Дата принятия: 27 ноября 2019г.
Номер документа: 33-4200/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 ноября 2019 года Дело N 33-4200/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Костиной Л.И.,
судей областного суда Чернышовой Ю.А., Лапшиной Л.Б.,
при секретаре Мязиной Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чернышовой Ю.А. дело по апелляционной жалобе представителя Воронова Е.Ю. по доверенности Колковой С.Г. на решение Ленинского районного суда г. Астрахани от 24 января 2019 года по гражданскому делу по иску Воронова Е.Ю. Воронову Ю.П., Воронову С.П. о расторжении договора купли-продажи доли квартиры,
установила:
Воронов Е.Ю. обратился в суд с иском к Воронову Ю.П., Воронову С.П. о расторжении договора купли - продажи <данные изъяты> доли квартиры N N по <адрес>, указав, что являлся собственником <данные изъяты> доли квартиры N N по <адрес>, которая была продана В. Однако денежные средства до настоящего времени ему за продажу доли квартиры во исполнение договора купли - продажи переданы не были. ДД.ММ.ГГГГ В. умерла. Наследниками первой очереди являются Воронов Ю.П. и Воронов С.П. По мнению истца, со стороны В. имело место существенное нарушение условий договора купли - продажи. Истец просил суд расторгнуть договор купли-продажи доли квартиры NN по <адрес>, заключенный между В. и Вороновым Е.Ю. от 3 февраля 1995 г. Признать за Вороновым Е.Ю. право собственности на <данные изъяты> долю квартиры, расположенную по адресу: <адрес>.
Определением Ленинского районного суда г. Астрахани от 10 января 2019 г. к участию в деле привлечены в качестве соответчика Воронова Г.В., третьих лиц Воронова М.А., публичное акционерное общество Сбербанк в лице Астраханского отделения N 8625.
Истец Воронов Е.Ю. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате судебного заседания.
Представитель истца Воронова Е.Ю. по доверенности Колкова С.Г. исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить.
Ответчик Воронов Ю.П. с исковыми требованиями согласился и пояснил, что является отцом Воронова Е.Ю. В 1995 г. по требованию его матери В. были подарены последней доли жилого помещения - квартира N N по ул. 1-я Перевозная д. 118, принадлежащие ему и его супруге Вороновой Г.В. Договор купли - продажи доли, принадлежащей несовершеннолетнему Воронову Е.Ю., его супругой Вороновой Г.В. не подписывался, подписывались только чистые листы, денежные средства за долю в квартире не получали, в нотариальную палату не ходили.
Ответчик Воронов С.П., его представитель по доверенности Сорокина Л.Ф. с исковыми требованиями не согласились, поддержали письменные возражения, заявили о применении к спорным правоотношениям срока исковой давности.
Ответчик Воронова Г.В. с исковыми требованиями согласилась, пояснив, что Воронов Е.Ю. является ее сыном. Она и её супруг Воронов Ю.Л. подарили В. доли в квартире NN по <адрес> Обстоятельства заключения договора купли - продажи в 1995 г. на долю в данной квартире, которая принадлежала несовершеннолетнему Воронову Е.Ю., не помнит. Получение денежных средств от В. отрицала.
Представитель третьего лица Вороновой М.А. по доверенности Минакова О.И., действующая по доверенности, с заявленными требованиями не согласилась, просила в иске отказать.
Представитель третьего лица публичного акционерного общества Сбербанк о дне, времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, причина неявки суду не известна.
Решением Ленинского районного суда г. Астрахани от 24 января 2019 г. в удовлетворении исковых требований Воронова Е.Ю. отказано.
В апелляционной жалобе представитель Воронова Е.Ю. по доверенности Колкова С.Г. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду нарушения норм материального и процессуального права, указав, что судом необоснованно отказано в привлечении в качестве третьего лица по делу органа опеки и попечительства, поскольку предметом иска выступал договор купли-продажи, направленный на отчуждение недвижимого имущества несовершеннолетнего ребенка. Судом не исследованы обстоятельства получения денежных средств представителями несовершеннолетнего ребенка, предназначенных за продажу его доли в квартире. Не дана оценка представительному в материалы дела постановлению администрации Ленинского района г. Астрахани о предоставлении разрешения на продажу доли недвижимого имущества, принадлежащего несовершеннолетнему. Постановление не имеет даты и соответствующей регистрации. Отсутствует разрешение отца несовершеннолетнего на заключение спорной сделки. Судом неверно дано толкование законодательства, устанавливающего правила отбора согласия от обоих родителей при совершении сделки по отчуждению имущества несовершеннолетнего.
На заседании судебной коллегии представитель Воронова Е.Ю. по доверенности Колкова С.Г. просила отменить решение суда по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.
Воронов С.П., представитель Вороновой М.А. по доверенности Минакова О.И. возражали против доводов апелляционной жалобы ввиду их несостоятельности. Вороновым С.П. подано письменное возражение на жалобу.
В суд апелляционной инстанции Воронов Е.Ю., Воронов Ю.П., Воронова Г.В., Воронова М.А., нотариус г. Астрахани Антонова Т.А., представитель публичного акционерного общества "Сбербанк" не явился, о слушании дела извещены надлежаще, ходатайств об отложении слушания дела не представляли.
В материалах дела имеются письменные заявления Вороновой М.А., нотариуса г. Астрахани Антоновой Т.А. о рассмотрении дела в их отсутствие.
В соответствии со статьей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав докладчика, выслушав пояснения явившихся лиц, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Как следует из материалов дела, согласно договору передачи от 24 августа 1993 г., заключенному между администрацией отделения Приволжской железной дороги г. Астрахани и В., В., Вороновым Ю.П., Вороновой Г.В., действующей за себя и <данные изъяты> Воронова Е.Ю., последним в равных долях в собственность передана квартира NN в доме NN по <адрес> (<данные изъяты>).
После смерти В. ДД.ММ.ГГГГ в наследство, состоящее, в том числе, из <данные изъяты> доли квартиры N N дома NN по <адрес>, вступили В. (жена) и Воронов Ю.П. (сын). Выдано свидетельство о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>).
3 февраля 1995 г. между Вороновым Ю.П., Вороновой Г.В. и В. заключен договор дарения <данные изъяты> доли квартиры NN по адресу: <адрес> (<данные изъяты>).
В этот же день заключен договор купли-продажи <данные изъяты> доли спорной квартиры NN между Вороновой Г.В., действующей за <данные изъяты> Воронова Е.Ю., (продавец) и В. (покупатель) (<данные изъяты>
Согласно постановлению администрации Ленинского района г. Астрахани от 1995 г. N 16б Вороновой Г.В., действующей в интересах <данные изъяты> Воронова Е., ДД.ММ.ГГГГ, разрешена продажа доли приватизированной квартиры по адресу: <адрес> (<данные изъяты>).
28 мая 2002 г. между В. и Вороновым С.П. заключен договор дарения квартиры в целом, расположенной по адресу: <адрес> (<данные изъяты>).
8 декабря 2005 г. между Вороновым С.П. и Вороновой М.А. заключен договор дарения в целом квартиры N N в доме N N по <адрес> (<данные изъяты>).
Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями статей 450, пунктом 4 статьи 453, пунктом 3 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, исходя из того, что стороной истца в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства существенного нарушения договора другой стороной, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований Воронова Е.Ю.
Судебная коллегия считает указанные выводы суда первой инстанции правильными, основанными на требованиях закона, установленных обстоятельствах дела.
Кроме того в настоящее время спорная квартира находится в единоличной собственности Вороновой М.А., законность данного владения не оспорена и недействительной не признана.
Согласно пункту 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В силу части 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На основании статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами.
Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (часть 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Изменение и расторжение договора в соответствии с частями 1, 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Из содержания приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только в случаях, предусмотренных законом (в частности, при существенном нарушении договора другой стороной) или договором.
На основании пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.
В силу части 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 настоящего Кодекса.
Согласно части 3 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения договора), при осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (статья 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного (часть 1 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 34 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на дату заключения договора купли-продажи доли квартиры) органами опеки и попечительства являются органы местного самоуправления.
В материалах дела имеется разрешение на продажу доли квартиры, принадлежащего несовершеннолетнему, выданное администрацией Ленинского района г. Астрахани (<данные изъяты>).
Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не дана оценка представленному постановлению администрации Ленинского района г. Астрахани, поскольку в нем не указана дата составления и соответствующая регистрация, несостоятельны.
Постановление администрации Ленинского района г. Астрахани от 1995 г. N 16б о разрешении Вороновой Г.В., действующей в интересах <данные изъяты> Воронова Е.Ю., на продажу квартиры N N по адресу: <адрес>, ни кем не оспорено, недействительным не признано.
На основании указанного постановления, договора передачи N от 24 августа 1993 г., выданного администрацией отделения Приволжской железной дороги, справки городского бюро технической инвентаризации от 25 января 1995 г. N нотариусом г. Астрахани М. нотариально заверен договор купли-продажи <данные изъяты> доли квартиры, принадлежащей <данные изъяты> Воронову Е.Ю. на праве собственности.
Довод апелляционной жалобы о том, что при заключении договора купли-продажи доли квартиры отсутствовало разрешение отца, поскольку для заключения договора необходимо было согласие обоих родителей несовершеннолетнего, судебная коллегия признает необоснованным.
Из материалов дела следует, что при заключения договора купли-продажи доли спорного жилого помещения, принадлежащей несовершеннолетнему, сторонами были соблюдены требования законодательства, действующего в период заключения указанной сделки, разрешение органа опеки и попечительства на продажу объекта недвижимости <данные изъяты> доли квартиры Воронова Е.Ю.) получено, договор составлен в письменной форме и удостоверен нотариально, зарегистрирован в установленном порядке в органах БТИ.
Кроме того, как следует из показаний Воронова Ю.П., данных в суде первой инстанции, он знал о продаже доли квартиры, принадлежащей несовершеннолетнему ребенку, его матери В., против заключения данной сделки не возражал.
Довод апелляционной жалобы о том, что судом не исследованы обстоятельства получения законным представителем <данные изъяты> Воронова Е.Ю. - Вороновой Г.В. денежных средств по указанной сделке, основанием для отмены вынесенного по делу судебного постановления не является, опровергается материалами дела.
Как следует из условий договора купли-продажи от 3 февраля 1995 г. и установлено судом первой инстанции, цена предмета сделки - <данные изъяты> доли квартиры, определена сторонами в размере 2800424 руб. Указанная денежная сумма получена продавцом Вороновой Г.В. полностью при подписании договора, о чем имеется запись в договоре и собственноручная подпись Вороновой Г.В., действующей за <данные изъяты> сына Воронова Е.Ю. (<данные изъяты>).
Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.
В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.
Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (пункт 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу приведенных выше норм права факт совершения определенных действий по сделке, для заключения которой законом предусмотрена необходимость соблюдения письменной формы, не может быть установлена судом только на основании пояснений стороны истца при наличии письменных доказательств, опровергающих доводы иска.
При разрешении заявленного спора обстоятельством, имеющим значение для дела, являлось исполнение ответчиком обязательств оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества.
Суд первой инстанции правомерно принял в качестве достоверных и допустимых доказательств указанных обстоятельств договор купли-продажи от 3 февраля 1995 г., из которого следует, что расчет по договору произведен полностью. Указанный договор купли-продажи заключен в письменной форме, подписан как продавцом, так и покупателем, в договоре сторонами согласованы условия о полном расчете по договору.
В нарушении положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства невыплаты и неполучения Вороновой Г.В. денежных средств по договору, как и письменного соглашения об ином порядке расчетов по указанному договору, в материалы дела стороной истца не представлены.
Доводы апелляционной жалобы о том, что судом к участию в деле в качестве третьего лица не привлечен орган опеки и попечительства, на правильность выводов суда не влияют и не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права, поскольку нормами действующего законодательства обязательное участие органов опеки и попечительства и дача ими заключения по делу данной категории не предусмотрено. Кроме того, на момент обращения с данным иском в суд Воронов Е.Ю. достиг совершеннолетнего возраста.
Довод апелляционной жалобы о быстром рассмотрении дела, лишении истца возможности уточнить исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, несостоятелен ввиду следующего.
Разрешая спор, суд первой инстанции принял во внимание пояснения стороны, ответчиков, третьих лиц, исследовал представленные сторонами доказательства, что отраженно в протоколе судебного заседания и в решении суда, в связи с чем судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции в полном объеме были установлены все юридически значимые для правильного разрешения дела обстоятельства, выводы суда согласуются с представленными доказательствами.
Не может являться основаниям для отмены правильного по существу решения суда довод апелляционной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных доказательств (наличие согласия органа опеки Ленинского района г. Астрахани на совершение сделки купли-продажи в 1995 г.). Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного ходатайства по причине наличия указанного доказательства в материалах дела (<данные изъяты>).
В силу положений статьи 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворение ходатайства стороны является правом, а не обязанностью суда, в связи с чем, несогласие с результатами рассмотрения судом первой инстанции заявленных ходатайств, само по себе, применительно к обстоятельствам данного дела, не свидетельствует о нарушении норм процессуального закона и не является основанием для отмены обжалуемого решения суда.
Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 г. N 566-О-О, от 18 декабря 2007 г. N, от 15 июля 2008 г. N 465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
Кроме того, судебная коллегия считает необходимым указать следующее.
Как следует из материалов дела, ответчиком Вороновым С.П. в суде первой инстанции заявлено о применении к исковым требованиям Воронова Е.Ю. срока исковой давности.
На основании статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.
В соответствии с пунктом 2, 3 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (часть 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 205 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.
Согласно материалам дела требования о расторжении договора купли-продажи <данные изъяты> доли квартиры от 3 февраля 1995 г. заявлены истцом в октябре 2018 г.
Течение срока исковой давности по требованию о расторжении договора купли-продажи доли квартиры для истца началось исполнением договора (со дня регистрация в городском Бюро технической инвентаризации), то есть с 14 февраля 1995 г.
Законные права и интересы <данные изъяты> Воронова Е.Ю. при заключении сделки осуществляла его законный представитель - мать Воронова Г.В., однако при наличии достаточной степени заботливости и осмотрительности требований о расторжении данной сделки в предусмотренные законом сроки она не предъявляла.
Кроме того, Воронов Е.Ю. достиг совершеннолетия ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем с указанного периода времени он имел возможность реализовать свои права, обратиться за защитой нарушенного права, однако с исковыми требованиями обратился только в октябре 2018 г. (спустя 12 лет).
Ходатайства о восстановлении срока исковой давности стороной истца заявлено не было.
Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению требований, Вороновым Е.Ю. не представлено.
Учитывая, что сделка заключена сторонами 3 февраля 1995 г., согласно условиям договора купли-продажи оплата произведена покупателем при подписании настоящего договора, удостоверенного нотариально, договор купли-продажи <данные изъяты> доли квартиры зарегистрирован в органах БТИ, соответственно, к моменту обращения Воронова Е.Ю. в суд с настоящим иском срок исковой давности истек.
Ссылка представителя Воронова Е.Ю. по доверенности Колковой С.Г. о том, что срок исковой давности истцом не пропущен, является несостоятельной, основанной на ошибочном толковании норм материального и процессуального права.
Доказательств в подтверждение того, что истец узнал о нарушении своего права только после смерти В. в N от родителей, в материалах дела не содержится.
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд неправильно определилфактические обстоятельства дела и неправильно применил нормы материального права, отклоняются судебной коллегией, поскольку направлены на иное толкование норм права и оценку собранных доказательств.
С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не могут являться основанием для отмены решения суда, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а повторяют правовую позицию истца относительно предмета спора, выраженную им в суде первой инстанции, тщательно исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в судебном постановлении.
Правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку обстоятельств по настоящему делу, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений.
При таких данных судебная коллегия считает, что оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется. Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом не допущено, решение суда является законным и обоснованным.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
определила:
решение Ленинского районного суда г. Астрахани от 24 января 2019 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Воронова Е.Ю. по доверенности Колковой С.Г. - без удовлетворения.
Председательствующий: Л.И. Костина
Судьи областного суда: Ю.А. Чернышова
Л.Б. Лапшина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
