Определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 декабря 2022 года Дело N 33-50864/2022


20 декабря 2022 года г. Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе

председательствующего Акульшиной Т.В.,

судей Мищенко О.А., Куприенко С.Г.

с участием прокурора Оглио Е.Ф.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фомичевой А.В.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Акульшиной Т.В.,

гражданское дело по апелляционным жалобам представителя истца Петкогло П.В. по доверенности Янглеевой Н.В., представителя ответчика Департамента городского имущества г. Москвы по доверенности Гаврикова К.П., апелляционному представлению первого заместителя Зюзинского межрайонного прокурора г. Москвы Филиппова В.Э. на решение Зюзинского районного суда г. Москвы от 12 ноября 2019 года, с учетом дополнительного решения того же суда от 13 мая 2022 года, в редакции определения того же суда об исправлении описки от 01 июня 2022 года, которыми постановлено:

В удовлетворении первоначального искового заявления Петкогло Петра Васильевича к ДГИ г. Москвы о включении имущества в состав наследства отказать в полном объеме.

В удовлетворении встречного искового заявления ДГИ г. Москвы к Петкогло Петру Васильевичу о признании недействительным завещания, выселении отказать в полном объеме,

УСТАНОВИЛА:

Петкогло П.В. обратился в суд с иском к Департаменту городского имущества г. Москвы (далее - ДГИ г. Москвы) о включении в состав наследства, открывшегося после смерти фио, умершего ... года, квартиры, расположенной по адресу: адрес. Заявленные исковые требования истец мотивирует тем, что при жизни фио был зарегистрирован и проживал в указанной выше квартире, которая была предоставлена ему и его родителям, умершим в 2001 году, в 1987 году по договору социального найма. В 2017 году фио решил реализовать свое право и приобрести данную квартиру в свою собственность в порядке приватизации, в связи с чем 06 декабря 2017 года перезаключил договор социального найма, ввиду утраты ранее выданного договора и отсутствием его дубликата, через своего представителя обратился в ДГИ г. Москвы с заявлением о приватизации квартиры. Соответствующий договор был составлен и подписан фио, после чего 15 декабря 2017 года сдан для государственной регистрации. Однако до момента смерти фио, последовавшей ... года, государственная регистрация договора передачи квартиры в собственность произведена не была. При жизни фио составил завещание, удостоверенное нотариусом Ленинского нотариального округа Московской области, по которому указанную квартиру завещал Петкогло П.В. После смерти наследодателя Петкогло П.В. обратился к нотариусу для открытия наследственного дела, однако свидетельство о праве на наследство на квартиру ему выдано не было по причине отсутствия государственной регистрации перехода права собственности на квартиру на имя фио Истец фактически принял наследство после смерти наследодателя, осуществив его похороны, принимая меры к охране наследственного имущества. Других наследников не имеется. По мнению истца, при жизни фио выразил волю на приватизацию квартиры, но в связи со своей скоропостижной смертью не смог соблюсти правила оформления документов на приватизацию и государственную регистрацию права собственности.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции от представителя ДГИ г. Москвы был принят для совместного рассмотрения встречный иск к Петкогло П.В. о признании завещания недействительным. Требования встречного иска ДГИ г. Москвы мотивировал тем, что спорное жилое помещение представляет собой двухкомнатную квартиру, общей площадью 40, 5 кв.м., жилой площадью 26, 7 кв.м., в которой фио проживал на условиях договора социального найма. фио, являясь одиноко проживающим, четыре раза менял паспорта в связи с их утратой, в его квартире по месту пребывания было зарегистрировано большое количество людей, в том числе и Петкогло П.В. В связи с обращением представителя фио по доверенности фио 15 декабря 2017 года за приватизацией жилого помещения, 12 февраля 2018 года комиссией в составе сотрудников ДГИ г. Москвы, ГБУ "Жилищник района Зюзино" совместно с ОМВД России по адрес в г. Москве была произведена проверка жилого помещения по адресу: адрес, в ходе которой мужчина в маске, представившийся фио и предъявивший паспорт на имя фио, сообщил, что родственников своих не помнит, о нем заботится его знакомая по фамилии фио, около шести лет назад его похищали неизвестные лица с целью завладения квартирой, представленную доверенность, выданную на право приватизации квартиры от своего имени, не вспомнил, отвечал на вопросы неуверенно, пояснив, что у него проблемы с памятью. В квартире личных вещей фио установлено не было, со слов соседей, в квартире проживает фио, фио в квартире постоянно не проживает. фио также была представлена выписка из истории болезни, из которой следует, что он длительное время употребляет алкоголь, страдает эпилепсией. В ходе проведенной с фио беседы у членов комиссии создалось впечатление, что фио не понимает происходящего, находится под влиянием и давлением третьих лиц в целях принуждения к приватизации квартиры и возможного ее последующего отчуждения. ... года фио на имя Петкогло П.В. составлено завещание на спорную квартиру, которое, по мнению представителя ДГИ г. Москвы, подлежит признанию недействительным, поскольку квартира на момент смерти являлась собственностью г. Москвы, кроме того, на момент составления завещания фио, длительное время страдающий ..., не понимал значение своих действий и не мог ими руководить.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца Петкогло П.В. по доверенности Янглеева Н.В. исковые требования Петкогло П.В. поддержала, против удовлетворения встречного иска возражала, представила на него письменные возражения.

Представитель ДГИ г. Москвы по доверенности Платущихина Е.Н. в судебном заседании суда первой инстанции встречный иск поддержала, против удовлетворения первоначального иска возражала.

Третьи лица нотариус Ленинского нотариального округа Московской области Забабурина Н.А., нотариус г. Москвы Щекочихина С.А. в судебное заседание суда первой инстанции не явились.

Решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 12 ноября 2019 года в удовлетворении заявленных исковых требований Петкогло П.В. и ДГИ г. Москвы отказано в полном объеме.

Дополнительным решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 13 мая 2022 года, в редакции определения того же суда об исправлении описки от 01 июня 2022 года, в удовлетворении встречного искового заявления ДГИ г. Москвы к Петкогло П.В. о признании недействительным завещания, выселении отказано.

В поданных апелляционных жалобах и поданном апелляционном представлении представитель истца Петкогло П.В. по доверенности Янглеева Н.В., представитель ответчика ДГИ г. Москвы по доверенности Гавриков К.П., а также первый заместитель Зюзинского межрайонного прокурора г. Москвы Филиппов В.Э. просят принятые судебные постановления отменить как незаконные.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции от первого заместителя Зюзинского межрайонного прокурора г. Москвы Филиппова В.Э. поступил отказ от апелляционного представления.

Согласно ст. 326 ГПК РФ отказ от апелляционного представления допускается до вынесения судом апелляционного определения. О принятии отказа от апелляционного представления суд апелляционной инстанции выносит определение, которым прекращает производство по соответствующему апелляционному представлению. Прекращение производства по апелляционному представлению в связи с отказом от него не является препятствием для рассмотрения иных апелляционных жалоб, представлений, если соответствующее решение суда первой инстанции обжалуется иными лицами.

Принимая во внимание, что отказ от апелляционного представления не противоречит закону, не нарушает прав и охраняемых законом интересов третьих лиц, судебная коллегия считает возможным принять отказ от апелляционного представления и прекратить производство по делу по апелляционному представлению первого заместителя Зюзинского межрайонного прокурора г. Москвы Филиппова В.Э.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители истца Петкогло П.В. по доверенностям Александров В.В., Кравцова А.Ю., Заповитрянная Л.В. доводы своей апелляционной жалобы поддержали, против удовлетворения апелляционной жалобы ДГИ г. Москвы возражали.

Представитель ДГИ г. Москвы по доверенности Кирюшина М.Н. в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы своей апелляционной жалобы поддержала, против удовлетворения апелляционной жалобы представителя Петкогло П.В. возражала.

Третьи лица нотариус Ленинского нотариального округа Московской области Забабурина Н.А., нотариус г. Москвы Щекочихина С.А. в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом.

Проверив материалы дела в пределах заявленных доводов апелляционных жалоб, выслушав объяснения представителей сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 327. 1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, спорная жилая площадь представляет собой двухкомнатную квартиру, общей площадью 40, 5 кв.м., жилой площадью 26, 7 кв.м., расположенную по адресу: адрес, принадлежащую на праве собственности городу Москве.

В данной квартире по договору социального найма проживал и был зарегистрирован по месту жительства с 1995 года фио, паспортные данные.

15 декабря 2017 года в ДГИ г. Москвы обратился фио, действующий от имени фио на основании нотариально удостоверенной доверенности, выданной в порядке передоверия, на право представления его интересов по вопросам приватизации квартиры, с заявлением о предоставлении государственной услуги "Приватизация гражданами жилых помещений жилищного фонда г. Москвы" (л.д. N 69, 73-88 тома N 1).

Одновременно фио было представлено согласие от имени фио на приватизацию квартиры и заявление от его имени о подготовке документов для приватизации жилого помещения (л.д. N 68, 71-72 тома N 1).

15 декабря 2017 года документы были приняты ДГИ г. Москвы для оформления договора передачи квартиры в собственность с указанием даты окончания срока на совершение административных действий: 24 февраля 2018 года (л.д. N 65 тома N 1).

12 февраля 2018 года комиссией в составе сотрудников ДГИ г. Москвы, ГБУ "Жилищник района Зюзино", участкового уполномоченного ОМВД России по адрес в г. Москве была произведена проверка жилого помещения по адресу: адрес.

Как следует из акта проверки от 12 февраля 2018 года (л.д. N 53 тома N 1) и содержания встречного искового заявления, а также пояснений представителя ДГИ г. Москвы в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, в ходе проверки мужчина в маске, представившийся фио и предъявивший паспорт на имя фио, сообщил, что родственников своих не помнит, о нем заботится его знакомая по фамилии фио, присутствовавшая в квартире, около шести лет назад его похищали неизвестные лица с целью завладения квартирой, представленную доверенность, выданную на право приватизации квартиры от своего имени, не вспомнил, отвечал на вопросы неуверенно, пояснив, что у него проблемы с памятью. В квартире личных вещей фио установлено не было, со слов соседей, в квартире проживает фио, фио в квартире постоянно не проживает.

... года фио было составлено завещание, удостоверенное врио нотариуса Ленинского нотариального округа Московской области Забабуриной Н.А., фио, по которому из принадлежащего ему имущества квартиру по адресу: адрес, фио завещал Петкогло П.В., паспортные данные (л.д. N 8 тома N 1).

... года фио умер (л.д. N 7 тома N 1).

24 октября 2018 года Петкогло П.В. в лице своего представителя по доверенности Янглеевой Н.В. обратился к нотариусу г. Москвы Чернявскому О.В. о принятии наследства после смерти фио по завещанию от ... года (л.д. N 24 тома N 1).

Свидетельство о праве на наследство по завещанию на спорную квартиру выдано Петкогло П.В. не было, поскольку квартира на момент смерти фио не принадлежала.

По мнению истца Петкогло П.В., фио при жизни была выражена воля на приватизацию квартиры, но в связи со своей скоропостижной смертью он не смог соблюсти правила оформления документов на приватизацию и осуществить государственную регистрацию права собственности, в связи с чем спорная квартира подлежит включению в наследственную массу после смерти фио

В свою очередь, представитель ДГИ г. Москвы в суде первой инстанции ссылался на то, что завещание от ... года от имени фио на имя Петкогло П.В. подлежит признанию недействительным, поскольку на момент открытия наследства спорная квартира собственностью фио не являлась, к тому же, на момент составления завещания фио, длительное время страдающий ..., не понимал значение своих действий и не мог ими руководить.

Разрешая по существу заявленные исковые требования Петкогло П.В., суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 218, 1112, 1114 ГК РФ, положениями ст. 2 Закона РФ N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", разъяснениями, изложенными в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 августа 1993 года N 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации", оценил собранные по делу доказательства и пришел к выводу о том, что отсутствуют основания для включения спорной квартиры в наследственную массу после смерти фио, поскольку при жизни фио должным образом не выразил свою волю на приватизацию жилого помещения.

Разрешая по существу заявленные встречные исковые требования ДГИ г. Москвы применительно к положениям ст. 166, п. 5 ст. 1118, ст. 1119, 1124, 1130, 1131 ГК РФ, суд первой инстанции отказал в их удовлетворении в полном объеме, исходя из того, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о нарушении требований закона при составлении и удостоверении оспариваемого завещания.

При этом, суд, при вынесении дополнительного решения, проверил доводы представителя ДГИ г. Москвы о наличии у фио порока воли на момент составления оспариваемого завещания, и с учетом заключения проведенной по делу судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы и показаний допрошенного в судебном заседании эксперта ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио" Министерства здравоохранения Российской Федерации, пришел к выводу о недоказанности указанных выше доводов представителя ДГИ г. Москвы.

С выводами суда первой инстанции, приведенными в вынесенных судебных постановлениях, судебная коллегия соглашается, находя их правильными и обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы представителя ДГИ г. Москвы о том, что составленное фио ... года завещание не соответствовало его действительной воли, поскольку на момент его составления фио находился в таком состоянии, когда не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, ввиду чего завещание подлежало признанию недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку собранными по делу доказательствами не подтверждены.

Согласно положениям п. 5 ст. 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу положений п. 2 ст. 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как видно из материалов дела, определением суда от 30 июля 2021 года в целях проверки доводов ДГИ г. Москвы о наличии у фио на момент составления завещания порока воли была назначена посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио" Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 08 декабря 2021 года N 489/з, в юридически значимый период фио обнаруживал психические и поведенческие нарушения, связанные с употреблением алкоголя, синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, с 2002 года состоял на учете в наркологическом диспансере с диагнозом "...", однако с 2002 года нарколога не посещал, в период с 06 июля 2007 года по 25 июля 2007 года находился на лечении в ПБ N 1, где ему был установлен диагноз "...и", отмечались выраженные нарушения памяти, низкий интеллект. Однако оценить степень выраженности изменений психики, имевшихся у наследодателя фио в юридически значимый период, а также ответить на вопрос, мог ли фио понимать значение своих действий и руководить ими в период оформления и подписания завещания от ... года, не представляется возможным в связи с отсутствием сведений о его психическом состоянии непосредственно в юридически значимый период (л.д. N 171-172 тома N 2).

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции судебный эксперт ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио" Министерства здравоохранения Российской Федерации фио, имеющий стаж работы в области судебной психиатрии 35 лет, входящий в состав комиссии экспертов, составивших заключение от 08 декабря 2021 года, выводы заключения поддержал.

Суд первой инстанции, при оценке обоснованности заключения судебной экспертизы, верно исходил из того, что оснований не доверять выводам указанного экспертного заключения и показаниям допрошенного эксперта не имеется, поскольку данные доказательства полностью соответствуют требованиям закона, заключение составлено комиссией экспертов, имеющих значительный стаж работы, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу суду заведомо ложного заключения, не заинтересованных в исходе дела. Выводы заключения основаны на исследовании материалов настоящего дела и представленной медицинской документации фио

К представленному стороной истца Петкогло П.В. заключению специалиста Центра медико-криминалистических исследований фио, суд первой инстанции правильно отнесся критически и не принял его в качестве доказательства, порочащего заключение судебной экспертизы.

С такой оценкой собранных по делу доказательств судебная коллегия полностью согласна, допустимых доказательств, ставящих под сомнение выводы судебной экспертизы и показания допрошенного эксперта, сторонами спора в материалы дела представлено не было.

Более того, представителем ДГИ г. Москвы в материалы дела не было представлено и иных доказательств, свидетельствующих о наличии у фио порока воли на момент составления завещания от ... года, а также доказательств, свидетельствующих о допущении нарушения закона при составлении и удостоверении оспариваемого завещания.

Доводы апелляционной жалобы представителя ДГИ г. Москвы о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении иска о выселении Петкогло П.В., во внимание судебной коллегией не принимаются, так как доказательств проживания Петкогло П.В. в спорной квартире представителем ДГИ г. Москвы представлено не было. Более того, как следует из материалов дела таких требований ДГИ г. Москвы во встречном иске не заявлял.

При таких обстоятельствах, постановленные судом первой инстанции решение и дополнительное решение по доводам поданной представителем ДГИ г. Москвы апелляционной жалобе отмене не подлежат.

Не подлежат отмене указанные судебные постановления и по доводам апелляционной жалобы представителя Петкогло П.В. в силу следующего.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.