Определение Судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 12 августа 2020 года №33-4765/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 августа 2020 года Дело N 33-4765/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Паршиной С.В.,
судей Кудаковой В.В., Смородиновой Н.С.,
при секретаре Смогуновой Е.А.,
с участием прокурора Голопузовой Е.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Андреевой Н.Н. к акционерному обществу "АгроТранс" о компенсации морального вреда по апелляционной жалобе акционерного общества "АгроТранс" на решение Ленинского районного суда города Саратова от 05 марта 2020 года, которым исковые требования удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи Кудаковой В.В., заключение прокурора Голопузовой Е.А., полагавшей решение подлежащим отмене, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших относительно нее возражений, судебная коллегия
установила:
Андреева Н.Н. обратилась в суд с иском к акционерному обществу "АгроТранс" (далее - АО "АгроТранс") о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
Требования мотивированы тем, что <дата> на 671 км федеральной автодороги "Р-22 Каспий" произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Камаз N, государственный регистрационный знак N, с прицепом СЗАП N, государственный регистрационный знак N, под управлением ФИО автомобиля ВАЗ N, государственный регистрационный знак N под управлением ФИО, и автомобиля МАЗ N, государственный регистрационный знак N, под управлением ФИО, принадлежащего АО "АгроТранс".
В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО и ФИО скончались на месте. Супруг истца ФИО с множественными травмами был госпитализирован в ГБУЗ "Урюпинская центральная районная больница имени В.Ф. Жогова". <дата> ФИО скончался. Погибший ФИО находился в трудовых отношениях с АО "АгроТранс". В результате смерти супруга истец длительное время находилась в депрессии, ей причинены нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека.
В процессе рассмотрения дела истец уточнила основание иска, указывая, что ей был причинен моральный вред в результате причинения тяжкого вреда здоровью ее супругу.
Решением Ленинского районного суда города Саратова от 05 марта 2020 года с АО "АгроТранс" в пользу Андреевой Н.Н. взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. С АО "АгроТранс" в доход муниципального бюджета взыскана государственная пошлина в размере <данные изъяты> рублей.
В апелляционной жалобе АО "АгроТранс" просит решение суда отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований. Указывает, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО ФИО, являвшийся водителем-экспедитором АО "АгроТранс", виновником дорожно-транспортного происшествия не являлся, в связи с чем АО "АгроТранс" не является лицом, ответственным за причинение вреда. Кроме того, причиной смерти ФИО явилась острая сердечно-сосудистая недостаточность у больного, страдавшего хроническим сосудистым заболеванием, в связи с чем отсутствует причинно-следственная связь между наступлением смерти ФИО и произошедшим дорожно-транспортным происшествием.
Информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Саратовского областного суда (http://oblsud.sar.sudrf.ru) (раздел судебное делопроизводство).
Иные лица, участвующие в деле, на заседание судебной коллегии не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении рассмотрения дела не представили, о причинах неявки не сообщили. От представителей истца Симкиной Е.А. и Бирюковой О.В. поступили заявления о рассмотрении дела в отсутствие истца Андреевой Н.Н. и ее представителей. При указанных обстоятельствах, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к выводу о том, что имеются предусмотренные п. п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основания для отмены судебного постановления.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Андреева Н.Н. является супругой ФИО
<дата> ФИО управляя автомобилем Камаз N, государственный регистрационный знак N, с прицепом СЗАП N, государственный регистрационный знак N, двигаясь в сторону города Волгограда, выехал на полосу встречного движения, после чего резко вернулся на свою полосу движения, в результате чего произошел занос прицепа на полосу встречного движения, который совершил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем ВАЗ N, государственный регистрационный знак N, под управлением ФИО После чего автомобиль Камаз занесло на полосу встречного движения, где он совершил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем МАЗ N, государственный регистрационный знак N, под управлением ФИО В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО и ФИО скончались на месте.
ФИО был госпитализирован в ГБУЗ "Урюпинская центральная районная больница имени В.Ф. Жогова", где находился на лечении по 12 июля 2016 года. <дата> ФИО умер.
Постановлением следователя СО ОМВД России по Новониколаевскому району Волгоградской области от 19 декабря 2016 года в возбуждении уголовного дела, предусмотренного п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, отказано в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО по причине его смерти.
Согласно заключению эксперта N 272 от 09 декабря 2016 года с технической точки зрения в данной дорожной ситуации действия водителя автомобиля Камаз ФИО. не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ, а именно п. п. 1.4 и 9.1 Правил дорожного движения, что и могло послужить причиной дорожно-транспортного происшествия. Действия водителей ВАЗ N МАЗ N не могли послужить причиной столкновения транспортных средств.
ФИО в момент дорожно-транспортного происшествия исполнял свои трудовые обязанности, являясь водителем-экспедитором АО "АгроТранс" на автотранспортном участке Аткарск, управлял автомобилем ответчика, предоставленным ему для исполнения трудовой функции.
На момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство Камаз 53215, государственный регистрационный знак N, принадлежало на праве собственности скончавшемуся непосредственно после дорожно-транспортного происшествия ФИО транспортное средство ВАЗ N, государственный регистрационный знак N - скончавшемуся непосредственно после дорожно-транспортного происшествия ФИО на основании договора купли-продажи с ФИО от 23 ноября 2015 года, транспортное средство МАЗ N, государственный регистрационный знак N, находилось в лизинге у АО "АгроТранс".
Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа ФИО N 200 от 15 августа 2016 года, составленного Государственным учреждением здравоохранения "Бюро судебно-медицинской экспертизы" Министерства здравоохранения Саратовской области, непосредственной причиной смерти ФИО явилась острая сердечно-сосудистая недостаточность у больного, страдавшего хроническим сердечно-сосудистым заболеванием - хронической ишемической болезнью сердца - перенесенным в прошлом инфарктом миокарда. Согласно представленной медицинской карты стационарного больного N, заведенной травматологическим отделением ГБ УЗ Урюпинская ЦРБ им. Жогова, известно, что ФИО находился на стационарном лечении с 24 июня 2016 года по 12 июля 2016 года с диагнозом: множественные ссадины верхних и нижних конечностей, гематома левого бедра, закрытый перелом крыла подвздошной кости в области крестцово-подвздошного сочленения с незначительным смещением слева, краевой перелом лонной кости справа, разрыв лонного сочленения, закрытый перелом 4 ребра справа, перелом поперечного отростка 5 поясничного позвонка. При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО обнаружены повреждения: заживающая ушибленная рана кожи на передне-наружной поверхности средней трети правой голени, следы заживления глубоких ссадин на внутренней поверхности нижней трети правой голени, в области левого коленного сустава, участки пигментации (следы заживления кровоподтеков) в области правого и левого коленного сустава, следы заживления (свежая рубцовая ткань) в области разрыва внутренних крестцово-подвздошных вязок слева, в области внутренней поверхности лонного сочленения, заживающий перелом 4 ребра справа, заживающий перелом поперечного отростка 5 поясничного позвонка слева. Данные повреждения возникли от действия тупых твердых предметов незадолго до поступления ФИО в стационар 24 июня 2016 года. Указанные повреждения, возникшие практически одномоментно, в едином комплексе, расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, в причинной связи с наступлением смерти ФИО от хронического сердечно-сосудистого заболевания не состоят. Характер и локализация повреждений не исключают возможности образования их в условиях дорожно-транспортного происшествия от ударов о выступающие части салона и рулевого управления движущегося грузового автомобиля при столкновении его с препятствием (другим автомобилем).
Решением Арбитражного суда Саратовской области от 17 сентября 2019 года по делу N А57-5718/2019 АО "АгроТранс" признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство до 16 марта 2020 года.
Согласно актам о расследовании несчастного случая, произошедшего <дата> с водителем грузового автомобиля АО "АгроТранс" ФИО представленным Государственной инспекцией труда в <адрес>, в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО выполнял задание работодателя по осуществлению перевозки подсолнечника из с. Панфилово Новониколаевского района Волгоградской области для АО "Аткарский МЭЗ", находящегося в городе Аткарске Саратовской области (путевой лист N от <дата>). Нарушений со стороны работников и ответственных лиц АО "АгроТранс" не выявлено.
Разрешая исковые требования суд первой инстанции, руководствуясь ст. 151, п. 1 ст. 1064, п. 1 ст. 1068, п. п. 1, 2, 3 ст. 1079, п. п. 1, 3 ст. 1099, ст. 1100 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в п. п. 19, 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", исходил из установленных обстоятельств причинения истцу нравственных страданий в результате дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля ответчика. При этом, исходя из фактических обстоятельств дела, тяжести вреда здоровью, причиненного ФИО а также требований разумности и справедливости суд пришел к выводу о взыскании с ответчика АО "АгроТранс" компенсации морального вреда в пользу Андреевой Н.Н. в размере <данные изъяты> рублей.
Судебная коллегия не может согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции ввиду следующего.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101ГК РФ).
В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Согласно разъяснений, содержащихся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п. 1 настоящей статьи.
Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).
Пунктом 1 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно разъяснений, содержащихся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан", при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 мая 2012 года N 811-О, в случае взаимодействия источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.
Из содержания приведенных норм следует, что при решении вопроса об ответственности владельцев транспортных средств, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, следует исходить из принципа ответственности за виновные действия (п. 1 ст. 1064 ГК РФ), на владельца источника повышенной опасности, вина которого в столкновении транспортных средств отсутствует, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе морального вреда, причиненного в связи с причинением вреда здоровью водителя транспортного средства, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии.
Причинение тяжкого вреда здоровью ФИО наступило в результате неправомерных действий владельца автомобиля Камаз <данные изъяты>, государственный регистрационный знак N, с прицепом СЗАП N государственный регистрационный знак N, ФИО Водитель автомобиля МАЗ N, государственный регистрационный знак N, ФИО находясь при исполнении своих трудовых обязанностей, не являлся третьим лицом по смыслу п. 3 ст. 1079 ГК РФ, к которым относятся, например, пассажиры и пешеходы, которым причинен вред жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности.
Следовательно, заслуживают внимания доводы жалобы ответчика о том, что АО "АгроТранс" не является лицом, ответственным за возмещение морального вреда. Принадлежащее АО "АгроТранс" транспортное средство МАЗ N, государственный регистрационный знак N, находившееся под управлением ФИО источником причинения вреда супругу истца не являлось, также согласно актам о расследовании несчастного случая, произошедшего <дата>, нарушений требований охраны труда со стороны работников и ответственных лиц АО "АгроТранс" не выявлено, в связи с чем оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда не имеется.
Кроме того, судебная коллегия считает необходимым указать, что в силу ст. 157 ГПК РФ одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании.
Принцип непосредственности исследования доказательств судом установлен и ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Непосредственность судебного разбирательства - это принцип гражданского процесса, определяющий метод исследования доказательств судом и являющийся правовой гарантией их надлежащей оценки, установления действительных обстоятельств дела, формулирования правильных выводов и вынесения правосудного решения. Он заключается в том, что суд, рассматривающий дело, обязан лично воспринимать доказательства по делу, а судебное постановление должно быть основано лишь на исследованных в судебном заседании доказательствах.
Исходя из этого принципа суд первой инстанции при рассмотрении дела, как того требует ч. 1 ст. 157 ГПК РФ, обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства.
Между тем суд первой инстанции в нарушение приведенных норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации рассмотрел требования Андреевой Н.Н. о компенсации морального вреда в ее отсутствие, без непосредственного получения от истца необходимых объяснений по юридически значимым обстоятельствам, без определения реального размера компенсации морального вреда, без исследования и оценки обстоятельств, касающихся степени физических и нравственных страданий истца. В суд апелляционной инстанции для дачи пояснений истец также не явилась. Факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью.
Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 июля 2017 года N 24-КГ17-15, от 30 января 2017 года N 24-КГ16-25.
Учитывая изложенное и на основании п. п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ судебная коллегия считает необходимым решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда города Саратова от 05 марта 2020 года отменить.
Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Андреевой Н.Н. к акционерному обществу "АгроТранс" о компенсации морального вреда отказать.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка