Дата принятия: 03 октября 2018г.
Номер документа: 33-4640/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КАЛИНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 октября 2018 года Дело N 33-4640/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:
председательствующего Михальчик С.А.
судей Филатовой Н.В., Алексенко Л.В.
при секретаре Ульяновой В.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Черных Василия Васильевича на решение Балтийского городского суда Калининградской области от 26 июля 2018 г., которым суд постановил:
иск Кинжабаевой Гульнары Аминовны, действующей в интересах своих и несовершеннолетней Г., Хатмуллиной Расимы Радитовны, Давлетшиной Сирины Агламовны к Черных Василию Васильевичу о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Черных Василия Васильевича в качестве компенсации морального вреда в пользу Кинжабаевой Гульнары Аминовны - 300000 рублей, Г. - 200000 рублей, Хатмуллиной Расимы Радитовны - 200000 рублей, Давлетшиной Сирины Агламовны - 100000 рублей.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с Черных Василия Васильевича государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.
Заслушав доклад судьи Филатовой Н.В., объяснения Черных В.В и его представителя Матвеевой О.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя Канжабаевой Г.А. - Пантелеева К.В., полагавшего жалобу, не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Кинжабаева Г.А., действующая в интересах своих и несовершеннолетней Г., Хатмуллина Р.Р., Давлетшина С.А. обратились в суд с иском к Черных В.В. о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ответчик, проходя военную службу по контракту в войсковой части N, нарушил правила обращения с оружием, что по неосторожности повлекло смерть его сослуживца В. Своими действиями Черных В.В. совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 349 УК РФ, что установлено приговором Балтийского гарнизонного военного суда от 17.11.2016, согласно которому Черных В.В. признан виновным в совершении данного преступления и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на один год и десять месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении.
Моральный вред Кинжабаевой Г.А., супруги погибшего В., выражается в претерпевании ею эмоционально-волевых переживаний и в фактическом ухудшении состояния здоровья: у нее часто повышается артериальное давление, имеются частые головные боли, головокружение, шум в ушах, нарушение сна, судороги конечностей. Она ежедневно испытывает чувство страха и обреченности, беспомощности, неуверенности в завтрашнем дне, чувство невосполнимой утраты близкого человека и безвременно прекращенной семейной жизни.
Моральный вред дочери погибшего Г. выражается в ее переживаниях, поскольку она имела сильную эмоциональную привязанность к отцу. На момент смерти погибшего дочери было <данные изъяты>. Переживания девочки имеют стойкий и интенсивный характер до настоящего времени.
Истица Хатмуллина Р.Р., мать погибшего, также испытывает эмоционально-волевые переживания в связи с невосполнимой потерей любимого и единственного сына.
Моральный вред Давлетшиной С.А., сестры погибшего, обусловлен ее переживаниями из-за потери брата, с которым ее связывали крепкие родственные отношения, сформировавшиеся с раннего детства. На момент гибели брата она находилась в состоянии беременности.
Учитывая изложенное, просили взыскать с Черных В.В. компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в пользу Кинжабаевой Г.А. в размере 3000000 руб., ее несовершеннолетней дочери Г., ДД.ММ.ГГГГ рождения - 2000000 руб., Хатмуллиной Р.Р. - 2000000 руб., Давлетшиной С.А. - 1500000 руб.
Судом постановлено изложенное выше решение.
В апелляционной жалобе Черных В.В. просит решение суда изменить, снизив размер компенсации морального вреда.
Не отрицая своей вины в смерти В., указывает, что преступление совершил по неосторожности, до настоящего времени сильно переживает из-за смерти по его вине друга.
Признавая свою вину, он признает и свою обязанность компенсировать моральный вред, причиненный близким родственникам погибшего. Однако считает, что размер взысканной с него компенсации существенно завышен.
Полагает, что суду следовало учесть нарушение В. дисциплины, что выразилось в нахождении его на корабле в состоянии алкогольного опьянения. Допущенное погибшим дисциплинарное нарушение, по мнению заявителя, стало основной причиной наступления тяжких последствий.
Выражает несогласие с выводами суда о причинении близким родственникам В. значительных переживаний.
Ссылается на то, что супруги Кинжабаевы в связи с ухудшением их отношений пришли к выводу о невозможности дальнейшего сохранения семьи и необходимости расторжения брака, что подтверждено свидетельскими показаниями. Это обстоятельство и стало одной из причин пребывания погибшего на корабле в неположенное время.
Оспаривает доводы Кинжабаевой Г.А. об ухудшении состояния ее здоровья, отмечая, что спустя непродолжительное время после гибели супруга истица прошла медицинскую комиссию, которая признала ее годной к управлению транспортным средством, она смогла подготовиться к экзаменам на получение права управления транспортным средством, что не свидетельствует ее глубоких переживаниях и нравственных страданиях. Кроме того, через два месяца она с дочерью уехала отдыхать за пределы России.
Заявляет о том, что суд необоснованно не зачел выплаченную им Кинжабаевой Г.А. сумму в размере 100000 рублей в качестве компенсации морального вреда, при том, что иных обязательств у него перед истицей не было. При таких обстоятельствах считает, что оснований для взыскания в пользу Кинжабаевой Г.А. дополнительной компенсации морального вреда не имелось.
Указывает, что дочь погибшего потерпевшей по уголовному делу не признавалась, на момент смерти В.. ей было <данные изъяты>. Доказательств, подтверждающих причинение ребенку физических и нравственных страданий, в ходе рассмотрения дела не представлено. О том, что отец убит, ребенку сообщила сама Кинжабаева Г.А., причиняя тем самым дочери страдания.
Считает, что все изложенные выше обстоятельства подлежат учету при определении размера компенсации морального вреда.
Истицы в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в связи с чем, судебная коллегия в соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение подлежащим оставлению без изменения.
Согласно ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Кинжабаева Г.А., Г., Хатмуллина Р.Р. и Давлетшина С.А. являются, соответственно, супругой, дочерью, матерью и сестрой погибшего 06.04.2016 В.
Вступившим в законную силу приговором Балтийского гарнизонного военного суда от 17.11.2016 установлено, что смерть В. наступила в результате неосторожных действий Черных В.В., который проходил военную службу на мпк "Е." Балтийской военно-морской базы, 06.04.2016 при заступлении в суточный наряд получил пистолет и патроны к нему, после чего установил один из снаряженных магазинов в пистолет и положил его на стол, а сам лег отдыхать в кубрике корабля. Около 16 час. 55 мин. того же дня Черных В.В. проснулся, и, собираясь на построение заступающего суточного наряда, в нарушение ст.ст. 13, 14 Устава внутренней службы ВС РФ, ст.ст. 124, 125 Устава гарнизонной и караульной службы ВС РФ, ст. 719 Корабельного устава ВМФ, приказа командира войсковой части N от 22.11.2015 N 1128 "Об организации боевой подготовки, внутренней и караульной служб на зимний период обучения 2016 года", приказа командира войсковой части N от 09.12.2015 N 388 "Об объявлении места и порядка заряжания (разряжания) стрелкового оружия в войсковой части N, ст.ст. 62, 67 Наставления по стрелковому делу, в каюте корабля в отсутствие специально назначенного должностного лица, без необходимости выключил предохранитель ранее полученного им пистолета, дослал патрон в патронник и, полагая об отсутствии его там, направив пистолет на спавшего на своей койке в этой же каюте В., нажал на спусковой крючок и произвел выстрел. В результате противоправных действий Черных В.В. В. по неосторожности было причинено огнестрельное сквозное ранение головы, от которого последний скончался в 18 час. 05 мин. 06 апреля 2016 года в военном госпитале.
Приговором суда Черных В.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 349 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на один год и десять месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении. За потерпевшими Кинжабаевой Г.А. Г., Давлетшиной С.А. сохранено право на предъявление гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.
Таким образом, с учетом требований ст. 61 ГПК РФ обстоятельства причинения Черных В.В. ранения В., повлекшего смерть последнего, не подлежат доказыванию в рамках производства по настоящему делу.
Учитывая, что истицы являются близкими родственниками погибшего В., суд пришел к выводу о том, что им в результате его смерти причинены нравственные страдания.
Соглашаясь с мнением суда, судебная коллегия указывает, что смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.
Таким образом, у суда первой инстанции имелись правовые основания для взыскания компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание, степень вины ответчика, совершившего неосторожное преступление, повлекшее смерть близкого родственника истиц, конкретные обстоятельства случившегося происшествия, имущественное положение ответчика, его трудоустройство, позволяющее исполнять решение суда, тяжесть перенесенных истицами нравственных страданий и моральных переживаний, и пришел к выводу, что разумной и справедливой будет сумма компенсации морального вреда: Кинжабаевой Г.А. в размере 300000 рублей, несовершеннолетней Г. - 200000 рублей, Хатмуллиной Р.Р. - 200000 рублей, Давлетшиной С.А. - 100000 рублей.
Проверяя решение суда в обжалуемой части, судебная коллегия соглашается с принятым решением и с выводами суда первой инстанции, как соответствующими обстоятельствам дела и требованиям закона, исходя из разъяснений, изложенных в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", о том, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Вопреки доводам жалобы, судом при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истиц, судом учитывались характер родственных отношений истиц с погибшим В., в том числе взаимоотношения супругов Кинжабаевых Г.А. и В., а также степень перенесенных вдовой нравственных страданий.
Само по себе совершение истицей Кинжабаевой Г.А. после смерти супруга действий, указанных ответчиком в апелляционной жалобе (приобретение права управления транспортным средством, выезд за пределы России), не свидетельствует о том, что она не понесла моральных страданий в связи с гибелью супруга, как ошибочно полагает заявитель.
Оснований расценивать переданные Черных В.В. Кинжабаевой Г.А. денежные средства в сумме 100000 рублей в качестве компенсации морального вреда, на чем настаивает податель жалобы, у суда первой инстанции не имелось.
Передача денежных средств распиской, из которой бы следовал их характер, сторонами не оформлялась. Как указала сама Кинжабаева Г.А., Черных В.В. добровольно оказывал ей материальную помощь, выплатив около 100000 рублей.
Судебная коллегия считает необходимым отметить, что и при зачете указанной суммы в счет компенсации морального вреда у суда не имелось оснований для отказа в иске Кинжабаевой Г.А., поскольку степень перенесённых ею нравственных страданий не могла быть компенсирована такой суммой. Доводы жалобы в данной части обоснованными признать нельзя.
Приведенная ответчиком в апелляционной жалобе ссылка на виновное поведение погибшего является надуманной и несостоятельной, так как Черных В.В., производя выстрел, направил пистолет на спавшего сослуживца В., что для него было очевидным.
Тот факт, что дочь В. - Г. не признавалась потерпевшей по уголовному делу и на момент его смерти ей было <данные изъяты>,не лишает ее права требовать в гражданском порядке взыскания компенсации морального вреда, который смертью отца ей, бесспорно, причинен. Доводы жалобы об обратном безосновательны.
При изложенных обстоятельствах, оснований для снижения размера взысканной судом с ответчика в пользу истиц компенсации морального вреда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.
Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке выводов суда, основаны на неправильной оценке обстоятельств дела, ошибочном толковании закона и поводом к отмене решения суда не являются.
Решение суда вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, является законным и обоснованным, в связи с чем, оснований для его отмены по доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, не имеется.
Руководствуясь ст. 328,329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Балтийского городского суда Калининградской области от 26 июля 2018 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
