Определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 ноября 2022 года Дело N 33-47288/2022


28 ноября 2022 г. адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Гербекова Б.И.,

судей фио, фио,

при секретаре (помощнике) Смирновой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи фио,

дело по апелляционной жалобе истца Ковальчука М.С. на решение Кунцевского районного суда адрес от 29 июня 2022 года, которым постановлено: в удовлетворении исковых требований Ковальчука Максима Сергеевича к Кулаковой Светлане Александровне, Данилиной Вере Олеговне о признании недействительными завещания и договора купли-продажи квартиры отказать,

установила:

Ковальчук М.С. обратился в суд с иском к Кулаковой С.А., Данилиной В.О. о признании недействительными завещания и договора купли-продажи квартиры. В обоснование своих требований истец указал, что 18.08.2020 года умер его отец фио После смерти отца истец обратился к нотариусу с целью открытия наследства по завещанию, состоящего, в том числе, из квартиры, расположенной по адресу: адрес. Отец завещал ему (истцу) все свое имущество по завещанию в 2002 году и до его последних дней истец был уверен, что все имущество отца перейдет к нему. От нотариуса ему стало известно, что 25.07.2012 года его отцом было составлено завещание, по которому все имущество было завещано Данилиной В.О. Однако Данилина В.О. никогда не являлась родственницей его отца. Они совместно распивали спиртные напитки. В тот период, когда было совершено завещание 25.07.2012 года отец находился в длительном алкогольном запое. Соответственно, в указанный момент отец не был полностью дееспособен. Кроме того, вышеуказанная квартира была продана по договору купли-продажи Данилиной В.О. Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ истец просит признать недействительным завещание, совершенное фио в пользу Данилиной В.О. и удостоверенное нотариусом 25.07.2012 года; признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, заключенный 30.10.2015 года между фио и Кулаковой С.А.

Истец и его представитель в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Ответчик Кулакова С.А. и ее представитель в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований.

Ответчик Данилина В.О., третьи лица нотариусы адрес фио и фио в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся участвующих в нем лиц.

Судом постановлено указанное выше решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просит истец Ковальчук М.С., полагая, что суд неправильно установил имеющие значение для дела обстоятельства, дал неверную оценку доказательствам, необоснованно положил в основу решения заключение судебной экспертизы.

В соответствии с п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ дело рассматривается в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав представителя истца Ковальчука М.С. по доверенности фио, ответчика Кулакову С.А., обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене обжалуемого решения.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, истец Ковальчук М.С., паспортные данные является сыном фио, умершего 18.08.2020 года.

С 30.08.2012 г. фио состоял в зарегистрированном браке с ответчиком Данилиной В.О.

Завещанием от 24.05.2002 года фио из принадлежащего ему имущества завещал сыну Ковальчуку М.С. квартиру, находящуюся по адресу: адрес.

Завещанием от 25.07.2012 года фио все свое имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе квартиру, расположенную по адресу: адрес завещал Данилиной В.О.

30.10.2015 года между фио, как продавцом и Кулаковой С.А., как покупателем заключен договор купли-продажи квартиры, по которому спорная квартира по адресу: адрес перешла в собственность Кулаковой С.А. Переход права собственности от фио к Кулаковой С.А. зарегистрирован 26.11.2015 г.

18.08.2020 года фио умер, с заявлениями к нотариусу о принятии наследства обратились истец и ответчик.

В связи с доводами истца о том, что наследодатель на момент составления завещания в пользу ответчика, а также на момент продажи своей квартиры Кулаковой С.А. не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить судом допрошен свидетель фио (родной брат истца), а также назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению экспертов ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио" Министерства здравоохранения РФ при составлении и оформлении завещания 25.07.2012 г. и оформлении договора купли-продажи квартиры 30.10.2015 г. у фио отмечались неуточненные психические расстройства в связи со смешанными (сосудистыми, интоксикационными) заболеваниями. Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации об отмечавшихся у фио сосудистых заболеваниях головного мозга (артериальной гипертензии, токсической энцефалопатии с мозжечковыми нарушениями, цереброваскулярной болезни), длительном злоупотреблении им алкогольными напитками с псевдозапойным характером алкоголизации, алкогольным абсинентным синдромом, что обусловило оказание специализированной помощи в наркологическом диспансере (с 1983 года) и сопровождалось формированием неврологической симптоматики (нижний парапарез, изменение чувствительности по полиневротическому типу, выраженная атаксия), присоединением алкогольным полиорганным поражением, изменениями эмоциональной сферы (повышенная раздражительность) и снижение когнитивных функций (снижение памяти и внимания - 2007 год). Однако в материалах гражданского дела и в представленной медицинской документации не содержится описания психического состояния фио в интересующие суд периоды (июль 2012 года, октябрь 2015 года). Поэтому решить вопрос о степени выраженности имевшихся у фио изменений психики, оценить их влияние на осознанно-волевую деятельность и способность фио понимать значение своих действий и руководить ими при составлении и оформлении завещания 25.07.2012 года, оформлении договора купли-продажи квартиры 30.10.2015 года не представляется возможным. Решение экспертного вопроса возможно после предоставления дополнительных материалов, а именно: дело МСЭ на имя фио (2007 год), оригинал амбулаторной карты из адрес N 195 ДЗМ", протоколы допросов свидетелей (социальные работники, участковый врач-нарколог НД N 8, осматривающий фио 30.10.2015 года и выдавший ему справку; врач-психиатр ПНД N 2, осматривающий фио 30.10.2015 года и выдавший ему врачебное свидетельство о состоянии здоровья).

Судом первой инстанции предприняты меры, направленные на истребование дополнительных документов - медицинской карты, оригинала личного дела Ковальчука М.С. из Бюро N 70 филиала ФКУ "ГБ МСЭ по адрес" Минтруда России, вызов врачей в судебное заседание для допроса и получены ответы об отсутствии амбулаторной карты пациента фио в филиале N 2 адрес N 195 ДЗМ", о том, что в регистре патронажной службы отделения медицинской помощи взрослому населению на дому ГБУ "ГПN 195 ДЗМ" он не состоял (т. 1 л.д. 174, 203), из психоневрологического диспансера N 2 ПКБ N 1 им. фио ДЗ адрес о том, что обеспечить явку врача фио в суд не представляется возможным, так как она в настоящее время не является сотрудником филиала ГБУЗ "ПКБ N 1 им. фио ДЗМ Психоневрологический диспансер N 2 в связи с прекращением трудовых отношений с сентября 2019 г. (т.1 л.д. 204), из Бюро N 70 - Филиала ФКУ "ГБ МСЭ по адрес Минтруда России" о невозможности предоставления документов (т. 2 л.д. 15), из ГБУ Московский научно-практический центр наркологии филиал N 8 о том, что обеспечить явку в суд врача фио не представляется возможным, т.к. с февраля 2019 г. в штате сотрудников НД N 8 он не состоит (т. 1 л.д. 27).

Таким образом, дополнительных документов и сведений, которые могли бы быть представлены экспертам для дополнительного изучения, судом не выявлено, источник их изыскания стороной не указан.

Разрешая спор по имеющимся в деле доказательствам, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. ст. 454, 1110, 1111, 1112, 1118, 1131, 153, 154, 166, 167, 177 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" и, дав оценку пояснениям сторон, показаниям свидетелей, заключению судебной экспертизы, иным письменных документам, исходил из того, что доказательств подтверждающих, что в юридически значимый период, на дату заключения договора купли-продажи квартиры 30.10.2015 года, на дату совершения завещания 25.07.2012 года по состоянию своего здоровья фио не мог понимать значение своих действий и/или руководить ими, не представлено.

Выводы суда первой инстанции основаны на установленных по делу обстоятельствах, представленных доказательствах и нормах закона.

В апелляционной жалобе истец выражает несогласие с решением суда, ссылаясь на то, что суд нарушил положения ст. 187 ГПК РФ, необоснованно проигнорировал ходатайство, заявленное со стороны истца о допросе врача-эксперта, проводившего судебную экспертизу, лишив сторону истца права задать вопросы по проведенному исследованию, направленные на разъяснение диагноза "психические и поведенческие расстройства, вызванные употреблением алкоголя", сидром зависимости от алкоголя 2 степени" и выяснить, каким образом данная болезнь влияет на мышление человека и на его способность осознавать значение своих действий и руководить ими.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду.

В силу ч. 1 ст. 187 ГПК РФ допрос эксперта осуществляется в целях разъяснения и дополнения заключения.

Поскольку выводы судебных экспертов основаны на полном и всестороннем изучении всех материалов дела и медицинской документации, исследовательская часть заключения изложена полно и понятно, неясностей и противоречий, требующих разъяснений экспертом, в нем не содержится, то суд обоснованно отказал в ходатайстве о допросе эксперта, как заявленном без достаточных к тому оснований и правомерно положил в основу решения заключение судебной экспертизы, которое отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, основано на материалах дела и медицинской документации, составлено компетентными в области психиатрии специалистами.

Несогласие истца с экспертным заключением не является основанием для допроса экспертов в судебном заседании.

Коллегия отмечает, что сделка считается действительной до тех пор, пока с достоверностью не доказано обратное. Обязанность доказать наличие оснований для признания сделки недействительной в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ лежит на истце.

В рамках настоящего дела относимых и допустимых доказательств утверждениям истца о том, что наследодатель на момент совершения завещания в пользу ответчика Данилиной В.О. (с которой он с 2012 года состоял в зарегистрированном браке) и на дату продажи квартиры Кулаковой С.А. (своей падчерице) не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить, не представлено.

Суд первой инстанции обоснованно счел достаточным для разрешения спора объем собранных по делу доказательств и дал их совокупности надлежащую оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Заключение врача-психиатра фио, не основанное на самостоятельном изучении и исследовании первичной медицинской документации и материалов гражданского дела, обоснованно не принято судом в качестве достоверного доказательства по делу.

Таким образом, доводы истца о том, что наследодатель на момент составления завещания не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком Кулаковой С.А. в отношении договора купли-продажи от 30.10.2015 г.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исходя из недоказанности доводов истца о том, что наследодатель на момент продажи квартиры 30.10.2015 г. не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить, годичный срок исковой давности по оспариванию указанной сделки следует исчислять с даты заключения договора - с 30.10.2015 г. Наследодатель договор не оспаривал. Срок давности истек 30.10.2016 г., что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

По требованиям об оспаривании завещания срок исковой давности не пропущен, поскольку о наличии завещания в пользу Данилиной В.О. истец мог узнать не ранее даты смерти наследодателя, наступившей 18 августа 2020 г., требования об оспаривании завещания заявлены в суд в январе 2021 г.

Доводы апелляционной жалобы направлены на иную оценку доказательств по делу, чем приведенная судом в решении, выводов суда не опровергают и отмену решения не влекут. Нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права судом не допущено. Решение законно и обоснованно, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований к его отмене не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327- 329 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

Решение Кунцевского районного суда адрес от 29 июня 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
официальный сайт
Московского городского суда
http://mos-gorsud.ru