Дата принятия: 28 января 2019г.
Номер документа: 33-507/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 февраля 2019 года Дело N 33-507/2019
18 февраля 2019 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Нагайцевой Л.А.,
судей Торговченковой О.В. и Долговой Л.П.,
с участием прокурора Пучковой С.Л.,
при секретаре Овчинниковой В.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по апелляционной жалобе истца Сапегина Дмитрия Александровича на решение Левобережного районного суда г.Липецка от 26 ноября 2018 года, которым постановлено:
"взыскать с ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им. В.В.Макущенко" в пользу Сапегина Дмитрия Александровича компенсацию морального вреда, расходы на представителя в сумме 160000 руб.
Взыскать с ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им. В.В.Макущенко" в доход бюджета г.Липецка государственную пошлину в размере 6000 руб."
Заслушав доклад судьи Долговой Л.П., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Сапегин Д.А. обратился в суд с иском к ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им.В.В.Макущенко" о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.
Свои требования обосновывал тем, что в период работы в ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им.В.В.Макущенко" в должности электромонтера 18.11.2016 года в 11-00 часов он по заданию ведущего специалиста ГО И ЧС учреждения ФИО14 спускался по трапу с 3-го этажа Лечебного корпуса N 1 и на высоте 1,5 м - 1,8 м выпал из него, упав на правую ногу. В результате несчастного случая истец получил травму, относящуюся к категории <данные изъяты>. Ответчиком был составлен акт о несчастном случае на производстве, которым установлено, что причиной несчастного случая явилось ненадлежащее крепление работниками ООО "ПожСервис" трапа у поверхности земли, нарушение работодателем требований охраны труда, неудовлетворительная организация производства работ. В связи с полученной по вине ответчика травмой истец перенес несколько операций и до настоящего времени продолжает лечение, испытывает физические и нравственные страдания, связанные со снижением трудоспособности, а поэтому просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., и судебные расходы.
В судебном заседании истец Сапегин Д.А. и его представитель по доверенности Смольянинова Н.Ю. заявленные требования поддержали.
Представитель ответчика по доверенности Шмелев А.Ю. возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на завышенный размер компенсации морального вреда, полагая разумной сумму компенсации морального вреда 50000 руб. Обстоятельства несчастного случая на производстве с истцом и акт N 1 от 19.12.2016 года не оспаривал.
Представитель третьего лица ООО "ПожСервис" по доверенности Алмиярова Е.Н. не возражал против удовлетворения исковых требований.
Представитель третьего лица Управление здравоохранения Липецкой области в судебное заседание не явился, о времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Судом постановилрешение, резолютивная часть которого приведена выше.
В апелляционной жалобе истец Сапегин Д.А. просит изменить решение суда и взыскать компенсацию морального вреда в полном объеме заявленных требований, ссылаясь на незаконность и необоснованность выводов суда, необоснованное занижение судом размера компенсации морального вреда.
Выслушав истца и его представителя, поддержавших апелляционную жалобу, а также возражения на жалобу представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалоб в соответствии со статьей 327.1 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.
В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 06 февраля 2007 года).
Из материалов дела усматривается, что истец Сапегин Д.А. 21.09.2016 года был принят на работу в ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им. В.В.Макущенко" на должность электромонтера третьего разряда, что подтверждается приказом о приеме на работу N75-лс от 21.09.2016 года (т.1 л.д.147), трудовым договором (т.1 л.д.148-151).
Судом установлено, что 18.11.2016 года в 11 часов 00 минут на территории ГУЗ ЛГБ N6 электромонтер Сапегин Д.А. по заданию ведущего специалиста ГОиЧС Учреждения ФИО14 спускался по пожарному трапу с третьего этажа лечебного корпуса N1. При спуске на высоте 1,5 м - 1,8 м он выпал с трапа, упав на правую ногу. Согласно медицинскому заключению от 23.11.2016 года ФИО13 получил: "<данные изъяты>".
01.06.2017 года истцу Сапегину Д.А. установлено 30 % степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, 18.11.2016 года - 70 %, 13.12.2017 года установлена вторая группа инвалидности на срок до 01.01.2019 года.
Согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1, составленному работодателем истца ГУЗ "Липецкая городская больница N 6 им. В.В.Макущенко" 16.12.2016 года, причинами несчастного случая явились:
- нарушение ООО "ПожСервис", производившего на основании договора от 02.11.2016 года монтаж приобретенных ответчиком трапов, требований раздела 5., п. 5.1. Паспорта и Руководства по эксплуатации трапа спасательного пожарного "ШАНС" СТО 21887543-005-2012, п.п. 5.1.12, 7.3.1 ГОСТ Р 53274-2009 "Техника пожарная. Трапы спасательные пожарные. Общие технические требования", так как не обеспечило надежное крепление трапа у поверхности земли;
-неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в проведении пробных спусков с участием человека до подписания акта технической готовности трапа, допуске работника, находящегося в непосредственном подчинении, к исполнению обязанностей, не обусловленных трудовым договором и должностной инструкцией.
Из акта о несчастном случае на производстве от 19.12.2016 года, материалов дела следует, что согласно Приказу главного врача Учреждения от 01.11.2016 N 331 контроль за установкой спасательных пожарных трапов, обучением работников возложен на ведущего специалиста гражданской обороны ФИО14 Дата монтажа трапов ООО "ПожСервис" была определена на 18.11.2016года, при этом после завершения монтажа предполагалось составить и подписать сторонами Договора Акт технической готовности трапов. Однако, Акт технической готовности трапов не был подписан сторонами Договора до начала пробных спусков с использованием человека. Примененный монтажниками способ крепления карабина произведен в нарушение требований п. 5.1. раздел 5. Порядок применения трапа. Паспорта и Руководства по эксплуатации трап спасательного пожарного "ШАНС" СТО 21887543-005-2012. Испытания трапов путем проведения не менее 3-х контрольных спусков сторонами Договора не были проведены 18.11.2016года в нарушение требований п.5.1, раздел 5. Порядок применения трапа Паспорта и Руководства по эксплуатации трапа спасательного пожарного "ШАНС" СТ 21887543-005-2012.
18.12.2016года в 10:30 часов ФИО14 дал задание Сапегину Д.А., в присутствии начальника хозяйственного отдела ФИО15, совершить спуск по трапу с 3-го этажа. Согласно п. 3. раздела 1. Трудового договора от 21.09.2016 Сапегина Д.А., он выполняет трудовые функции электромонтера хозяйственного отдела Учреждения, руководителем которого является начальник хозяйственного отдела ФИО15 Установлено, что Сапегин Д.А. запрета на спуск от ФИО15 не получал. Вертикальное положение карабина не обеспечило надежности крепления натяжной веревки полога, карабин разомкнулся, и натяжная веревка ослабла, нарушив равномерное натяжение спускного полога, что привело к падению Сапегина Д.А, на землю с высоты 1,5- 1,8 м., и он получил повреждения здоровья, отнесенные к категории <данные изъяты>. При опросе Сапегин Д.А. заявил, что при проведении инструктажа по пожарной безопасности во время ЧС (пожара) до его сведения было доведено, что ему необходимо уметь правильно вести себя, что основной задачей является - спасение жизни людей. ФИО14 сказал ему, что все безопасно, что он поверил в это. При подъеме на трап монтажники ему не препятствовали. Спускаясь, Сапегин Д.А. не знал, что производит первые пробные спуски после монтажа спасательных трапов. Сапегин Д.А. совершал вышеуказанные действия в интересах Работодателя, направленных на безопасность работников при пожаре и ЧС. Технической причиной данного несчастного случая явился выбор способа крепления карабина тормозных устройств трапа через квадратные прорези в металлических трубах (самодельных установочных элементах), при котором вертикальное положение одного из карабинов привело к размыканию тормозного устройства и ослаблению веревки натяжения спускного полога, потере устойчивости трапа - крену трапа при спуске по нему.
Факт указанного несчастного случая на производстве, обстоятельства получения истцом травмы, приведенные выше, не оспаривались ответчиком, подтверждаются также выписками из медицинской документации истца, а также иными доказательствами по делу.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции правильно учел, что в силу ст. ст. 21, 22, 212, 220, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. ст. 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам, вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Коль скоро вышеприведенными доказательствами достоверно установлено, что истцом была получена производственная травма в период работы у ответчика, причиной которой явилось не обеспечение ответчиком безопасных условий и охраны труда, суд правильно сделал вывод о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.
В указанной выше части решение суда первой инстанции не оспаривается и проверке в полном объеме не подлежит.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд первой инстанции руководствовался положениями приведенного выше законодательства, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", и принял во внимание конкретные обстоятельства причинения производственной травмы, отсутствие вины истца, характер причиненного истцу вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, длительность его нахождения на лечении, Сапегин Д.А. перенес несколько оперативных вмешательств, продолжает лечение амбулаторно, последствия причиненной травмы, установление истцу <данные изъяты> инвалидности, тяжесть физических и нравственных страданий, снижение качества жизни, поскольку истец не может в полной мере вести прежний образ жизни, возраст истца-<данные изъяты>, его семейное положение ( <данные изъяты>), а также требования разумности и справедливости.
Размер взысканной компенсации, определенной судом в 150000 руб., судебная коллегия находит разумным и справедливым, соответствующим именно тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынужден претерпевать в связи с полученной травмой. Оснований для изменения указанной суммы не имеется.
В связи с чем, доводы жалобы истца о том, что судом не в полной мере учтены при определении размера компенсации морального вреда обстоятельства произошедшего, последствия полученной травмы, а также доводы о несоразмерности компенсации морального вреда и ее несоответствии принципам разумности и справедливости, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.
Также судебная коллегия соглашается с выводом суда о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 10000 руб. в соответствии со ст. 88, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку размер суммы подлежащей взысканию определен судом с учетом характера дела, проделанной работы представителя и принципа разумности.
Судебная коллегия соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном установлении обстоятельств, имеющих значение для дела. Выводы суда основаны на полном и всестороннем исследовании всех обстоятельств дела, установленных по результатам надлежащей правовой оценки представленных доказательств, они подтверждаются материалами дела.
Доводы апелляционной жалобы о несоразмерности компенсации морального вреда причиненному истцу вреда, являются несостоятельными, поскольку основаны на субъективной оценке фактических обстоятельств дела и направлены на переоценку доказательств, а поэтому не могут повлечь отмену судебного решения.
Решение суда законно и обоснованно, соответствует действующему законодательству, установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам. Оснований для его отмены не имеется.
Руководствуясь ст. 328,329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Левобережного районного суда г.Липецка от 26 ноября 2018 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Сапегина Дмитрия Александровича - без удовлетворения.
Председательствующий / подпись/
Судьи: / подписи/
Копия верна:
Судья:
Секретарь:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
