Определение Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 29 января 2019 года №33-4815/2018, 33-176/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 29 января 2019 года Дело N 33-176/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Гузенковой Н.В.
судей Дороховой В.В., Филенковой С.В.
при секретаре Потапченко С.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Фомченкова М.Ю. к Акционерному обществу "Государственная страховая компания "Югория" о признании недействительным соглашения об урегулировании убытков, взыскании страхового возмещения, защите прав потребителя,
по апелляционной жалобе Фомченкова М.Ю. на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 октября 2018 года.
Заслушав доклад судьи Дороховой В.В., объяснения представителя ответчика Нестеровой И.А., судебная коллегия
установила:
Фомченков М.Ю. обратился в суд с иском к Акционерному обществу "Государственная страховая компания "Югория" о признании недействительным соглашения об урегулировании убытков, взыскании страхового возмещения, в обоснование указав, что в результате ДТП, произошедшего (дата) по вине водителя автомобиля <данные изъяты>, рег.знак N ФИО, принадлежащему ему автомобилю "<данные изъяты>", регистрационный номер N причинены механические повреждения. Истец обратился в АО "ГСК Югория" с заявлением о выплате страхового возмещения, приложив необходимые документы. (дата) экспертом ИП ФИО был произведен осмотр видимых повреждений транспортного средства истца и составлен соответствующий акт, на основании которого между истцом и ответчиком (дата) было заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО на сумму <данные изъяты> рублей и выплачено страховое возмещение в указанном размере. (дата) в результате повторного осмотра транспортного средства экспертом ИП Шкодиным Е.И. были выявлены скрытые повреждения, которые не были учтены ни в ранее составленном акте осмотра, ни в заключенном соглашении. Полагая, что, заключая соглашение об урегулировании убытка, он был введен в заблуждение относительно природы сделки, поскольку рассчитывал на компетентность работников страховой компании и первоначальный акт осмотра его транспортного средства, и не предполагал, что денежная сумма, необходимая для ремонта его транспортного средства в результате выявления скрытых повреждений, будет значительно больше, чем возместила ему страховая компания. С целью установления полной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истец обратился к независимому эксперту ФИО, согласно заключению которого, стоимость ущерба поврежденного транспортного средства с учетом износа деталей составила <данные изъяты> рублей. (дата) истец обратился к ответчику с требованием выплатить страховое возмещение в сумме <данные изъяты> рублей, расходов на оплату досудебной экспертизы в сумме <данные изъяты> рублей, неустойки в размере <данные изъяты>% от невыплаченной суммы страхового возмещения в размере <данные изъяты> рублей, начиная с (дата) и по день исполнения решения суда, компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей. Однако ответчиком было отказано в удовлетворении его требований. Полагая, что соглашение в части выплаты истцу страхового возмещения без учета скрытых повреждений противоречит положению ст. 15 ГК РФ, а также пп. б п. 18, п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО, истец просит признать соглашение о размере страховой выплаты и урегулировании страхового случая недействительным, взыскать с ответчика разницу страхового возмещения в размере 28679 рублей в части неучтенных скрытых повреждений, неустойку в размере 286,79 рублей за каждый день просрочки, начиная с (дата) по день исполнения решения суда, но не более 400000 рублей, 15000 рублей компенсации морального вреда, судебные расходы на оплату досудебной экспертизы в сумме 6180 рублей, расходы на оплату услуг представителя 15000 рублей, а также штраф в сумме 14339,50 рублей.
Обжалуемым решением суда от 29 октября 2018 года истцу Фомченкову М.Ю. отказано в удовлетворении заявленных требований.
В апелляционной жалобе истец ставит вопрос об отмене решения суда по мотивам незаконности, просит принять новое решение об удовлетворении иска. Приводит доводы о том, что соглашение об определении размера и сроков выплаты страхового возмещения было составлено на основании акта осмотра от (дата). Вместе с тем, поскольку при повторном осмотре тем же экспертом были выявлены скрытые повреждения транспортного средства истца, что подтверждается актом осмотра от (дата) , то у ответчика на основании ч. 1 ст. 15 ГК РФ и пп. б п. 1 ст. 7 Закона об ОСАГО возникла обязанность по доплате страхового возмещения. Поскольку предметом соглашения от (дата) не являлось определение размера страхового возмещения за скрытые повреждения, отраженные в акте от (дата) , следовательно, оснований для освобождения страховщика от выплаты возмещения за скрытые повреждения не имеется.
Истец Фомченков М.Ю., его представитель Маевский И.Н., третье лицо ИП Шкодин Е.И. в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. От представителя истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие и истца.
Представитель ответчика Нестерова И.А. просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
На основании ч. 3,4 ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность решения суда в соответствии с правилами ч.1 и ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене на основании п.3, п.4 ч.1 ст. 330 ГПК РФ с принятием нового решения о частичном удовлетворении исковых требований.
Судом установлено и следует из материалов дела, что (дата) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля истца марки "<данные изъяты>" по вине водителя автомобиля марки "<данные изъяты>" ФИО, нарушившего ПДД РФ, в результате чего транспортному средству истца были причинены механические повреждения.
(дата) истец обратился в АО "ГСК "Югория", застраховавшее его гражданскую ответственность по полису ОСАГО серии ЕЕЕ N с заявлением о страховом возмещении, приложив необходимые документы.
Страховщик на основании акта осмотра автомобиля N от (дата) признал событие страховым случаем.
(дата) между сторонами было заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО, согласно которому по результатам проведенного осмотра поврежденного ТС истца, стороны достигли соглашения о размере страховой выплаты по указанному событию в сумме <данные изъяты> руб., которое ответчик обязался выплатить в срок до (дата).
В соответствии с п. 4 соглашения, заключив его, стороны констатируют факт урегулирования убытков по заявлению по договору страхования ЕЕЕ N. Указанный договор страхования считается исполненным страховщиком по заявлению о страховом случае от (дата) N после осуществления страховой выплаты в порядке, предусмотренном п.3 настоящего соглашения. При этом стороны констатируют отсутствие каких-либо взаимных претензий.
(дата) страховщик выплатил истцу страховое возмещение в указанной сумме, что подтверждается платежным поручением N от (дата).
(дата) истец обратился в АО СГК Югория с заявлением о проведении дополнительного осмотра ТС, на основании дополнительного направления эксперт-техник ИП Шкодин Е.И. провел повторный осмотр транспортного средства истца, в результате которого были выявлены дополнительные скрытые повреждения автомобиля, не учтенные в акте осмотра N от (дата).
Согласно заключению ИП ФИО от (дата) N, составленному на сновании актов осмотра от (дата) и (дата), общая стоимость восстановительного ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства с учетом износа деталей составила <данные изъяты> рублей.
За подготовку данного экспертного заключения истцом было оплачено <данные изъяты> рублей.
(дата) истец обратился к ответчику с досудебной претензией о выплате страхового возмещения в виде разницы между суммой, определенной экспертом ПИ ФИО в заключении от (дата), и суммой, выплаченной ответчиком на основании соглашения об урегулировании убытка по договору ОСАГО от (дата) , которая составляет <данные изъяты> рублей.
Письмом от (дата) ответчик отказал в удовлетворении требования истца, сославшись на заключенное соглашение об урегулировании убытков.
В ходе судебного разбирательства представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований; дополнительно заявил о пропуске исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, который, по мнению ответчика, истек (дата), то есть по прошествии одного года со дня заключения соглашения об урегулировании убытка по договору ОСАГО, в то время как истец обратился с названным требованием в суд только (дата) .
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 153, 168, 178, 179, 181, 195, 421, 425 ГК РФ, положениями ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", разъяснениями, содержащимися в п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N58 от 26.12.2017, в п.102 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N25, исходил из того, что истец, подписав соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО, реализовал свое право на получение страхового возмещения. Обязательства по договору страхования на основании заключенного соглашения выполнены ответчиком в полном объеме, доказательств, свидетельствующих о заключении соглашения об урегулировании страхового случая под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных последствий, суду истцом не представлено. Кроме того, суд посчитал, что истцом пропущен годичный срок исковой давности по требованию о признании недействительным соглашения об урегулировании убытков, который, по мнению суда, подлежит исчислению со дня составления акта осмотра транспортного средства от (дата), которым было установлено наличие дополнительных скрытых повреждений, обусловивших увеличение суммы ущерба. Истец обратился с настоящим иском в суд только (дата) , то есть по истечении годичного срока на заявление требования о признании соглашения об урегулировании убытка недействительным. По указанным основаниям суд отказал в иске.
Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами ввиду следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (в редакции, действовавшей на момент заключения договора ОСАГО) (далее - Закон об ОСАГО), потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.
Пунктом 12 статьи 12 указанного выше закона предусмотрено, что в случае, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков страховщик и потерпевший согласились о размере страховой выплаты и не настаивают на организации независимой технической экспертизы или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков, экспертиза не проводится.
В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", действовавшего на момент рассмотрения спора судом первой инстанции, разъяснено, что при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере, порядке и сроках подлежащего выплате потерпевшему страхового возмещения. После осуществления страховщиком оговоренной страховой выплаты его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).
Заключение со страховщиком соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества является реализацией права потерпевшего на получение страхового возмещения, вследствие чего после исполнения страховщиком обязательства по страховой выплате в размере, согласованном сторонами, основания для взыскания каких-либо дополнительных убытков отсутствуют. Вместе с тем при наличии оснований для признания указанного соглашения недействительным потерпевший вправе обратиться в суд с иском об оспаривании такого соглашения и о взыскании суммы страхового возмещения в ином размере.
В соответствии с п.1 ст.168 Гражданского кодекса РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно п.1 ст.178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заблуждение может проявляться также и в отношении обстоятельств, влияющих на решение лица совершить сделку.
В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.
При решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в законе, необходимо исходить также из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.
При заявлении исковых требований о признании такого соглашения недействительным вследствие заблуждения на истца возлагается обязанность представить доказательства недействительности сделки, доказав наличие обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, применительно к оспариваемому соглашению.
Из материалов дела усматривается, что повторный осмотр транспортного средства истца, в результате которого были выявлены скрытые повреждения его автомобиля, был проведен (дата), то есть после заключения сторонами соглашения об урегулировании ущерба по договору об ОСАГО и выплате истцу страхового возмещения в сумме 69900 рублей.
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля, включающего в себя устранение повреждений, выявленных при первичном и повторном осмотрах, с учетом износа составляет <данные изъяты> рублей.
В качестве оснований своих требований истец указывает, что при заключении оспариваемого соглашения об урегулировании убытков, он, не имея специальных познаний, полностью полагался на компетентность страховых работников и исходил из отсутствия скрытых повреждений в транспортном средстве, способных привести к увеличению стоимости восстановительного ремонта его автомобиля и, тем самым, повлиять на размер подлежащего выплате страхового возмещения.
Оценив представленные доказательства, судебная коллегия полагает, что ошибочное суждение об обстоятельствах, имеющих для истца существенное значение, послужили основанием к заключению (дата) соглашения об урегулировании убытка по договору ОСАГО, которое он бы не заключил, если бы знал о наличии скрытых повреждений его автомобиля, выявленных в результате повторного осмотра, зафиксированных в акте от (дата), и повлиявших на окончательную сумму причиненного ущерба.
При заключении соглашения истец Фомченков М.Ю., не обладая специальными познаниями, что не оспаривается ответчиком, полагался на компетентность эксперта-техника ИП Шкодина Е.И., который проводил первичный осмотр автомобиля, и исходил из добросовестности его поведения и отсутствия в будущем негативных правовых последствий для себя как стороны сделки. Заключая соглашение, Фомченков М.Ю. был убежден, что выплаченного страхового возмещения будет достаточно для восстановительного ремонта, и не предполагал, что в ТС имеются скрытые повреждения, а денежной суммы, выплаченной страховой компанией, будет не достаточно для восстановления автомобиля.
Совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, что Фомченков М.Ю. совершил сделку под влиянием заблуждения относительно объема повреждений, выявленных при осмотре его транспортного средства (дата), повлиявших на размер подлежащего выплате страхового возмещения. В связи с чем имеются основания для признания недействительным по основанию п.1, п.п.5 п.2 ст. 178 ГК РФ соглашения об урегулировании убытка, заключенное (дата) между истцом и ответчиком, в части выплаты страхового возмещения на восстановительный ремонт транспортного средства без учета стоимости устранения скрытых повреждений.
От заявленных требований о признании недействительным соглашения об урегулировании убытков от (дата), истец Фомченков М.Ю., в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством, не отказывался.
Вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности по заявленному требованию, судебная коллегия также признает ошибочным.
Суд посчитал, что течение срока данности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной началось со дня составления акта осмотра транспортного средства от (дата), когда истцу стало достоверно известно о наличии скрытых повреждений, не выявленных при первичном осмотре его автомобиля, и тем самым о нарушении его права на выплату страхового возмещения.
Срок исковой давности для оспаривания сделки по основанию, предусмотренному ст. 178 Гражданского кодекса РФ составляет один год и исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 ст. 181 ГК РФ).
В силу пункта 1 ст. 200 Гражданского Кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Анализируя в совокупности указанные нормы, судебная коллегия считает, что о нарушении своего права на выплату страхового возмещения, необходимого для восстановления повреждений автомобиля, Фомченкову М.Ю. стало известно только (дата), когда было получено письмо от (дата) об отказе страховщика в доплате страхового возмещения в полном объеме, что с очевидностью лишало истца в дальнейшем возможности восстановить свои права и возместить убытки в полном размере.
Истец обратился с настоящим иском (дата), то есть в пределах установленного срока исковой давности.
(дата) истцу была перечислена сумма страхового возмещения по соглашению в размере <данные изъяты> рублей.
Тогда как согласно заключению эксперта ФИО, составленного в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка российской Федерации от 19.09.2014 N432-П, и не оспоренного ответчиком, стоимость восстановительного ремонта транспортного средств с учетом износа составляет <данные изъяты> рублей (л.д. 16-25).
Учитывая, что истец, выполнил в полном объеме предусмотренные для потерпевшего обязанности для получения страхового возмещения от страховщика, а ответчик уклонился от выполнения своих обязанностей надлежащим образом при отсутствии оснований для отказа выплаты страхового возмещения в полном объеме, то в соответствии со ст. 15 ГК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию страховое возмещение в виде разницы между суммой, определенной экспертом ИП ФИО в заключении от (дата), и суммой, выплаченной ответчиком ранее, которое составляет <данные изъяты> рублей.
Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика <данные изъяты> рублей в возмещение расходов по оплате досудебной экспертизы поврежденного транспортного средства.
На основании п.14 ст. 12 Закона об ОСАГО, учитывая, что истцом документально подтверждены расходы по оплате услуг по оценке стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 6180 рублей, и эти расходы понесены истцом в связи с причиненным в результате ДТП вредом, исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению.
Согласно п. 21 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.
При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.
Пунктом п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации", разъяснено, что по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна (например, пункт 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.
Из материалов дела усматривается, что с заявлением о выплате страхового возмещения истец обратился в страховую компанию (дата). Соответственно предусмотренная законом обязанность страховщика выплатить страховое возмещение в полном объеме должна была быть исполнена АО ГСК "Югория" в срок до (дата) , притом, что после (дата) страховщику стало известно о наличии дополнительных повреждений ТС, не включенных в акт первоначального осмотра, и соответственно, не учтенных при расчете страхового возмещения, потому предусмотренная законом неустойка подлежит начислению с (дата) , размер которой по состоянию на (дата) составляет <данные изъяты> рублей (<данные изъяты> рублей х 1% х <данные изъяты> дня).
В ходе судебного разбирательства ответчиком было заявлено ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ к неустойке, ссылаясь на явную несоразмерность размера неустойки последствиям нарушенного обязательства.
Пунктом 1 статьи 333 ГК РФ суду представлено право уменьшить неустойку в случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.
В соответствии с правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 15.01.2015 г. N 7-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В п. 42 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 01 июля 1996 N 6/8 (в редакции, действующей на момент разрешения спора) разъяснено, что при решении вопроса об уменьшении неустойки (статья 333 ГК РФ) необходимо иметь ввиду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг; сумма договора и т.п.).
С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним.
Принимая во внимание заявление представителя ответчика о применении положений ст. 333 ГК РФ, конкретные обстоятельства дела, учитывая характер обязательства, период нарушения ответчиком принятых на себя обязательств, размер страхового возмещения, подлежащего доплате, с целью сохранения баланса интересов сторон, судебная коллегия считает, что размер неустойки за период с (дата) по (дата) явно несоразмерен последствиям неисполнения ответчиком обязательства и подлежит снижению до 10000 рублей.
С учетом изложенного, принимая во внимание предельный размер неустойки, установленный п. 4 ст. 16.1. Закона об ОСАГО, подлежащий взысканию, судебная коллегия взыскивает с ответчика открытую неустойку в размере 286,79 рублей за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная с (дата) и по день фактического исполнения решения суда включительно, но не более 390000 рублей.
Поскольку требования истца о выплате страхового возмещения ответчиком АО ГСК "Югория" в добровольном порядке не были удовлетворены, судебная коллегия, руководствуясь положениями п. 3 ст. 16.1 Закона Об ОСАГО, возлагает на ответчика обязанность по уплате штрафа, размер которого с учетом ст. 333 ГК РФ, а также ранее указанных обстоятельств подлежит снижению с <данные изъяты> рублей до 5000 рублей.
Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, в том числе договор страхования, как личного, так и имущественного), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" применяется в части, не урегулированной специальными законами.
Закон об ОСАГО не предусматривает выплату компенсации морального вреда за нарушение прав потребителя. Потому в части компенсации морального вреда ввиду невыплаты страхового возмещения страховщиком следует применять положения Закона РФ "О защите прав потребителей".
Руководствуясь ст. 15 Закона о защите прав потребителей, разъяснениями, данными в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", учитывая, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя, и судебной коллегией такой факт установлен, с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости, истцу подлежит компенсация морального вреда в размере 5000 рублей.
В соответствии с п.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По смыслу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ суд может ограничить сумму расходов, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов.
Согласно материалам дела, Фомченков М.Ю. понес расходы на оказание юридических услуг, а именно: подготовка досудебной претензии и ведение дела в суде первой инстанции, подготовка искового заявления и других необходимых процессуальных документов, а также участие в судебных заседаниях, в размере <данные изъяты> рублей.
Понесенные расходы подтверждаются договором N от (дата), заключенным с ИП ФИО, и квитанцией к приходному кассовому ордеру N от (дата) (л.д. 67).
Учитывая сложность дела, объем произведенной представителем работы по оказанию юридических услуг (составление искового заявления, участие в судебных заседаниях от (дата), (дата) , (дата) , составление апелляционной жалобы, длительность судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к убеждению о необходимости возмещения представительских расходов Фомченкову М.Ю. со страховщика в размере 15000 рублей. Доказательств чрезмерности понесенных истцом представительских расходов ответчиком не представлено.
В силу ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 1360 руб. 37 коп.
Руководствуясь ст. 328, п.п. 3,4 ч.1 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 октября 2018 года отменить.
Принять по делу новое решение о частичном удовлетворении иска.
Признать недействительным соглашение об урегулировании убытков по договору ОСАГО, заключенное (дата) между АО ГСК "Югория" и Фомченковым М.Ю. в части выплаты страхового возмещения на восстановительный ремонт транспортного средства без учета стоимости устранения скрытых повреждений.
Взыскать с АО ГСК "Югория" в пользу Фомченкова М.Ю. страховое возмещение в размере 28679 рублей, неустойку за период с (дата) по (дата) включительно в размере 10000 рублей, а также с (дата) по фень фактического исполнения решения суда в размере 286,79 рублей за каждый день просрочки, но не более 390000 рублей, компенсацию морального вреда 5000 рублей, расходы по оплате досудебной экспертизы 6180 рублей, представительские расходы 15000 рублей, штраф 5000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с АО ГСК "Югория" в доход бюджета МО "г. Смоленск" государственную пошлину в размере 1360 руб. 37 коп.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка