Дата принятия: 21 января 2020г.
Номер документа: 33-4231/2019, 33-129/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 января 2020 года Дело N 33-129/2020
от 21 января 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Кребеля М.В.,
судей: Мурованной М.В., Небера Ю.А.,
при секретаре Степановой А.В.,
помощник судьи Л.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело N 2-1556/2019 по иску Грачева Евгения Евгеньевича к обществу с ограниченной ответственностью "Межениновская птицефабрика" о взыскании компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью "Межениновская птицефабрика" Завидовой Валентины Александровны на решение Томского районного суда Томской области от 11 октября 2019 года,
заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью "Межениновская птицефабрика" Завидовой В.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя истца Грачева Е.Е. Качесовой Г.А., возражавшей против апелляционной жалобы, заключение прокурора Гутова С.С., полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Грачев Е.Е. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Межениновская птицефабрика" (далее - ООО "Межениновская птицефабрика") о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 400000 руб.
В обоснование исковых требований указал, что с 04.12.2018 работал грузчиком в цехе N 10 на участке разделки птицы ООО "Межениновская птицефабрика", где 11.12.2018 на его рабочем месте по вине другого работника произошел несчастный случай на производстве - сочетанная травма <данные изъяты>, в результате которого Грачеву Е.Е. причинен вред здоровью. Заключением государственной экспертизы условий труда установлено, что условия труда на рабочем месте истца в момент несчастного случая не соответствовали нормативным требованиям охраны труда. В результате полученной производственной травмы истец проходил длительное стационарное и амбулаторное лечение. Непосредственно в момент получения травмы, так и в дальнейшем в процессе лечения он испытывал физическую боль, перенес ряд медицинских вмешательств, хирургическую операцию. Вследствие полученного трудового увечья нарушен привычный уклад жизни истца, он лишен возможности продолжать работу по ранее выбранной специальности, лишен возможности вести активный образ жизни, что причиняет ему нравственные страдания.
В судебном заседании истец Грачев Е.Е., представитель истца Качесова Г.А. исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении.
Представители ответчика ООО "Межениновская птицефабрика" Завидова В.А., Грамотеева Д.А. исковые требования признали частично, полагали, что размер компенсации морального вреда должен составлять 30 000 руб.
Дело рассмотрено в отсутствии представителя третьего лица Государственного учреждения - Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.
Обжалуемым решением на основании ст. 22, ст. 209, ст. 212, ст. 219, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 151, п. 1 ст. 1064, п. 1 ст. 1068, п. 1 ст. 1079, ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1, ч. 1 ст. 333.18, подп. 3 п. 1 ст. 333.19, ст.333.36, п. 8 ч. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. 9 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", п. 2, п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" исковые требования удовлетворены частично, с ООО "Межениновская птицефабрика" в пользу Грачева Е.Е. в счет компенсации морального вреда взыскано 150 000 руб., распределены судебные расходы.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ответчика ООО "Межениновская птицефабрика" Завидова В.А. просит решение суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда до 30000 руб.
В обоснование жалобы указывает, что сумма компенсации морального вреда определена судом в завышенном размере по причине недоказанности установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам.
Отмечает, что при установлении размера компенсации морального вреда судом необоснованно не дана оценка доводам ответчика об отсутствии прямой вины работодателя в произошедшем несчастном случае и не определена степень его вины.
Обращает вынимание на то, что работодатель обеспечил максимальный уровень безопасности работника, своевременно провел вводный и первичный инструктажи требованиям безопасности, стажировку и обучение требованиям охраны труда на рабочем месте перед началом выполнения работником трудовой функции, обеспечил работника средствами индивидуальной и коллективной защиты; нарушений требований охраны труда со стороны ответчика не имелось. Причиной несчастного случая является нарушение общих требований охраны труда другим работником (изготовителем полуфабрикатов из мяса птицы), вина которого установлена при расследовании несчастного случая и истцом признается. При проведении в отношении работодателя проверок нарушений требований охраны труда работодателем и порядка оформления несчастного случая не установлено.
Ссылается на добросовестность работодателя в части обеспечения безопасности работника и условий труда, соответствующих нормативным требованиям охраны труда на рабочем месте, а также на добросовестное поведение работодателя после случившегося несчастного случая.
Считает определённый судом размер компенсации морального вреда чрезмерно завышенным.
Полагает, что имеющиеся в настоящее время у истца болевые ощущения являются следствием врачебной ошибкой при проведении операции, в связи с чем не причинены действиями ответчика.
Ссылается на отсутствие длительного лечения истца, указывая, что Грачев Е.Е. после окончания периода временной нетрудоспособности (с 15.05.2019) в медицинские учреждения не обращался до 25.09.2019.
Считает, что доказательств причинения истцу длительных физических страданий, а также размера возникшего в результате таких страданий причиненного морально вреда в размере 150000 руб. в материалы дела не представлено.
Просит учесть позицию участвующего при рассмотрении дела прокура, полагавшего возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 110 000 руб.
Считает не соответствующим действительности вывод суда о лишении истцом возможности продолжить работу по ранее выбранной специальности, поскольку он имеет специальность бухгалтера, после увольнения трудоустроился на новое место работы, в связи с чем каких-либо ограничений в выполнении трудовой функции в выбранной специальности и занимаемой должности не имеет.
Обращает внимание на то, что истец утратил профессиональную трудоспособность на ограниченный срок (1 год), утрата профессиональной трудоспособности носит временный характер, общая трудоспособность истцом не утрачена.
Ссылаясь на судебную практику судов Российской Федерации по делам о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением травм на производстве, настаивает на том, что размер присужденной судом компенсации морального вреда чрезмерно завышен.
В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Томского района Томской области Ретунская М.С. и истец Грачев Е.Е. просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В соответствии с ч. 1 ст. 327, ч. 3, 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом и не явившихся в суд лиц.
Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам абз. 1 ч. 1 и абз. 1 ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для изменения или отмены судебного акта не нашла.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию.
Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. При этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Грачев Е.Е. в периоды с 27.11.2015 по 12.11.2018 (приказ от 27.11.2015 N 924-лс, приказ от 12.11.2018 N 2669-лс) и с 04.12.2018 по 21.06.2019 (приказ от 04.12.2018 N 2855-к, приказ от 21.06.2019 N 946-лс), состоял в трудовых отношениях с ООО "Межениновская птицефабрика", работал в должности грузчика цеха N 10 (л.д. 31-38, 66, 67, 94-96).
11.12.2018, находясь при исполнении трудовых обязанностей на участке разделки цеха N 10 в ООО "Межениновская птицефабрика", с Грачевым Е.Е. произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму /__/ в связи с нарушениями общих требований охраны труда работником ответчика Первовой М.В. и при отсутствии нарушений требований охраны труда со стороны истца.
Согласно заключению N 11 от 31.01.2019 государственной экспертизы условий труда, подготовленного Департаментом труда и занятости населения Томской области, фактические условия труда на рабочем месте Грачева В.В. не соответствовали государственным требованиям охраны труда по шуму, тяжести трудового процесса, параметрам микроклимата.
Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случай на производстве и степени их тяжести, выданного ОГАУЗ "ТОКБ" 17.12.2018 следует, что пострадавший Грачев Е.Е., грузчик, поступил в ОГАУЗ "ТОКБ", приемное отделение, 11.12.2018 в 10 час. 55 мин., поставлен диагноз: /__/. /__/ Согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных на производстве указанное повреждение относится к категории легкая (л.д. 68-70).
В выписке из Акта N 698.3.7/2019 освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы к справке МСЭ-2009 N 0072163 указано, что Грачеву Е.Е. в связи с несчастным случаем на производстве от 11.12.2018 установлен срок степени утраты профессиональной трудоспособности с 08.05.2019 по 01.06.2020, степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах составляет /__/ (л.д. 59-60).
Разрешая спор, суд первой инстанции с учетом норм Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда и положений Трудового кодекса Российской Федерации об охране труда исходил из того, что несчастный случай с Грачевым Е.Е. произошел при выполнении трудовых обязанностей на производстве ООО "Межениновская птицефабрика" по вине работника Первовой М.В., нарушившего требования охраны труда, ответственность за действия которого несет работодатель, в связи с чем пришел к выводу о том, что ООО "Межениновская птицефабрика" как работодатель Грачева Е.Е. должно выплатить истцу компенсацию морального вреда.
Судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции.
Доказательств, опровергающих выводы суда в указанной части, в материалы дела не представлено.
Доводы апелляционной жалобы об отсутствии прямой вины работодателя в произошедшем несчастном случае, в результате которого истцу причинен вред здоровью, а также о добросовестном поведении работодателя до и после несчастного случая и об отсутствии нарушений со стороны работодателя, не свидетельствуют о незаконности судебного решения.
Как установлено судом и подтверждается Актом о несчастном случае N 4 от 20.12.2018 формы Н-1, причиной несчастного случая, произошедшего 11.12.2018 на рабочем месте истца, явилось нарушение общих требований охраны труда изготовителем полуфабрикатов из мяса птицы работника ООО "Межениновская птицефабрика" Первовой М.В., что ответчиком при рассмотрении дела не оспаривалось.
Пунктом 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых обязанностей на основании заключенного трудового договора.
По смыслу норм гражданского законодательства (ст. 1068, 1073 - 1076 Гражданского кодекса Российской Федерации) предусмотрены случаи возложения обязанности по возмещению вреда на лицо, не являющееся его причинителем (ст. 1068, 1073 - 1076 Гражданского кодекса Российской Федерации). В таких ситуациях требование о возмещении ущерба, причиненного действиями иных лиц, обусловливается тем, что привлекаемые к гражданско-правовой ответственности граждане (юридические лица) и лица, являющиеся непосредственными причинителями вреда, находятся в устойчивых правоотношениях, например трудовых, служебных либо семейных. В силу своей юридической природы эти правоотношения предполагают установление той или иной степени ответственности одних субъектов (работодателей, родителей, опекунов) за действия других (работников, несовершеннолетних, недееспособных).
Аналогичная правовая позиция изложена в постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.02.2013 N 4-П.
Отсутствие каких-либо нарушений со стороны юридического лица (работодателя) само по себе не является основанием для освобождения его от ответственности за действия его работников при исполнении ими трудовых обязанностей.
Разрешая спор, оценив все доказательства по делу в их совокупности, дав им в соответствии с нормами ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащую оценку, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ООО "Межениновская птицефабрика" в пользу Грачева Е.Е. компенсации морального вреда.
Удовлетворяя исковые требования о компенсации морального вреда, суд верно исходил из того, что вследствие полученной на производстве травмы Грачевым Е.Е. перенесены продолжительные физические и нравственные страдания.
Определяя размер подлежащей взысканию с ООО "Межениновская птицефабрика" в пользу Грачева Е.Е. компенсации морального вреда, суд первой инстанции, с учетом установленного факта несчастного случая на производстве, его причин, оценивая тяжесть травмы и степень физических и нравственных страданий, процент утраты профессиональной трудоспособности, длительность лечения, последствия полученной травмы, подтвержденных в судебном заседании, в том числе показаниями свидетеля Г., возраст истца, неустранимый характер последствий полученной травмы в виде /__/, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 150000 руб.
Доводы апеллянта о том, что компенсация морального вреда в указанном размере является чрезмерно завышенной, несправедливой, и определена судом по причине недоказанности установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, судебная коллегия считает не состоятельными, учитывая следующего.
В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством.
Пунктом 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абз. 2 п. 1 названного постановления).
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 названного постановления).
Исследованными судом доказательствами подтверждено причинение Грачеву Е.Е. морального вреда в связи с получением травмы на производстве, от которой пострадавший испытал физическую боль и нравственные страдания.
В судебном заседании Грачев Е.Е. суду пояснял, что травмой ему причинены сильные болезненные ощущения, /__/. Продолжительное время он находился на стационарном и амбулаторном лечении (5 месяцев), до настоящего времени любое прикосновение к месту, /__/, он не может в полном объеме обслуживать себя, помогать семье, выполнять хозяйственные дела по дому, ограничен в занятиях спортом, лишен возможности трудиться на прежнем месте работы.
О причинении истцу физических и нравственных страданий следует также из показаний Г. (супруги истца), согласно которым Грачев Е.Е. не может поднимать тяжелые вещи /__/, ограничен в играх с сыном и занятии спортом, до настоящего времени проходит лечение, ему предстоит еще одна операция /__/.
Согласно справке врача-хирурга ОГАУЗ "Больница N 2" от 25.09.2019 при осмотре установлено, что у Грачева В.В/__/. Грачеву Е.Е. назначено медикаментозное лечение 2 курса в год. На каждый курс расписано по 46 инъекций и 100 таблеток (л.д. 30).
То обстоятельство, что в связи с полученной травмой истцу причинен моральный вред, является очевидным, поэтому факт причинения морального вреда Грачеву Е.Е. при указанных обстоятельствах, сомнений не вызывает.
Размер же компенсации морального вреда определяется исключительно судом в каждом конкретном случае исходя всех фактических обстоятельства дел, учитывая требования разумности и справедливости.
Доводы жалобы о чрезмерном завышении размера компенсации морального вреда по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств.
Вместе с тем оснований для иной оценки указанных обстоятельств, судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду, который в каждом конкретном случае должен определить размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит последнему в той или иной степени пренебречь понесенной утратой. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение отвечает приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.
Свои выводы в обоснование принятого решения в данной части суд подробно мотивировал со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы материального права. При этом судом дана оценка всем представленным доказательствам с учетом требований закона об их относимости, допустимости, достоверности (ст. 59, 60, ч. 3 ст. 67 ГПК РФ), результаты которой в решении отражены.
Ссылки в жалобе на судебную практику по схожим делам о компенсации морального вреда работнику за причинение легкого вреда здоровью при произошедшем несчастном случае на производстве, подлежат отклонению, поскольку судебные постановления, вынесенные по иным делам, не относящимся к рассматриваемому, преюдициального значения для суда по настоящему спору не имеют.
Вопреки доводам апеллянта, при определении размера компенсации морального вреда суд не связан мнением прокурора, дающего заключение по делу.
Доводы жалобы о том, что болевые ощущения остались у истца в связи с врачебной ошибкой при проведении операции, а не причинены действиями ответчика, являются несостоятельными, поскольку материалами дела достоверно подтверждается получение Грачевым Е.Е. производственной травмы, в результате которой он испытал физическую боль и нравственные страдания, проходил длительное стационарное и амбулаторное лечение, перенес хирургические вмешательства, последствия травмы в полной мере не устранимы (/__/).
Вопреки доводам апеллянта, факт длительности лечения истца (5 месяцев) в связи с получением травмы при исполнении им трудовых обязанностей был установлен в судебном заседании, доказательств обратного ответчиком не представлено.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы о необоснованности выводов суда в части лишения возможности истца продолжить работу по ранее выбранной специальности, а также об отсутствии у него каких-либо ограничений в выполнении трудовой функции.
Так, судом установлено, а ответчиком не опровергнуто, что Грачев Е.Е. лишен возможности трудиться на прежнем месте работы в должности грузчика, поскольку его /__/ ограничена в физической нагрузке, нарушена функция /__/, степень утраты профессиональной трудоспособности составляет /__/.
Таким образом, после получения производственной травмы истец не может продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве того же содержания и в том же объеме в обычных производственных условиях. Более того, из пояснений истца следует, что на прежнем месте работы у него была большая заработная плата, а после получения травмы он вынужден трудиться на нижеоплачиваемом месте работы.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не в полной мере учтены степень вины работодателя, обстоятельства дела, влияющие на определение размера компенсации морального вреда, поскольку, исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон, учитывая фактические обстоятельства настоящего дела, взысканная судом компенсация морального вреда в размере 150000 руб. является соразмерной последствиям нарушенного права.
Оснований для изменения размера компенсации морального вреда в сторону уменьшения суд апелляционной инстанции не усматривает.
Отсутствие в оспариваемом решении ссылки об учете степени вины работодателя, по мнению судебной коллегии, не опровергает правильности выводов суда первой инстанции, поскольку представленными в дело доказательствами подтверждается вина работника ООО "Межениновская птицефабрика" в причинении истцу вреда здоровью при отсутствии какой-либо вины со стороны Грачева Е.Е.
Иные доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств и обстоятельств. Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.
Судом первой инстанции подробно исследованы основания, на которые стороны ссылались в обоснование заявленных требований, и доказательства, представленные сторонами в подтверждение своих доводов и в опровержение доводов другой стороны, при этом суд привел мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие. Оснований для несогласия с указанными мотивами у судебной коллегии не имеется.
При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований для его изменения или отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Томского районного суда Томской области от 11 октября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью "Межениновская птицефабрика" Завидовой Валентины Александровны - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
