Дата принятия: 14 января 2020г.
Номер документа: 33-4421/2019, 33-50/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 января 2020 года Дело N 33-50/2020
14 января 2020 г. судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Елагиной Т.В.,
судей Жуковой Е.Г., Земцовой М.В.
с участием прокурора Бычковой Н.Н.
при помощнике Тюриной А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Перевощиковой Н.А. к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Клиническая больница N5" о взыскании расходов и компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника,
по апелляционной жалобе Перевощиковой Н.А. на решение Первомайского районного суда г. Пензы от 7 октября 2019 г., которым постановлено:
Иск Перевощиковой Н.А. к ГБУЗ "Клиническая больница N5" о взыскании расходов и компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека, удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ "Клиническая больница N5" (ИНН N, ОГРН N дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ, юридический адрес: <адрес>, фактический адрес: <адрес>) в пользу Перевощиковой Н.А., ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцати тысяч) рублей.
В остальной части иск оставить без удовлетворения.
Взыскать с ГБУЗ "Клиническая больница N5" (ИНН N, ОГРН N дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ, юридический адрес: <адрес>, фактический адрес: <адрес>) госпошлину в местный бюджет в размере 300 (трехсот) рублей.
Заслушав доклад судьи Жуковой Е.Г., судебная коллегия
установила:
Перевощикова Н.А. обратилась в суд с иском к ГБУЗ "Клиническая больница N5" о взыскании расходов и компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека, указав, что ее отец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, проживал в <адрес>. В 2013 г. она приехала к нему для проживания с ним и оказания помощи в силу его преклонного возраста, так как он остался один. До 31 мая 2018 г. отец не жаловался на боли в желудке. 31 мая 2018 г. она (истец) увидела, что в ведре, в которое отец сплевывал излишнюю слюну, находится вязкая жидкость черного цвета. Отец сказал, что у него была рвота. Она (истец) позвонила участковому врачу Иссинской районной больницы Пензенской области, которая посоветовала вызвать бригаду скорой медицинской помощи. Бригада приехала быстро и отец был доставлен в городскую больницу N5, с направительным диагнозом "<данные изъяты>". В приемном отделении отцу сделали ФГС, рентген и взяли анализы. Врач-хирург в приемном отделении озвучила диагноз: <данные изъяты>. Отец был госпитализирован в отделение реанимации. 01 июня 2018 г. позвонив в отделение реанимации, сказали, что состояние отца стабильно тяжелое, находится в сознании, потерял много крови, уровень гемоглобина низкий, а также сказали приехать 04 июня 2018 г., так как отца переводят в палату хирургического отделения. 04 июня 2018 г. она (истец) приехала в больницу, отца перевели в хирургическое отделение. Он стал жаловаться на боли в правой ноге. Она посмотрела на его правую ногу. Нога была перебинтована. Пришел лечащий врач Колесников Т.В., спросил, что с ногой у отца. Отец ответил, что врачи что-то долго делали с ногой, ему было очень больно. Она (истец) посмотрела на ногу, бинт был пропитан кровью. Когда пришел врач, она (истец) попросила сделать перевязку. Перевязку не сделали, отец стал кричать от боли. Медсестра сделала укол "кеторола", но он не оказал никакого действия. Утром 05 июня 2018 г. пришла медсестра и сделала отцу перевязку. Когда она сняла бинт, то она (истец) увидела глубокую рану шириной 6 см, тянувшуюся до большого пальца ноги, кости были оголены. Медсестра обработала рану и ушла. В течение дня лечащий врач не приходил. Когда отца доставили в больницу, на пальце его правой ноги была небольшая трещина, ноготь на пальце у основания синего цвета. 06 июня 2018 г. пришел врач и сказал, что назначена консультация сосудистого хирурга. Когда врач открыл рану, то сообщил, что нужно срочно ампутировать ногу. Дав согласие на ампутацию, она (истец) уточнила, как можно назначать операцию, если у отца плохие анализы. Хирург сказал, что это остаточные явления после первой операции. 07 июня 2018 г. в палату пришел лечащий врач и врач-реаниматолог ФИО2, которая сообщила, что будет применена спинальная анестезия. Она (истец) спросила, почему будут проводить операцию, если язва еще не зажила. Врач сказал, что это остаточные явления. После этого она (истец) лечащего врача больше не видела, во время врачебного обхода больных, он также не присутствовал. В 12 час. отца забрали на операцию, через час привезли без ноги. Пока длилась операция, никто не сменил простыни в палате, они были пропитаны кровью и выделениями черного цвета. Отец дышал, был в сознании. По истечении 3-4 часов врач так и не пришел. Она (истец) подошла к медсестрам, они позвали дежурного врача. Тот вызвал врача с реанимации, который измерил пульс и давление. Затем отец стал просыпаться, трястись и захлебываться. Отца перевели в реанимацию. Утром 08 июня 2018 г. она (истец) поднялась в отделение реанимации, где врач сообщил, что отец находится в сознании, состояние стабильно тяжелое. В 14 час. она (истец) уехала в р.п.Иссу, в палате оставалась ее родная сестра. В восьмом часу вечера, ей (истцу) позвонила сестра и сообщила, что отец умер. По факту некачественного оказания медицинской помощи, повлекшей смерть лица, она обращалась в Министерство здравоохранения РФ, Федеральную службу по надзору в сфере здравоохранения Пензенской области, Управление организации государственного контроля качества оказания медицинской помощи населению Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения. В марте 2019 г. она (истец) обращалась в Следственный отдел по Первомайскому району г.Пензы Следственного Управления Следственного комитета РФ по Пензенской области с заявлением о ненадлежащем оказании медицинской помощи врачами КБ N5 г.Пензы ФИО1, повлекшей его смерть, о возбуждении уголовного дела. По факту поступившего заявления была проведена проверка. Считает, что ее отцу ФИО1 была оказана некачественная медицинская помощь, повлекшая неблагоприятный исход (смерть), что привело к сильнейшему психологическому стрессу и переживаниям из-за невосполнимой потери близкого человека, необходимостью социальной адаптации в новых жизненных обстоятельствах. Вследствие этого она (истец) понесла большие расходы на погребение, ритуальные услуги, приобретение продуктов питания для поминальных обедов, а также транспортные расходы. Размер компенсации морального вреда оценивает в 1000 000 рублей. Понесенные расходы на оплату ритуальных услуг в размере 21160 рублей, расходы на поминальный обед, арендную плату составили 66 000 рублей, расходы на приобретение продуктов для поминального обеда 3556 руб.,11767 руб., транспортные расходы 276 руб., всего на сумму 102 759 руб. Также ей (истцу) были причинены убытки в форме расходов на оплату юридических услуг для защиты прав в размере 20 000 рублей. Просила взыскать с ответчика ГБУЗ "Клиническая больница N5" в ее пользу убытки в размере 102 759 руб., компенсацию морального вреда в размере 1000 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 20 000 рублей.
Определением Первомайского районного суда г.Пензы от 27 августа 2019 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения Пензенской области, Территориальный орган Росздравнадзора по Пензенской области.
Определением Первомайского районного суда г.Пензы от 13 сентября 2019 г., вынесенным в протокольной форме, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Колесников Т.В.
По результатам рассмотрения спора Первомайским районным судом вынесено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе Перевощикова Н.А. просила решение суда изменить, принять по делу новое решение. Полагает, что судом была дана неверная оценка имевшим место обстоятельствам, в частности установленному факту оказания недолжным образом медицинской помощи, включающей в себя уход, наблюдения и лечение ФИО1, наступившим последствиям в виде смерти ФИО1 Даже при отсутствии установленной прямой причинной связи между фактом оказания некачественной медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти, факт оказания ответчиком некачественной медицинской помощи мог повлиять на результаты лечения, и при должном оказании медицинской помощи, избежать наступивших последствий. Суд первой инстанции не установил, могли ли наступить иные последствия для ФИО1 при проведении должного лечения, мог ли он избежать смерти при своевременном точном диагностированном лечении, оказании медицинской помощи без выявленных нарушений.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ГБУЗ "Клиническая больница N5" по доверенности Гришина И.А. просила решение суда оставить без изменения.
Истец Перевощикова Н.А., третье лицо Колесников Т.В., представители третьих лиц Министерства здравоохранения Пензенской области и Территориального органа Росздравнадзора по Пензенской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия определилао рассмотрении дела в их отсутствие.
Проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 31 мая 2018 г. ФИО1 был доставлен бригадой скорой медицинской помощью в ГБУЗ "Клиническая больница N5" с желудочно-кишечным кровотечением, что подтверждается сопроводительным листом станции (отделения) скорой медицинской помощи N, находящимся в медицинской карте стационарного больного N ФИО1
В приемном отделении был выставлен диагноз: <данные изъяты>. Сопутствующее заболевание: <данные изъяты>. ФИО1 был помещен в отделение реанимации.
04 июня 2018 г. ФИО1 был переведен в отделение хирургии.
05 июня 2018 г. при осмотре лечащим врачом Колесниковым Т.В. установлено, что у ФИО1 имеется некроз 1 пальца правой стопы, некротические изменения голени.
06 июня 2018 г. лечащий врач Колесников Т.В. был проконсультирован по телефону сосудистым хирургом ФИО3, рекомендована ампутация правой нижней конечности на уровне верхней трети бедра.
07 июня 2018 г. проведена операция - ампутация правой нижней конечности на уровне верхней трети бедра.
08 июня 2018 г. ФИО1 умер.
Протоколом патологоанатомического вскрытия N от 09 июня 2018 г. установлен патологоанатомический диагноз: основное заболевание: <данные изъяты>; <данные изъяты>; осложнение основного заболевания: <данные изъяты>, операция ампутация правой нижней конечности на уровне в/3 бедра; <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>; сопутствующие заболевания: <данные изъяты>: <данные изъяты>; <данные изъяты>; <данные изъяты>; <данные изъяты>; <данные изъяты>. Причина смерти: <данные изъяты>; <данные изъяты>. Клинико-патолого-анатомический эпикриз: смерть ФИО1 наступила от <данные изъяты>, по поводу чего была проведена операция, осложнившейся развитием <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, явившимся непосредственной причиной смерти.
Обращаясь с иском истец Перевощикова Н.А. указала, что ФИО1 была оказана некачественная медицинская помощь, приведшая к смерти ее отца.
Разрешая исковые требования, определяя размер компенсации морального вреда истца в 15000 руб., отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков, связанных с ритуальными услугами и поминальными обедами, районный суд, руководствуясь положениями ст.ст. 150, 151, 1064, 1068, 1099, 1101 ГК РФ, ст.ст. 2, 4, 37, 64, 98 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", на основании представленных доказательств, в том числе показаний свидетелей, письменных доказательств, исходил из того, что анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что ГБУЗ "Клиническая больница N5" были допущены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1, однако между установленным дефектом оказания медицинской помощи медицинскими работниками ГБУЗ "Клиническая больница N5" и неблагоприятным исходом заболевания ФИО1 (смертью) отсутствует причинно-следственная связь.
Доводы апелляционной жалобы о том, что даже при отсутствии установленной прямой причинной связи между фактом оказания некачественной медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти, факт оказания ответчиком некачественной медицинской помощи мог повлиять на результаты лечения, и при должном оказании медицинской помощи, избежать наступивших последствий, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, обоснованно отклонены, поскольку не нашли своего подтверждения представленными в материалы дела доказательствами.
По результатам проведенной внеплановой документарной проверки Минздрава Пензенской области N от 10 октября 2018 г. установлено, что при оказании специализированной медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ "КБ N" допущены нарушения, изложенные в Акте.
При проведении ведомственного контроля ГБУЗ "КБ N5" комиссией Министерства выявлены дефекты при ведении и оформлении медицинской документации пациента.
Согласно выводам заключения экспертов N от 15 апреля. 04.2019, проведенной на основании постановления зам.руководителя СО по Первомайскому району г. Пензы СУ СК РФ по Пензенской области экспертная комиссия установила недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи на этапе оказания специализированной медицинской помощи ФИО1 в условиях ГБУЗ "КБ N5" в плане лечения:
- пациенту при высоком риске рецидива кровотечения (F IIа) не проведено болюсное введение ингибиторов протонной помпы с последующей непрерывной инфузией на протяжении не менее 72 часов от момента выполнения эндоскопического гемостаза; с учетом отсутствия рецидива кровотечения после проведения эндоскопического гемостаза данное нарушение не повлияло на развитие заболевания пациента, таким образом, в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не состоит;
- при установлении заболевания "<данные изъяты>" 31 мая 2018 г. (при поступлении) антибактериальная терапия 02 июня, 03 июня, 04 июня, 05 июня, 06 июня 2018 г. не проводилась; с учетом этиологии <данные изъяты> данное нарушение не повлияло на развитие заболевания пациента, таким образом, в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не состоит;
- в плане диагностики: при установлении заболевания <данные изъяты>" 31 мая 2018 г. (при поступлении) не была организована и проведена консультация врача-сосудистого хирурга, не был организован консилиум врачей-специалистов с целью выбора метода лечения; с учетом наличия у пациента заболевания <данные изъяты>" данные нарушения не повлияли на развитие заболевания пациента, таким образом, в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не состоят;
- в плане оформления медицинской документации: в медицинской карте N стационарного больного ГБУЗ "Клиническая больница N5" на имя ФИО1, имеются множественные несоответствия между посмертным эпикризом и дневниковыми записями, в протоколах эндоскопического исследования не указано время проведения исследования, при установленном диагнозе <данные изъяты> в большинстве дневниковых записей отсутствует детальное описание локального статуса правой нижней конечности; указанные нарушения в плане ведения медицинской документации в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не состоят.
Экспертная комиссия установила, что медицинская помощь, включающая в себя уход, наблюдение и лечение, ФИО1, на этапе оказания специализированной медицинской помощи в условиях ГБУЗ "КБ N5" оказана не в полном объеме, соответственно недолжным образом.
Основным в исходе заболевания ФИО1 явились характер и тяжесть имеющихся у него заболеваний: развитие гангрены правой голени и стопы на фоне постгеморрагической анемии, обусловленной состоявшимся кровотечением из язвы двенадцатиперстной кишки на фоне тяжелой соматической патологии пациента.
С учетом возраста пациента и наличия сопутствующих заболеваний прогноз заболевания "гангрена правой голени и стопы" на фоне постгеморрагической анемии, обусловленной состоявшимися кровотечениями из язвы двенадцатиперстной кики является неблагоприятным.
По мнению экспертной комиссии, операция по ампутации правой нижней конечности выполнена своевременно (на восьмые сутки от момента остановки кровотечения из язвы двенадцатиперстной кишки, появления четких признаков некроза стопы) по жизненным показаниям со стороны пациента.
Постановлением зам.руководителя следственного отдела по Первомайскому району г.Пензы следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области от 11 марта 2019 года было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях медицинских работников ГБУЗ "Клиническая больница N5".
При указанных обстоятельствах судебная коллегия полагает, что ответчиком представлены доказательства отсутствия вины его работников в смерти ФИО1 Доказательств, опровергающих данные доказательства, материалы дела не содержат.
При указанных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не опровергают правильности выводов суда, оснований для отмены решения суда, удовлетворения исковых требований истца в полном объеме, увеличения размера компенсации морального вреда, по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Первомайского районного суда г. Пензы от 7 октября 2019 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Перевощиковой Н.А. без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
