Дата принятия: 03 февраля 2021г.
Номер документа: 33-4599/2020, 33-148/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЛАДИМИРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 февраля 2021 года Дело N 33-148/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Владимирского областного суда в составе:
председательствующего Бочкарёва А.Е.,
судей Сергеевой И.В., Швецовой Н.Л.,
при секретаре Яблоковой О.О.
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Владимире 3 февраля 2021 г. гражданское дело по апелляционной жалобе и дополнительной апелляционной жалобе Нурмагомедова А. С. на решение Гороховецкого районного суда Владимирской области от 17 сентября 2020 г., которым его исковые требования к индивидуальному предпринимателю Силантьеву В. А., обществу с ограниченной ответственностью "Вода Сервис" об установлении факта трудовых отношений, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Швецовой Н.Л., объяснения истца Нурмагомедова А.С., его представителя Козлова А.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений, возражения против отмены решения суда представителя ответчика ИП Силантьева В.А. - адвоката Прописнова А.В., судебная коллегия
установила:
Нурмагомедов А.С. обратился в суд с иском к ИП Силантьев В.А. об установлении факта трудовых отношений, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что в начале октября 2018 г. нашел работу водителем в ИП Силантьев В.А. (организация "Вода Сервис"). Обсудив с Силантьевым В.А. условия работы, в том числе график и заработную плату в размере 30 000 руб., приступил к работе 15 октября 2018 г. Проработав месяц, условия труда изменились в худшую сторону, приходилось работать до 21 час., в том числе в субботу, работать грузчиком, заработная плата выплачивалась не в полном объеме, ведомости и расчетные листы не предоставлялись. С 11 июля 2019 г. устроили официально, заключив трудовой договор. Поскольку в сентябре 2019 г. он лишен водительского удостоверения, то переведен с должности водителя на должность грузчика с сохранением заработной платы, однако заработную плату впоследствии уменьшили в два раза. 9 февраля 2020 г. он обратился к Силантьеву В.А. с требованием выплаты задолженности по заработной плате и предоставлении отпуска. 19 февраля 2020 г. ему сообщили, что он больше не работает и произвели расчет в размере 2630 руб.
Просил установить факт трудовых отношений между ним и ИП Силантьев В.А., обязать ответчика в течение 10 дней со дня вступление решения суда в законную силу внести в трудовую книжку запись о приеме на работу в должности водителя-экспедитора с 15 октября 2018 г. с переводом на должность грузчика с 1 сентября 2019 г., а также запись об увольнении по собственному желанию в день вынесения решения суда. Взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 266 038 руб., проценты за просрочку выплаты заработной платы в размере 21 435,15 руб., компенсацию морального вред в сумме 50 000 руб.
Определением Гороховецкого районного суда Владимирской области от 11 августа 2020 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО "Вода Сервис" (л.д. 52 т. 1).
В судебном заседании истец Нурмагомедов А.С. и его представитель Водина Н.К. доводы искового заявления поддержали в полном объеме по указанным в нем основаниям, просили иск удовлетворить.
Представитель ответчика ИП Силантьев В.А. - Прописнов А.В. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Указал, что истец никогда не состоял в трудовых отношениях с ИП Силантьев А.В. Имеющийся в материалах дела трудовой договор N 2 от 15 июля 2019 г. подписан ответчиком для предоставления в суд в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении в отношении истца. Кроме того, поскольку после подписания указанного трудового договора, истец к выполнению трудовых обязанностей не приступил, на работу не выходил, указанный трудовой договор аннулирован на основании приказа от 15 июля 2019 г. Кроме того полагал, что истцом в соответствии со статьей 393 Трудового кодекса Российской Федерации пропущен срок исковой давности.
Представитель ответчика ООО "Вода Сервис", извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе Нурмагомедов А.С. просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить. Настаивает на наличии трудовых отношений с ответчиком, который допустил его к работе. Указывает на выполнение им возложенных руководителем трудовых обязанностей и противоречивую позицию ответчика по делу, которая менялась в ходе рассмотрения дела. Также указывает, что трудовой договор заключался, приказ об аннулировании трудовых отношений принят на основании объяснительных записок Я.И.А. и О.В.С., тогда как законодательством предусмотрено составление акта, который подписывается комиссией не менее трех человек. Выражает сомнение в правдивости данных объяснительных записок (л.д. 143-145 т. 1).
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ИП Силантьева В.А. - Прописнов А.В. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Указывает, что доводы истца являются голословными. Приложенные к апелляционной жалобе протокол об административном правонарушении и постановление по делу об административном правонарушении представлены в нарушение требований статьи 322 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Копия договора о полной материальной ответственности являлась предметом обсуждения в суде первой инстанции, в ее приобщении обоснованно отказано. Полагает, что доводы апелляционной жалобы не отвечают требованиям принципа правовой определенности (л.д. 158-160 т. 1).
В дополнении к апелляционной жалобе Нурмагомедов А.С. указывает, что у ИП Силантьева В.А. фактически работал с 15 октября 2018 г. водителем на автомобиле Газель, г.р.з. ****, который принадлежал Я.И.А. (сестре Силантьева В.А.), развозил воду по разным точкам. Но трудовой договор составлен другим числом - с 11 июля 2019 г. Полагает, что в обоснование исковых требований им представлены необходимые доказательства, подтверждающие трудовые отношения, а именно: трудовой договор от 11 июля 2019 г., подписанный и заверенный печатью Силантьева В.А.; договор о полной материальной ответственности от 19 июля 2019 г., в приобщении которого незаконно отказано судом; распечатка телефонных звонков между ним и Силантьевым В.А., начиная с октября 2018 г., которая также не принята судом, как не имеющая отношение к делу; его показания по делу; постановление Ленинского районного суда г. Нижний Новгорода от 24 июля 2019 г. о лишении его права управления транспортными средствами, в котором отражены обстоятельства ДТП с участием автомобиля Газель г.р.з. **** под его управлением и застрахованным ответчиком. Суд не выяснил отраженные в постановлении факты, не дал этим обстоятельствам правовой оценки. Также суду был представлен полис ОСАГО на автомобиль Газель, г.р.з. ****, в который он вписан, однако суд не посчитал данное доказательство допустимым. Кроме того, суд не дал правовую оценку копии протокола об административном правонарушении, в котором указан номер страхового полиса на автомобиль Газель, г.р.з. ****. Настаивает на том, что между ним и работодателем было достигнуто соглашение о выполнении работы, ее оплате, обусловлена трудовая функция, Силантьев В.А. контролировал работу, распоряжался, что делать, куда везти воду. Считает, что суд незаконно принял в качестве допустимого доказательства приказ от 15 июля 2019 г. об аннулировании трудового договора. Полагает, что суд не установил обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела, по существу спор не разрешил(л.д.167-175 т. 1).
В возражениях на дополнительную апелляционную жалобу представитель ответчика ИП Силантьева В.А. - Прописнов А.В. полагает, что ее доводы являются несостоятельными. Указывает, что доказательствам, на которые ссылается истец, дана надлежащая правовая оценка судом. Доказательств того, что автомобиль Газель принадлежал Силантьеву В.А., не имеется. В полисе ОСАГО отсутствуют сведения об ИП Силантьеве В.А. (л.д. 186-188 т.1).
В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ИП Силантьев В.А., представитель ответчика ООО "Вода Сервис" не явились, о явке извещены по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (телефонограмма Силантьеву В.А. от 15 января 2021 г.; почтовое уведомление вручено ООО "Вода Сервис" 25 декабря 2020 г.), а также размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", сведений об уважительных причинах неявки не представили, что позволяет в силу положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в их отсутствие.
Изучив материалы дела, рассмотрев дело в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, дополнительной апелляционной жалобы и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия представленных истцом достоверных доказательств наличия между сторонами трудовых отношений.При этом суд указал на то, что трудовой договор между сторонами с 15 октября 2018 г. не заключался, приказ о приеме истца на работу и его увольнении ответчиком не издавался, соответствующие записи в трудовую книжку истца не вносились, социальные гарантии Нурмагомедову А.С. не предоставлялись, начисление и выплата заработной платы ответчиком не производилась, доказательства, свидетельствующие о достигнутой сторонами договоренности относительно режима рабочего времени, функциональных обязанностях истца как работника и размере его заработной платы отсутствуют, также как доказательства допуска истца к работе с ведома и по поручению работодателя и осуществления им трудовой деятельности у ответчика каждый и полный рабочий день (смену), в том числе, и сверхурочно.
Также суд пришел к выводу, что трудовой договор от 11 июля 2019 г. аннулирован ответчиком 15 июля 2019 г. в соответствии с требованиями статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с тем, что истец не приступил к исполнению своих трудовых обязанностей.
При этом суд критически отнесся к представленным истцом доказательствам, указав, что полис ОСАГО, в котором к управлению транспортным средством, принадлежащим Я.И.А., допущен истец и ответчик Силантьев А.В., факт допуска истца к работе уполномоченным на то лицом не подтверждает, не свидетельствует о выполнении трудовой функции, доказательств использования транспортного средства при осуществлении трудовых функций Нурмагомедовым А.С. не представлено. Свидетельские показания М.В.А. судом не приняты, поскольку она является лицом заинтересованным.
Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на неправильном толковании и применении и норм материального права, а также сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.
В силу части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и положений международных правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.
Одной из процессуальных гарантий права на судебную защиту в целях правильного рассмотрения и разрешения судом гражданских дел являются нормативные предписания части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающие, что решение суда должно быть законным и обоснованным.
В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Пунктами 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.
Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.
Между тем решение суда первой инстанции указанным требованиям закона и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации не соответствует.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса РФ).
Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 Трудового кодекса РФ).
В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, изложенным в п.п. 17, 18, 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.
При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.
К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).
При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.
При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.
Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ).
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и их разъяснений следует, что само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения: выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; подчинение работника действующему у работодателя графику работы (сменности); осуществление периодических выплат работнику, предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя.
Таким образом, по смыслу ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.
На это указано и в п. 11 Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятой на Генеральной конференции Международной организации труда 15 июня 2006 г., согласно которой в целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства- члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков.
Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом первой инстанции приведенные нормы права, регулирующие спорные отношения, в их взаимосвязи применены неправильно, а выводы об установленных обстоятельствах основаны на неверном распределении бремени доказывания значимых по делу обстоятельств, ненадлежащей оценке представленных доказательств, необоснованном отклонении ряда представленных истцом доказательств.
Так, в исковом заявлении Нурмагомедов А.С. указывал, что 15 октября 2018 г. приступил к работе в должности водителя у ИП Силантьев В.А., на следующих условиях: график работы с понедельника по пятницу с 7.30 до 17.00, пятидневная рабочая неделя, заработная плата 30 000 руб. Однако официально трудоустроен 11 июля 2019 г., а в сентябре 2019 г. в связи с лишением права управления транспортными средствами переведен на должность грузчика с сохранением заработной платы. 19 февраля 2020 г. ему сообщили, что он больше не работает и произвели расчет в размере 2630 руб.
В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истцом и его представителем также давались пояснения о том, что Силантьевым В.А. истцу разъяснены должностные обязанности при трудоустройстве, а именно: ремонт автомобиля осуществляется самостоятельно, при больших поломках - механиком К.И. Истец работал на автомобиле Газель, который принадлежал сестре Силантьева В.А. - Я.И.А. На топливо ответчиком выдавалось 1000 руб. каждый день. Путевые листы не выписывались.
В обоснование утверждений о трудоустройстве к ИП Силантьеву В.А. истцом представлена копия объявления о вакансии водителя, где в разделе контактной информации указано: "+ **** Василий Александрович", что совпадает с именем и отчеством ответчика, а также номером телефона, имеющимся в материалах дела, по которому уведомлялся ответчик судом, однако суд первой инстанции оставил данное доказательство без какой либо оценки. В суде апелляционной инстанции представитель ответчика уклонился от пояснений принадлежности указанного телефонного номера его доверителю, данных об ином номере не представил.
Из представленной в суд апелляционной инстанции Нурмагомедовым А.С. распечатки телефонных разговоров, в приобщении которой как одного из доказательства трудоустройства и начала трудовых отношений сторон, судом первой инстанции было необоснованно отказано, следует, что 24, 26, 27 сентября 2018 г., 1, 2, 9, 11,15 октября 2018 г. имелись входящие и исходящие звонки с указанного выше телефонного номера ответчика.
11 июля 2019 г. ИП Силантьева В.А. и Нурмагомедов А.С. подписали трудовой договор N 2, из которого следует, что работник принимается к ИП Силантьев В.А. на работу на должность водитель-экспедитор на неопределенный срок без испытательного срока, устанавливается ежемесячный оклад 11500 руб., место работы: г. Дзержинск Нижегородской области, ****. ( л.д. 44-46 т.1)
Факт подписания данного договора представителем ответчика не оспаривался в ходе судебного разбирательства, объяснялся желанием сестры ответчика Я.И.А. помочь истцу с целью возможного пересмотра вынесенного решения о лишении его водительских прав.
Также стороной истца указывалось на обстоятельство того, что в январе 2019 г. Нурмагомедовым А.С. при исполнении им трудовых обязанностей совершено дорожно-транспортное происшествие (наезд на пешехода) на автомобиле Газель, принадлежащем Я.И.А., которая работает у ИП Силантьева В.А. и является его сестрой. Ответственность Нурмагомедова А.С. была застрахована по полису ОСАГО, он включен в полис страхования на этот автомобиль.
Однако судом первой инстанции, в нарушение требований ст. 68 Гражданского процессуального кодекса, объяснения истца как одно из доказательств по делу оставлены без проверки и оценки в совокупности с представленными истцом другими доказательствами, в приобщении которых судом первой инстанции необоснованно отказано.
Кроме того, судом первой инстанции 11 августа 2020 г. удовлетворено ходатайство об истребовании из Ленинского районного суда г. Нижний Новгород копии постановления по делу об административном правонарушении в отношении Нурмагомедова А.С. от 24 июля 2019 г. по факту дорожно-транспортного происшествия 16 января 2019 г., совершенного им при управлении автомобилем Газель (л.д.47- 53 т. 1), однако в последующем, суд без исследования данного доказательства разрешилспор по существу.
Суд апелляционной инстанции, оценивая обстоятельства, установленные вступившим в законную силу постановлением Ленинского районного суда г. Нижний Новгород от 24 июля 2019 г. по делу об административном правонарушении в отношении Нурмагомедова А.С. относительно совершения им 16 января 2019 г. при управлении автомобилем ГАЗ-3302, г.р.з. ****, дорожно-транспортного происшествия (наезд на пешехода Б.А.Б., с причинением вреда здоровью средней тяжести) (л.д. 131-134 т. 1), принимает во внимание, что Нурмагомедов А.С. управлял автомобилем, принадлежащим Я.И.А., которая является работником ИП Силантьев В.А. (л.д. 63 т. 1).
При этом обстоятельство принадлежности автомобиля ГАЗ-3302, г.р.з. ****, Я.И.А. и родственные отношения (сестра) с ней стороной ответчика в ходе судебного разбирательства не оспаривались.
Из данного постановления также следует, что Нурмагомедов А.С. указывал суду на факт неофициальной работы водителем( л.д. 131- 134 т.1).
Поскольку суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства представителя истца об истребовании данных о включении Нурмагомедова А.С. в полис ОСАГО, суд апелляционной инстанции принял представленные стороной истца сведения с общедоступного сайта РСА о том, что по полису ОСАГО серии МММ N ****, лицом, допущенным к управлению транспортным средством ГАЗ-3302, г.р.з. ****, является Н***Ахмед Сурхаевич, **** г.р., что совпадает с данными истца, данный автомобиль принадлежит Я *** И.А., **** г.р., а страхователем является С*** Василий Александрович, **** г.р., транспортное средство используется в г. Дзержинск Нижегородской области.
Приведенные сведения о собственнике и страхователе автомобиля полностью совпадают с анкетными данными Я.И.А, являющейся застрахованным лицом ИП Силантьева В.А. и исполняющей обязанности кадрового работника (л.д. 63,66,98,99 т.1), а также анкетными данными самого индивидуального предпринимателя Силантьева В.А. (л.д.18-19,38, 66 т. 1).
Таким образом, совокупностью указанных доказательств подтверждается указанное истцом обстоятельство управления им транспортным средством ГАЗ-3302, г.р.з. ****, владение которым осуществлял ответчик ИП Силантьев В.А. и использовал для осуществления предпринимательской деятельности.
Суд первой инстанции не принял во внимание показания допрошенного свидетеля М.В.А., представившейся гражданской женой истца, которая пояснила, что в октябре 2018 г. истец трудоустроился в качестве водителя к Силантьеву, компания занималась доставкой воды. Трудовой договор в 2018 г. не заключался, имела место устная договоренность. График работы был пятидневный, суббота, воскресенье - выходной. В июле 2019 г. заключен трудовой договор, в связи с тем, что рассматривалось дело о совершенном истцом 16 января 2019 г. дорожно-транспортном происшествии. В грузчики истца перевели, когда он был лишен права управления транспортным средством.
Также из ее объяснений следует, что конфликт с Силантьевым возник после предъявления потерпевшим в дорожно-транспортном происшествии требований о компенсации морального вреда, Силантьев предлагал подписать договор аренды машины, однако Нурмагомедов А.С. не сделал этого, после чего без объяснений был уволен, ему выдали остатки денег, про трудовую книжку сказали, что утеряна. (л.д. 49-50 т. 1).
Показания свидетелей, в силу норм статей 55, 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся к доказательствам, в том числе доказательствам наличия либо отсутствия трудовых отношений сторон, на что прямо указано в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".
Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда первой инстанции также не имелось, поскольку они согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе объяснениями стороны истца, обстоятельствами, установленными постановлением Ленинского районного суда г. Нижний Новгород от 24 июля 2019 г., сведениями из ЕГРИП (л.д. 18-19 т.1), согласно которым основным видом деятельности ИП Силантьев В.А. является торговля розничная безалкогольными напитками в специализированных магазинах, дополнительным- торговля оптовая соками, минеральной водой и прочими безалкогольными напитками, а также представленным истцом трудовым договором от 11 июля 2019 г., подписанным и заверенным печатью ИП Силантьева В.А.
При этом отсутствие в штатном расписании определенной должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (Определение Конституционного Суда РФ от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В силу принципов состязательности и равноправия сторон, закрепленных в ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и обязанности каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, в случае возникновения трудового спора, законодателем именно на работодателя возложена обязанность доказать, что трудовой договор не заключался, работник фактически не осуществлял у последнего трудовые обязанности, заработная плата ему не начислялась.
Однако стороной ответчика не представлено доказательств того, что сложившиеся с истцом отношения не являлись трудовыми, носили иной характер. При этом судебной коллегией также учитывается, что надлежащих доказательств заключения между сторонами гражданско-правового договора, передачи истцу автомобиля на иных основаниях, чем для исполнения им трудовых обязанностей водителя, ответчик также не представил.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что представленными в материалы дела доказательствами, подтвержден факт допуска истца к работе с ведома ответчика, так и выполнения истцом работы, заключения трудового договора судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции об отказе в иске не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а по делу следует принять новое решение об удовлетворении исковых требований Нурмагомедова А.С.. об установлении факта трудовых отношений с ИП Силантьевым В.А., а также разрешить по существу производные от основного требования.
Как следует из материалов дела, исковые требования к ООО " Вода Сервис" Нурмагомедовым А.С. не заявлялись, доказательства наличия трудовых отношений не представлялись, в связи с чем привлечение судом первой инстанции указанного юридического лица в качестве соответчика на основании части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации противоречит как характеру спорных правоотношений сторон, так и требованиям части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о принятии судом решения только по заявленным истцом требованиям.
Определяя начало периода работы Нумагомедова А.С. у ИП Силантьева В.А., судебная коллегия судебная коллегия считает необходимым отметить, что работник является более слабой стороной в споре с работодателем, на котором в силу прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 ТК РФ), что затрудняет или делает невозможным предоставление работником доказательств в обоснование своих требований, в связи с чем он не должен нести ответственность за недобросовестные действия работодателя.
Учитывая, что ответчик не опровергнул указанное истцом обстоятельство фактического допуска его к работе 15 октября 2018 г., а также представленные истцом данные телефонных распечаток сторон, относящихся к заявленному в иске периоду, факт совершения в январе 2019г. истцом административного правонарушения при управлении транспортным средством, фактическое владение которым осуществлял Силантьев В.А., застраховав риск гражданской ответственности и включив в число лиц, допущенных к управлению Нурмагомедова А.С., суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что указанная истцом дата 15 октября 2018 г. является началом работы истца у ИП Силантьева В.А. в должности водителя - экспедитора.
Факт того, что трудовой договор в письменной форме заключен 11 июля 2019 г., приказов о приеме на работу и увольнении не издавалось, истец не является застрахованным у ответчика, не может быть принят во внимание, как не подтверждающий позицию истца, поскольку указанные обстоятельства не означают отсутствие между сторонами трудовых отношений, а лишь свидетельствуют о невыполнении работодателем обязанности по надлежащему оформлению трудовых отношений, правильному ведению кадрового документооборота (статьи 22, 67 Трудового кодекса Российской Федерации), что не может быть поставлено в вину работнику, поскольку последний выступает в качестве более слабой стороны в трудовом правоотношении.
Представленный стороной ответчика приказ ИП Силантьева В.А. от 15 июля 2019 г. N 15/07 об аннулировании трудового договора от 11 июля 2019 г. с Нурмагомедовым А.С. суд апелляционной инстанции не может принять в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств направления и вручения приказа истцу.
Более того, основанием для аннулирования трудового договора явилось то, что истец не приступил к исполнению трудовых обязанностей, указанных в трудовом договоре от 11 июля 2019 г., что противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам наличия трудовых отношений между сторонами с 15 октября 2018 г.
Представленная стороной ответчика объяснительная записка Я.И.А., в которой указано, что она проводила встречу с истцом 11 июля 2019 г. и больше его не видела (л.д. 203-250 т. 1, л.д. 1-20, 40-45 т. 2) противоречит совокупности приведенных выше доказательств, в связи с чем не может быть признана достоверным доказательством.
Учитывая, что Нурмагомедов А.С. постановлением Ленинского районного суда г. Нижний Новгород по делу об административном правонарушении от 24 июля 2019 г. лишен права управления транспортными средствами, что исключало объективную возможность выполнения им трудовых обязанностей водителя, а также отсутствия представленных ответчиком доказательств прекращения трудовых отношений либо изменения трудовой функции, суд апелляционной инстанции полагает подлежащими удовлетворению требования истца в части установления факта перевода с 1 сентября 2019 г. на должность грузчика и внесения об этом соответствующей записи в трудовую книжку.
Доводы представителя ответчика о пропуске предусмотренного ст. 392 Трудовым кодеком Российской Федерации срока обращения в суд не могут быть признаны состоятельными.
В силу положений указанной нормы работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Согласно части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.
Отношения между истцом и ответчиком приобретают статус трудовых после установления их таковыми в судебном порядке.
После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что срок обращения в суд истцом не пропущен.
Обращаясь с иском в суд, Нурмагомедов А.С. также указал, что ему производилась выплата заработной платы не в полном объеме.
В суд апелляционной инстанции им представлен расчет задолженности по заработной плате, расчет компенсации за задержку выплаты заработной платы.
Судебная коллегия приходит к выводу, что требования Нурмагомедова А.С. о взыскании задолженности по заработной плате в размере 266 038 руб., и процентов за просрочку выплаты заработной платы в размере 21 435,15 руб., подлежат частичному удовлетворению, исходя из следующего.
Согласно статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В силу части 3 статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, суд вправе определить ее размер исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.
Таким образом, размер заработной платы работника в случае, если трудовые отношения не оформлены в установленном законом порядке (не заключен в письменной форме трудовой договор, не издан приказ о приеме на работу), может быть подтвержден письменными доказательствами о размере заработной платы такого работника, при отсутствии которых суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.
В силу статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в субъекте Российской Федерации может устанавливаться размер минимальной заработной платы, не распространяющийся на финансируемые из федерального бюджета организации, который не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законодательством.
При отсутствии действующего регионального соглашения необходимо руководствоваться минимальным размером оплаты труда, установленным федеральным законодательством.
Региональное соглашение о минимальной заработной плате по Нижегородской области за спорный период отсутствует.
Статьей 1 Федерального закона от 7 марта 2018 г. N 41-ФЗ "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О минимальном размере оплаты труда" установлен минимальный размер оплаты труда с 1 мая 2018 г. в сумме 11 163 руб. в месяц.
Статьей 1 Федерального закона от 25 декабря 2018 г. N 481-ФЗ "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О минимальном размере оплаты труда" Установить минимальный размер оплаты труда с 1 января 2019 г. в сумме 11 280 руб. в месяц.
Согласно пункту 5.1 трудового договора от 11 июля 2019 г. N 2, заключенного между Нурмагомедовым А.С. и ИП Силантьевым В.А. работнику устанавливается ежемесячный оклад в размере 11 500 руб. (л.д. 44-45 т. 1).
Работодатель выплачивает работнику заработную плату два раза в месяц: 10 и 25 числа. При совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня (п. 5.3).
Письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы истца при работе у ответчика за период до 11 июля 2019 г., в материалах дела не имеется, истец указывал на устное согласование с ответчиком оплаты труда 30 000 руб. в месяц за весь период работы, в том числе при переводе на должность грузчика.
Однако указанная истцом заработная плата в 30 000 рублей противоречит данным трудового договора, заключенного между сторонами в письменной форме, иных доказательств согласования заработной платы в указанном размере суду не представлено. От ответчика каких-либо пояснений относительно указанного обстоятельства также не поступило, им оспаривался сам факт наличия трудовых отношений.
Учитывая, что материалы дела не содержат допустимых доказательств согласованного сторонами размера заработной платы истца, также невозможно установить размер обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а работодателем не представлены сведения о режиме работы истца и фактически отработанном времени, судебная коллегия приходит к выводу о том, что размер заработной платы до заключения трудового договора в письменной форме должен быть исчислен, исходя из минимального размера оплаты труда.
Из представленного истцом в суд апелляционной инстанции расчета задолженности по заработной плате следует, что им получена заработная плата в следующем размере: ноябрь 2018 г. - 27 000 руб.; декабрь 2018 г. - 26 400 руб., январь 2019 г. - 25 000 руб., февраль 2019 г. - 23 800 руб., март 2019 г. - 22 000 руб., апрель 2019 г. - 26 300 руб., май 2019 г. - 21 000 руб., июнь 2019 г. - 19 000 руб., июль 2019 г. - 19 800 руб., август 2019 г. - 19 800 руб., сентябрь 2019 г. - 21 534 руб., октябрь 2019 г. - 17 000 руб., ноябрь 2019 г. - 17 500 руб., декабрь 2019 г. - 17 000 руб., январь 2020 г. - 2630 руб., с февраля 2020 г. заработная плата не выплачивалась (л.д. 40-41 т. 2)
Таким образом, установлено, что в период с ноября 2018 г. по июль 2019 г. включительно истец получал заработную плату в размере свыше минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законодательством.
Поскольку размер выплаченной Нурмагомедову А.С. заработной платы за период с ноября 2019 г. по 11 июля 2019 г. превышает установленный в Российской Федерации минимальный размер оплаты труда, то за данный период у ответчика задолженность по заработной плате перед истцом отсутствует.
Также судебная коллегия приходит к выводу, что у ответчика отсутствует задолженность перед истцом по заработной плате за период с 11 июля по декабрь 2019 г., поскольку истцу, как следует из представленного им расчета, ежемесячного выплачивалось свыше оклада, установленного трудовым договором - 11 500 руб. в месяц.
Вместе с тем, как следует из объяснений истца 19 февраля 2020 г. ему сообщили, что он больше не работает и произвели расчет в размере 2630 руб., что следует отнести в заработной плате за январь 2019 г. При этом с приказом об увольнении его не ознакомили, трудовую книжку не выдали.
Как следует из материалов дела, представитель ответчика настаивал на отсутствии факта трудовых отношений, что свидетельствует о его цели избежать ответственности.
Объявление истцу 19 февраля 2020 г. о прекращении трудовых отношений и вручение ему расчета подтверждают увольнение Нурмагомедова А.С. без соблюдения предусмотренных Трудовым кодексом оснований и порядка прекращения трудовых отношений.
Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что увольнение истца является незаконным.
В связи с тем, что истец не заявляет требования о восстановлении на работе, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания Нурмагомедова А.С. уволенным 3 февраля 2021 г. по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию).
В соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции полагает подлежащими удовлетворению требования Нурмагомедова А.С. о взыскании в его пользу заработка за время вынужденного прогула вследствие незаконного увольнения с 19 февраля 2020г. по 3 февраля 2021 г.( день принятия решения).
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию невыплаченная заработная плата в общей сумме 148 685 руб., ( за январь 2020 г. в сумме 8870 руб. (11500-2630), февраль 2020 г. - январь 2021 г. 138000 ( 11500х12), февраль 2021 г.- 1815 руб.).
В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.
Разрешая требования истца о взыскании компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, суд апелляционной инстанции приходит к наличии оснований для взыскания с ответчика ИП Силантьева В.А. в пользу истца процентов за нарушение установленного срока выплаты заработной платы, поскольку в период, начиная с января 2020 г. она не выплачена в полном объеме, что составит сумму 7688,25 руб., исходя из следующего расчета:
Сумма задержанных средств 8 870,00 руб. за январь 2020 г.
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.02.2020 - 26.04.2020
6
76
269,65
27.04.2020 - 21.06.2020
5,5
56
182,13
22.06.2020 - 26.07.2020
4,5
35
93,14
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
482,53
1 027,45
Сумма задержанных средств за февраль 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.03.2020 - 26.04.2020
6
47
216,20
27.04.2020 - 21.06.2020
5,5
56
236,13
22.06.2020 - 26.07.2020
4,5
35
120,75
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
625,60
1 198,68
Сумма задержанных средств за март 2020 г.11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.04.2020 - 26.04.2020
6
16
73,60
27.04.2020 - 21.06.2020
5,5
56
236,13
22.06.2020 - 26.07.2020
4,5
35
120,75
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
625,60
1 056,08
Сумма задержанных средств за апрель 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
09.05.2020 - 21.06.2020
5,5
44
185,53
22.06.2020 - 26.07.2020
4,5
35
120,75
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
625,60
931,88
Сумма задержанных средств за май 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.06.2020 - 21.06.2020
5,5
11
46,38
22.06.2020 - 26.07.2020
4,5
35
120,75
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
625,60
792,73
Сумма задержанных средств за июнь 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.07.2020 - 26.07.2020
4,5
16
55,20
27.07.2020 - 03.02.2021
4,25
192
625,60
680,80
Сумма задержанных средств за июль 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.08.2020 - 03.02.2021
4,25
177
576,73
Сумма задержанных средств за август 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.09.2020 - 03.02.2021
4,25
146
475,72
Сумма задержанных средств за сентябрь 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
10.10.2020 - 03.02.2021
4,25
117
381,23
Сумма задержанных средств за октябрь 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.11.2020 - 03.02.2021
4,25
85
276,96
Сумма задержанных средств за ноябрь 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
11.12.2020 - 03.02.2021
4,25
55
179,21
Сумма задержанных средств за декабрь 2020 г. 11 500,00 ?
Период
Ставка, %
Дней
Компенсация, ?
01.01.2021 - 03.02.2021
4,25
34
110,78
Кроме того, учитывая, что решение суда об установлении между сторонами факта трудовых отношений подлежит исполнению путем внесения соответствующей записи в трудовую книжку истца, суд апелляционной инстанции, приходит к выводу, что имеются правовые основания для возложения ответчика обязанности по внесению в трудовую книжку истца записи: о приеме на работу 15 октября 2018 г. водителем-экспедитором, о переводе с 1 сентября 2019 г. на должность грузчика, об увольнении 3 февраля 2021 г. по собственному желанию.
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Поскольку в судебном заседании нашло свое подтверждение нарушение трудовых прав истца, в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
Определяя сумму компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, судебная коллегия учитывает характер и степень нарушения ответчиком трудовых прав истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании данной компенсации в размере 5 000 руб., полагая заявленную истцом к взысканию сумму в 50 000 руб. явно завышенной.
Также на основании положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации судебная коллегия взыскивает с ответчика ИП Силантьева В.А. государственную пошлину в размере 4627 руб. в местный бюджет.
Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Гороховецкого районного суда Владимирской области от 17 сентября 2020 г. отменить,принять по делу новое решение.
Исковые требования Нурмагомедова А. С. к индивидуальному предпринимателю Силантьеву В. А. удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между Нурмагомедовым А. С. и индивидуальным предпринимателем Силантьевым В. А. с 15 октября 2018 г. по 3 февраля 2021 г.
Обязать индивидуального предпринимателя Силантьева В. А. внести в трудовую книжку Нурмагомедова А. С. записи: о приеме на работу 15 октября 2018 г. водителем-экспедитором; о переводе с 1 сентября 2019 г. на должность грузчика; об увольнении 3 февраля 2021 г. по собственному желанию.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Силантьева В. А. в пользу Нурмагомедова А. С. задолженность по заработной плате за период с января 2020 г. по 3 февраля 201 г. в сумме 148 685 руб., проценты за нарушение срока выплаты заработной платы за период с января 2020 г. по 3 февраля 2021 г. в сумме 7688,25 руб.,
Взыскать с индивидуального предпринимателя Силантьева В. А. в пользу Нурмагомедова А. С. компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
В остальной части исковых требований Нурмагомедову А. С. отказать.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Силантьева В. А. в доход местного бюджета государственную пошлину 4627 руб.
Председательствующий А.Е. Бочкарёв
Судьи И.В. Сергеева, Н.Л. Швецова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
