Дата принятия: 07 февраля 2019г.
Номер документа: 33-419/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТУЛЬСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 февраля 2019 года Дело N 33-419/2019
07 февраля 2019 года
город Тула
Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:
председательствующего Назарова В.В.,
судей Копаневой И.Н., Пономаревой Е.И.,
с участием прокурора Михалевой Л.В.,
при секретаре Захаренко О.М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе акционерного общества "Тандер" на решение Центрального районного суда г. Тулы от 30 августа 2018 года по иску Шилова Д.В. к акционерному обществу "Тандер" о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Копаневой И.Н., судебная коллегия
установила:
Шилов Д.В. обратился в суд с иском к акционерному обществу "Тандер" (далее по тексту - АО "Тандер") о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, ссылаясь на то, что между ним и ЗАО "Тандер" 05 августа 2014 года заключен трудовой договор N, по условиям которого он, Шилов Д.В., принят на работу водителем погрузчика в цех переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер". 01 сентября 2014 года он был переведен на должность оператора пресса цеха переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер". 22 декабря 2014 года в 09 час. 05 мин., находясь на территории открытого склада цеха переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер", он, проверяя вес на верхнем ряду "кип" прессованного пластика, не заметил лежащий на земле деревянный поддон, споткнулся о него и, чтобы не упасть, резко оперся обеими руками о штабель "кип" прессованного пластика, в результате чего штабель "кип" покачнулся, и верхняя "кипа" упала ему на правую ногу, причинив телесные повреждения. Каретой скорой помощи он был доставлен в ГУЗ "Тульская городская клиническая больница скорой помощи им. Д.Я. Ваныкина", где после оказания неотложной медицинской помощи ему был установлен диагноз: "<данные изъяты> Травма относится к категории тяжких". Согласно Акту N 10 о несчастном случае на производстве от 05 февраля 2015 года основной причиной произошедшего с ним несчастного случая послужило неудовлетворительное состояние прохода около штабеля прессованных "кип", выразившееся в нахождении на проходе деревянного поддона, что является нарушением п. 1 ст. 212 Трудового Кодекса РФ со стороны должностных лиц ЗАО "Тандер". В его, истца, действиях комиссия по расследованию несчастного случая грубой неосторожности не усмотрела. В связи с травмой, полученной в результате несчастного случая, в период с 22 декабря 2014 года по 13 октября 2015 года он перенес длительное лечение, несколько сложных операций, установку в суставы имплантов (штифтов). <данные изъяты>. Отсутствие со стороны работодателя на протяжении двух лет каких-либо действий, чтобы загладить причиненный вред, вызывало у него чувство обиды и ущемленности. 14 октября 2015 года Бюро медико-социальной экспертизы N 2 ему установлена <данные изъяты> группа инвалидности со степенью утраты трудоспособности 40%. Государственным учреждением - Краснодарским региональным отделением Фонда социального страхования филиал N 3 14 декабря 2015 года ему (истцу) как лицу, застрахованному от несчастных случаев на производстве, назначены: единовременная страховая выплата и ежемесячная страховая выплата. 25 февраля 2016 года в Следственный отдел по Зареченскому району г. Тулы Следственного управления Следственного Комитета РФ по Тульской области из прокуратуры Ленинского района поступил акт о расследовании данного несчастного случая. 23 июня 2016 заключением эксперта N 1191 ГУЗ ТО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" обнаруженные у него (Шилова Д.В.) повреждения в виде <данные изъяты> квалифицированы как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности. Следователем Следственного отдела по Зареченскому району г. Тулы Следственного управления Следственного Комитета РФ по Тульской области неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые впоследствии отменялись. Он (истец) обращался в Государственную инспекцию труда в Тульской области и правоохранительные органы с заявлениями о проведении дополнительного расследования произошедшего с ним 22 декабря 2014 года несчастного случая. 10 февраля 2017 года следователем по ОВД Зареченского межрайонного следственного отдела по г. Туле Следственного управления Следственного Комитета РФ по Тульской области капитаном юстиции Колобаевым К.А. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Государственный инспектор труда, проводивший дополнительное расследование обстоятельств произошедшего несчастного случая, в заключении от 10 апреля 2017 года пришел к выводам о том, что обстоятельства несчастного случая, установленные при расследовании Комиссией, подтвердились, оснований для отмены или изменения результатов ранее проведенного расследования нет. Все это время, в том числе в ходе дополнительной проверки, Акт о несчастном случае на производстве никем (ни истцом, ни работодателем) сомнению не подвергался, не оспаривался, не отменялся и не изменялся. Прямая причинная связь между повреждениями, полученными им (истцом) 22 декабря 2014 года в результате несчастного случая, и установленной ему инвалидностью тоже работодателем не оспаривалась. 08 ноября 2016 года Бюро медико-социальной экспертизы N 2 ранее установленная ему (Шилову Д.В.) <данные изъяты> группа инвалидности продлена сроком на один год. Степень утраты трудоспособности осталась прежней - 40%.
На основании указанного, ссылаясь на положения гражданского законодательства РФ, Шилов Д.В. с учетом последующих уточнений просил взыскать в его пользу с АО "Тандер" компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, в сумме 1000000 рублей.
В судебное заседание истец Шилов Д.В. не явился, о времени и месте его проведения извещался своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, в ранее адресованном суду заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие.
Представитель истца Шилова Д.В. по ордеру - адвокат Коновалова И.В. заявленные ее доверителем требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме, просила суд их удовлетворить.
Представитель ответчика - АО "Тандер" по доверенности Силкин А.А. возражал против удовлетворения заявленных истцом требований, просил в иске Шилова Д.В. отказать в полном объеме, сославшись при этом на то, что причинение вреда здоровья Шилову Д.В. произошло при иных обстоятельствах, а именно в результате невыполнения истцом должностных обязанностей по соблюдению правил охраны труда и правил техники безопасности, а также на то, что Шиловым Д.В. не представлены доказательства наступивших тяжких последствий для его психического здоровья, свидетельствующих о расстройствах сна, депрессивных состояниях либо других расстройствах психики.
Суд решил:
исковые требования Шилова Д.В. к акционерному обществу "Тандер" о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества "Тандер" в пользу Шилова Д.В. компенсацию морального вреда в сумме 400000,00 рублей.
В удовлетворении оставшейся части исковых требований Шилову Д.В. отказать.
Взыскать с акционерного общества "Тандер" в доход бюджета Муниципального образования г. Тула государственную пошлину в сумме 300,00 рублей.
В апелляционной жалобе АО "Тандер" просит изменить данное решение суда в части компенсации морального вреда.
Доводы апелляционной жалобы сводятся к утверждению о несоответствии фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам вывода суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между получением Шиловым Д.В. телесных повреждений и допущенными со стороны должностного лица АО "Тандер" нарушений Трудового кодекса РФ и должностной инструкции, о ненадлежащей оценке судом первой инстанции всей совокупности доказательств, о непредставлении истцом бесспорных доказательств того, что лицом, причинившим ему вред, является ответчик, о непринятии судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда требований разумности, справедливости, характера нравственных страданий истца, отсутствие вины ответчика.
Возражения на апелляционную жалобу не подавались.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.
Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения представителя АО "Тандер" по доверенности Силкина А.А., возражения представителя Шилова Д.В. по ордеру - адвоката Коноваловой И.В., заключение прокурора Михалевой Л.В., судебная коллегия не усматривает оснований для ни для изменения, ни для отмены обжалуемого решения суда.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 05 августа 2014 года Шилов Д.В. принят на работу в ЗАО "Тандер" водителем погрузчика в цех переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер", в связи с чем с Шиловым Д.В. заключен трудовой договор N
В тот же день, то есть 05 августа 2014 года, Шилов Д.В. прошел инструктаж как водитель погрузчика, а 06 сентября 2014 года - первичный инструктаж как оператор пресса, о чем лично подписался в соответствующих журналах.
01 сентября 2014 года Шилов Д.В. ознакомлен с инструкцией по охране труда для оператора пресса вторсырья N утвержденной 10 сентября 2012 года директором Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Федоровым В.Ю., что также подтверждается подписью истца.
С 02 сентября 2014 года на основании заявления Шилова Д.В. от 27 августа 2014 года последний переведен на должность оператора пресса цеха переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" (приказ N).
10 декабря 2014 года в соответствии с приказом N 316 от 09 декабря 2014 года комиссия по проверке знаний требований охраны труд работников (руководителей и специалистов) провела проверку знаний требований охраны труда руководителей и специалистов (работников) по программе обучения в объеме 40 (20) часов и установила, что Шилов Д.В., оператор пресса вторсырья, сдал данный норматив (протокол N 64 от 10 декабря 2014 года).
22 декабря 2014 года в 09 час. 05 мин. во время рабочей смены с Шиловым Д.В. произошел несчастный случай.
В этот же день, то есть 22 декабря 2014 года, в период времени с 09 час. 10 мин. до 09 час. 30 мин. председателем комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, созданной на основании изданного директором Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Адиулиным К.Т. приказа N 320 "О создании комиссии по расследованию несчастного случая с оператором пресса цеха переработки вторсырья Шиловым Д.В.", в присутствии члена комиссии Рябикиной А.А. проведен осмотр места несчастного случая, произошедшего с Шиловым Д.В., данные осмотра зафиксированы в соответствующем протоколе, согласно которому несчастный случай произошел в Ленинском районе Тульской области, в Тульском распределительном центре ЗАО "Тандер", на территории открытого склада переработки вторсырья. Штабель кип прессованного пластика трехрядный, поддон деревянный. Высота штабеля 210 см, размер кипы: ширина - 70 см, длина - 110 см, высота - 110 см; размер деревянного поддона: ширина - 80 см, длина - 120 см, высота - 14 см. Штабель кип прессованного пластика находится на расстоянии 20 м от открытого склада, расстояние до основного склада - 41 м. Непосредственно травма была нанесена кипой прессованного пластика.
К протоколу приобщена схема места несчастного случая, на которой указаны: место падения Шилова Д.В., место нахождения упавшего ему на ногу штабеля, место нахождения деревянного поддона, о который споткнулся Шилов Д.В.
Протокол осмотра места несчастного случая подписан всеми членами комиссии по расследованию без оговорок, заявлений и замечаний.
24 декабря 2014 года комиссией опрошены пострадавший Шилов Д.В., начальник цеха переработки вторсырья Асташкин А.А. водитель погрузчика цеха переработки вторсырья Гусев Ю.М., а 29 декабря 2014 года - заместитель начальника цеха вторсырья Афонина Т.В.
Из объяснений указанных лиц, зафиксированных в соответствующих протоколах, которые подписаны опрошенными лицами без оговорок, заявлений и замечаний, следует, что территория открытого склада являлась рабочим местом Шилова Д.В., проверка веса кип прессованного пластика на территории открытого склада входила в обязанности оператора пресса Шилова Д.В., и в момент несчастного случая он выполнял именно эту производственную обязанность.
В направленном 25 декабря 2014 года членом комиссии по расследованию несчастного случая Рябикиной А.А. в Государственную инспекцию в Краснодарском крае, Государственную инспекцию в Тульской области, Тульскую федерацию профсоюзов, Тульский региональный отдел Фонда социального страхования, Администрацию Ленинского района Тульской области извещении о тяжелом несчастном случае на производстве изложены следующие обстоятельства случившегося: "22.12.2014, в 09 час. 05 мин., оператор пресса цеха переработки вторсырья Шилов Д.В. проверял вес на кипах на уличном складе цеха переработки вторсырья, споткнулся о лежащий на земле деревянный поддон, для предотвращения падения оперся обеими руками на кипы, в результате чего штабель кип накренился и верхняя кипа упала ему на правую ногу".
В результате несчастного случая Шилов Д.В. получил повреждения правой ноги. В соответствии с заключением ГУЗ "Тульская городская клиническая больница скорой помощи им. Д.Я. Ваныкина" N 1032 от 24 декабря 2014 года Шилову Д.В. поставлен диагноз: "<данные изъяты> Травма относится к категории тяжелых".
05 февраля 2015 года директором распределительного центра ЗАО "Тандер" Адиулиным К.Т. утвержден подписанный всеми членами комиссии по расследованию несчастного случая составленный по форме Н-1 акт N 10 о несчастном случае на производстве, в котором указано, что несчастный случай произошел на территории открытого склада переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" по адресу: <адрес> Обстоятельства несчастного случая: 22 декабря 2014 года в 06 час. 00 мин. оператор пресса цеха переработки вторсырья Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Шилов Д.В. согласно графику сменности приступил в работе. В 08 час. 30 мин. находился на открытом складе цеха переработки вторсырья для проверки веса на "кипах" прессованного пластика. Проверяя вес на верхнем ряду "кип" прессованного пластика, не смотрел под ноги и не заметил лежащий на земле деревянный поддон, споткнулся о него и, чтобы не упасть, резко оперся обеими руками о штабель "кип" прессованного пластика, в результате чего штабель "кип" покачнулся, и верхняя "кипа" упала Шилову Д.В. на правую ногу. Находившийся на открытом складе водитель погрузчика Гусев Ю.М. увидел лежащего на земле Шилова Д.В. и освободил правую ногу Шилова Д.В. от "кипы" прессованного пластика. Вызванной бригадой скорой помощи Шилов Д.В. был доставлен в медицинское учреждение для оказания помощи (п. 8 акта).
Состояние алкогольного или наркотического опьянения пострадавшего не установлено (п. 8.3 акта).
Причины несчастного случая: основная - неудовлетворительное состояние прохода около штабелей прессованных "кип", выразившееся в нахождении на проходе деревянного поддона, что является нарушением п. 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ; сопутствующие - нарушены п. п. 2.9 и 2.10 инструкции N 10 по охране труда для оператора пресса вторсырья, нарушен п. 4.35 должностной инструкции заместителя начальника цеха переработки вторсырья (п. 9 акта).
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда (п. 10 акта): Афонина Т.В. - заместитель начальника цеха переработки вторсырья распределительного центра, ее ответственность определена ст. 419 Трудового кодекса РФ, не выполнила п. 4.35 должностной инструкции заместителя начальника цеха переработки вторсырья распределительного центра, утвержденной 20 октября 2013 года директором Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Горбуновым Ю.В. "контролировать соблюдения требований охраны труда посредством организации и контроля выполнения требований инструкций по охране труда, технологии и стандартов работы подчиненными работниками"; Шилов Д.В. - оператор пресса, не выполнил требования по охране труда для оператора пресса вторсырья, нарушив п. п. 2.9 и 2.10 инструкции N 10 по охране труда для оператора пресса вторсырья, утвержденной директором Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Федоровым В.Ю. 10 сентября 2012 года, а именно не проверил рабочее место на отсутствие посторонних предметов (п. 2.9 - проверить соответствие рабочего места следующим требованиям: отсутствие посторонних предметов, пол в исправном состоянии), не доложил своему непосредственному руководителю об обнаруженных неполадках и не устранил их (п. 2.10 - обо всех неисправностях оборудования, инвентаря, элктропроводки и других неполадках сообщить непосредственному руководителю и приступить к работе только после устранения).
Факта грубой неосторожности пострадавшего комиссия не усмотрела.
Аналогичные описание тяжелого несчастного случая, произошедшего 22 декабря 2014 года в 09 час. 05 мин. с оператором пресса Шиловым Д.В., причины его возникновения, заключение о лицах, ответственных за допущенные нарушения, приведены и в акте о расследовании тяжелого несчастного случая от 05 февраля 2015 года. При этом комиссия по расследованию единогласно пришла к выводу о том, что несчастный случай с Шиловым Д.В. подлежит квалификации как связанный с производством (п. 7 названного акта о расследовании).
В Заключении государственного инспектора труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Тульской области Михеева А.С., составленном по результатам проведенного расследования несчастного случая, произошедшего 22 декабря 2014 года в ЗАО "Тандер" с Шиловым Д.В., в связи с поступившим обращением последнего о не согласии с выводами комиссии, несчастный случай, произошедший с Шиловым Д.В., также квалифицирован как несчастный случай на производстве, подлежащий оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации в АО "Тандер".
Инспектор труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Тульской области пришел и к выводу о том, что обстоятельства несчастного случая, установленные при расследовании Комиссией, подтвердились, а доводы, приведенные в обращении Шилова Д.В., о том, что в ходе ранее проведенного расследования не были учтены и выявлены все факты и установлены все обстоятельства несчастного случая в полном объеме, документального подтверждения в ходе дополнительного расследования не нашли.
Судом первой инстанции также установлено, что в связи с травмой, полученной в результате несчастного случая, в период с 22 декабря 2014 года по 13 октября 2015 года Шилов Д.В. находился на непрерывном лечении в медицинских учреждениях, перенес несколько операций (в периоды с 22 декабря 2014 года по 06 января 2015 года, с 31 июля 2015 года по 10 августа 2015 года, с 07 сентября 2015 года по 25 сентября 2015 года, с 07 апреля 2016 года по 19 апреля 2016 года), Период временной нетрудоспособности Шилова Д.В. составил 296 дней.
Данные обстоятельства объективно подтверждаются листками нетрудоспособности и выписными эпикризами из лечебных учреждений г. Тулы и г. Москвы.
14 октября 2015 года Бюро медико-социальной экспертизы N 2 истцу установлена <данные изъяты> группа инвалидности сроком до 01 ноября 2016 года со степенью утраты трудоспособности 40%, причина инвалидности - несчастный случай на производстве.
Разработана индивидуальная программа реабилитации Шилова Д.В., как лица пострадавшего в результате несчастного случая на производстве.
В периоды с 07 января по 15 января 2016 года, с 25 января по 20 мая 2016 года Шилов Д.В. проходил дополнительное лечение у терапевта и хирурга в МУЗ "ГБ N 9".
В заключении эксперта N 1191 от 23 июня 2016 года ГУЗ ТО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" обнаруженные у Шилова Д.В. повреждения в виде <данные изъяты>, квалифицированы как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности.
08 ноября 2016 года Бюро медико-социальной экспертизы N 2 ранее установленная Шилову Д.В. III группа инвалидности продлена сроком на один год, степень утраты трудоспособности определена также в размере 40%.
28 декабря 2017 года Бюро медико-социальной экспертизы N 11 Шилову Д.В. установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 22 декабря 2014 года, в размере 30% на период с 01 декабря 2017 года по 01 января 2019 года.
Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции при разрешении дела по существу, приняв во внимание характер возникших между сторонами спорных правоотношений, сущность заявленных истцом требований и приведенные в их обоснование доводы, возражение стороны ответчика, правильно руководствовался нормами Трудового кодекса РФ, Гражданского кодекса РФ и Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", а также принял во внимание правовые позиции, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".
В силу ст. ст. 21, 22, 212, 219 Трудового кодекса РФ работник имеет право на полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами; а работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение сертифицированных средств индивидуальной и коллективной защиты работников; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (абз. 8 ст. 220 Трудового кодекса РФ).
Устанавливающим порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении обязанностей по трудовому договору, является Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве".
В соответствии с ч. 3 ст. 8 названного Федерального закона компенсация застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).
Проанализировав с учетом приведенных норм пояснения участвующих в деле лиц, свидетелей Асташкина А.А., Афониной Т.В., Гусева Ю.М., Буймистра А.С., Михеева А.С., исследованные письменные доказательства, установленные фактические обстоятельства дела и дав всему этому оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что факты причинения вреда здоровью Шилова Д.В. 22 декабря 2014 года во время рабочей смены, невыполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда работников, заключающегося в допущении со стороны должностного лица АО "Тандер" нарушений п. 1 ст. 212 Трудового Кодекса РФ и п. 4.35 Должной инструкции заместителя начальника цеха переработки вторсырья, выразившихся в неудовлетворительном состоянии прохода около штабеля прессованных "кип" и отсутствии надлежащих организации и контроля за соблюдением требований охраны труда технологий и стандартов работы подчиненными работниками, и наличие причинно-следственной связи между получением Шиловым Д.В. телесных повреждений и допущенными со стороны работодателя нарушениями нашли свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Исходя из этого и всей совокупности установленных по делу фактических обстоятельств, суд первой инстанции правомерно признал, что требования истца о компенсации морального вреда обоснованы.
Доводы апелляционной жалобы АО "Тандер" о несоответствии фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам вывода суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между получением Шиловым Д.В. телесных повреждений и допущенными со стороны должностного лица АО "Тандер" нарушений Трудового кодекса РФ и должностной инструкции, о ненадлежащей оценке судом первой инстанции всей совокупности доказательств и о непредставлении истцом бесспорных доказательств того, что лицом, причинившим ему вред, является ответчик, судебная коллегия находит несостоятельными.
В обоснование данных доводов заявитель жалобы ссылается на иные обстоятельства произошедшего с Шиловым Д.В. 22 декабря 2014 года несчастного случая, что, по мнению заявителя жалобы, подтверждается объяснениями Шилова Д.В., данные следователю СУ СК России по Тульской области.
Между тем данная позиция заявителя жалобы аналогична позиции представителя АО "Тандер", занятой в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, который проверил в установленном законом порядке довод представителя ответчика об иных обстоятельствах несчастного случая и обоснованно отклонил этот довод как ненашедший своего объективного подтверждения.
При этом суд первой инстанции исследовал материалы проверки Зареченского межрайонного следственного отдела по г. Тула Следственного управления Следственного Комитета РФ по Тульской области по факту причинения тяжкого вреда здоровью Шилову Д.В. в ЗАО "Тандер" N 232-0344пр-15, представленные документы по расследованию несчастного случая, произошедшего с Шиловым Д.В., комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, созданной на основании изданного директором Тульского распределительного центра ЗАО "Тандер" Адиулиным К.Т. приказа N 320 "О создании комиссии по расследованию несчастного случая с оператором пресса цеха переработки вторсырья Шиловым Д.В.", заключение государственного инспектора труда, заслушал в качестве свидетелей пояснения начальника цеха переработки вторсырья Тульского распределительного центра АО "Тандер" Асташкина А.А., занимающей в настоящее время должность руководителя сектора вторсырья Тульского распределительного центра АО "Тандер Афониной Т.В., водителем погрузчика в АО "Тандер" Гусева Ю.М., работавшего в ЗАО "Тандер" в должности оператора пресса Буймистра А.С.
Проанализировав и оценив перечисленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, то есть по их относимости, допустимости и достоверности каждого в отдельности, так и по достаточности и взаимной связи в их совокупности, суд первой инстанции правомерно указал на то, что объяснения Шилова Д.В., данные следователю СУ СК России по Тульской области, об иных обстоятельствах несчастного случая, не могут быть признаны в качестве достоверного доказательства, поскольку они не были подтверждены истцом, не согласуются они и с другими доказательствами по делу, в частности с актом о расследовании тяжелого несчастного случая от 05 февраля 2015 года, с составленным по форме Н-1 актом о несчастном случае на производстве от 05 февраля 2015 года, с заключении государственного инспектора труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Тульской области Михеева А.С., в которых приведены обстоятельства тяжелого несчастного случая, произошедшего 22 декабря 2014 года с Шиловым Д.В., причины его возникновения, лица, ответственные за допущенные нарушения, и которые никем, и прежде всего АО "Тандер", сомнению не подвергались и в установленном законом порядке (ст. 231 Трудового кодекса РФ) не оспаривались.
Заслушанный судом первой инстанции в качестве свидетеля государственный инспектор труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Тульской области Михеев А.С. подтвердил изложенные в данном им заключении обстоятельства.
Проверил суд первой инстанции и соблюдение при расследовании несчастного случая на производстве, произошедшего с Шиловым Д.В., порядка расследования, предусмотренного ст. ст. 227-230 Трудового кодекса РФ и Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 года N 73, и соответствие материалов расследования, в том числе, акта о расследовании тяжелого несчастного случая и составленного по форме Н-1 акта о несчастном случае на производстве, требованиям ст. 230 Трудового кодекса РФ и п. п. 26-28 названного Положения.
Дал суд первой инстанции надлежащую правовую оценку и пояснениям свидетелей Асташкина А.А., Афониной Т.В., Гусева Ю.М., результаты которой в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 67 ГПК РФ и ч. 4 ст. 198 ГПК РФ отражены в мотивировочной части обжалуемого решения суда, где также приведены и мотивы, по которым суд первой инстанции принял одни пояснения свидетелей в качестве средств обоснования своих выводов, а другие отверг.
Поскольку оценка суда первой инстанции всех исследованных доказательств соответствует требованиям ст. 67 ГПК РФ, у судебной коллегии оснований для переоценки не имеется.
Отсутствуют у судебной коллегии основания не согласиться и с вышеприведенными выводами суда первой инстанции, так как доказательства, обстоятельства и мотивы, на которых основаны эти выводы, и закон, которым суд первой инстанции при этом руководствовался, также приведены в обжалуемом судебном решении, и их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.
Подлежат отклонению и доводы апелляционной жалобы АО "Тандер" о непринятии судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда требований разумности, справедливости, характера нравственных страданий истца, отсутствие вины ответчика.
Как следует из вышеизложенного, правильность выводов суда первой инстанции о наличии вины работодателя в произошедшем с Шиловым Д.В. несчастном случае на производстве и об обоснованности заявленных истцом требований о компенсации морального вреда объективно подтверждается материалами дела и согласуется с вышеприведенными положениями ст. ст. 21, 22, 212, 237 Трудового кодекса РФ, в связи с чем с учетом также положений ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве" правильным следует признать и вывод суда первой инстанции о возложении обязанности компенсировать моральный вред истцу на работодателя - АО "Тандер".
Из мотивировочной части обжалуемого решения суда усматривается, что, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Шилова Д.В. с АО "Тандер", суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 237 Трудового кодекса РФ и ст. ст. 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ.
По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса РФ под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина
Как следует из приведенных выше положений ч. 2 ст. 237 Трудового кодекса РФ, в случае возникновения спора размер компенсации морального вреда работнику определяется судом.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Согласно мотивировочной части обжалуемого судебного акта, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика, учел обстоятельства произошедшего тяжелого несчастного случая, связанного с производством, отсутствие факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего, тяжесть причиненного здоровью истца вреда, характер полученных Шиловым Д.В. повреждений, неоднократные оперативные вмешательства, длительность нетрудоспособности истца (296 дней), последствия, которые полученная истцом травма повлекла за собой (ограничение двигательной активности, утрата трудоспособности 40% и 30%), физические и нравственные страдания в связи с полученной травмой, степень вины ответчика,
Исходя из указанного и принципов разумности и справедливости, суд первой инстанции обоснованно счел возможным удовлетворить требования Шилова Д.В. о компенсации морального вреда частично, а именно в размере 400000,00 рублей.
Судебная коллегия считает данную позицию суда первой инстанции правильной, поскольку указанный размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу нравственных страданий и отвечает требованиям разумности и справедливости. Оснований не согласиться с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется.
При всей совокупности вышеизложенного оснований ни для отмены, ни для изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы АО "Тандер" судебная коллегия не усматривает.
По существу все доводы апелляционной жалобы АО "Тандер" основаны на иной, чем у суда первой инстанции, оценке собранных по делу доказательств, установленных обстоятельств и ином толковании норм права самим заявителем жалобы.
Однако иные, чем у суда первой инстанции, оценка доказательств, обстоятельств и толкования закона заявителем жалобы не свидетельствуют о том, что судом первой инстанции в обжалуемой части вынесено неправильное и неправомерное решение.
Исходя из всего вышеуказанного и принимая во внимание то, что нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 330 ГПК РФ привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом первой инстанции не допущено, судебная коллегия считает, что оснований для отмены, ни для изменения решения Центрального районного суда г. Тулы от 30 августа 2018 года по доводам апелляционной жалобы АО "Тандер" не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Центрального районного суда г. Тулы от 30 августа 2018 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу акционерного общества "Тандер" - без удовлетворения.
Председательствующий
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
