может рассматриваться как самостоятельная недвижимая вещь.
Забор из бетонных плит ограждает площадь открытого склада, т.е. территорию земельного участка по периметру его замощения, выполняет тем самым обслуживающую функцию по отношению к части соответствующего земельного участка, не имеет самостоятельного хозяйственного назначения.
Поскольку укладка на части земельного участка определенного (в т.ч. железобетонного) покрытия при отсутствии фундамента не создает новых отдельных от него объектов недвижимости, спорный объект "открытый склад" не соответствует квалифицирующим признакам недвижимого имущества.
При оценке котлована как объекта прав судебная коллегия принимает во внимание, что работы по возведению фундамента предполагавшегося к строительству сооружения не выполнены, готовность котлована как указано в техническом паспорте от 02.02.2012 составляет 10 %, что в силу разъяснений абз.5 п.38 постановления Пленума Верховного Суда РФ исключает возможность признания строящегося объекта недвижимой вещью.
В абзаце 3 пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды" изложена правовая позиция о том, что если при проведении правовой экспертизы регистрирующий орган придет к выводу о том, что объект незавершенного строительства как самостоятельная недвижимая вещь отсутствует (например, на объекте не полностью завершены фундаментные работы и т.п.), то отказ в государственной регистрации прав является правомерным.
В отсутствие доказательств того, что работы по сооружению фундамента или аналогичные им работы завершены, котлован не образует объекта недвижимого имущества. В этой связи представленные суду сведения о предпринятых собственником земельного участка с кадастровым номером Номер изъят Орешковой В.В. действиях по закапыванию котлована (л.д. 93-114 т.4) не имеют значения для оценки объекта, несоответствующего критериям недвижимого имущества в любом случае.
Таким образом, относящиеся к предмету договора N 1 от 23.06.1997 незавершенные строительством открытый склад, котлован под овощехранилище изначально не являлись объектами недвижимого имущества, и передача их ООО "Шилис" не влекла возникновения у последнего права на них как на недвижимое имущество.
В п. 59 совместного постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее Постановление N 10/22) разъяснено, что, если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.
По состоянию на 23.06.1997 согласно п.1 ст. 131 ГК РФ в редакции от 12.08.1996, действовавшей с 24.02.1996 до 13.07.1999, право собственности и другие вещные права подлежали государственной регистрации в едином государственном реестре учреждениями юстиции. Произведенная регистрация прав на недвижимость и сделок с ней удостоверялась, в том числе, путем выдачи документа о зарегистрированном праве (п.3 ст. 131 ГК РФ).
В силу ст. 8 ФЗ от 30.11.1994 N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и ст. 6 ФЗ от 26.01.1996 N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" (в редакциях, действовавших 23.07.1997) впредь до введения в действие закона о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, применяется действующий порядок регистрации недвижимого имущества и сделок с ним.
Нормами ГК РФ по состоянию на 23.06.1997 предусматривалось, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма (п.1 ст. 434); договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (п.3 ст. 433); сделки с землей и другим недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и в порядке, предусмотренных ст. 131 настоящего Кодекса и законом о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ст. 164); в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (ч. 2 ст. 223 ГК РФ).
ФЗ от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" введен в действие в 1998 году, вследствие чего процедура государственной регистрации прав должна была осуществляться в соответствии с Инструкцией "О порядке регистрации строений в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР", утвержденной приказом Министерства коммунального хозяйства РСФСР от 21.02.1968 N 83, согласно которой регистрации подлежали все строения, расположенные в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР, независимо от того, в чьем ведении они находятся (§ 2). Регистрация строений по Инструкции не производилась лишь на территориях, отведенных промышленным предприятиям (на промплощадках).
Разделом IV Инструкции "Ведение реестровых книг" установлено, что данные о праве собственности на строения на основании решений исполкомов рай(гор)советов депутатов трудящихся вносятся бюро технической инвентаризации в реестровые книги строений данного населенного пункта, а также в инвентаризационные карточки в соответствии с теми пунктами и графами, которые в них предусмотрены. После регистрации прав собственности в реестровых книгах бюро технической инвентаризации делают на правоустанавливающих документах собственников строений (кроме регистрационного удостоверения) и на надлежаще заверенных копиях с них, оставляемых в делах бюро технической инвентаризации, соответствующие регистрационные надписи(§ 17). Форма надписи (штампа) на правоустанавливающем документе и копии с него при первичной регистрации содержалась в Приложении N 6.
Согласно приведенным нормам для договоров купли-продажи недвижимого имущества была предусмотрена не только обязательная регистрация, но и особый порядок оформления правоустанавливающих документов.
Исследованный судом апелляционной инстанции подлинник договора купли-продажи N 1 от 23.06.1997 отметок (штампа) органа технической инвентаризации установленной формы о регистрации за ООО "Шилис" объектов не содержит. На договоре имеется дата входящей регистрации документа: от 23.07.1997 без номера (л.д. 27 т.1, л.д. 56 т.2), печать органа техинвентаризации и подпись, принадлежность которой не представляется возможным установить в связи с отсутствием каких - либо данных о лице, исполнившем подпись и его должности в органе техинвентаризации.
Таким образом, в отношении объектов, указанных в договоре купли-продажи от 23.06.1997, в нарушение приведенных положений не был применен действующий порядок регистрации недвижимого имущества и сделок с ним. Договор купли - продажи N 1 от 23.07.1997, не прошедший государственную регистрацию в установленном порядке, не является доказательством перехода прав к ООО "Шилис" в силу приведенных выше норм в редакции ГК РФ от 12.08.1996.
Согласно общей норме ГК РФ (ч. 1 ст. 165 ГК РФ в ред. 12.08.1996) нарушение требований об обязательной государственной регистрации сделки влечет за собой ее ничтожность. Это означает, что такая сделка являлась недействительной с момента ее заключения и независимо от того, будет ли она оспорена стороной или третьим лицом в суде.
В силу положений ст. 167 ГК РФ недействительная (ничтожная) сделка не порождает юридические последствия и недействительна с момента ее совершения. Ничтожная сделка является таковой независимо от признания ее ничтожной судом (ст. 166 ГК РФ).
Ответами Восточно-Сибирского филиала АО "Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ", ОГБУ " "Центр государственной кадастровой оценки объектов недвижимости" заявителям сообщено об отсутствии сведений относительно объектов незавершенного строительства, принадлежавших АОЗТ "Кайское" (л.д. 24, 25 т.4). Впервые инвентаризация открытого склада была осуществлена в 2003 году (инвентарное дело N 22635, в котором объект поименован автостоянкой, л.д. 205-220 т. 3). На государственный кадастровый учет объекты недвижимого имущества: открытый склад и котлован поставлены после смерти Шилкина О.Б. при отсутствии в ЕГРН сведений о зарегистрированных правах в отношении этих объектов.
Между тем, проведение в отношении сооружения технического и кадастрового учета является следствием, а не причиной распространения на конкретный объект правового режима недвижимого имущества и осуществление в отношении него технического учета не может служить основанием для признания объекта недвижимостью. Поэтому доводы стороны истца о постановке спорных объектов на кадастровый учет в качестве недвижимого имущества не имеют значения для определения их действительного правового статуса.
Судебная коллегия также не усматривает оснований для признания за истцом права в порядке наследования на испрашиваемый земельный участок.
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 552 ГК РФ (в редакции от 12.08.1996) по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на ту часть земельного участка, которая занята этой недвижимостью и необходима для ее использования. Продажа недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, допускается без согласия собственника этого участка, если это не противоречит условиям пользования таким участком, установленным законом или договором.
Пунктом 1 ст. 37 ЗК РСФСР (действовавшего до 30.10.2001) предусматривалось, что при переходе права собственности на строение, сооружение или при передаче их другим предприятиям, учреждениям, организациям и гражданам вместе с этими объектами переходит и право пользования земельными участками, при этом им выдается новый документ, удостоверяющий право на землю.
Земельный участок как объект права на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.
В договоре купли - продажи N 1 от 23.06.1997 такие характеристики не определены. На момент заключения договора АОЗТ "Кайское" на основании постановления мэра Марковского МО от 26.03.1996 N 193 "О передаче в собственность и предоставлении в пользование государственных земель АОЗТ "Кайское" были переданы государственные земли в коллективно - совместную собственность бесплатно общей площадью 1953 га (в том числе пашни, сенокосы, пастбища) согласно прилагаемому списку собственников; в пользование на правах аренды сроком на 50 лет переданы земельные угодья 4854 га (в том числе лесные угодья, кустарники, болота, прочие земли); в пользование переданы государственные земли с последующей передачей в коллективно - совместную собственность под водой и под дорогами.
Таким образом, на дату 23.06.1997 часть земель АОЗТ "Кайское" находилась в совместной собственности лиц, имевших право на получение земли в собственность бесплатно в прядке приватизации сельхозпредприятия в виде земельных долей, а не конкретных земельных участков; остальные земли находились в пользовании общества как юридического лица согласно Государственному акту на пользование землей N 750601879 от16.03.1994 и названному постановлению. Поэтому доводы сторон относительно конкретного вида права АОЗТ "Кайское" на земельные участки, о которых возник спор, учитывая действовавшее законодательство (в т.ч. Указа Президента РФ от 02.03.1992 N 213, Постановления Правительства РФ от 04.09.1992 N 708), носят характер предположений, обусловленных отсутствием доказательств передачи ООО "Шилис" права на конкретный участок, обязанность по представлению которых возлагалась на истца.
Согласно представленному истцом заключению кадастрового инженера Мымрикова Г.П. земли под котлованом и открытым складом не могли быть включены в состав земель коллективно - совместной собственности АОЗТ "Кайское", к которым относились только сельхозугодья (л.д.178-179 т.5). Из такого вывода следует, что занимаемый котлованом и открытым складом земельный участок не мог находиться в коллективно - совместной собственности, следовательно, принадлежал АОЗТ "Кайское" на праве пользования и не мог быть отчужден ООО "Шилис".
Испрашиваемые истцом земельные участки в границах, определенных в заключении кадастрового инженера Филиппова П.А., как объекты права отсутствуют и отсутствовали на дату заключения договора. По существу эти участки является территорией, необходимой для использования спорных объектов, границы которой произвольно указаны истцом в рамках данного дела.
Право ООО "Шилис" на земельный участок зарегистрировано не было, документ, удостоверяющий право на землю в порядке п.1 ст. 37 ЗК РСФСР, обществу не выдавался, земельный участок на кадастровом учете как объект гражданских прав не состоял и не состоит. Относительно отсутствия у ООО "Шилис" прав на земельный участок под используемыми объектами Шилкин О.Б. не заблуждался, о чем свидетельствуют предпринимаемые им в 1997, 1998, 2004 г.г. действия, направленные на получение права на земельный участок под автостоянку, размещенную на территории открытого склада.
Документами землеустроительных дел ( л.д.74-99 т.5, л.д. 184-226 т.3), подтверждается, что в отношении земельного участка под открытым складом им была инициирована процедура, предусмотренная для случаев приобретения прав на земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, на которых расположены здания, строения, сооружения, при этом им представлялся договор купли продажи с АОЗТ "Кайское" от 21.10.1996 иного содержания (л.д.71 т.5). Объяснениями представителей Волковой Л.Е., Косовой Е.А. подтверждено, что отказ в предоставлении земельного участка Шилкину О.Б. был обусловлен назначением земель, на которых находился открытый склад: для сельскохозяйственного назначения, что не предусматривало ведение на земельном участке деятельности по эксплуатации автостоянки.
Из изложенного следует, что сам наследодатель не считал право ООО "Шилис" на земельный участок возникшим из договора N 1 от 23.06.1997, оформление им документов в отношении земельного участка осуществлялось не с целью определения границ участка, а для получения на него права, в чем ему было отказано. Фактическое же пользование земельным участком, независимо от срока пользования, основанием возникновения права не является.
Доводы ответчика Шилкина Д.О. о добросовестном поведении наследодателя, не обладавшего достаточной компетенцией в правовых вопросах как при заключении договора купли - продажи, так и в дальнейшем, судебная коллегия находит не имеющими значения для оценки исследованных доказательств, а также противоречащими фактическим обстоятельствам, поскольку пользуясь спорными объектами и земельным участком в период 1997 -2008 г.г,, Шилкин О.Б. не выступал в качестве их титульного собственника, не нес обязанностей по уплате налогов, не вносил плату за пользование землей, при этом достоверно знал, либо должен был знать об отсутствии у него зарегистрированных прав на эти объекты.
Как разъяснено в п. 52 Постановления N 10/22, в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.
Согласно п. 59 этого же Постановления иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.
По смыслу приведенных разъяснений признание зарегистрированного права собственности отсутствующим предполагает необходимость установить отсутствие у лица, зарегистрированного правообладателем, этого права, а также существование у истца права собственности либо иного вещного права на спорный объект недвижимости, нарушаемого произведенной государственной регистрацией. Требование о признании права отсутствующим направлено на исключение записи о зарегистрированном праве из ЕГРП при отсутствии самого права
На основании ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Квалификации того или иного имущества в качестве наследственного связана с отнесением такого имущества к объектам гражданских прав (ст. 128 ГК РФ).
Правовой режим наследственного имущества может быть распространен на недвижимое имущество при отсутствии сомнений в правовой квалификации такого имущества в качестве недвижимости, участвующей в гражданском обороте с соблюдением требований законодательства.
Истцом не доказано наличие у наследодателя Шилкина О.Б. права собственности на спорные объекты как на объекты недвижимого имущества. При отсутствии самого права не подлежат применению установленные законом способы его защиты. Поэтому доводы Шевченко В.О., Шилкина Д.О., их представителей о неправомерности предоставления в собственность правопредшественникам Орешковой В.В., Акопян А.Р., Митюковой Ю.А., Романовича А.Н. в счет земельных долей земельных участков под открытым складом и котлованом, обремененных спорными объектами, о чем не могли не знать приобретавшие их лица, обсуждению не подлежат как не влияющие на исход дела.
Совокупностью исследованных по делу доказательств подтверждено, что открытый склад и котлован, расположенные по адресу: (данные изъяты), с кадастровыми номерами: Номер изъят, не могли находиться в собственности принадлежащего наследодателю предприятия ООО "Шилис" в качестве объектов недвижимости, как не имеющие самостоятельного назначения, отличного от назначения земельного участка, испрашиваемый земельный участок не является объектом гражданских прав, не предоставлялся в качестве такового ни ООО "Шилис", ни Шилкину О.Б. в установленном законом порядке, не являлся предметом сделки с их участием, право на него ими не приобретено, не зарегистрировано, поэтому спорные объекты не подлежат включению в состав наследственного имущества.
При таком положении обжалуемое решение, которым за истцом признано право на объекты недвижимого имущества, подлежит отмене в соответствии с п.п.3,4 ч.1 ст. 330 ГПК РФ.
Принимая по делу новое решение, а также разрешая иные требования, не заявлявшиеся суду первой инстанции, судебная коллегия признает установленным, что право собственности у наследодателя на имущество, относящееся к предмету данного спора, не возникло, доказательств расположения на земельном участке объектов, отвечающих признакам недвижимого имущества, истец в нарушение ст. 67 ГПК РФ не представила; имеющиеся в деле документы не подтверждают факт создания открытого склада как отдельного самостоятельного объекта капитального строительства с признаками недвижимого имущества; котлован как таковой фактически отсутствует, само по себе невыполнение фундаментных работ свидетельствует об отсутствии у объекта незавершенного строительства признаков самостоятельной вещи (п.24 постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 N 73); правообладателем земельного участка (участков) в указанных истцом границах Шилкин О.Б. не являлся, совершенная им с АОЗТ "Кайское" сделка купли - продажи не соответствует требованиям закона, ничтожна независимо от признания ее таковой судом; права ООО "Шилис", Шилкина О.Б. на объекты, в отношении которых возник спор, не зарегистрированы в соответствии с законом с учетом его действия во времени, что исключает возможность применения судом выбранных истцом способов защиты.
При таком положении оснований для удовлетворения исковых требований Шевченко В.О. не имеется.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Заочное решение Иркутского районного суда Иркутской области от 8 декабря 2016 года отменить. Принять по делу новое решение.
В удовлетворении требований Шевченко Валентины Олеговны о признании права собственности на объекты недвижимого имущества, земельные участки отказать.
Председательствующий С.С. Амосов
Судьи И.А. Ананикова
Е.В. Жилкина


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка