Дата принятия: 03 февраля 2020г.
Номер документа: 33-4641/2019, 33-23/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 февраля 2020 года Дело N 33-23/2020
3 февраля 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Игнатенковой Т.А.,
судей Маншилиной Е.И., Крючковой Е.Г.,
при секретаре Чумариной В.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по апелляционной жалобе истца Бредихиной Валентины Ивановны на решение Лебедянского районного суда Липецкой области от 14 октября 2019 года, которым постановлено:
В удовлетворении требований Бредихиной Валентины Ивановны к Белых Татьяне Ивановне, Назаровой Ирине Александровне, Белых Евгении Александровне об исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о местоположении границ земельного участка площадью 809 кв.м, с кадастровым номером 48:11:0470167:36, расположенного по адресу: <адрес>, установлении местоположения границ земельного участка площадью 1500 кв.м, с кадастровым номером 48:11:0470167:13, расположенного по адресу: <адрес>, согласно межевого плана, выполненного кадастровым инженером Прониным А.С. от 01 июля 2019 года, устранения препятствий в пользовании земельном участке в виде демонтажа металлического ограждения, установленного на смежной границе между земельным участком с кадастровым номером 48:11:0470167:36, расположенного по адресу: <адрес>, и земельным участком с кадастровым номером 48:11:04 70 1 67:13, расположенного по адресу: <адрес>, отказать.
Заслушав доклад судьи Маншилиной Е.И., судебная коллегия
установила:
Бредихина В.И. обратилась с иском к Белых В.И., Назаровой И.А., Белых Е.А. об исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о местоположении границ земельного участка, установлении границ земельного участка.
В обоснование требований истец указала, что является собственником жилого дома и земельного участка участок площадью 1500 кв.м с кадастровым номером 48:11:0470167:13, расположенных по адресу: <адрес>. Ответчикам принадлежит земельный участок площадью 809 кв.м с кадастровым номером 48:11:0470167:36 по адресу: <адрес>. Земельный участок ответчиков является смежным с земельным участком истца по правой границе. Считает, что сведения о местоположении границ земельного участка ответчиков, содержащиеся в ЕГРН, являются неточными, поскольку на момент межевания земельных участков в 2008 году была допущена кадастровая (реестровая) ошибка. Данные обстоятельства были установлены в 2019 году при уточнении границ ее земельного участка кадастровым инженером Прониным А.С. Ответчики установили на смежной границе металлический забор, изменив фактическое местоположение смежной границы, уменьшив площадь ее земельного участка. Ссылаясь на то, что в добровольном порядке устранить кадастровую (реестровую) ошибку ответчики отказались, чем нарушены ее права землепользователя, истец Бредихина В.И. уточнив исковые требования, просила исключить из государственного кадастра недвижимости сведения о местоположении границ принадлежащего ответчикам земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36; признать границы земельного участка истца с кадастровым номером 48:11:0470167:13 установленными согласно межевому плану от 1 июля 2019 года, подготовленному кадастровым инженером Прониным А.С.; обязать ответчиков не чинить препятствия в пользовании земельным участком и демонтировать (перенести) металлический забор длиной 40 м, установленный ответчиками между земельными участками сторон.
В судебном заседании представители истца Бредихиной В.И. - Бредихин М.М. и адвокат Савелов Ю.П. исковые требования поддержали по доводами, изложенным в иске.
Ответчики Белых Т.И., Назарова И.А., их представитель адвокат Парфенова JI.H. исковые требования не признали, ссылаясь на то, что границы земельного участка истца с кадастровым номером 48:11:0470167:13, в том числе и смежная граница с земельным участком с кадастровым номером 48:11:0470167:36 были установлена, согласованы бывшим собственником принадлежащего истцу земельного участка Ивановым С.И., о чем составлен акт согласования границ. Бредихина В.И. приобрела земельный участок у Иванова С.И. по договору купли-продажи от 2 июня 2006 года с установленными, согласованными со смежниками границами, поставленными на кадастровый учет. Металлический забор был установлен по межевым знакам, указанным кадастровым инженером Прониным А.С. по координатам смежной границы по сведениям ЕГРН, о чем составлен акт от 15 июля 2018 года. Новое ограждение установлено на месте старого забора, установленного на смежной границе. Полагают требования истца о наличии кадастровой (реестрой) ошибки, исключении сведений о местоположении границ принадлежащего ответчикам земельного участка, установлении границ земельного участка истца по представленному межевому плану от 1 июля 2019 года, и демонтаже забора необоснованными, просят в иске отказать.
Третье лицо Сосов Т.Ю. в судебном заседании указал, что его земельный участок при <адрес> имеет смежную границу с земельным участком истца Бредихиной В.И. При проведении межевания земельного участка истца прежним его собственником Ивановым, он (Сосов Т.Ю.) подписывал акт согласования границы земельного участка. Он согласен с представленным истцом межевым планом, выполненным кадастровым инженером Прониным А.Е. По его мнению установленный ответчиками металлический забор перемещен в сторону земельного участка Бредихиной В.И.
В судебное заседание истец Бредихина В.И., ответчик Белых Е.А., представители третьих лиц ФГБУ "ФКП Росреестр" по Липецкой области", администрация г. Лебедянь Липецкой области, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены.
Суд постановилрешение об отказе в иске.
В апелляционной жалобе истец Бредихина В.И. просит отменить решение суда и вынести новое об удовлетворении заявленных требований. Ссылалась на нарушение судом норм материального и процессуального права; неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.
В возражениях на апелляционную жалобу ответчики Белых В.И., Назаровой И.А., Белых Е.А. полагают доводы апелляционной жалобы необоснованными.
В письменном отзыве на жалобу третье лицо Сосов Т.Ю. полагает, что требования истца подлежат удовлетворению.
В суде апелляционной инстанции истец Бредихина В.И., ее представители Бредихин М.М. и адвокат Савелов Ю.П. поддержали доводы жалобы, полагая решение суда незаконным.
Представитель ответчиков Парфенова Л.Н. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчики Белых В.И., Назарова И.А., Белых Е.А., третье лицо Сосов Т.Ю., представители третьих лиц ФГБУ "ФКП Росреестр" по Липецкой области", администрация г. Лебедянь Липецкой области, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, кроме того, информация о времени судебного разбирательства данного дела размещена на официальном интернет-сайте Липецкого областного суда, ходатайств об отложении судебного разбирательства, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили. В связи с изложенным, на основании положений ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
В силу положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца и его представителей, возражения на жалобу представителя ответчиков, заслушав эксперта Дрозда М.Г., обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае самовольного занятия земельного участка; в иных предусмотренных федеральными законами случаях. Действия, нарушающие права на землю граждан или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены, в частности, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
Отношения, возникающие в связи с осуществлением государственного кадастрового учета недвижимого имущества и кадастровой деятельности до 31 января 2016 года регулировались Федеральным законом N 221-ФЗ от 24 июля 2007 года "О государственном кадастре недвижимости", с 1 января 2017 года данный Федеральный закона действует в новой редакции, называется ФЗ "О кадастровой деятельности", и регулирует отношения связанные с кадастровой деятельностью, также с 1 января 2017 года действует Федеральный закон N 218-ФЗ от 13 июля 2015 года "О государственной регистрации недвижимости", регулирующий, в частности отношения связанные с государственным кадастровым учетом недвижимого имущества.
Государственный кадастровый учет недвижимого имущества, в соответствии с положениями Федерального закона N 218-ФЗ от 13 июля 2015 года "О государственной регистрации недвижимости" - внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о земельных участках, зданиях, ..., которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, или подтверждают прекращение его существования, а также иных предусмотренных настоящим Федеральным законом сведений об объектах недвижимости (далее - государственный кадастровый учет).
Исходя из положений статьи 43 этого же Федерального закона, государственный кадастровый учет в связи с изменением описания местоположения границ земельного участка и (или) его площади, за исключением случаев образования земельного участка при выделе из земельного участка или разделе земельного участка, при которых преобразуемый земельный участок сохраняется в измененных границах, осуществляется при условии, если такие изменения связаны с уточнением описания местоположения границ земельного участка, о котором сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, не соответствуют установленным на основании настоящего Федерального закона требованиям к описанию местоположения границ земельных участков (далее - уточнение границ земельного участка) (ч.1).
Если при государственном кадастровом учете в связи с уточнением местоположения части границ земельного участка, которая одновременно является общей (смежной) частью границ других земельных участков, и (или) изменением площади земельного участка требуется внесение изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, о смежных с ним земельных участках, орган регистрации прав одновременно с осуществлением государственного кадастрового учета вносит соответствующие изменения в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, о местоположении границ (частей границ) и площади указанных смежных земельных участков. В указанном случае местоположение границ земельных участков считается согласованным только при наличии в акте согласования местоположения границ личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей (ч.2).
В силу части 4 статьи 8 названного Федерального закона к основным характеристикам земельного участка, в частности отнесены его кадастровый номер и дата внесения такового в кадастр, описание местоположения границ и площадь.
Согласно частям 3, 4 статьи 61 Федеральный закон N 218-ФЗ от 13 июля 2015 года, воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости.
В случаях, если существуют основания полагать, что исправление технической ошибки в записях и реестровой ошибки может причинить вред или нарушить законные интересы правообладателей или третьих лиц, которые полагались на соответствующие записи, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, такое исправление производится только по решению суда. В суд с заявлением об исправлении технической ошибки в записях и реестровой ошибки также вправе обратиться орган регистрации прав.
Реестровая ошибка в сведениях подлежит исправлению в порядке, установленном п. 6 вышеназванной статьи. Суд по требованию любого лица или любого органа, в том числе органа регистрации прав, вправе принять решение об исправлении реестровой ошибки в описании местоположения границ земельных участков.
Исходя из смысла и содержания приведенных норм материального права, регулирующих вопросы государственного кадастрового учета объектов недвижимости, при необходимости внесения в кадастр изменений, вызванных ошибочностью ранее внесенных в него сведений о местоположении границ земельного участка и (или) его площади, такая ошибка исправляется органом кадастрового учета как ошибка в сведениях документов, представляемых по ст. 22 приведенного Федерального для осуществления государственного кадастрового учета изменений уникальных характеристики земельного участка. При согласии (отсутствии возражений) всех заинтересованных правообладателей земельного участка упомянутая ошибка исправляется в рамках административной процедуры, при несогласии хотя бы одного из них, по решению суда.
Согласно ч. 10 ст. 22 Федерального закона N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" при уточнении границ земельного участка и местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании; в случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории; при отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.
Согласно ч. 3 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ в случае, если в соответствии с федеральным законом местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию, межевой план должен содержать сведения о проведении такого согласования.
В соответствии с положениями Федерального закона от 24 июля 2007 года N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", как в редакции, действующей ранее, так и в редакции, действующей в настоящее время, местоположение границ земельных участков подлежит в установленном этим законом порядке обязательному согласованию с заинтересованными лицами (статьи 39, 40 Закона о кадастре).
Приведенные положения законов направлены на обеспечение учета законных интересов лиц, права которых могут быть затронуты уточнением местоположения границ земельного участка.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Бредихиной В.И. на праве собственности принадлежат жилой дом и земельный участок площадью 1500 кв.м с кадастровым номером 48:11:0470167:13, расположенные по адресу: <адрес>, которые были приобретены ею по договору купли-продажи от 2 июня 2006 года, заключенному с Ивановым С.Н.; право собственности зарегистрировано 25 июля 2006 года (т.1 л.д. 12-13, 14-21).
Ответчикам Белых В.И., Назаровой И.А., Белых Е.А. на праве общей долевой собственности принадлежит жилой дом и земельный участок площадью 809 кв.м с кадастровым номером 48:11:0470167:36, расположенные по адресу: <адрес>.
Земельный участок истца с правой стороны граничит с земельным участком ответчиков; с левой стороны с земельным участком с кадастровым номером 48:11:0470167:12 (ул. <адрес>), принадлежащим третьему лицу Сосову Т.Ю.
Местоположение границ земельных участков установлено в соответствии с требованиями земельного законодательства, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости.
Из кадастрового дела на принадлежащий истцу земельный участок с кадастровым номером 48:11:0470167:13 (т.1 л.д. 149 - 174), следует, что земельный участок площадью 1500 кв.м в уточненных границах поставлен на кадастровый учет по заявлению его прежнего правообладателя Иванова С.Н., план границ земельного участка утвержден постановлением главы администрации Лебедянского района от 16 сентября 2005 года N 1359. Из акта согласования границ следует, что границы земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, согласованы самим Ивановым С.Н., а также согласованы со смежными землепользователями: Сосовым Т.Ю., Беловым А.В., Уколовым Н.Ф. (т.1 л.д.163). План земельного участка составлен по материалам натуральных измерений, в описании земельного участка указаны координаты в системе координат МСК-48, определенные первоначально Мочалиным А.А. с ошибкой, которые в соответствии с предписанием Лебедянского территориального отдела Роснедвижимости от 30 октября 2007 года были исправлены, что подтверждается актом проверки от 23 ноября 2007 года. Согласно плану границ земельного участка и описания границ земельного участка ширина участка по фасаду (т. 4 - 1) и по тыльной границы (т. 2 - 3) составляет - 25,80 м, длина участка с левой (т. 1 - 2) - 58,26 м и правой стороны (т. 4 - 1) - 57,99 м, в описание прохождения границы указано, что она проходит по забору. При этом на плане указаны боковые привязки от поворотных точек 1 и 4 до жилых домов NN (Сосова Т.Ю.) и NN (ответчиков), которые составили 3,2 и 4,8 м соответственно; также отражено, что граница земельного участка со стороны участка ответчиков проходит непосредственно по жилому дому N 35 (истца).
Как усматривается из кадастрового дела на принадлежащий ответчикам земельный участок с кадастровым номером 48:11:0470167:36 (т.1 л.д. 110-148), земельный участок по адресу: <адрес> поставлен на кадастровый учет 13 апреля 2009 года на основании заявления администрация Лебедянского района, схема расположения земельного участка площадью 809 кв.м утверждена постановлением главы администрации Лебедянского района Липецкой области N 96 от 16 февраля 2009 года. Согласно описанию земельного участка от 30 марта 2009 года, линейные размеры земельного участка составили: ширина спереди (по фасаду) - 12,98 м, ширина по тыльной меже - 13,45 м, длина участка с правой стороны (т. 1 - 2 - 3) - 63,27 м (58 + 5,27), с левой стороны (т. 4 - 5 - 6) - 61,07 м (30,44 +30,63). При этом земельный участок ответчиков справа граничит: с участком истца с КН 48:11:0470167:13 (в точках 1 - 2), и с земельным участком площадью 132 кв.м с КН 48:11:0470167:33 (в точках 3 -2, длиной 5,27 м), который ранее постановлением от 17 марта 2006 года N 28 был предоставлен Иванову С.А. для ведения огородничества в аренду на 11 месяцев. На плане обозначена боковая привязка от стены жилого дома N 37 до смежной границы (т. 1) с участком при доме N 35 (Бредихиной В.И.) - 4,8 м. Согласование границ земельного участка с земельным участком истца не проводилось, поскольку земельный участок истца был поставлен на кадастровый учет в уточненных границах ранее, координаты смежной границы соответствуют координатам поворотных точек земельного участка истца с кадастровым номером 48:11:0470167:13.
По утверждению истца Бредихиной В.И. местоположение границ земельных участков сторон определено неверно, имеет место реестровая (кадастровая) ошибка, ответчики в 2018 году установили новый забор из сетки рабица, сместив его в сторону ее земельного участка.
Истец Бредихина В.И. представила межевой план от 1 июля 2019 года, подготовленный кадастровым инженером Прониным А.С. в связи с исправлением реестровой ошибки в местоположении границ земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:13 <адрес>), площадь уточняемого земельного участка составляет 1500 кв.м. Из схемы расположения земельных участков, чертежа земельных участков (т.1 л.д. 47, 50) следует, что местоположение границ земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:13 (Бредихиной В.И.) по представленному межевому плану смещено в сторону земельного участка ответчиков с кадастровым номером 48:11:0470167:36.
По заключению кадастрового инженера, входящего в состав данного межевого плана (т.1 л.д. 43-44), исправление реестровой ошибки связано с тем, что собственники смежного земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36 перенесли забор на территорию уточняемого земельного участка согласно данным ЕГРН, нарушив его границы. Как указал кадастровый инженер в результате проведения кадастровых работ земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:13 установлено, что границы данного земельного участка по координатам поворотных точек проходят: в точках 1-2 - вдоль фасада жилого дома N 35; в точках 2-3 (смежная с участком с КН 48:11:0470167:12)- вдоль забора; в точках 3-4 (смежная с участком с КН 48:11:0470167:33) - четкой границы нет; в точках 4 - 1 пересекают границы участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36, а также возможно хозяйственные постройки, расположенные на смежном участке. Споров по смежной границе между участками истца и третьего лица Сосова Т.Ю. не имеется.
Истцом также было представлено заключение кадастрового инженера Луцевича Е.А. от 16 октября 2008 года, в котором он указал, что фактическая граница земельного участка не соответствует сведениям ЕГРН (т.2 л.д.207), при этом конкретного описания реестровой ошибки не приведено.
Возражая против заявленных требований, ответчики указывали, на отсутствии реестровой ошибки при определении местоположения смежной границы земельных участок, новое ограждение ими было установлено на месте старого забора, установленного ранее на смежной границе, местоположение которой было согласовано с бывшим собственником ныне принадлежащего истцу земельного участка Ивановым С.И. в 2006 году.
Ответчиками представлен акт о сдаче межевых знаков на наблюдение за сохранностью, в отношении земельные участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36, расположенного по адресу: <адрес>, составленный 15 июля 2018 года кадастровым инженером Прониным А.С. (т.3 л.д.47), по которому выставлены точки 1, 2, 3 (смежные с участками с КН 48:11:0470167:13, 48:11:0470167:33).
Из объяснений кадастрового инженера Пронина А.С. в суде первой инстанции следует, что межевые знаки, установленные им согласно акту от 01.07.2018 года, с последующим возведением согласно этим межевым знакам металлического забора ответчиками, соответствуют описанию местоположения смежной границы сторон в государственном реестре недвижимости.
Исходя из заявленных требований, истец Бредихина В.И. просила исправить реестровую ошибку путем исключения из единого государственного реестра недвижимости сведений об описании местоположения границ принадлежащего ответчикам земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36, и внести изменения в местоположение границ принадлежащего ей земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:13, установив границы ее земельного участка в соответствии межевым планом от 1 июля 2019 года, подготовленным кадастровым инженером Прониным А.С.
Отказывая истцу Бредихиной В.И. в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал, что местоположение границ земельного участка истца было согласовано в установленном законом порядке, соответствует сложившемуся порядку землепользования, а также соответствует местоположению смежной границы по сведения государственного реестра недвижимости, что следует из акта сдачи в натуре межевых знаков от 15 июля 2018 года, составленному кадастровым инженером Прониным А.С., и пришел к выводу об отсутствии реестровой ошибки в описании местоположения смежной границы между земельными участками сторон.
Вместе с тем, судебная коллегия не может в полной мере согласиться с выводами суда об отсутствии реестровой ошибки, поскольку они сделаны без учета и выяснения всех фактических по делу обстоятельств, при этом довод истца о том, что часть границы проходит по строению истца, в результате чего цоколь жилого дома истца расположен на земельном участки ответчиков заслуживает внимания.
В ходе рассмотрения дела определением суда по делу была назначена судебная землеустроительная экспертиза, производство которой поручено эксперту Дрозду М.Г.
Согласно заключению эксперта от 30 сентября 2019 года N 2-26/11/2019, фактическое местоположение границ земельных участков с кадастровыми номерами 48:11:0470167:13 (<адрес>) и 48:11:0470167:36 (<адрес>) не соответствует документам, имеющимся в материалах дела (инвентаризационным, кадастровым делам).
Эксперт также указал, что не представляется возможным определить соответствие сведений о местоположении и конфигурации земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:13, имеющимся в материалах дела по состоянию до даты его покупки Бредихиной В.И. - 02 июня 2006 года и после этой даты. Экспертом были предложены два варианта местоположения смежной границы земельных участков сторон.
Из исследовательской части заключения следует, что в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 48:11:0470167:13 (истца Бредихиной В.И.) и 48:11:0470167:33 (смежный участок по тыльной границы с участком истца, находящийся в фактическом в пользовании истца) в материалах дела имеется ситуационный план БТИ земельного участка при доме N<адрес>, изготовленный 26 мая 2006 года, согласно которому ширина данных участков по красной линии и по тыльной меже составила 25,8 кв.м, длина - 63,25, из которых 5,10 м - ширина участка с КН 48:11:0470167:33 (т.1 л.д.56).
В плане земельного участка землеустроительного дела на земельный участок истца (т.1 л.д.57) указаны боковые привязки от поворотных точек 1 и 4 до жилых домов NN (Сосова Т.Ю.) и NN (ответчиков), которые составили 3,2 и 4,8 м соответственно. Привязка до жилого дома NN с учетом цоколя жилого дома NN (истца) совпала с привязкой по плану, линейные размеры составили 25,8 на 58,15 м.
При сопоставлении линейных размеров, указанных в вышеперечисленных документах с фактическими усматривается следующее (Приложение N 3): ширина земельного участка по красной линии (со стороны улицы) по факту составила 25,77 м, по документам 25,8 м; ширина участка по тыльной меже составила по факту 24,36 м, по документам 25,8 м; длина (учетом участка с КН 48:11:0470167:33) составила по факту 64,82 м (справа) и 62,24 м (слева), по документам 63,2 м усматривается, что расстояние по тыльной меже по факту меньше чем по документам на 1,44 м.
В отношении земельного участка с кадастровым номером 48:11:0470167:36 в материалах дела имеется копия технического паспорта с ситуационным планом от 30 августа 1983 г. (л.д. 121 том 1), в котором имеются линейные размеры: ширина участка по красной линии 13.5 м, ширина тыльной межи 12.5 м, длина участка 61.6 м, также имеется привязка от жилого дома к смежному земельному участку с кадастровым номером 48:11:0470167:13 (участок истца), которая составила 4,95 м. В материалах дела также имеется описание земельного участка от 30 марта 2009 г., составленное Мочалиным А.А. (л.д. 134 -146 том 1), согласно которому линейные размеры земельного участка составили: ширина по красной линии 12.98 м, ширина тыльной межи 13.45 м, длина участка 58 м.
При составлении линейных размеров, в вышеуказанных документах на участок ответчиком с фактическими (Приложение N 3) следует: ширина участка по красной линии по факту составила 13,1 м, по документам 12,98 м; ширина участка по тыльной меже составила по факту 13,82 м, по документам 13,5 м (по материалам межевания); длина составила по факту 62,24 м (справа, со стороны Бредихиной В.И.) и 60,2 м (слева), по документам 63,27 м и 61,07 м.
Из объяснений представителей истца, показаний эксперта Дрозда М.Г. в суде апелляционной инстанции, а также из инвентаризационного дела на жилой дома истца представленных сторонами фотографий, судом апелляционной инстанции установлено, что жилой дом истца фактически состоит из жилого дома лит А, 1917 года постройки, и пристройки лит А1 (1969 года постройки), при этом жилой дом лит А вдоль стены со стороны земельного участка ответчиков имеет выступающий цоколь, представитель ответчиков Панферовой Л.Н. не оспаривала, что цоколь при старой части дома (лит А) всегда существовал.
В суде апелляционной инстанции эксперт Дрозд М.Г. также пояснил, что смежная граница между земельными участками сторон, сведения о которой содержатся в ЕГРН, сечет дом истца - спереди на 0,10 м или 10 см (без учета цоколя), вышеуказанный цоколь полностью находится на земельном участка ответчиков с КН 48:11:0470167:36.
При этом объяснения эксперта о том, что, по его мнению, помимо видимой части цоколя до конца старого дома, дальше под асфальтным покрытием продолжается цоколь, который не виден, не могут быть приняты во внимание, так как ничем не подтверждены, каких-либо исследований в части наличия цоколя в районе пристройки лит А1 экспертом не проводилось. Поскольку наличие цоколя в районе пристройки лит А1 под асфальтным покрытием оспаривается представителем ответчика, и истцом объективных доказательств в подтверждение указанных обстоятельств не представлено, судебная коллегия считает, что в данном случае необходимо учитывать только наличие цоколя у лит А жилого дома N 35.
Как указывалось выше, при межевании земельного участка истца при <адрес> на плане границ земельного участка, прошедшего кадастровый учет, обозначено расстояние от дома NN (по которому проходит смежная граница) до дома <адрес>) - 4,8 м, такое же расстояние обозначено и в плане земельного участка ответчиком, по факту данное расстояние по фасаду согласно схемы расположения земельных участков - приложения N 3 к заключению эксперта (т.3 л.д. 14) составляет 4,51 м.
Согласно дополнительно представленных экспертом Дрозд М.Г. суду апелляционной инстанции схем расположения земельных участков сторон, расположения цоколя жилого дома от 22 января 2020 года, каталогов координат повторных точек, длина цоколя жилого дома NN составляет 5,55 м, экспертом цоколь закоординирован (точки 11, 10, 9, 8, 7, 6, 5), его ширина в точках 10 (по фасаду), 9, 8, 7, 6 составляет - 0,32 м, 0,44 м, 0,49 м, 0,47 м, 0,2 м, площадь цоколя составляет 2,3 м.
Таким образом, судебной коллегией установлено, что цоколь жилого дома истицы, являющийся конструктивным элементом жилого дома, находится на земельном участке ответчиков Белых В.И., Назаровой И.А., Белых Е.А., при этом с учетом того обстоятельства, что смежная граница сторон по сведениям ЕГРН сечет жилой дом истицы спереди (без учета цоколя) на 0,10 м, величина наложения составляет до 0,59 м, что не допустимо и, безусловно, свидетельствует о допущенной реестровой ошибки при определении местоположения смежной границы в районе цоколя жилого дома NN, принадлежащего истцу и именно в этой части (в районе выступающего цоколя), указанная граница подлежит исправлению.
Суд первой инстанции указанные обстоятельства при принятии решения не учел.
В то же время, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными доводы истца о наличии реестровой ошибки в остальной части смежной границы и наличии оснований для определения местоположения смежной границы в соответствии с представленным истцом межевым планом от 1 июля 2019 года, подготовленным кадастровым инженером Прониным А.С., полагает, что суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание вышеуказанный межевой план.
Из заключения проведенной по делу судебной экспертизы, схемы расположения земельных участков - приложение N 2 заключения (т.3 л.д. 13) установлено и подтвердил эксперт Дрозд М.Г. в судебном заседании, что местоположение смежной границы между земельными участками, указанное в межевом плане кадастрового инженера Пронина А.С. от 1 июля 2019 года, пересекает хозяйственные постройки ответчиков при доме NN - гараж лит Г2, а также расположенный непосредственно за ним сарай лит Г4, которые согласно данным инвентаризационного дела на жилой дом ответчиков, существовали на момент первичного межевания спорных земельных участков и постановки их на кадастровый учет, что никем не оспаривалось, с учетом данных обстоятельств определение смежной границы по указанному межевому плану от 1 июля 2019 года на земельный участок истца противоречит требований закона.
Более того, из анализа данных инвентаризационного дела на жилой дом N<адрес>) судебной коллегией установлено, что по инвентаризационным планам земельного участка и абрисам земельного участка, составленных при обследовании домовладения по состоянию на август 1983 г., 7 мая 2009 г. смежная граница с земельном участком при доме NN проходит на расстоянии от гаража лит Г2 дома NN, данное расстояние составляет 0,7 м (т.1 л.д. 179, 186, 236-251, т.3 л.д. 194 - 205).
Из инвентаризационного дела на жилой дом N 35 по ул. Шахрая (истцов), начиная с первого абриса земельного участка от 19 июля 1964 года и инвентаризационного плана земельного участка (т.2 л.д. 193-196), а также последующих абрисов земельного участка и планов земельного участка от 19 июня 1973 года, 9 марта 1987 года, 7 июля 2005 года, 13 апреля 2006 года (т.2 л.д.167-171, 178-179, 161-164, 140-143, 89-96) следует, что граница этого земельного участка справа (с участком ответчиков) по всем указанным документам не изменялась и проходит непосредственно рядом с жилым домом N 35 (без каких-либо отступов от дома) и далее прямолинейно до тыльной границы (без каких-либо смещений в правую сторону). Такое же прохождение границы земельного участка истца при доме NN, а именно от заднего правого угла жилого дома в продолжение стены дома прямо, без каких-либо смещений до тыльной части земельного участка было определено и согласовано его правообладателем Ивановым при формировании земельного участка в уточненных границах, и в таких границах истец Бредихина В.И. приобрела земельный участок.
То обстоятельство, что смежная граница земельных участков сторон проходит прямолинейно без какого-либо смещения в сторону участка ответчиков, объективно подтверждается конфигурацией земельных участков сторон, отраженной во всех представленных в материалы дела вышеуказанных документах инвентаризационных дел, кадастровых дел на земельные участки сторон, что подтверждает сложившийся на протяжении длительного времени (более пятнадцати лет) порядок землепользования.
При таких обстоятельствах, не имеется оснований для изменения местоположения смежной границы в огородной части земельных участков сторон и определения ее со смещением в сторону участка ответчиков, в том числе по предложенным экспертом вариантам (местоположение смежной границы определено от заднего правого угла дома NN (истца) со смещением в сторону земельного участка дома N 37 к левому переднему углу гаража лит А2 жилого дома N 37 и далее на расстоянии 0,2 м от построек ответчиков лит Г2 и Г4). Выводы эксперта о наличии в инвентаризационном плане привязки левой границы участка ответчиков к хозпостройкам - 0,2 м судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку они не соответствуют действительности, из вышеприведенного анализа данных инвентаризационного дела на жилой дом ответчиков N 37 (инвентаризационных планов земельного участка и абриса земельного участка), данная привязка составляет 0,7 м.
Доводы истца о наличии ранее у ответчиков старого забор в огородной части, который согласно представленных фотографий 2018 г. был расположен за хозпостройками ответчиков со смещением вглубь участка ответчиков, не опровергает выводы суда в этой части, поскольку, исходя из установленных по делу обстоятельств данное ограждение не определяет местоположение смежной границы, что четко следует из описания и конфигурации земельных участков сторон при их формировании и постановки на кадастровый учет.
В соответствии с пунктом 15.6 Методических рекомендаций по проведению межевания объектов землеустройства, утвержденных Росземкадастром 17 февраля 2003 года, действующих как на момент проведения межевания земельных участков, так и в настоящее время (далее - Методические рекомендации), координаты межевых знаков, вычисленные при ранее проводимых работах по межеванию данного объекта землеустройства или смежных с ним, не переопределяются, если точность их положения соответствует данным, представленным в таблице 1 Методических рекомендаций. При этом за окончательные значения координат межевых знаков вновь образованного земельного участка принимаются координаты межевых знаков смежного земельного участка, полученные на основе сведений государственного земельного кадастра о земельном участке.
Согласно приложению в виде таблицы N 1 к Методических рекомендаций допустимые расхождения при контроле межевания для земель поселений города не должно превышать 0,3 м (f доп).
Из заключения эксперта от 30 сентября 2019 года N 2-26/11/2019, схемы расположения земельных участков с кадастровыми номерами 48:11:0470167:36, 48:11:0470167:13 и 48:11:0470167:33 приложения N 1 к заключению, а также дополнительно представленной экспертом Дроздом М.Г. схемы расположения земельных участков от 30 января 2020 года, следует, что существующее ограждение в основном полностью совпадает с юридической границей земельных участков, а имеющиеся несовпадения в части границы составляют 0,22 м, 0,23 м, 0,29 м, то есть находятся в пределах допустимой погрешности.
Таким образом, существующее между земельными участками сторон ограждение, с учетом погрешности измерения, соответствует местоположению установленной смежной границы определенной при межевании земельных участков сторон.
Судебная коллегия также считает необходимым отметить, что в месте расположения хозяйственных построек лит Г2, Г4 жилого дома NN (ответчиков) юридическая граница проходит на расстоянии 0,52 м, 0, 57 м, 0,63 м, при этом по данным инвентаризационного дела на жилой дом N 37 указанное расстояние составляет 0,7 м, что также свидетельствует об отсутствии нарушения прав истца.
По смыслу приведенных положений ст.ст. 43, 61 Федерального закона N 218-ФЗ от 13 июля 2015 года "О государственной регистрации недвижимости" наличие реестровой ошибки в сведениях о границах земельного участка является основанием для исправления данной ошибки (с указанием способа ее исправления). Исправление реестровой ошибки производится путем внесения изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости о местоположении границ и лишь в случае невозможности такого исправления - путем исключения сведений о местоположении границ земельного участка из Единого государственного реестра недвижимости.
Судебная коллегия, исходя изложенного полагает, что в данном случае, учитывая, что требования истца об исключении сведений о местоположении границ земельного участка ответчиков и установлении земельного участка истца в части смежной границы, по существу являются требованиями об исправлении реестровой ошибки, с учетом наличия реестровой ошибки в части прохождения смежной границы в районе выступающего цоколя жилого дома <адрес>, решение суда в части отказа в данных требованиях не может быть признано законным и обоснованным, поэтому подлежит отмене, с принятием нового решения об исправлении реестровой ошибки путем внесения в описание местоположения существующей смежной границы дополнительных точек 11, 10, 9, 8, 7, 6, 5 согласно представленным экспертом Дрозд М.Г. схемы и каталога координат цоколя жилого дома NN от 22 января 2020 года, и схемы от 30 января 2020 года (с прохождением границы в данной части по краю цоколя жилого дома NN), в результате чего смежная граница устанавливается по следующим координатам: точка 3 (Х 463556,25 Y 1293105,67), точка 11 (Х 463556,55 Y 1293104,68), точка 10 (Х 463556,89 Y 1293104,71), точка 9 (Х 463557,09 Y 1293103,76), точка 8 (Х 463557,29 Y 1293102,32), точка 7 (Х 463557,45 Y 1293100,63), точка 6 (Х 463557,34 Y 1293099,18), точка 5 (Х 463557,14 Y 1293099,16), точка 2 (Х 463564,19 Y 1293048,22).
Оснований для определения местоположений иных границ земельного участка истца, кроме смежной с участком ответчиков, не имеется, поскольку спор заявлен только в отношений спорной смежной границы.
В остальной части судебная коллегия находит решение суда правильным.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части отказа Бредихиной В.И. в удовлетворении исковых требований об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем демонтажа металлического ограждения, поскольку судом установлено, что его местоположение соответствует местоположению смежной границы земельных участков сторон.
Приведенные в апелляционной жалобе доводы о наличии оснований для рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции являются несостоятельными, поскольку нарушений, указанных в части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и являющихся основанием для отмены решения суда в любом случае, судом апелляционной инстанции не установлено.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Лебедянского районного суда Липецкой области от 14 октября 2019 года в части отказа удовлетворении требований об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем демонтажа забора оставить без изменения.
В остальной части решение суда отменить, постановить новое решение, которым исправить реестровую ошибку в сведениях Единого государственного реестра недвижимости об описании местоположения смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами 48:11:0470167:36 и 48:11:0470167:13, расположенных по адресам: Липецкая <адрес> (соответственно), установив ее местоположение в следующих координатах:
точка 3 (Х 463556,25 Y 1293105,67),
точка 11 (Х 463556,55 Y 1293104,68),
точка 10 (Х 463556,89 Y 1293104,71),
точка 9 (Х 463557,09 Y 1293103,76),
точка 8 (Х 463557,29 Y 1293102,32),
точка 7 (Х 463557,45 Y 1293100,63),
точка 6 (Х 463557,34 Y 1293099,18),
точка 5 (Х 463557,14 Y 1293099,16),
точка 2 (Х 463564,19 Y 1293048,22).
Решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня его принятия.
Председательствующий: (подпись)
Судьи: (подписи)
Верно.
Судья:
Секретарь:
11
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
