Дата принятия: 12 декабря 2017г.
Номер документа: 33-4075/2017
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 12 декабря 2017 года Дело N 33-4075/2017
от 12 декабря 2017 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Брагиной Л.А.,
судей: Миркиной Е.И., Ходус Ю.А.,
при секретаре Пензиной О.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по апелляционной жалобе ответчиков Мошенко Юлии Евгеньевны, Поторохиной Натальи Владимировны на решение Октябрьского районного суда г. Томска от 27.09.2017
по иску Левченко Анатолия Александровича к Мошенко Юлии Евгеньевне, Поторохиной Натальи Владимировне о признании сделок недействительными, восстановлении права собственности,
заслушав доклад судьи Миркиной Е.И., объяснения ответчика Мошенко Юлии Евгеньевны, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, истца Левченко Анатолия Александровича и его представителя Востровой Светланы Геннадьевны, возражавших против отмены решения суда,
установила:
Левченко А.А. обратился в Октябрьский районный суд г. Томска с иском (с учётом последующего изменения) к Мошенко Ю.Е., Поторохиной Н.В., в котором просил признать недействительными договоры дарения квартиры, расположенной по адресу: /__/, от 01.07.2015, заключённый Левченко А.А. и МошенкоЮ.Е., и от 04.10.2016, заключённый Мошенко Ю.Е. и Поторохиной Н.В.; восстановить право собственности истца на указанную квартиру; распределить судебные расходы.
В обоснование иска указал, что 01.07.2015 им и Мошенко Ю.Е. заключён договор дарения квартиры N /__/, расположенной по адресу: /__/. Считает договор недействительным, поскольку в момент заключения сделки он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в связи с тем, что является человеком преклонного возраста, имеющим серьёзные хронические заболевания, которые в период обострения являются препятствием для адекватного осознания совершаемых действий и руководства ими.
В судебном заседании истец Левченко А.А., его представитель Вострова С.Г. требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик Мошенко Ю.Е., её представитель Хайкин Р.А. возражали против удовлетворения иска. Полагали, что на момент заключения договора истец находился в адекватном состоянии, понимал правовую природу совершаемой сделки и её последствия.
Ответчик Поторохина Н.В. иск не признала.
Обжалуемым решением иск удовлетворён, признаны недействительными договоры дарения квартиры N /__/, расположенной по адресу: /__/, от 01.07.2015, заключённый Левченко А.А. и МошенкоЮ.Е., и от 04.10.2016, заключённый Мошенко Ю.Е. и Поторохиной Н.В. Также в решении указано, что оно является основанием для исключения записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности Поторохиной Н.В. на указанную квартиру и восстановления записи о праве собственности Левченко А.А. на неё.
В апелляционной жалобе ответчики Мошенко Ю.Е. и Поторохина Н.В. просят решение отменить.
Полагают, что истцом не представлено достаточных доказательств тому, что в момент заключения сделки он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Принятое судом во внимание заключение дополнительной амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической комиссии N 645 от 18.08.2017 не может являться достоверным доказательством указанным обстоятельствам, поскольку основано на противоречивых показаниях свидетелей Л., И., Л. Указывают, что на момент совершения сделки истец не поддерживал отношения с данными лицами, а потому допрошенные свидетели не могут обладать достоверными сведениями о психическом и физическом состоянии истца в названный период. Считают, что свидетели истца имеют личную заинтересованность в рассматриваемом споре. Сам истец пояснял, что после передачи квартиры испытывал стресс, что, по мнению ответчиков, подтверждает факт осознания Левченко А.А. существа и последствий заключения договора дарения.
Руководствуясь ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие ответчика Поторохиной Н.В., извещённой о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ч. 1,2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены или изменения судебного постановления не нашла.
В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Судом первой инстанции на основании материалов дела установлено и сторонами не оспаривается, что Левченко А.А. являлся собственником квартиры N /__/, расположенной по адресу: /__/. На основании договора от 01.07.2015 Левченко А.А. подарил указанную квартиру Мошенко Ю.Е., которая, в свою очередь, на основании договора от 04.10.2016 подарила данную квартиру Поторохиной Н.В.
Заявляя иск о признании указанных договоров дарения недействительными, Левченко А.А. сослался на то, что в момент совершения сделки дарения от 01.07.2015 он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершённая гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.
Таким образом, значимым для рассмотрения настоящего дела является вопрос, способен ли был Левченко А.А. понимать значение своих действий или руководить ими на момент заключения договора дарения 01.07.2015.
В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих, специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
В соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" в абз. 3 п. 13 во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определённого действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из изложенного следует, что вопрос о способности лица понимать значение своих действий или руководить ими в определённый период времени требует специальных познаний, которыми суд не обладает. Данный вопрос должен разрешаться посредством проведения соответствующей судебной экспертизы.
Во исполнение указанных требований закона судом первой инстанции в рамках рассмотрения настоящего дела определением от 25.05.2017 была назначена комплексная амбулаторная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, проведение которой было поручено ОГБУЗ "Томская клиническая психиатрическая больница".
Заключением данной экспертизы от 09.06.2017 (л.д. 154-158 т. 1) установлено, что Левченко А.А. на момент подписания договора дарения квартиры от 01.07.2015 обнаруживал /__/. В представленных материалах гражданского дела и медицинской документации отсутствуют исчерпывающие объективные сведения о психическом состоянии Левченко А.А. на момент подписания договора дарения от 01.07.2015. В связи с этим эксперты пришли к выводу о невозможности решить вопрос о способности Левченко А.А. понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания договора дарения квартиры от 01.07.2015 по представленным материалам гражданского дела и медицинской документации.
После проведения указанной экспертизы по ходатайству истца в ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели.
Так, из показаний свидетеля Л. (сына истца) следует, что в 2015 году отец изменился в поведении. Раньше он был импульсивным, а в 2015 году стал спокойным, апатичным, много спал, появилась забывчивость.
Из показаний свидетеля И. (дочери истца) следует, что поведение отца стало меняться с 2013 года и прогрессировало, он стал неадекватен. Отец стал агрессивным по отношению к своим детям, внукам. У него появились проблемы с памятью, он забывал закрывать двери, забывал, что давал ключи от машины. Примерно в конце 2015 года у Левченко А.А. стали проявляться признаки забывчивости, а потом свойственная ему агрессия сменилась меланхоличностью, спокойствием.
Из показаний свидетеля Л. (бывшей супруги истца) следует, что брачные отношения они расторгли 8 лет назад, после развода продолжали общаться, видеться, т.к. проживали в одном доме. Два-три года назад свидетель заметила у бывшего мужа забывчивость, проблемы с памятью. В это время у него появилась в поведении заторможенность.
После допроса свидетелей и представления в материалы дела дополнительных доказательств суд на основании ч. 1 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением от 19.07.2017 назначил по делу дополнительную комплексную амбулаторную психолого-психиатрическую судебную экспертизу, проведение которой поручил ОГБУЗ "Томская клиническая психиатрическая больница".
Из заключения дополнительной амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от 18.08.2017 следует, что на момент подписания договора дарения квартиры от 01.07.2015 Левченко А.А. страдал /__/. Выявленные в психике Левченко А.А. изменения выражены в значительной степени и лишали его в момент подписания договора дарения квартиры от 01.07.2015 способности понимать значение своих действий и руководить ими.
Заключением эксперта-психолога, данным в ходе проведения указанной экспертизы, установлены следующие индивидуально-психологические особенности, /__/. Также указано, что свойственные испытуемому индивидуально-психологические особенности оказали существенное влияние на его сознание и деятельность в период подписания договора дарения от 01.07.2015.
Оценив заключения судебных экспертиз в совокупности с иными доказательствами по делу в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о доказанности того факта, что Левченко А.А. не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора дарения от 01.07.2015.
При этом суд верно указал, что ответчиками достоверных доказательств, свидетельствующих об обратном, не представлено.
В частности, судом правильно указано, что не опровергают и не ставят под сомнение выводы дополнительной экспертизы показания допрошенных после её проведения свидетелей П. и А. Подробная оценка данных показаний приведена в решении, является верной. Оснований для переоценки представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.
В связи с изложенным выводы о недействительности договора дарения от 01.07.2015, заключённого Левченко А.А. и Мошенко Ю.Е., являются обоснованными.
В соответствии с п. 3 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной на основании данной статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 названного Кодекса.
Абзацем 2 п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что каждая из сторон недействительной сделки обязана возвратить другой всё полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.
Недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента её совершения (п.1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу требований п. 1, 2 ст. 209, п. 1 ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации лишь собственнику предоставлено право распоряжения принадлежащим ему жилым помещением.
Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
На основании приведённых норм, учитывая, что договор дарения от 01.07.2015, на основании которого было зарегистрировано право собственности Мошенко Ю.Е. на спорную квартиру, является недействительным и не влечёт юридических последствий, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что ответчик Мошенко Ю.Е. не могла распоряжаться спорной квартирой, поскольку её собственником не являлась.
В связи с этим договор дарения указанной квартиры, заключённый Мошенко Ю.Е. и Поторохиной Н.В. 04.10.2016, обоснованно признан судом недействительным как несоответствующий закону, а именно п. 1, 2 ст. 209, п. 1 ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации.
На основании п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В связи с изложенным суд первой инстанции верно указал в решении, что оно является основанием для исключения записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности Поторохиной Н.В. на квартиру N /__/, расположенную по адресу: /__/, и восстановления записи о праве собственности Левченко А.А. на данную квартиру.
Таким образом, апелляционная жалоба не содержит доводы, влекущие отмену или изменение обжалуемого решения, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой не имеется.
В связи с изложенным, решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения.
Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда г. Томска от 27.09.2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков Мошенко Юлии Евгеньевны, Поторохиной Натальи Владимировны - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
