Определение Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 15 января 2019 года №33-4671/2018

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 января 2019 года Дело N 33-4671/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Хлебникова А.Е.,
судей Цветковой О.С., Болотиной А.А.,
при секретаре Семакове В.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, гражданское дело по иску Жундо Юрия Александровича к ФКУ СИЗО N 1 УФСИН России по Смоленской области, Министерству финансов РФ, ФСИН России о компенсации морального вреда по апелляционной жалобе Жундо Юрия Александровича на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 13 ноября 2013 года.
Заслушав доклад судьи Цветковой О.С., пояснения истца Жундо Ю.А., участие которого в судебном заседании обеспечено посредством видеоконференц-связи, пояснения представителей ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области - Герасимовой Д.В., Министерства финансов РФ - Бутерус Е.А., ФСИН России - Володченкова А.В., судебная коллегия
установила:
Жундо Ю.А. обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО N 1 УФСИН России по Смоленской области (далее ФКУ СИЗО-1), Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области (далее Минфин РФ) о взыскании денежной компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в период с 10.01.2001 по 03.12.2005 нахождения его под стражей в ФКУ СИЗО-1, имело место нарушение его прав, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания: отсутствовало естественное освещение и свежий воздух, камеры были переполнены, в результате чего не хватало спальных мест, не имелось возможности уединения, отсутствовало надлежащее материально-бытовое обеспечение. Из-за этого он постоянно испытывал чувство подавленности, неполноценности и неловкости, находился в стрессовом состоянии, что причиняло ему нравственные и физические страдания, которые он оценивает в 700 000 руб. Просил взыскать указанную сумму компенсации морального вреда с надлежащего ответчика.
Дело рассмотрено в отсутствие истца, отбывающего наказание по приговору суда в местах лишения свободы.
Представитель ответчика ФКУ СИЗО N 1 УФСИН России по Смоленской области - Егоренкова К.Ю. в судебном заседании суда первой инстанции иск не признала по основаниям, изложенных в отзыве на иск (л.д. 25), ссылаясь на то, что в августе 2001 года металлические щиты и полосы, препятствовавшие проникновению освещения и воздухообмену демонтированы с окон камер, в остальном оборудование камер соответствовало требуемым нормам. Полагала, что истцом не представлено доказательств в обоснование иска.
Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Смоленской области - Бутерус Е.А. иск не признала по доводам отзыва на него (л.д. 21-24), ссылалась на отсутствие в материалах дела доказательств причинения истцу данным ответчиком морального вреда.
Решением Промышленного районного суда г.Смоленска от 13 ноября 2013 года в удовлетворении иска Жундо Ю.А. отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 1 апреля 2014 года решение суда отменено с принятием нового, которым иск удовлетворен частично. С Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Жундо Ю.А. взыскано в счет денежной компенсации морального вреда 1 000 руб., в остальной части апелляционная жалоба Жундо Ю.А. оставлена без удовлетворения.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 4 декабря 2018 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 1 апреля 2014 года отменено по новым обстоятельствам на основании п.4 ст. 4 ст. 392 ГПК РФ.
Судебная коллегия при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции установила, что главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности - Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации не привлечена к участию в деле, что является существенным нарушением норм процессуального права и основанием для отмены постановленного судебного акта, предусмотренным п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ.
Определением от 18 декабря 2018 года судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда перешла к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, в качестве соответчика по делу привлечена Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (далее ФСИН России).
В поступивших дополнениях к иску Жундо Ю.А. увеличил размер исковых требований до 1500 000 руб., которые просил взыскать с надлежащего ответчика в его пользу в счет компенсации морального вреда.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции путем использования системы видеоконференц-связи истец Жундо Ю.А. поддержал уточненные исковые требования по изложенным в иске доводам, размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда.
Представитель ответчика ФСИН России Володченков А.В. иск Жундо Ю.А. не признал, просил в его удовлетворении отказать, ссылаясь на отсутствие доказательств в обоснование заявленных требований.
Представитель ответчика Министерства финансов РФ Бутерус Е.А. иск не признала, просила в его удовлетворении отказать, поскольку Министерство финансов РФ не является надлежащим ответчиком по спору. В случае удовлетворения иска к иному ответчику просила осуществить поворот исполнения судебного постановления по настоящему делу, на основании которого Министерством финансов РФ в пользу Жундо Ю.А. произведена выплата компенсации морального вреда в сумме 1000 руб., что истцом не оспаривалось.
Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 ФКУ СИЗО N 1 УФСИН России по Смоленской области Герасимова Д.В. иск не признала, ссылаясь на недоказанность вины должностных лиц ФКУ СИЗО-1 в причинении нравственных или физических страданий истцу, на необоснованность и завышенность размера требуемой компенсации.
Разрешая исковые требования по установленным ГПК РФ правилам производства в суде первой инстанции, обеспечивая при этом надлежащее извещение о рассмотрении дела и участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции всех лиц, участвующих в деле, судебная коллегия признает установленными и подтвержденными имеющимися в деле доказательствами следующие фактические обстоятельства.
Согласно имеющимся в материалах дела справкам начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-1, заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области, Жундо Ю.А. содержался в ФКУ СИЗО-1 с 19.01.2001 по 03.12.2005 в следующих камерах: 31, 33, 78, 81, 149, 153, 154, 157, 159, 162, 165, 169, 178, 180, 181, 182, 185, 186, 187, 190, 195, 197, 198, площадью от 7,3 кв.м до 15 кв.м, при этом установить на сегодняшний день количество лиц, совместно содержащихся с ним в камерах, невозможно в связи с уничтожением учетных данных в установленном порядке и изменением нумерации камерных помещений.
Истец указывает, что в заявленный в иске период нахождения в ФКУ СИЗО-1 он содержался в переполненных камерах, нормы санитарной площади которых не были соблюдены, не был обеспечен индивидуальным спальным местом, не имелось возможности уединения, был лишен доступа к естественному освещению и свежему воздуху, поскольку на окнах камер были установлены металлические жалюзи и щиты, в камерах отсутствовала вентиляция, бытовые условия не отвечали требованиям гигиены и санитарии.
По представленным ФКУ СИЗО-1 сведениям оборудование камер 31, 33, 78, 81, 149, 153, 154, 157, 159, 162, 165, 169, 178, 180, 181, 182, 185, 186, 187, 190, 195, 197, 198 (освещение, вентиляция, санузел) полностью соответствуют всем предъявляемым техническим требованиям и нормам, а в соответствие с указанием ГУИН Минюста России от 07.06.2001 N 18/6/2-363 в августе 2001 года был проведен демонтаж металлических щитов и полос с окон всех камер учреждения (л.д. 25, 31, 33-35).
Данные о проведении санитарной обработки и прогулок в период с 10.01.2001 по 03.12.2005 отсутствуют, так как согласно актам от 18.07.2005, 18.12.2007, 12.01.2010 комиссией учреждения были уничтожены журналы проведения санитарной обработки и прогулок за 2001 - 2007 год по истечению сроков хранения (л.д.26-30, 32).
Согласно представленным справкам в спорный период для искусственного освещения вышеназванных камерных помещений в них установлено по два светильника ЛПО2-40 с двумя лампами дневного света ЛД-36, в ночное время включается освещение с лампой накаливания Б-36-40, а также двумя розетками для подключения электроприборов. В камерных помещениях имеется естественная вентиляция, которая осуществляется через оконный проем размером 1,10 м*0,9 м и искусственная вентиляция, которая осуществляется через вентиляционное отверстие d=300 мм, находящееся в верхней части камер, с принудительным потоком уличного воздуха с помощью технического оборудования, а также в каждой камере имеется система сантехники, состоящей из умывальника и крана с централизованным подводом холодной (питьевой) воды и горячей воды. Унитаз отделен перегородкой, которая полностью отсекает санузел от жилой секции и имеет режим приватности (л.д.34,35).
В силу положений ст. 3 Конвенции от 04.11.1950 "О защите прав человека и основных свобод" и ч. 2 ст. 1 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Как неоднократно отмечал Европейский Суд, страдания и унижение при нарушении ст. 3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы (Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland), жалоба N 30210/96, §94, ECHR 2000-XI; Постановление Европейского Суда по делу "К. против Российской Федерации" (Kalashnikov v. Russia), жалоба N 47095/99, ECHR 2002-VI).
Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в г. Женеве 30 августа 1955 г.) предусмотрено, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, кубатуру этих помещений, их минимальную площадь, освещение, отопление и вентиляцию.
В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.
Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.
При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
На основании ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
В соответствии с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом Министерства внутренних дел РФ N 950 от 22.11.2005, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (п. 42). Камеры ИВС оборудуются в том числе, индивидуальными нарами или кроватями, столом и скамейками по лимиту мест в камере, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа, приточной и/или вытяжной вентиляцией (п. 45).
В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
По правилам ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, которая осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).
Согласно правовой позиции Европейского суда по правам человека, изложенной в постановлении от 06.10.2015 "Дело Сергеев против Российской Федерации" (жалоба N 41090/05), производство по жалобам на нарушения Конвенции не во всех случаях характеризуется неуклонным применением принципа "доказывание возлагается на утверждающего", так как в некоторых случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, подтверждающей или опровергающей жалобы заявителя. Непредоставление государством - ответчиком данной информации без убедительного объяснения причин подобного поведения может привести к выводу об обоснованности показаний заявителя.
В своем Постановлении от 10.01.2012 (дело "Ананьев и другие против Российской Федерации") Европейский Суд по правам человека указал, что каждый раз власти Российской Федерации должны объяснять причину непредставления оригиналов документов, в частности, касавшихся числа сокамерников, содержавшихся вместе с заявителем. Власти Российской Федерации часто объясняли это тем, что жалоба коммуницирована им по прошествии значительного количества времени и поэтому оригиналы документов следственного изолятора были уничтожены вследствие истечения срока их хранения. В этой связи Европейский суд отмечал, что уничтожение соответствующих документов не снимало с властей Российской Федерации обязанность подтвердить их доводы соответствующим доказательствами.
В пункте 54 данного Постановления также указано, что установленная законодательством Российской Федерации норма санитарной площади в камере в расчете на одного подследственного в настоящее время реально обеспечивается только в учреждениях, расположенных в 40 субъектах Российской Федерации. Следовательно, наполняемость следственных изоляторов превышает установленный лимит наполнения, причем в отдельных регионах весьма значительно. В 20 субъектах Российской Федерации норма санитарной площади в камере в расчете на одного подследственного составляет менее 4 кв. м, а в 18 субъектах Российской Федерации (Республика Алтай, Республика Тыва, Республика Саха (Якутия), Чувашская Республика, Удмуртская Республика, Краснодарский, Пермский и Хабаровский края, Астраханская, Калужская, Костромская, Курганская, Московская, Новосибирская, Свердловская, Смоленская, Томская и Тульская области) - менее 3 кв. м, что является нарушением прав подследственных.
В соответствии с указанной позицией Европейского суда по правам человека судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы истца относительно перелимита количества осужденных какими-либо допустимыми доказательствами не опровергнуты, при этом, истец не имеет возможности самостоятельно подтвердить указанное обстоятельство иными доказательствами, поскольку учет количества осужденных, содержащихся в камерах, возможен только со стороны администрации исправительного учреждения, равно как учет и хранение технической документации здания, в котором содержался истец в заявленный период.
Судебная коллегия полагает установленным и подтвержденным, что в связи с перенаполнением камерных помещений, истец был лишен права на нормальный отдых, сон, достаточное для заключенного личное пространство. Указанные обстоятельства, в любом случае, способствовали претерпеванию страданий лицом, заключенным в СИЗО.
В соответствии с положениями Свода правил 12-95 МВД России (СП 12-95) камеры должны иметь естественное освещение.
Согласно пункту 2.1.1 Санитарных правил и норм (СанПиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 "Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий"), утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 08.04.2003 N 34, помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение.
Согласно нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (СП 15-01 Минюста России - Москва 2001 г.) освещенность камерных помещений для люминесцентных ламп составляет 100 Лк, а для ламп накаливания составляет 50 Лк. Нормы естественной освещенности определены требованием СНиП 23-05-95 "Естественное и искусственное освещение".
Вместе с тем, по сведениям ФКУ СИЗО-1 (л.д. 31) в соответствие с указанием ГУИН Минюста России от 07.06.2001 N18/6/2-363 в августе 2001 года был проведен демонтаж металлических щитов и полос с окон всех камер учреждения, то есть во время содержания истца в СИЗО-1 в заявленный в иске период с января по август 2001 года естественного освещения не имелось, что судебная коллегия расценивает как ненадлежащие условия содержания. В этой части доводы истца о том, что ему были причинены нравственные страдания, также заслуживают внимания.
Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что сам по себе факт содержания истца в ФКУ СИЗО-1 в условиях, не соответствующих установленным нормам, является достаточным для того, чтобы вызвать у истца чувство страдания, переживания и унижения, то есть причинить моральный вред.
В связи с этим доводы представителей ответчиков об отсутствии достаточных доказательств причинения истцу физических и нравственных страданий являются несостоятельными.
Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, исходя из характера физических и нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей Жундо Ю.А., а также требований разумности и справедливости, судебная коллегия денежную компенсацию в возмещение морального вреда оценивает в 2000 рублей.
Иные доводы ответчиков, в том числе о несоразмерности заявленной суммы понесенным нравственным страданиям, об отсутствии оснований даже для частичного удовлетворения иска судебная коллегия находит несостоятельными. Доказательств, позволяющих принять решение об отказе в иске в полном объеме, судебной коллегии ответчиками не представлено.
В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Как установлено ст. 125 ГК РФ, от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов. В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.
В силу пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, применительно к рассматриваемому спору, главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, не соответствующих закону или иному правовому акту.
Подпункт 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.
Пунктом 6 статьи 7 Положения "О Федеральной службе исполнения наказаний", утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 N 1314 установлено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
В рассматриваемом споре установлено, что объектом нарушения являются конституционные права истца, гарантированные государством - ответчиком, которое несет обязанность по организации пенитенциарной системы таким образом, чтобы обеспечить уважение достоинства заключенных. Поэтому ответственность перед истцом должно нести само государство - Российская Федерация в лице главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности - Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, следовательно, компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации.
В соответствии с абзацем 5 п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда от 19.06.2012 N13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", резолютивная часть апелляционного определения, вынесенного по результатам рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, должна в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ содержать указание на отмену судебного постановления суда первой инстанции, вывод суда апелляционной инстанции по заявленным требованиям (удовлетворение или отказ в удовлетворении заявленных требований полностью или в части, прекращение производства по делу или оставление заявления без рассмотрения полностью или в части), а также указание на распределение судебных расходов.
Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении иска в части и взыскании в пользу истца компенсации морального вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств - Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем Министерства финансов РФ Бутерус Е.А. заявлено в случае удовлетворения иска об осуществлении поворота исполнения судебного постановления по настоящему делу, на основании которого Министерством финансов РФ в пользу Жундо Ю.А. произведена выплата компенсации морального вреда в сумме 1000 руб., что истец подтвердил, возражений от участников процесса не поступило.
В соответствии со ст. 443 ГПК РФ в случае отмены решения суда, приведенного в исполнение, и принятия после нового рассмотрения дела решения суда об отказе в иске полностью или в части либо определения о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения ответчику должно быть возвращено все то, что было с него взыскано в пользу истца по отмененному решению суда (поворот исполнения решения суда).
В силу ч.1 ст. 445 ГПК РФ суд, рассматривающий дело в суде апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, если он своим решением, определением или постановлением окончательно разрешает спор, либо прекращает производство по делу, либо оставляет заявление без рассмотрения, обязан разрешить вопрос о повороте исполнения решения суда или передать дело на разрешение суда первой инстанции.
Из содержания положений части 1 и абзаца первого части 3 статьи 445 ГПК РФ следует, что в случае отмены в апелляционном порядке решения суда поворот исполнения решения по общему правилу допускается по любым требованиям (за исключением поворота исполнения решения по делу о взыскании алиментов, который возможен лишь при наличии определенных обстоятельств: отмененное решение суда о взыскании алиментов основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах).
Поскольку, как изложено выше, приведенный в исполнение судебный акт, которым с Министерства финансов РФ произведено взыскание денежных средств, отменен, настоящим апелляционным определением в иске к Министерству финансов РФ отказано, характер спора не отнесен законом к исключениям для поворота исполнения решения суда, поэтому судебная коллегия полагает необходимым осуществить поворот исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 1 апреля 2014 года, возвратив Министерству финансов РФ взысканную с него в пользу Жундо Ю.А. компенсацию морального вреда в сумме 1000 руб.
Руководствуясь ст. ст. 328 - 330, ч.1 ст. 445 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Промышленного районного суда г.Смоленска от 13 ноября 2013 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования Жундо Юрия Александровича удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств - Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Жундо Юрия Александровича компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей.
В остальной части исковых требований, в том числе в иске к ФКУ СИЗО N 1 УФСИН России по Смоленской области, Министерству финансов Российской Федерации - отказать.
Осуществить поворот исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 1 апреля 2014 года, возвратив Министерству финансов Российской Федерации взысканную с него в пользу Жундо Юрия Александровича компенсацию морального вреда в сумме 1000 рублей.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка