Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 февраля 2022 года Дело N 33-431/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Орловой Т.А.судей Аносовой Е.А., Ягубкиной О.В.при секретаре Чернышове М.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании 16 февраля 2022 года апелляционную жалобу Степанова С. П. на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 9 февраля 2021 года по гражданскому делу N 2-927/2021 по иску Степанова С. П. к обществу с ограниченной ответственностью "Вейнер Пластик" о взыскании денежных средств.

Заслушав доклад судьи Орловой Т.А., выслушав объяснения истца Степанова С.П., представителя ответчика - Ключева А.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Степанов С.П. обратился в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Вейнер Пластик" (далее - ООО "Вейнер Пластик"), в котором, уточнив свои требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика 3 145 992 рубля, в том числе в счет задолженности за неоплаченное рабочее время (за период с <дата> по <дата>) 1 333 586 рублей 29 копеек, в счет процентов, установленных статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации (за период с <дата> по <дата>) 1 060 319 рублей 46 копеек, в счет инфляции (за период с <дата> по <дата>) - 696 117 рублей 38 копеек, в счет компенсации за неиспользованные отпуска - 55 968 рублей 87 копеек, также просил взыскать компенсацию морального вреда - 300 000 рублей.

При этом произвел расчет основного долга за период с 2007 года по 2019 год в размере 1 333 586 рублей 29 копеек, суммы долга с учетом инфляции - 2 029 703 рубля 67 копеек, суммы процентов по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации - 1 060 319 рублей 46 копеек, а всего 3 090 023 рубля 13 копеек; с учетом суммы компенсации за неиспользованные отпуска в размере 55 968 рублей 87 копеек - 3 145 992 рубля.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с <дата> состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности начальника службы персонала и безопасности, приказом от <дата> переведен на должность заместителя генерального директора по безопасности, <дата> трудовой договор расторгнут в связи с сокращением штата работников организации. При этом <дата> ему была впервые установлена 2 группа инвалидности на срок до <дата>, о чем <дата> он представил в Общество выписку из акта освидетельствования. <дата> ему повторно установлена 2 группа инвалидности на срок до <дата>, справку он в тот же день, <дата>, представил в общество. <дата> ему вновь повторно была установлена 2 группа инвалидности на срок до <дата>, выписку из акта освидетельствования он представил в Общество <дата>. <дата> ему вновь повторно была установлена 2 группа инвалидности бессрочно, о чем он представил в Общество справку <дата>.

Ссылаясь на положения статьи 23 Федерального закона от <дата> N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", которыми для инвалидов 1 и 2 групп устанавливается продолжительность рабочего времени не более 35 часов в неделю с сохранением полной оплаты труда и ежегодный отпуск не менее 30 календарных дней, указал, что заработная плата с <дата> ему выплачивалась из расчета продолжительности рабочего времени 35 часов в неделю, хотя продолжительность рабочего времени после указанной даты работодателем не изменялась и продолжала составлять 40 часов в неделю, в связи с чем полагал, что работодатель еженедельно не оплачивал ему 5 часов, превышающих продолжительность рабочего времени в неделю для инвалидов 2 группы, то есть за период с <дата> по <дата> работодатель не оплатил ему, как инвалиду 2 группы, 2 539 часов, превышающих продолжительность рабочего времени в неделю для инвалидов 2 группы, в связи с чем произвел расчет основного долга за период с 2007 года по 2019 год в размере 1 271 035 рублей 80 копеек, суммы долга с учетом инфляции - 1 958 503 рубля 73 копейки, суммы процентов по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации - 1 067 200 рублей 15 копеек, а всего 3 025 703 рубля 88 копеек. (т.1 л.д.3, 137).

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> с ООО "Вейнер Пластик" в пользу Степанова С.П. взысканы в счет задолженности по оплате труда за период с <дата> по <дата> - 4 341 руб. 09 коп., в счет процентов за нарушение срока выплаты за период с <дата> по <дата> - 2 руб. 24 коп., в счет компенсации морального вреда - 1 000 руб. 00 коп.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

С ООО "Вейнер Пластик" взыскана государственная пошлина в доход государства в размере 700 руб. 00 коп.

Не согласившись с постановленным решением, истец подал апелляционную жалобу, по доводам которой просит решение суда отменить как незаконное, принять по делу новое решение.

В судебном заседании истец Степанов С.П. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

В силу статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - это время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Согласно статье 92 Трудового кодекса Российской Федерации сокращенная продолжительность рабочего времени устанавливается, в том числе, для работников, являющихся инвалидами I или II группы, - не более 35 часов в неделю.

При этом продолжительность рабочего времени конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда.

На основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора, а также письменного согласия работника, оформленного путем заключения отдельного соглашения к трудовому договору, продолжительность рабочего времени, указанная в абз.5 ч.1 настоящей статьи, может быть увеличена, но не более чем до 40 часов в неделю с выплатой работнику отдельно устанавливаемой денежной компенсации в порядке, размерах и на условиях, которые установлены отраслевыми (межотраслевыми) соглашениями, коллективными договорами.

Продолжительность ежедневной работы (смены) не может превышать, для инвалидов - в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (статья 94 Трудового кодекса Российской Федерации).

Привлечение к сверхурочной работе инвалидов допускается только с их письменного согласия и при условии, если это не запрещено им по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год. Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника (статья 99 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан создавать для инвалидов условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации (статья 224 Трудового кодекса Российской Федерации).

Дополнительные гарантии для инвалидов установлены Федеральным законом от <дата> N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", в силу статьи 23 которого инвалидам, занятым в организациях независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, создаются необходимые условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида.

Не допускается установление в коллективных или индивидуальных трудовых договорах условий труда инвалидов (оплата труда, режим рабочего времени и времени отдыха, продолжительность ежегодного и дополнительного оплачиваемых отпусков и другие), ухудшающих положение инвалидов по сравнению с другими работниками.

Для инвалидов I и II групп устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 35 часов в неделю с сохранением полной оплаты труда.

Привлечение инвалидов к сверхурочным работам, работе в выходные дни и ночное время допускается только с их согласия и при условии, если такие работы не запрещены им по состоянию здоровья.

Инвалидам предоставляется ежегодный отпуск не менее 30 календарных дней.

Согласно статье152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что <дата> Степанов С.П. принят на работу в ООО "Вейнер Пластик" на должность начальника службы персонала и безопасности с окла<адрес> 000 рублей (т.1 л.д.7, т.2 л.д.75-87, 186-205).

В соответствии с должностной инструкцией начальника службы персонала и безопасности (т.2 л.д.174-178), с которой истец ознакомлен <дата> (т.2 л.д.178), разделом III на него были возложены, в том числе, следующие должностные обязанности: контроль соблюдения норм трудового законодательства в работе с персоналом (п.5); консультирование вышестоящего руководства, а также руководителей подразделений по всем вопросам, связанным с персоналом (п.6); осуществление приема, перевода и увольнения работников в соответствии с трудовым законодательством, приказами генерального директора (п.11); формирование и ведение личных дел работников предприятия, внесение изменений, связанных с трудовой деятельностью (п.14). При этом разделом V предусмотрена его ответственность, в том числе, за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных настоящей инструкцией (п.1); неправильное оформление документов (п.2).

Приказом от <дата> Степанов С.П. переведен на должность заместителя генерального директора по безопасности с окла<адрес> 000 рублей (т.1 л.д.8, т.2 л.д.88-90).

<дата> работодателем издан приказ N...-дт о применении к Степанову С.П. дисциплинарного взыскания в виде выговора в связи с выявлением <дата> факта ненадлежащего исполнения им своих трудовых обязанностей в период с <дата> по <дата> (нарушение п.2.2.2 Трудового договора N... от <дата>, пунктов 5, 11 Должностной инструкции начальника Службы безопасности N... от <дата>), а именно: занимая должность начальника службы персонала и безопасности, являясь ответственным за соблюдение норм трудового законодательства на основании должностной инструкции, не оформил изменения к трудовому договору с работником на основании справки об инвалидности (т.2 л.д.71).

<дата> Степанов С.П. подал на имя работодателя заявление, в котором просил отменить приказ от <дата> N...-дт, ссылаясь исключительно на истечение срока привлечения к дисциплинарной ответственности, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, не оспаривая сам факт ненадлежащего выполнения своих должностных обязанностей в указанной части (т.2 л.д.74).

Приказом от <дата> трудовой договор с истцом расторгнут в связи с сокращением численности или штата работников организации по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса российской Федерации (т.1 л.д.9).

При этом судом установлено, что <дата> Степанову С.П. впервые установлена инвалидность 2 группы (в связи с заболеванием, полученным в период военной службы), на срок до <дата>, о чем <дата> выдана выписка (т.1 л.д.13).

<дата> Степанову С.П. повторно установлена инвалидность 2 группы (в связи с заболеванием, полученным в период военной службы), на срок до <дата>, о чем <дата> выдана справка (т.1 л.д.12).

<дата> Степанову С.П. повторно установлена инвалидность 2 группы (в связи с заболеванием, полученным в период военной службы), на срок до <дата>, о чем <дата> выдана выписка (т.1 л.д.11).

<дата> Степанову С.П. повторно установлена инвалидность 2 группы (в связи с заболеванием, полученным в период военной службы), бессрочно, о чем <дата> выдана справка (т.1 л.д.10).

Однако, согласно представленной истцом копии личной карточки работника (т.1 л.д.16-27), датированной <дата>, в которой указано, что она заполнена лично Степановым С.П. как работником кадровой службы (т.1 л.д.18, 22), сведения о наличии у него инвалидности им лично, как сотрудником кадровой службы, в указанной карточке не отражены.

При этом доводы истца о том, что он вносил необходимые сведения в 2007-2010 годах в базу данных, однако информация могла быть удалена работодателем из базы после его увольнения, судом первой инстанции отклонены, поскольку объективно ничем не подтверждены, в том числе, опровергаются представленной им лично в материалы дела копией личной карточки (т.1 л.д.16-27), распечатанной им из базы данных работодателя явно до прекращения трудовых отношений, в марте 2019 года, за своей фамилией, в которой такие сведения также отсутствуют.

Аналогичным образом соответствующие сведения о наличии у Степанова С.П. инвалидности, а также права на дополнительный отпуск отсутствуют в заполненной рукописным способом личной карточке на его имя, ведение которой начато <дата> (т.2 л.д.156-159), подлежащей ведению лично истцом в период непосредственного исполнения Степановым С.П. обязанностей руководителя кадровой службы (до <дата>).

Учитывая, что указанная (рукописная) личная карточка заполнялась лично истцом, как руководителем кадровой службы с <дата>, подписана лично Степановым С.П., при этом в ней отсутствуют какие-либо упоминания об инвалидности, суд пришел к выводу о том, что работодатель как юридическое лицо, ни в лице генерального директора, ни в лице руководителя отдела кадров после <дата>, не мог быть извещен об этих обстоятельствах.

Доводы истца о том, что в 2012 году он фактически передал всю кадровую работу другому сотруднику, судом первой инстанции не приняты во внимание, поскольку правового значения не имеют, так как, занимая должность руководителя кадровой службы ответчика до <дата>, именно истец, в силу должностных обязанностей продолжал нести ответственность за кадровое делопроизводство, регулирование режима рабочего времени сотрудников, однако сам не предоставил работодателю дополнительное соглашение.

Оценивая доводы истца о том, что он неоднократно в личных беседах с различными генеральными директорами Общества уведомлял их устно о наличии у него инвалидности и просил установить ему сокращенный рабочий день, а также непосредственно в день получения, представлял работодателю справки об инвалидности, суд указал на то, что данные утверждения объективно ничем не подтверждены.

При этом суд принял во внимание, что, будучи руководителем кадровой службы ответчика, истец не являлся рядовым сотрудником организации и бесспорно знал, в каком порядке подлежат оформлению документы, связанные с работой, в том числе, дополнительные соглашения к трудовому договору, которые неоднократно заключались им по различным вопросам, однако своими правами осознанно не воспользовался, фактически скрыв от работодателя документы, свидетельствующие о наличии у него права на дополнительные гарантии, самостоятельно и осознанно не подготовив дополнительное соглашение к трудовому договору и не представив его ни одному из генеральных директоров.

Судом указано на то, что сам истец в ходе рассмотрения дела пояснял, что в период трудовых отношений с ответчиком не совершал действий, направленных на реализацию своих трудовых прав путем заключения дополнительного соглашения к трудовому договору либо обращения в ГИТ, прокуратуру или суд, полагая, что в ином случае он мог бы остаться без работы.

При этом, суд отметил, что предположение истца о возможном последующем нарушении иных его трудовых прав не может служить основанием для возложения на работодателя материальной ответственности за умышленные действия работника, осознанно не реализовавшего свое право на сокращенную продолжительность рабочего времени, не уведомив работодателя об установлении ему инвалидности 2 группы.

С учетом изложенного выше, доводы представителя истца о том, что истец готовил и предъявлял руководителям дополнительные соглашения до декабря 2013 года, а с января 2014 года - сотруднику отдела кадров, отклонены судом первой инстанции, поскольку они опровергаются объяснениями самого истца, объективно ничем не подтверждены. При этом ни в ГИТ, ни в прокуратуру, ни в суд, либо в иные уполномоченные органы, истец до 2019 года не обращался.

Судом также принято во внимание, что в случае получения работодателем подтвержденной документально информации о наличии у работника инвалидности, обязанностью работодателя является установление для такого работника сокращенной рабочей недели, в связи с чем в случае такого уведомления и последующего заключения дополнительного соглашения истец утратил бы право на дополнительный отпуск, продолжительностью 3 календарных дня в год, предоставляемый в связи с ненормированным режимом рабочего времени, поскольку ему как инвалиду не мог быть установлен ненормированный режим рабочего времени, а подлежал установлению сокращенный режим рабочего времени и дополнительный отпуск продолжительностью 2 календарных дня в год.

Таким образом, доводы истца об отказе работодателем в заключении с ним дополнительного соглашения по причине тяжелого материального положения организации, отклонены судом первой инстанции как надуманные, поскольку в случае заключения такого дополнительного соглашения размер заработной платы работника не подлежал изменению, так как лишь сокращалась бы продолжительность рабочего времени, а также количество календарных дней дополнительного отпуска.

Судом установлено, что в связи с поступлением уведомления из ГИТ в городе Санкт-Петербурге представители работодателя неоднократно обращались к истцу с просьбой о предоставлении подлинных документов, подтверждающих группу инвалидности, в том числе, для подтверждения дополнительных дней отпуска (т.2 л.д.166), однако в ответ истец направлял сообщения в электронном виде о том, что ранее все справки им предоставлялись (т.1 л.д.14-15). При этом подлинник справки работодателю так и не представил. Аналогичное письмо представлено в материалы дела ответчиком (т.2 л.д.165).

Доводы истца о том, что фактически работодателем ему предоставлялся дополнительный отпуск продолжительностью 5 календарных дней в год (3+2), судом отклонены, так как материалами дела не подтверждены (копии табелей учета рабочего времени - т.3 л.д.3-143; копии лицевых счетов - т.3 л.д.144, 176, 226, т.4 л.д.16, 53, 125; копии расчетных листков за 2014-2019 годы - т.3 л.д.145-146, 177-180, 227-232, т.4 л.д.17-22, 54-59, 85-90; копии приказов о предоставлении отпуска - т.4 л.д.142-174; копии графиков отпусков - т.4 л.д.175-181).

Напротив, судом отмечено, что истцом заявлены требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, продолжительностью 28 календарных дней, что соответствует 2 календарным дням дополнительного отпуска за 14 лет, соответственно, опровергает доводы истца о предоставлении ему ежегодно 2 дополнительных дней отпуска как инвалиду 2 группы.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции, дав оценку собранным и исследованным доказательствам, в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом объяснений сторон, исходил из того, что из представленных документов следует, что все отпуска за период работы (основные и дополнительные за ненормированный рабочий день) были истцу предоставлены, а за 2,06 дня произведена выплата компенсации при увольнении. Соответственно требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск продолжительностью 28 календарных дней фактически сводятся к взысканию компенсации за неиспользованный им как инвалидом дополнительный отпуск, продолжительностью 2 дня в год. При этом, суд исходил из того, что в указанной части истцом пропущен срок исковой давности, установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая также отсутствие дополнительного соглашения к трудовому договору и отсутствие соответствующих начислений.