Дата принятия: 08 сентября 2020г.
Номер документа: 33-5193/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СУДА ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 сентября 2020 года Дело N 33-5193/2020
Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:
председательствующего Назарука М.В.
судей Баранцевой Н.В., Кузнецова М.В.
при секретаре Олиярник Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску БМВ к ОМВД России по городу Когалыму, Министерству Внутренних Дел Российской Федерации о возмещении убытков и компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе БМВ на решение Когалымского городского суда от 05 июня 2020 года, которым постановлено:
"Иск БМВ к Отделу Министерства Внутренних Дел России по городу Когалыму, Министерству Внутренних Дел России о возмещении убытков и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения".
Заслушав доклад судьи Кузнецова М.В., пояснения представителя ответчика ОМВД России по г. Когалыму ОАС, настоявшей на доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
БМВ обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, которым просил взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу убытки: расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей; 10 000 рублей в качестве компенсации морального вреда; расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, а так же расходы по уплате государственной пошлины в размере 900 рублей.
В обоснование требований истцом указано, что в отношении него инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по (адрес) было вынесено постановление (номер) от 26.05.2019 года по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. Решением Когалымского городского суда ХМАО-Югры от 22.07.2019 его действия были переквалифицированы на ч.1 ст. 12.16 КоАП РФ и назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей. Решением суда (адрес) Югры от 08.10.2019 постановление инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по (адрес) от 26.05.2019, решение Когалымского городского суда ХМАО-Югры от 22.07.2019 отменены, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. Поскольку производство по делу об административном правонарушении в отношении него прекращено по реабилитирующим основаниям, то есть за недоказанностью обстоятельств, то его действия в правовой оценке не нуждаются. Прекращение производства по делу об административном правонарушении судом является достаточным обстоятельством для решения вопроса о возмещении понесенных им расходов на оказание услуг представителя в рамках дела об административном правонарушении. В связи с обращением за юридической помощью с целью обжалования незаконного и необоснованного постановления по делу об административном правонарушении, истец понес убытки, которые просит взыскать с надлежащего ответчика, а так же взыскать компенсацию морального вреда.
Истец БМВ и его представитель ТАВ в судебном заседании поддержали исковые требования по вышеизложенным обстоятельствам.
Представитель ответчиков Журавлёва Л. С. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что убытки, предусмотренные статьями 15, 1069 ГК РФ взыскиваются в качестве ответственности лишь за неправомерные действия должностных лиц органов государственной власти. Для решения вопроса о возмещении вреда, надлежит исходить из того, имелись ли правовые основания для привлечения к административной ответственности БМВ по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. Решением судов первой и апелляционной инстанции действия инспектора ДПС при вынесении постановления об административном правонарушении неправомерными признаны не были, соответственно оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Просила в иске отказать.
Суд постановилвышеуказанное решение, об отмене которого и принятии нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме, просит в апелляционной жалобе БМВ В жалобе апеллянт указывает на неправомерность постановленных выводов суда первой инстанции, так как в нарушение ст. 67 Гражданского кодекса Российской Федерации не полностью исследовал фактические обстоятельства дела. Так, суд (адрес) - Югры, прекращая производство по делу об административном правонарушении, не усмотрел в действиях истца нарушений правил дорожного движения и прекратил производство по делу, в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Постановление, вынесенное в отношении истца, являлось преждевременным и необоснованным, так как в нарушение ст. 24.1 КоАП РФ должностным лицом постановлено без полного всестороннего изучения всех обстоятельств. Считает, что судом было допущено существенное нарушение норм процессуального права, выраженное в не разрешении вопроса о привлечении к участию в деле соистцов, соответчиков и третьих лиц, необходимых для правильного определения состава лиц, участвующих в деле. Кроме того, судом было допущено нарушение положений ч.2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку судьей не было сообщено о родственной связи с ГАВ, который является супругом судьи, и на момент рассмотрения дела являлся руководителем одного из отделов ОМВД России по (адрес).
В судебное заседание апелляционной инстанции истец и представитель МВД России будучи извещенными не явились. Руководствуясь статьями 327, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по городу Когалыму от 26.05.2019 БМВ привлечен к ответственности по части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.
Решением судьи Когалымского городского суда (адрес) - Югры от 22.07.2019, названное постановление изменено, действия БМВ переквалифицированы на часть 1 статьи 12.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 500 рублей.
Решением судьи Суда (адрес) - Югры от 08.10.2019 постановление инспектора ДПСОГИБДД ОМВД России по (адрес) от 26.05.2019, решение судьи Когалымского городского суда (адрес) - Югры от 22.07.2019, вынесенные в отношении БМВ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ были отменены, производство по делу об административном правонарушении прекращено, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
За оказание юридической помощи при рассмотрении указанного дела истец заплатил 15 000 рублей, что подтверждается соглашением на оказание услуг представителя от 28.05.2019, соглашением на оказание услуг представителя от 24.07.2019.
Прекращая производство по делу, судья суда (адрес)-Югры указал на то, что факт того, что БМВ заблаговременно не занял соответствующее крайнее положение на правой полосе проезжей части, предназначенной для движения в прямом направлении, не образует состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а протокол об административном правонарушении в отношении БМВ не содержит в себе сведений об обстоятельствах места совершения правонарушения и его способе, то есть событие правонарушения описано неполно.
Суд первой инстанции, установив вышеуказанные обстоятельства, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку прекращение производства по делу об административном правонарушении не влечет за собой безусловное взыскание расходов за оплату представителя, а сам по себе факт прекращение производства по делу об административном правонарушении не свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица.
Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ решение (определение) суда должно быть законным и обоснованным.
В соответствии с разъяснениями, указанными в пунктах 2, 3, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. N 23 (ред. от 23.06.2015) "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Поскольку в силу части 4 статьи 198 ГПК РФ в решении суда должен быть указан закон, которым руководствовался суд, необходимо указать в мотивировочной части материальный закон, примененный судом к данным правоотношениям, и процессуальные нормы, которыми руководствовался суд.
Судебная коллегия, принимая во внимание доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не может согласиться с постановленным выводом суда первой инстанции, на основании следующего.
В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.
Частями 1 и 2 ст. 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему - представитель. В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст. 15, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).
В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ.
Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении N 36-П от 15 июля 2020 г., право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости. Вместе с тем из этого не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, которые определяются федеральными законами с учетом особенностей отдельных категорий дел. Соответственно, на федеральном законодателе лежит обязанность по созданию полноценного законодательного механизма реализации права на судебную защиту. Отсутствие такого механизма влекло бы умаление этого права, поскольку связано с его непропорциональным ограничением, снижением его конституционных гарантий, т.е. нарушало бы статью 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 55 (часть 3) (постановления от 22 апреля 2011 года N 5-П, от 27 декабря 2012 года N 34-П, от 22 апреля 2013 года N 8-П, от 31 марта 2015 года N 6-П и др.).
Общим правилом возмещения расходов (издержек), возникших при судебном разрешении правовых конфликтов, является компенсация их стороне, в пользу которой принято решение, за счет другой стороны, кроме случаев, когда предусмотрены основания возмещения этих расходов (издержек) за счет бюджета. Именно такой подход соответствует требованиям справедливости и равенства сторон в споре.
Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал применительно к возмещению такого рода расходов следующие правовые позиции.
Возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу. При этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного акта выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов (определения от 19 октября 2010 года N 1349-О-О, от 21 марта 2013 года N 461-О, от 22 апреля 2014 года N 807-О, от 24 июня 2014 года N 1469-О, от 23 июня 2015 года N 1347-О, от 19 июля 2016 года N 1646-О, от 25 октября 2016 года N 2334-О и др.).
Из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к этим расходам в рамках судебного механизма обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов. При этом не исключается дифференциация федеральным законодателем правил распределения судебных расходов, которые могут иметь свою специфику, в частности в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений (Постановление от 11 июля 2017 года N 20-П). Возмещение судебных расходов обусловливается не самим по себе процессуальным статусом лица, в чью пользу принят судебный акт, разрешивший дело по существу, а вынужденным характером затрат, понесенных лицом (Постановление от 21 января 2019 года N 6-П).
Признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует также принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем. В контексте взаимоотношений граждан и организаций с государством данный принцип получает дополнительное обоснование в статье 53 Конституции Российской Федерации, обязывающей государство к возмещению вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Одновременно в нем проявляется и публично-правовой по своей значимости эффект, заключающийся в создании у участников соответствующих правоотношений стимулов к тому, чтобы не отступать от правомерного поведения, и тем самым - в снижении чрезмерной нагрузки на судебную систему (Постановление от 11 июля 2017 года N 20-П).
Данные правовые позиции в полной мере применимы и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении, безотносительно к тому, понесены ли они лицом при рассмотрении дела судом или иным органом, и независимо от того, отнесены ли они формально к издержкам по делу об административном правонарушении в силу Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом позиция о возможности дифференциации федеральным законодателем правил распределения расходов в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений во всяком случае, в силу статей 2 и 18 Конституции Российской Федерации, не означает возможности переложения таких расходов на частных лиц в их правовом споре с государством, если результатом такого спора стало подтверждение правоты частных лиц или, по крайней мере, - в случаях, к которым применима презумпция невиновности, - не подтвердилась правота публичных органов.
Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении - критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.
Поэтому в отсутствие в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.
При этом в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, государство несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от 1 декабря 1997 года N 18-П, Определение от 4 июня 2009 года N 1005-О-О), ни государственные органы, ни должностные лица этих органов не являются стороной такого рода деликтного обязательства. Субъектом, действия (бездействие) которого повлекли соответствующие расходы и, следовательно, несущим в действующей системе правового регулирования гражданско-правовую ответственность, является государство или иное публично-правовое образование, а потому такие расходы возмещаются за счет соответствующей казны.
Таким образом, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании. Иное приводило бы к нарушению баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы статьям 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации.
В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (часть 3 статьи 125 ГК РФ).
Согласно подпункту 1 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации Главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.
В соответствии с Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года N 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.
Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц Министерства внутренних дел Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает Министерство внутренних дел Российской Федерации как главный распорядитель бюджетных средств.
На основании вышеизложенного, с учетом фактически установленных обстоятельств по делу, судебная коллегия считает, что исковые требования о возмещении убытков, понесенных на представителя в рамках административного производства, с учетом положений ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требований разумности и допустимости, подлежит удовлетворению в размере 12 000 рублей, при этом надлежащим ответчиком обязанным возместить убытки является МВД России.
На основании пункта 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно пункту 1 статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
На основании пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьи 151 ГК РФ.
Судебная коллегия, учитывая степень и характер нравственных страданий, личность потерпевшего, конкретные обстоятельства дела, необходимость оспаривания истцом привлечения его к административной ответственности, а также требования разумности и справедливости, приходит к выводу об удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в сумме 2 000 рублей.
Поскольку настоящее заявление судом апелляционной инстанции признано обоснованным и удовлетворено частично, то в силу ст. ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает необходимым взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца понесенные судебные расходы в рамках настоящего спора, с учетом требований разумности в размере 8 000 рублей.
Кроме того, в силу положений статей 98, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с частичным удовлетворением исковых требований о возмещении убытков и компенсации морального вреда, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в общем размере 700 руб., исходя из несения расходов за предъявление требований имущественного и неимущественного характера.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Когалымского городского суда от 05 июня 2020 года отменить.
Принять по делу новое решение.
Исковые требования БМВ к Министерству Внутренних Дел Российской Федерации о возмещении убытков и компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу БМВ компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, убытки в размере 12 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 700 рублей.
Председательствующий Назарук М.В.
Судьи Баранцева Н.В.
Кузнецов М.В.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
