Определение Судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 августа 2021 года Дело N 33-5163/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Паршиной С.В.,

судей Зотовой Ю.Ш., Смородиновой Н.С.,

при ведении протокола помощником судьи Баженовым В.В.,

при участии прокурора Голопузовой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Новиковой ФИО16, Абакарова ФИО17, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Абакаровой ФИО18, Абакаровой ФИО19, Абакарова ФИО20, к открытому акционерному обществу "Российские железные дороги" о взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе Новиковой ФИО21, Абакарова ФИО23 ФИО22, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Абакаровой ФИО24, Абакаровой ФИО25, Абакарова ФИО28, на решение Ленинского районного суда г. Саратова от 17 августа 2020 года, которым исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Зотовой Ю.Ш., объяснения представителя истцов Недовбе А.Н., поддержавшего доводы жалобы, объяснения представителя ответчика Сахновой Н.В., возражавшей против отмены решения суда, заключение прокурора Голопузовой Е.А., полагавшей решение суда подлежащим отмене, обсудив доводы жалобы, возражений, исследовав материалы дела, судебная коллегия

установила:

Абакаров М.М., действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Абакаровой Э.М., Абакаровой А.М., Абакарова И.М., а также истец Новикова Е.А. обратились в суд с иском к открытому акционерному обществу "Российские железные дороги" (далее - ОАО "РЖД") о взыскании компенсации морального вреда, в сумме 500 000 рублей в пользу каждого, взыскании расходов на погребение.

Требования мотивированы тем, что 11 декабря 2019 года на железнодорожных путях в г. Саратове электропоездом была смертельно травмирована Абакарова М.И., 1990 года рождения, приходившаяся Новиковой Е.А. дочерью, Абакарову М.М. - супругой, несовершеннолетним детям Абакаровой Э.М., Абакаровой А.М., Абакарова И.М. - матерью. Данное обстоятельство причинило истцам моральный вред ввиду нравственных страданий, связанных с потерей близкого родственника.

Решением Ленинского районного суда г. Саратова от 17 августа 2020 года с ОАО "РЖД" в пользу Новиковой Е.А. взыскана компенсация морального вреда в сумме 30 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 руб.; в пользу Абакарова М.М. взыскана компенсация морального вреда в сумме 30 000 руб., расходы на погребение в сумме 52 215 руб. 14 коп., расходы на организацию поминального обеда в сумме 38 475 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 7 500 руб.; в пользу Абакаровой Э.М., Абакаровой А.М., Абакарова И.М. в лице законного представителя Абакарова М.М. - компенсация морального вреда в сумме по 35 000 руб. каждому. Кроме того, с ОАО "РЖД" в доход бюджета муниципального образования "Город Саратов" взыскана государственная пошлина в размере 4 421 руб.

Не согласившись с постановленным судебным актом, истцы подали апелляционную жалобу, по мотивированным доводам которой просили решение суда изменить, принять по делу новое решение, увеличив размер компенсации морального вреда. Кроме того, выражали несогласие с выводом суда об отказе в удовлетворении требований о взыскании расходов на оформление доверенности.

В письменных возражениях по доводам жалобы ОАО "РЖД" просило решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 25 ноября 2020 года решение Ленинского районного суда г. Саратова от 17 августа 2020 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

В кассационной жалобе истцы оспаривали законность и обоснованность апелляционного определения, просили его отменить, указывая на нарушение норм материального права, а также на несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении фактическим обстоятельствам дела. Заявители полагали, что определенный ко взысканию размер компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости.

В кассационном представлении прокурор Саратовской области ставил вопрос об отмене постановленных по делу судебных актов, ссылаясь на нарушения норм материального и процессуального права. Полагал, что установленный судами размер компенсации морального вреда явно несоразмерен нравственным страданиям истцов.

В представленных возражениях на кассационную жалобу ОАО "РЖД" просило оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 29 апреля 2021 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 25 ноября 2020 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание не явились, об уважительной причине неявки судебную коллегию не известили, об отложении судебного заседания не просили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения районного суда, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 11 декабря 2019 года на участке железной дороги на 849 км, пикет N 1 железнодорожной станции "ОП Площадь Ленина - ОП Молодежная", расположенном в Ленинском районе в г. Саратове, железнодорожным транспортом, принадлежащим ОАО "РЖД", была смертельно травмирована Абакарова М.И., 1990 года рождения, переходившая путь по регулируемому пешеходному переходу на запрещающий сигнал светофора перед приближающимся составом.

Новикова Е.А. является матерью погибшей, Абакаров М.М. - супругом погибшей, Абакарова Э.М., 2010 года рождения, Абакарова А.М., 2012 года рождения, Абакаров И.М., 2015 года рождения - являются детьми погибшей.

Смерть потерпевшей наступила в результате воздействия источника повышенной опасности, принадлежащего ответчику ОАО "РЖД".

Судом установлено, что истцы проживали с погибшей совместно по адресу: <адрес>, жили одной семьей, вели общее хозяйство, конфликтных отношений в семье не было, отношения в семье были теплые, доброжелательные, у истца Новиковой Е.А., кроме дочери, был сын, который умер в 2015 году. Абакаров М.М. состоял в браке с погибшей, для каждого из супругов это был первый брак, в браке рождено трое детей, погибшая была хорошей дочерью, матерью и супругой. Дети очень переживают смерть матери.

В обоснование заявленных требований о взыскании расходов на погребение в сумме 52 215 руб. 14 коп. истцом Абакаровым М.М. представлена квитанция к приходному кассовому ордеру ООО "Мемориальный комплекс" от 13 января 2019 года на сумму 58 340 руб., квитанция-договор N на ритуальные услуги, заключенные между ООО "Мемориальный комплекс" и Абакаровым М.М., на сумму 58 340 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру N от 13 января 2019 года на поминальный обед на сумму 58 340 руб., выданная ИП Абгарядом Н.Н., меню поминального обеда.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 12, 151, 1064, 1079, 1100, 1101 ГК РФ, ст. 21 Федерального закона от 10 января 2003 года N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда", исходил из того, что ОАО "РЖД" является владельцем источника повышенной опасности и обязано нести ответственность по возмещению вреда в результате гибели Абакаровой М.И. независимо от наличия вины.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывая степень родства, характер и степень нравственных и физических страданий, нарушение правил безопасности самой потерпевшей, пришел к выводу о присуждении истцам суммы компенсации морального вреда в связи со смертью Абакаровой М.И., причиненной источником повышенной опасности, в размере 30 000 руб. и 35 000 руб.

Судебная коллегия, проанализировав обстоятельства рассматриваемого дела, и представленные в их подтверждение доказательства, с указанным выводами суда первой инстанции согласиться не может по следующим основаниям.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20 Конституции РФ) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции РФ).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст. 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Истцы, обращаясь в суд с иском к ОАО "РЖД" о взыскании компенсации морального вреда, ссылались на то, что в результате трагической гибели матери, супруги и дочери они испытывают боль и безысходность, которые у детей не пройдут никогда.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Согласно ст. 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции РФ, СК РФ, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Судом первой инстанции не учтено, что требования о компенсации морального вреда были заявлены истцами Новиковой Е.А. (мать), Абакаровым М.М. (супруг), Абакаровой Э.М., Абакаровой А.М., Абакаровым И.М. (дети), в том числе по тем основаниям, что лично им в связи с трагическим случаем, произошедшим с Абакаровой М.И., были причинены нравственные страдания, в связи с потерей матери, супруги и дочери, то есть в нарушении их неимущественного права на родственные и семейные связи.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. 151, ст. 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ по их применению, правовой позиции Европейского Суда по правам человека обжалуемые судебные постановления не отвечают.

Так, суд первой инстанции, устанавливая компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб. и 35 000 руб., подлежащую взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов, ограничился формальным приведением нормативных положений, регулирующих вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению и ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в названных нормативных положениях, однако неправильно применил их к спорным отношениям.

Судом первой инстанции не учтено, что, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

В решении суда первой инстанции не содержится обоснование вывода о том, почему сумма в 30 000 и 35 000 руб., которая значительно ниже заявленной истцами ко взысканию с ОАО "РЖД" компенсации морального вреда (500 000 руб.), является достаточной компенсацией причиненных истцам физических и нравственных страданий в связи с гибелью Абакаровой М.И.

Суд первой инстанции, указывая на то, что при определении размера компенсации морального вреда учитываются фактические обстоятельства дела и перечислив их, не привел мотивы относительно того, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной суммы компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для значительного снижения суммы компенсации морального вреда по сравнению с заявленной истцом в иске.

Судом первой инстанции не выяснена степень тяжести причиненных истцам физических и нравственных страданий, не учтено семейное положение, наличие несовершеннолетних детей, их возраст.

С учетом приведенного выше вывод суда первой инстанции о присуждении истцам суммы компенсации морального вреда в размере 30 000 руб. и 35 000 руб. каждому нельзя признать правомерным, поскольку в нарушение норм материального права об основаниях, принципах и критериях определения размера компенсации морального вреда он не мотивирован, критериям разумности и справедливости не отвечает, в решении суда не приведены доводы в обоснование размера присужденной истцу компенсации морального вреда со ссылкой на какие-либо доказательства, что не отвечает требованиям ст. 195 ГПК РФ о законности и обоснованности решения суда.

В соответствии с абзацем первым п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).