Дата принятия: 16 февраля 2021г.
Номер документа: 33-482/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 февраля 2021 года Дело N 33-482/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Винеля А.В.,
судей Цветковой О.С., Болотиной А.А.,
при секретаре (помощнике судьи) Заец Т.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" к Церр Екатерине Владимировне о взыскании задолженности по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, встречному иску Церр Екатерины Владимировны к ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" о признании договоров недействительными, взыскании денежных средств, возложении обязанности по возврату имущества по апелляционной жалобе Церр Екатерины Владимировны на решение Заднепровского районного суда г. Смоленска от 18 ноября 2020 года.
Заслушав доклад судьи Цветковой О.С., объяснения Церр Е.В. и ее представителя Медникова Р.Л., поддержавших апелляционную жалобу, представителя ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" Городилова А.В., возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" (далее также Институт, Центр) обратилось в суд с иском к Церр Е.В. о взыскании задолженности по договору N 31 от 20.12.2017, по условиям которого ФГБНУ "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" (правопредшественник истца) предоставил ИП Церр Е.В. возможность за плату пользоваться на внутренней территории института навесами 5,3*2,7 м в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта, расположенной по адресу: .... Церр Е.В. использовала указанное имущество с 20.12.2017 по 30.12.2019, при этом обязательства по внесению платы ответчиком исполнены не в полном объеме. Сумма оплаты за этот период составила 1329501,44 руб., из которой ответчиком оплачено 1 091547,95 руб., таким образом сумма задолженности составила 237953,49 руб., которая, несмотря на письменное требование истца от 26.12.2019, Церр Е.В. не оплачена. С 30.12.2019 статус индивидуального предпринимателя Церр Е.В. прекращен. Просит суд взыскать с Церр Е.В. в пользу ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" задолженность по договору N 31 от 20.12.2017 в размере 237 953,49 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.01.2020 по 15.05.2020 - 4698,93 руб., с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму задолженности (237953,49 руб.), начиная с 16.05.2020 по день фактической оплаты взысканной задолженности, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины 5627 руб.
Церр Е.В. иск не признала, просила в его удовлетворении Институту отказать, обратилась в суд со встречным иском к ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" о признании договоров недействительными, взыскании денежных средств, возложении обязанности по возврату имущества. В обоснование встречных требований указала, что фактически арендовала земельный участок для размещения автостоянки с 1997 года, с 2003 года между Церр Е.В. и Институтом заключались договоры аренды благоустроенной площадки во дворе института площадью 800 кв.м (с 2004 по 2007 год) и 900 кв.м (с 2008 по 2019 год) по адресу: ..., ранее с 2003 по 2011 год заключались краткосрочные договоры аренды. При этом навесы в количестве 34 штук размером 5,3*2,7 м были размещены самой Церр Е.В. на территории Института в 2005 году за счет собственных средств, являются движимым имуществом и её собственностью. Договоры N 31 от 01.08.2017 и N 31 от 20.12.2017, по которым Институт предоставил Церр Е.В. возможность за плату пользоваться на внутренней территории учреждения навесами в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта, являются притворными сделками (п.2 ст. 170 ГК РФ), так как прикрывают другие сделки - договоры аренды земельного участка, площадью 900 кв.м. Договор от N 31 от 20.12.2017 является сделкой, совершенной с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, так как Институт, которому земельный участок предоставлен в постоянное (бессрочное) пользование, в силу п. 3 ст. 269 ГК РФ, не вправе был им распоряжаться. Полагает, что на стороне Института возникло неосновательное обогащение, поскольку размер перечисляемой Церр Е.В. платы превысил размеры обычных ставок, уплачиваемых за аренду аналогичных земельных участков в данной местности, на сумму 336 492 руб. согласно расчету во встречном иске. Используя принадлежащие Церр Е.В. навесы, Институт осуществляет предпринимательскую деятельность, получая доход, исходя из размера платы за размещение автомобиля, со слов арендаторов машиномест, на сумму 71400 руб. согласно расчету во встречном иске. Просит суд признать недействительными ничтожные сделки - договор N 31 от 01.08.2017 и договор N 31 от 20.12.2017 как притворные, применить к существовавшим правоотношениям последствия признания сделок недействительными в виде применения к ним положений главы 34 ГК РФ, признав их договорами аренды земельного участка площадью 900 кв.м, расположенного по адресу: ...; признать недействительной ничтожную сделку - договор N 31 от 20.12.2017 по основаниям ст. 174.1 ГК РФ, как сделку, совершенную с нарушением запрета распоряжений имуществом, вытекающим из ст. 269 ГК РФ, применить последствия недействительности ничтожной сделки виде взыскания с ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" неосновательного обогащения в размере 336 492 руб.; возложить на ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" обязанность вернуть принадлежащие на праве собственности Церр Е.В. 34 навеса размером 5,3*2,7 м, расположенные по адресу: ..., в течение 1 месяца с момента вступления решения суда в законную силу; взыскать с ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" в свою пользу 71 400 руб. в качестве возмещения доходов, которые Институт должен был извлечь за все время владения указанными 34 навесами.
Определением Заднепровского районного суда г. Смоленска от 17.08.2020 встречный иск Церр Е.В. принят к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур".
Представитель ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" Изотов Д.А. в судебном заседании суда первой инстанции иск Института поддержал, встречный иск не признал.
Церр Е.В. и её представитель Медников Р.Л. в судебном заседании суда первой инстанции встречный иск поддержали, иск Института не признали.
Решением Заднепровского районного суда г. Смоленска от 18.11.2020 иск ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" удовлетворен. С Церр Е.В. в пользу ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" взыскана задолженность по договору N 31 от 20.12.2017 в размере 237 953,49 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.01.2020 по 15.05.2020 в сумме 4 698,93 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму задолженности (237 953,49 руб.), начиная с 16.05.2020 по день фактической уплаты задолженности, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды; в возмещение расходов по уплате государственной пошлины - 5627 руб. В удовлетворении встречного иска Церр Е.В. к ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" отказано.
В апелляционной жалобе Церр Е.В. просит решение суда отменить, принять новое об отказе ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" в иске и удовлетворении встречного иска Церр Е.В. Полагает, что судом необоснованно не приняты во внимание представленные доказательства, подтверждающие принадлежность Церр Е.В. спорных 34 навесов, а именно: показания свидетелей ФИО1., ФИО2., в то время как Институту принадлежат только 3 навеса, что подтверждается имеющимся в деле фото. Указывает, что суд немотивированно отказал в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля ФИО3., в связи с чем ходатайствует о допросе этого свидетеля в суде апелляционной инстанции. Также ссылается на то, что суд необоснованно отказал в признании оспариваемых сделок недействительными и не применил последствия их недействительности. Так, Церр Е.В. с целью продления существовавших арендных правоотношений, под давлением Института и угрозой не продления существовавших правоотношений, заключен Договор N 31 от 01.08.2017, согласно которому, с учетом существования запрета, предусмотренного ст. 174.1 ГК РФ, на аренду земельного участка, Институт предоставил Церр Е.В. право пользования на внутренней территории института фактически принадлежащими Церр Е.В. навесами в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта. Полагает, что произведенные арендатором Церр Е.В. отделимые улучшения арендованного имущества являются ее собственностью и подлежат возврату собственнику по окончанию действия договора.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" полагает решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам жалобы.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции Церр Е.В. и ее представитель Медников Р.Л. поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" Городилов А.В. поддержал доводы возражений на апелляционную жалобу.
Проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.
Гражданско-правовая защита прав представляет собой полномочие, предоставленное носителю права, реализуемое путем выбора гражданско-правового способа защиты, предусмотренного законом (ст. 12 ГК РФ). Особенность гражданско-правовой защиты права состоит в выборе способа защиты по усмотрению уполномоченного субъекта, необходимости обоснования защиты прав и законных интересов.
Избрание судебного способа защиты является правом заинтересованного лица (ст. 12 ГК РФ), реализация данного права безусловную обязанность суда по защите заявленного заинтересованным лицом права (интереса) не предопределяет. Правомерным избранный судебный способ защиты может быть признан тогда и постольку, когда и поскольку подтверждено законное обладание прибегнувшим к судебной защите лицом действительными правами (законным интересом) в отношении объекта правопритязания и установлен факт нарушения (угрозы нарушения) прав (интереса) законного обладателя.
Целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений (ст. 2 ГПК РФ).
В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая статьи 3 ГПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться с суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований полагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 998-О).
В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение, его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, между ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" (ранее ФГБНУ "Всероссийский научно-исследовательский институт механизации льноводства", который приказом Федерального агентства научных организаций N 382 от 10.05.2018 реорганизован в форме присоединения к нему, в том числе ФГБНУ "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства", этим же приказом наименование ФГБНУ "Всероссийский научно-исследовательский институт механизации льноводства" изменено на ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур" -л.д.43-44 т.1) и Церр Е.В., имевшей с 28.07.2004 по 30.12.2019 статус индивидуального предпринимателя, основной вид деятельности: деятельность транспортная вспомогательная (л.д. 11-19 т.1), начиная с 1997 года возникли правоотношения, по которым Институт предоставлял Церр Е.В. в пользование за плату благоустроенную, заасфальтированную, размеченную площадку во дворе Института по адресу: ..., которая использовала ее для организации платной стоянки для автотранспорта. Правоотношения оформлялись ежегодными договорами.
01.08.2017 ФГБНУ "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" и ИП Церр Е.В. заключили договор N 31, в соответствии с которым институт предоставил Церр Е.В. возможность за плату пользоваться на внутренней территории по указанному адресу навесами в количестве 34 шт., размерами 5,3*2,7 м (оборудование) сроком с 01.08.2017 по 31.12.2017. Данный договор подписан сторонами, также на договоре Церр Е.В. выполнена собственноручная запись "Претензий по вопросу принадлежности ФГБНУ Смол. НИИСХ навесов не имею", заверенная подписью, факт учинения данной записи Церр Е.В. в суде первой инстанции признала (л.д. 134- 135 т.1). Данный договор полностью исполнен.
20.12.2017 между ФГБНУ "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" и ИП Церр Е.В. заключен новый договор N 31 на аналогичных условиях, сроком с 01.01.2018 по 31.12.2020, но действовал до 30.12.2019 - утраты Церр Е.В. статуса предпринимателя.
В соответствии с условиями данного договора N 31 от 20.12.2017 цена договора составляет 586 224 руб. в год, в том числе НДС (18% в сумме 89424 руб.). Оплата за предоставление оборудования осуществляется помесячно, Институт выставляет до 10-го числа текущего месяца счета на оплату, которые ИП Церр Е.В. обязалась оплачивать до 15-го числа текущего месяца путем перечисления денежных средств со своего расчетного счета (п.п. 3.1, 3.2 договора). В соответствии с п. 3.3 договора обязательство ИП Церр Е.В. по оплате будет считаться исполненным со дня списания денежных средств с расчетного счета Института (п. 3 договора) (л.д. 7-10 т.1).
В соответствии с п. 4.1 договора за неисполнение обязательства, предусмотренного п. 3.3 настоящего договора, ИП Церр Е.В. самостоятельно начисляется пеня за каждый день просрочки платежа, начиная с 16-го числа текущего месяца в размере, определяемом в соответствии со статьей 395 ГК РФ.
Каждая из сторон вправе в одностороннем порядке расторгнуть настоящий договор, известив об этом другую сторону за два месяца до предполагаемого расторжения (п.5.2 договора).
Согласно заявлению Института от 18.10.2019 N 01/257 договор N 31 от 20.12.2017 расторгнут в одностороннем порядке с 01.01.2020 в соответствии с п. 5.2 договора (л.д. 136 т.1).
Договор от 20.12.2017 Церр Е.В. исполнялся, на расчетный счет Института в период с февраля 2018 года по октябрь 2019 года ею перечислено 1 091 547,95 руб., что подтверждается актом сверки взаимных расчетов за период с 2018 по 2019 годы, счетами на оплату, платежными поручениями, никем не оспаривалось(л.д. 41-42,173-196 т.1, л.д. 38-62 т.2).
На основании приказа Территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора в Смоленской области от 22.01.2016 N 7 проведена выездная проверка в Федеральном государственном бюджетном научном учреждении "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" использования средств федерального бюджета в 2015 году, выделенных в рамках подпрограммы "Фундаментальные научные исследования" государственной программы Российской Федерации "Развитие науки и технологий" на 2013 - 2020 годы
Согласно акту N 01-08/1 от 14.02.2016 выездной проверки, на балансе учреждения значатся 5 земельных участков общей кадастровой стоимостью 30 926 788,52 руб. Земельные участки находятся в постоянном (бессрочном) пользовании и используются по назначению (л.д. 231 т.1).
На основании приказа директора ФГБНУ "Смоленский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" N 42 от 18.07.2017 о проведении инвентаризации зданий и помещений института с целью выявления неучтенного и не поставленного на балансовый учет имущества, комиссией выявлено не учтенное на балансе Института недвижимое имущество: 34 идентичных навеса, находящиеся по адресу ..., о чем составлен акт о проведении инвентаризации, проведена оценка выявленного имущества, осуществлены действия по постановке имущества на баланс названного Федерального государственного бюджетного научного учреждения. На основании приказа директора Института N 46 от 09.08.2017 данные навесы с 15.08.2017 состоят на забалансовом учете ФГБНУ "ФНЦ ЛК" на счете: "01.11 - Недвижимое имущество в пользовании по договорам безвозмездного пользования (л.д. 4-14 т.2).
Заявляя встречные исковые требования Церр Е.В. указала, что с 2003 года между ней и ГНУ "Российский научно-исследовательский институт сельского хозяйства" Российской академии сельскохозяйственных наук (в настоящее время ФГБНУ "Федеральный научный центр лубяных культур") заключались договоры аренды благоустроенной площадки во дворе института площадью 800 кв.м (с 2004 по 2007 год) и 900 кв.м (с 2008 по 2011 год) по адресу: .... Иные договоры у Церр Е.В. не сохранились, однако Церр Е.В. утверждает, что арендовала земельный участок и с 2011 года до конца 2019 года. При этом навесы в количестве 34 штук размерами 5,3*2,7 м были размещены самой Церр Е.В. на территории автостоянки еще в 2005 году за счет собственных средств. Фактически по утверждению Церр Е.В. она арендовала земельный участок для размещения автостоянки с 1997 года. В 2016 году, после проведения проверки деятельности института Федеральной службой финансово-бюджетного надзора, договор аренды был прекращен. С целью сохранения арендных отношений Институт предложил Церр Е.В. заключить договор размещения за плату на внутренней территории института навесов в количестве 34 шт. для стоянки автотранспорта. 21.12.2016 между ними был заключен договор N 31, в соответствии с которым Церр Е.В. была предоставлена возможность разместить за плату на внутренней территории института на площади 900 кв.м навесы количестве 34 шт. для стоянки автотранспорта. Таким образом, Церр Е.В. производила отделимые улучшения арендованного земельного участка, размещая на нем 34 навеса для стоянки автотранспорта.
Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
Как указано в абзаце 1 пункта 36 Постановления N 10/22 Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (абзац 2 пункта 36 постановления N 10/22).
Виндикационный иск характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь или иного права на обладание вещью; утрата фактического владения вещью; возможность выделить вещь с помощью индивидуальных признаков из однородных вещей; нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика.
Виндикационный иск представляет собой требование не владеющего вещью собственника к владеющему вещью лицу, не являющемуся собственником. Цель предъявления такого иска - возврат конкретной вещи во владение лицу, доказавшему свои права на истребуемое имущество. Ответчиком по виндикационному требованию является незаконный владелец, обладающий вещью без надлежащего правового основания либо по порочному основанию приобретения.
Предъявляя виндикационный иск, истец должен доказать, что истребуемое имущество принадлежит ему на праве собственности, выбыло из его владения и незаконно находится во владении ответчика.
Таким образом, при рассмотрении виндикационного иска суду необходимо установить наличие у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое индивидуально-определенное имущество (подтверждение первичными и иными документами факта приобретения имущества), фактическое нахождение спорного имущества у ответчика, незаконность владения ответчиком этим имуществом (обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию).
Виндикационный иск носит внедоговорной характер и защищает вещное право, как абсолютное право, ввиду чего одним из условий его удовлетворения является отсутствие между истцом и ответчиком связей обязательственного характера по поводу истребуемого имущества. Следовательно, предъявив требования о возврате имущества из чужого незаконного владения, истец обязан доказать наличие у него вещного права, основанного на законе, неправомерность использования ответчиком виндицируемой вещи, нахождение ее у лица, которому адресованы виндикационные требования, и сохранность данной вещи в натуре на момент предъявления искового требования. Виндикационный иск подлежит удовлетворению при доказанности совокупности данных элементов.
Документальных доказательств принадлежности спорных навесов истцу по встречному иску Церр Е.В. ею не представлено и в материалах дела не имеется. Для подтверждения доводов встречного иска о принадлежности навесов Церр Е.В. по ее ходатайству судом первой инстанции были допрошены свидетели ФИО1 и ФИО2.
Так, согласно показаниям свидетеля ФИО1., она ставила свой автомобиль на стоянке около двух лет, примерно с 2012 до 2014 года, при этом на территории стоянки находились какие-то конструкции, в настоящее время на территории находится около 30 навесов. Во время пользования услугами стоянки в декабре 2013 года она видела супруга Церр Е.В., по ее мнению фактически являвшегося владельцем стоянки, в процессе установки навесов.
Согласно показаниям свидетеля ФИО2., работавшего охранником на стоянке с 2005 по 2009 годы, возведением навесов занимались охранники и супруг Церр Е.В. - ФИО4. В 2005 году на территории находилось несколько навесов, за два месяца было построено 15 навесов, материал привозил ФИО4. В 2009 году на территории стоянки находилось порядка 12 навесов с одной стороны и 15 - с другой стороны, всего около 30 навесов. Два года назад навесы были в том же состоянии.
Удовлетворяя первоначальные исковые требования, сославшись в качестве правового обоснования на статьи 309, 310, 329, 395 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что обстоятельства нарушения Церр Е.В. условий заключенного ею договора пользования на внутренней территории института навесами в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта (пользования оборудованием) от 20.12.2017 нашли свое подтверждение. Установив, что у ответчика перед истцом имеется задолженность по внесению платы за период действия договора, суд взыскал с Церр Е.В. в пользу Института денежные средства в размере 237953, 49 руб. согласно расчету истца, арифметическая верность которого проверена судом, расчет признан верным. Также судом с Церр Е.В. в пользу Института взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере, определяемом в соответствии по ст. 395 ГК РФ, за период с 16.01.2020 по 15.05.2020 в сумме 4 698,93 руб., с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности (237 953,49 руб.), начиная с 16.05.2020 по день фактической уплаты задолженности, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды. В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца по первоначальному иску произведено взыскание судебных расходов по уплате государственной пошлины 5627 руб.
Отказывая Церр Е.В. в удовлетворении встречных требований, суд первой инстанции принял во внимание, что установленных законом правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) по заявленным во встречном иске основаниям не имеется, поскольку предметом договоров пользования оборудованием от 01.08.2017 и от 20.12.2017 являлся не земельный участок, а навесы в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта (оборудование), что прямо следует из текста договоров. Также суд пришел к выводу, что право собственности Института на предоставлявшееся Церр Е.В. в период ведения ею предпринимательской деятельности оборудование в виде навесов подтверждено вышеприведенными оформленными документами при инвентаризации имущества Института и постановке навесов на забалансовый учет данного государственного учреждения с 15.08.2017. Судом указано на противоречия в показаниях свидетелей ФИО1 и ФИО2 и утверждениям Церр Е.В. о времени установки навесов, которая утверждала, что навесы были установлены в 2005 году, в то время как свидетель ФИО1 показала, что навесы установлены до декабря 2013 года, а свидетель ФИО2 - что навесы установлены в период его работы на стоянке в 2005 -2009 годах, а также данные показания не соответствуют договору от 21.12.2015, в котором Церр Е.В. предоставлена возможность разместить за плату на внутренней территории института навесы. Также судом учтено, что в договоре от 01.08.2017 Церр Е.В. собственноручно выполнена надпись: "Претензий по поводу принадлежности ФГБНУ Смол. НИИСХ навесов не имею", в связи с чем суд пришел к выводу, что Институт имел законное право на заключение сделки и передачу спорного имущества в пользование Церр Е.В., а также о необоснованности ее встречных требований.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда как по первоначальному, так и по встречному искам.
При заключении спорных договоров разногласий относительно существа сделок и мотивов их заключения у сторон не имелось, стороны сочли договоры заключенными и действительными, длительное время исполняли их. Все оспариваемые договоры прекратили свое действие, в период их действия Церр Е.В. как стороной договоров их действительность не оспаривалась, напротив, ею договоры исполнялись, обязательства по договору от 01.08.2017 Церр Е.В. полностью исполнены, по договору от 20.12.2017 исполнены частично.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).
Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Из разъяснений пункта 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
В соответствии с указаниями пункта 1 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Поскольку описанными выше своими действиями Церр Е.В. нарушила конституционные гарантии стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недобросовестности действий ответчика и запрете ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались ею бесспорными.
Суд первой инстанции применил правило, в силу которого сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на незаключенность или недействительность этого договора - "эстоппель" (англ. estoppel, от англ. estop - лишать права возражения); данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).
Таким образом, предъявление встречного иска, а также характер его требований свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны Церр Е.В., что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия считает, что Церр Е.В. обоснованно отказано в признании недействительными договоров пользования оборудованием от 01.08.2017 и 20.12.2017, поскольку ее поведение после заключения сделок давало ответчику основание полагаться на действительность сделок. Так, как указано выше, на протяжении длительного времени после заключения договоров Церр Е.В. не оспаривала их в судебном порядке, но фактически исполняла их условия путем внесения платежей.
Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия считает не имеющим правового значения заявление Церр Е.В. во встречном иске о недействительности (ничтожности) договоров N 31 от 01.08.2017 и N 31 от 20.12.2017, по которым Институт предоставил Церр Е.В. возможность за плату пользоваться на внутренней территории учреждения навесами в количестве 34 штук для стоянки автотранспорта, не посягающих на публичные интересы, а потому решение суда об отказе в удовлетворении требований названного лица, вопреки доводам заявителя, отмене не подлежит.
Проверяя доводы жалобы Церр Е.В. о принадлежности ей на праве собственности 34 навесов, судебная коллегия удовлетворила ходатайство апеллянта о допросе в качестве свидетеля ФИО3., работавшего у Церр охранником на стоянке с 1995 по 2005 годы, который показал, что в 1995 году на стоянке не было навесов, это была открытая площадка территории института, по мнению свидетеля, финансировал строительство навесов супруг ответчика - ФИО4, который фактически являлся хозяином стоянки, поскольку по просьбе ФИО4 свидетель помогал в возведении некоторых навесов, ездил с ФИО4 за стройматериалами, за время работы свидетеля охранником было установлено 12 навесов для машин, что увеличивало стоимость парковочных мест.
Однако, показания свидетелей о том, что Церр Е.В. и ее супруг, в том числе при помощи охранников автостоянки, предпринимали действия по установке навесов на территории института, не являются достаточным основанием для признания за Церр Е.В. права собственности на спорные навесы и удовлетворения требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Относимых и допустимых доказательств приобретения спорного имущества Церр Е.В. не представлено (а свидетельские показания таким доказательством не являются), первичных и иных документов, подтверждающих факт приобретения спорного имущества, не представлено, в то время как данное имущество значится на балансе Института, являющегося государственным учреждением.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что разрешая встречные требования об истребовании 34 навесов, находящихся на внутренней территории Института, и отказывая Церр Е.В. в их удовлетворении, суд первой инстанции на основе письменных доказательств, объяснений сторон, показаний свидетелей пришел правильному к выводу о недоказанности истцом приведенных во встречном иске обстоятельств в их необходимой совокупности.
Вопреки доводам жалобы о необходимости применения в случае отказа в удовлетворении требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения положений ст.ст. 622, 623 ГК РФ, оснований для их применения у суда первой инстанции не имелось.
Так, 34 спорных навеса стоят на балансе Института как недвижимое имущество, а согласно пункту 3 статьи 623 ГК РФ стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом. При этом Церр Е.В. не доказано строительство 34 спорных навесов ее силами и за ее счет с получением согласия Института на производство таких улучшений, в то время как предметом оспариваемых ею договоров являлась возможность за плату пользоваться на внутренней территории навесами в количестве 34 штук, размерами 5,3*2,7 м.
Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика Церр Е.В. в суде первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте, выражают несогласие с выводами суда и не опровергают правильность выводов суда, направлены на иную оценку доказательств и установленных по делу обстоятельств и не являются достаточным основанием для отмены решения суда.
Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену или изменение решения в соответствии со ст. 330 ГПК РФ, судом допущено не было.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Заднепровского районного суда г. Смоленска от 18 ноября 2020 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Церр Екатерины Владимировны - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
