Дата принятия: 18 февраля 2019г.
Номер документа: 33-494/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 февраля 2019 года Дело N 33-494/2019
18 февраля 2019 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе: председательствующего Игнатенковой Т.А.,
судей Крючковой Е.Г., Фроловой Е.М.,
при секретаре Кувезенковой А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке дело по апелляционной жалобе истца Скубаевой Натальи Викторовны на решение Правобережного районного суда города Липецка от 07 декабря 2018 года, которым постановлено:
"в удовлетворении иска Скубаевой Н.В. к Аникеевой Г.А., Федерякину Ю.А. о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного 30 марта 2018 года между Скубаевой Н.В. и Аникеевой Г.А., Федерякиным Ю.А., недействительным и применении последствий недействительности сделки, взыскании убытков отказать.
Взыскать со Скубаевой Н.В. в доход бюджета городского округа г. Липецка госпошлину в сумме 4585 рублей 00 копеек".
Заслушав доклад судьи Крючковой Е.Г., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Скубаева Н.В. обратилась в суд с иском к Аникеевой Г.А., Федерякину Ю.А. о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, применении последствий недействительности сделки, ссылаясь на то, что 30.03.2018 года по договору купли-продажи приобрела у Аникеевой Г.А. и Федерякина Ю.А. одноэтажный жилой дом и прилегающий к нему земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. Общая стоимость приобретенного имущества составила 3 млн. рублей, однако по просьбе Аникеевой Г.А. и Федерякина Ю.А. в договоре сумма сделки указана 2 млн. рублей. 19.03.2018 года ею произведена оплата в сумме 1300000 рублей и 11.04.2018 года - 1700000 рублей, полученные по кредитному договору в ПАО Сбербанк. До подписания договора Аникеева Г.А. и Федерякин Ю.А. уверяли ее в пригодности дома для постоянного проживания, а также в том, что границы земельного участка установлены, поставлены на кадастровый учет, приобретаемый земельный участок по длине совпадает со смежным земельным участком. Однако после проведение кадастровых работ было установлено смещение его границ в сторону смежного земельного участка, участок оказался значительно короче соседнего участка. Расстояние от входа в дом до границы с соседним участком составило 77 см, что противоречит как градостроительным нормам, так сведениям, предоставленным ответчики до заключения договора. Во время проживания в доме выявлено протекание крыши, о чем она не была поставлена в известность до заключения договора. После покупки дома ею понесены расходы на оплату договора оценки в сумме 4500 рублей, страховки в ПАО Сбербанк в сумме 9537 рублей и 7753 рубля, установку натяжных потолков в сумме 7421 рублей, услуги кадастрового инженера в сумме 5000 рублей. С учетом уточнения исковых требований просила суд признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 30.03.2018 года, применить последствия недействительности сделки путем отмены государственной регистрации права собственности, взыскать с ответчиков понесенные расходы в сумме 3184244 рубля.
Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Липецкой области, ПАО "Сбербанк России"
В судебном заседании истец Скубаева Н.В., ее представитель адвокат Егорова О.И. исковые требования поддержали, ссылаясь на те же доводы.
Ответчики Аникеева Г.А., Федерякин Ю.А., представитель ответчика Федерякина Ю.А. адвокат Измалкова Т.С. исковые требования не признали, указав, что при заключении договора купли-продажи покупателя не обманывали, предоставили доступ для осмотра дома и земельного участка. Границы участка при совершении сделки купли-продажи описывали согласно существующим заборам. Межевание земельного участка осуществлялось по просьбе истца, поскольку он был необходим для получения ипотечного кредита. Какой-либо течи крыши, трещин в стенах дома не имелось, дом пригоден для проживания.
Представители третьих лиц ПАО "Сбербанк России", Управления Росреестра по Липецкой области в судебное заседание не явились, о слушании дела надлежаще извещены. Представитель третьего лица ПАО "Сбербанк России" в письменном заявлении отнес разрешение спора на усмотрение суда.
Суд постановилрешение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе Скубаева Н.В. просит отменить решение суда и постановить новое об удовлетворении заявленных ею исковых требований, ссылалась на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение судом норм материального права, нарушение судом норм процессуального права.
В возражениях на апелляционную жалобу ответчики Аникеева Г.А., Федерякин Ю.А. ссылаются на несостоятельность ее доводов.
Выслушав истца Скубаеву Н.В. и ее представителя адвоката Вишнякова В.В., поддержавших доводы жалобы, ответчиков Аникееву Г.А., Федерякина Ю.А. и их представителя адвоката Измалкову Т.С., возражавших против ее удовлетворения, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения по основаниям, предусмотренным статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно п.1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
В силу ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Как следует из разъяснений положений п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Исходя из требований ст. 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.
Признание договора незаключенным или недействительным само по себе не препятствует наступлению последствий, предусмотренных абзацем первым настоящего пункта.
Предусмотренная настоящей статьей ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения.
Сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон.
В соответствии со ст. 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора требовать признания договора недействительным.
Последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, а равно и в связи с корпоративным договором либо договором об отчуждении акций или долей в уставном капитале хозяйственного общества, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон.
В случаях, предусмотренных абзацем первым настоящего пункта, предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.
Из материалов дела следует, что 30.03.2018 года между истцом Скубаевой (до регистрации брака Боковой) Н.В. с одной стороны и Аникеевой Г.А., Федерякиным Ю.А. с другой заключен договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером N общей площадью 114,2 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером N общей площадью 519 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, удостоверенный нотариусом нотариального округа г. Липецка Липецкой области К.Л.В.К.Л.В.
По условиям договора стоимость земельного участка составила 200000 рублей, стоимость жилого дома 1800000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью в размере 3000000 рублей, что подтверждается имеющимися в материалах дела расписками от 19.03.2018 года и 11.04.2018 года.
Для приобретения спорного имущества Скубаевой Н.В. и Скубаевым А.В. 30.03.2018 года заключен кредитный договор N115435 с ПАО "Сбербанк России на сумму 1700000 рублей.
Приобретенное имущество жилой дом с земельным участком переданы Скубаевой Н.В. в залог ПАО "Сбербанк России" в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 30.03.2018 года.
В обоснование заявленных исковых требований истец Скубаева Н.В. ссылалась на то, что в процессе эксплуатации жилого дома ею были выявлены его недостатки: течь крыши, сквозные трещины в стенах дома, о наличии который ей не было сообщено продавцами до заключения договора купли-продажи, что свидетельствует об обмане с их стороны
Дав надлежащую оценку представленным сторонами доказательствам, в том числе экспертному исследованию ООО "Независимая экспертиза" N СТ-402 от 02.10.2018 года, пояснительной записке к исполнительной съемке, выполненной кадастровым инженером М.А.А., а также показаниям свидетелей суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии порока воли покупателя Скубаевой Н.В. на заключение сделки купли-продажи жилого дома и земельного участка по причине обмана со стороны продавцов.
Суд первой инстанции верно принял во внимание, что до заключения договора купли-продажи Скубаева Н.В. неоднократно осматривала спорный дом, при этом имела доступ во все помещения дома, в том числе чердачное и подвальное. Каких-либо препятствий в осмотре продавцами ей не чинилось, что не оспаривалось истцом при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции. Повреждений, трещин, следов течи крыши ею обнаружено не было.
Довод истца о том, что течь кровли проявилась во время таянья снега в мае 2018 года несостоятелен, поскольку общеизвестным фактом является, что таянье снега в Липецком регионе происходит в период марта-апреля, вследствие чего в случае наличия протечек, вызванных этой причиной, истцу должно было быть известно об этом на момент заключения договора купли-продажи 30.03.2018 года.
В обоснование своих требований истцом представлено заключение ООО "Независимая экспертиза" N СТ-402 от 02.10.2018 года, согласно которому в жилом доме N по <адрес> имеются многочисленные существенные дефекты и повреждения несущих и ограждающих конструкций здания жилого дома.
Однако указанное заключение не свидетельствует о наличии обмана со стороны продавцов при заключении договора купли-продажи, поскольку из имеющихся в нем фотографий, видно, что все отраженные на них повреждения не являются скрытыми, вследствие чего истец имела возможность их увидеть при визуальном осмотре дома до заключения договора купли-продажи.
Ссылка истца в апелляционной жалобе на показания свидетеля В.Л.М. о наличии щелей в стенах дома, также не является доказательством обмана со стороны продавцов, поскольку, как следует из показаний указанного свидетеля, изложенных в протоколе судебного заседания от 27.11.2018 года, трещины в стенах было видно визуально. При этом, вопреки доводам жалобы, из показаний В.Л.М. не следует, что крыша дома N повреждалась пожаром. Напротив, из ее показаний следует, что пожара в доме N не было. Замечаний на протокол судебного заседания сторонами не приносилось.
Судебная коллегия соглашается также с выводами суда первой инстанции и об отсутствии доказательств того, что истец была введена продавцами в заблуждение относительно границ земельного участка.
Из материалов дела следует, что до заключения договора купли-продажи ответчиками Федерякиным Ю.А. и Аникеевой Г.А. проведены кадастровые работы в отношении принадлежащего им земельного участка, в результате которых кадастровым инженером Б.М.А. подготовлен межевой план.
Согласно заключению кадастрового инженера, местоположение границ земельного участка определялось по фактическому пользованию: по капитальному забору, по меже.
Согласно кадастровому делу, 06.03.2018 года собственники земельного участка Федерякин Ю.А. и Аникеева Г.А. обратились в орган кадастрового учета с заявлениями о постановке земельного участка на кадастровый учет, предоставив указанный межевой план. Сведения о координатах границ земельного участка внесены в Единый государственный реестр недвижимости 12.03.2018 года, то есть до заключения спорного договора купли-продажи.
В соответствии с ч. 3 ст. 6 Земельного кодекса Российской Федерации в актуальной редакции земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.
Таким образом, земельный участок приобретает признаки индивидуально-определенной вещи и может являться объектом гражданского оборота, в том числе являться предметом залога, лишь с момента внесения сведений о координатах его границ в Единый государственный реестр недвижимости.
Из указанного следует, что для заключения договора залога от 30.03.2018 года, предметом по которому является и спорный земельный участок, истцом были представлены в банк документы, подтверждающие кадастровые границы земельного участка.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что до заключения договора купли-продажи истец имела возможность ознакомиться с местом расположения границ приобретаемого земельного участка, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости и в случае несогласия с ним отказаться от его заключения.
При этом из представленной истцом исполнительной съемки от 07.2018 года, подготовленной кадастровым инженером М.А.А., следует, что местоположение границ земельного участка, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости, в огородной части соответствует установленному забору. В части участка, занятого постройками, граница проходит на расстоянии от 0,67 м до 1,57 м от стен принадлежащих истцу построек.
Кроме того, из этой же исполнительной съемки следует, что по задней границе земельного участка также установлено ограждение, с учетом которого и был сформирован спорный земельный участок, что опровергает доводы истца о том, что на момент осмотра земельного участка до заключения договора купли-продажи границы ей были показаны иным образом.
При этом из объяснений истца Скубаевой Н.В. в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что в фактическом пользовании у нее находится земельный участок площадью примерно 5 соток, что соответствует площади приобретенного ею земельного участка по договору купли-продажи от 30.03.2018 года.
Указанные обстоятельства опровергают доводы истца о допущенном в отношении нее обмане со стороны продавцов относительно местоположения границ приобретенного ею земельного участка.
При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом исковых требований. При этом суд обоснованно указал, что то обстоятельство, что в процессе эксплуатации дома выявились недостатки, которые не представлялось возможным увидеть при осмотре дома до заключения сделки, не препятствует истцу защитить свои права иными способами, предусмотренными ст. 475 Гражданского кодекса российской Федерации, в том числе путем отказа от договора.
Довод жалобы о том, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ее ходатайства о принятии уточненных исковых требований, не свидетельствует о допущенных судом нарушениях норм процессуального права и не может являться основанием к отмене постановленного по делу решения, поскольку суд пришел к обоснованному выводу, что уточняя исковые требования, истец изменила как основание, так и предмет иска, что недопустимо, в связи с чем верно указал, что они подлежат рассмотрению в рамках отдельного производства.
Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые опровергали бы выводы суда и могли бы явиться основанием к отмене оспариваемого судебного постановления. Доводы жалобы сводятся к несогласию истицы с выводами суда и к переоценке доказательств, и не содержат ссылок на наличие оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Юридически значимые обстоятельства судом определены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая оценка, применен материальный закон, регулирующий возникшие между сторонами отношения, нарушения норм процессуального права не допущено, в связи с чем оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Правобережного районного суда города Липецка от 07 декабря 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Скубаевой Н.В. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
6
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
