Дата принятия: 19 февраля 2020г.
Номер документа: 33-460/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТАМБОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 февраля 2020 года Дело N 33-460/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:
председательствующего судьи Рожковой Т.В.
судей Юдиной И.С., Александровой Н.А.
при секретаре Топильской А.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Лихачева Александра Николаевича к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по Тамбовской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
по апелляционным жалобам Министерства внутренних дел Российской Федерации и Лихачева Александра Николаевича на решение Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 ноября 2019 года.
Заслушав доклад судьи Юдиной И.С., судебная коллегия
установила:
Лихачев А.Н. обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по Тамбовской области и Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 1 000 000 руб., указав, что приговором Ленинского районного суда г. Тамбова осужден по двум эпизодам преступлений, по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцев лишения свободы, от наказания освобожден, по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 4 годам 1 месяцу лишения свободы. Указанным приговором по ч. 2 ст. 228 УК РФ по эпизоду от 28 мая 2012 г. полностью оправдан, за ним признано право на реабилитацию. В результате незаконного уголовного преследования ему причинен моральный вред, который заключается в том, что он был незаконно задержан, содержался в условиях изоляции от общества, не соответствующих его наказанию, четыре года провел в условиях тюремного режима, не имел возможности видеться с родными и близкими. За время содержания под стражей приобрел ряд заболеваний, перенес операцию по удалению паховой грыжи, что зафиксировано в медицинской карте СИЗО. До настоящего времени находится в состоянии нервного срыва из-за незаконно предъявленного обвинения и тюремного заключения.
Решением Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 ноября 2019 г. исковые требования Лихачева А.Н. удовлетворены частично.
Постановлено взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Лихачева А.Н. в возмещение морального вреда 1 000 руб. Во взыскании морального вреда в большем размере отказано.
В апелляционной жалобе представитель МВД России по доверенности Мордасов С.М. просит решение отменить, так как судом неправильно определены обстоятельств, имеющие значение для дела, неправильно применены нормы материального права, принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований.
Автор жалобы указывает, что истцом не обоснован размер исковых требований, не приведено доказательств причинения морального вреда.
Считает, что прекращение уголовного преследования по эпизоду от 28 мая 2012 г. не повлияло на законность нахождения Лихачева А.А. под стражей, так как связано с совершением преступлений от 17 июля 2012 г. и 26 сентября 2012 г., за которые он был осужден.
Полагает, что в отношении истца произошло только уменьшение объема обвинения и в силу п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 N 17 у истца отсутствует право на компенсацию морального вреда.
В апелляционной жалобе Лихачев А.Н. решение просит отменить, принять новое о взыскании с Министерства Финансов РФ компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб.
Указывает, что размер компенсации занижен судом и не соответствует перенесенным им нравственным страданиям. Более четырех лет он провел в местах лишения свободы по надуманному обвинению. Ни по одному из предъявленного ему обвинением эпизоду по ч. 3 ст. 228.1 УК РФ он не был осужден, а был оправдан. По преступлению, предусмотренному ст. 210 УК РФ также был оправдан. Суд не запросил копию данного постановления и материалы уголовного дела, а также медицинскую карту из больницы СИЗО.
В возражениях на апелляционную жалобу Лихачева А.Н. прокуратура Советского района г. Тамбова просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В судебное заседание истец Лихачев А.Н. не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в телефонограмме, адресованной в суд апелляционной инстанции не возражал против рассмотрения дела в его отсутствие с участием его представителя адвоката Лахарева А.А.
Представитель третьего лица - прокуратуры Тамбовской области по доверенности Дубовицкий В.А. просил рассмотреть дело в его отсутствие.
Исследовав материалы дела, выслушав представителя истца Лахарева А.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы Лихачева А.Н., представителя МВД России по доверенности Мордасова С.М., просившего решение отменить и отказать в удовлетворении иска, представителя Министерства финансов РФ по доверенности Беднякову Н.В., поддержавшую апелляционную жалобу МВД России, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалоб в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (часть 1 статьи 45; статья 46).
В силу положений части 1 статьи 8 и статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьями 133 - 139, 397 и 399).
Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовно-процессуального Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Судом установлено и из материалов дела следует, что приговором Ленинского районного суда г. Тамбова от 09 июля 2018 г. Лихачев А.Н. был признан виновным:
в совершении преступления (от 17.07.2012), предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ (в ред. ФЗ N 377-ФЗ от 27.12.2009 г.), назначено наказание 1 год 6 месяцев, на основании п. "а" ч.1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ст. 24 УПК РФ освобожден от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования;
в совершении преступления (от 26.09.2012), предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (в ред. ФЗ N 377-ФЗ от 27.12.2009 г.), назначено наказание 4 года 1 месяц лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строгого режима, в срок наказания засчитать время содержания под стражей с 26 сентября 2012 г. по 24 октября 2016 г., ввиду полного отбытия назначенного срока наказание считать отбытым.
Этим же приговором по обвинению в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ Лихачев А.Н. признан невиновным и оправдан по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. За Лихачевым А.Н. признано право на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.
Обращаясь в суд с настоящим иском, Лихачев А.Н. ссылался на то, что в результате незаконного уголовного преследования и содержания под стражей ему был причинен моральный вред в виде нравственных страданий, выразившихся в незаконном содержании под стражей в течение длительного времени, отсутствии общения с родными и близкими, перенесение заболеваний, полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", и пришел к выводу о наличии у истца права на компенсацию морального вреда за счет средств казны Российской Федерации, поскольку факт незаконного уголовного преследования подтвержден, и за истцом признано право на реабилитацию.
Судебная коллегия соглашается с приведенным выводом суда, поскольку системное толкование положений статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица.
В установленном уголовно-процессуальном порядке за Лихачевым А.Н. признано право на реабилитацию, следовательно, заявленное им на основании части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требование о компенсации морального вреда в порядке статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации является обоснованным и правомерно удовлетворено судом по праву.
Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, характер, объем и тяжесть обвинения, длительность уголовного преследования, категорию преступлений, в которых он обвинялся, наличие непогашенной судимости, и пришел к выводу о взыскании в пользу Лихачева А.Н. компенсации морального вреда в размере 1 000 рублей.
Суд первой инстанции верно указал на отсутствие доказательств негативных последствий от нарушенных прав истца по причине незаконного уголовного преследования.
Оправдание Лихачева А.Н. в совершении преступления от 28 мая 2012 г., не свидетельствует о том, что к нему незаконно была применена мера пресечения в виде содержания под стражей.
Из постановления ст.следователя СО УФСКН по Тамбовской области от 28 сентября 2012 г. о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и постановления Октябрьского районного суда от 28 сентября 2012 г. об избрании Лихачеву А.Н. меры пресечения в виде заключения под стражу следует, что на момент избрания меры пресечения Лихачев А.Н. обвинялся в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (по эпизоду от 17.07.2012 года) и ч. 2 ст. 228 УК РФ (по эпизоду от 26.09.2012 года), также судом учитывалось наличие непогашенных судимостей за совершение аналогичных преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств.
Обвинение в совершении преступления по эпизоду от 28 мая 2012 г., за которое Лихачев А.Н. был оправдан, было предъявлено ему 19 ноября 2013 г.
Необоснованного содержания истца в СИЗО и незаконность примененной к нему меру пресечения в виде содержания под стражей судом не установлено.
Приговором суда Лихачев А.Н. был осужден за совершение тяжкого преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, по эпизоду от 26 сентября 2012 г., по которому изначально ему было предъявлено обвинение, и при наличии в его действиях особо опасного рецидива ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 1 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.
При таких обстоятельствах, суд правильно указал, что прекращение уголовного преследования по обвинению в совершении преступления от 28 мая 2012 г. по ч.1 ст. 228 УК РФ не повлияло на законность нахождения истца под стражей.
Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учетом ст. ст. 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеназванном постановлении Пленума, суд верно учел фактические обстоятельства, при которых были нарушены личные неимущественные права истца, длительность периода, на протяжении которого истец незаконно привлекался к уголовной ответственности, тяжесть предъявленного обвинения, характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, в связи с чем взыскал с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 руб.
Доводам истца и его представителя о том, что, находясь в СИЗО N 1, Лихачев А.Н. не имел возможности свиданий с родными и близкими, получения передач, судом первой инстанции дана надлежащая оценка. Доказательств того, что истцу было отказано в свиданиях с родственниками и в получение передач в суд не представлено.
Из медицинской амбулаторной карты Лихачева А.Н., предоставленной ФКУЗ МСЧ-68 ФСИН России, следует, что истцу оказывалась надлежащая медицинская помощь.
Доводы истца о том, что суд не в полной мере учел обстоятельства по делу, что привело к взысканию компенсации морального вреда в размере, не соответствующем понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, несостоятельны.
Суд оценил доводы истца о причинении ему морального вреда в связи с нахождением под стражей, учел, что мера пресечения была избрана ему с учетом всего объема вменяемых преступлений.
Доводы апелляционной жалобы представителя МВД России об отсутствии доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданий, и невозможности их разграничения с переживаниями, связанными с признанием истца виновным по иным статьям, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку сам по себе факт незаконного уголовного преследования по одному из предъявленных обвинений причинил истцу нравственные страдания, которым судом дана соответствующая оценка, кроме того, как указывалось ранее, за истцом было признано право на реабилитацию.
Оснований к иной правовой оценке фактических обстоятельств и, соответственно, оснований к установлению иного размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.
Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, не подтверждают наличие предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке, по существу повторяют позицию истца в суде первой инстанции, которая была предметом исследования и получила надлежащую оценку при разрешении спора, выражают несогласие с оценкой обстоятельств дела.
Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 ноября 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Министерства внутренних дел Российской Федерации и Лихачева Александра Николаевича - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
