Дата принятия: 27 ноября 2019г.
Номер документа: 33-4015/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 ноября 2019 года Дело N 33-4015/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Костиной Л.И.,
судей областного суда Чернышовой Ю.А., Лапшиной Л.Б.,
при секретаре Мязиной Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чернышовой Ю.А. дело по апелляционной жалобе Лупарева А.А. на решение Приволжского районного суда Астраханской области от 13 августа 2019 г. по гражданскому делу по иску Куанчалиева Х.Р. к Лупареву А.А. о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, упущенной выгоды,
установила:
Куанчалиев Х.Р. обратился в суд с иском к Лупареву А.А. о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, упущенной выгоды, указав, что 3 декабря 2018 г. в <данные изъяты>. на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие между автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный номер N, под управлением водителя Лупарева А.А., и автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, под управлением водителя К., принадлежащим на праве собственности Куанчалиеву Х.Р. Виновником дорожно-транспортного происшествия признан Лупарев А.А., нарушивший пункт <данные изъяты> Правил дорожного движения Российской Федерации. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения. На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность Лупарева А.А. застрахована в акционерном обществе "АльфаСтрахование". Страховая компания на основании обращения истца признала данный случай страховым, произвела выплату страхового возмещения в размере 267300 руб. Вместе с тем истец полагает, что данная сумма является недостаточной для проведения восстановительного ремонта автомобиля. Согласно экспертному заключению N от 18 марта 2019 г., подготовленному <данные изъяты>", итоговая величина стоимости восстановительного ремонта транспортного средства по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия без учета эксплуатационного износа составляет 461700 руб. Таким образом, разница между размером стоимости восстановительного ремонта и размером выплаченного страхового возмещения составляет 194400 руб. Кроме того, в соответствии с договором аренды транспортного средства от 1 июня 2018 г. Куанчалиев Х.Р. передал в аренду индивидуальному предпринимателю Т. транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N. Арендная плата составляет 20000 руб. ежемесячно. В связи с произошедшим 3 декабря 2018 г. дорожно-транспортным происшествием использование арендованного автомобиля в рамках договора аренды транспортного средства стало невозможным, Куанчалиев Х.Р. перестал получать арендную плату, в связи с чем возникли убытки в виде упущенной выгоды. До настоящего времени автомобиль не отремонтирован, не может использоваться по назначению, доход в виде арендной платы он не получал. В добровольном порядке ответчик от возмещения материального ущерба отказался, в связи с чем для восстановления нарушенного права он обратился к Кускову П.А. за оказанием правовой помощи, оплатив ему 15000 руб. Истец просил суд взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 194400 руб., упущенную выгоду в размере 120000 руб., расходы по определению размера ущерба в сумме 8000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6424 руб.
В судебном заседании представитель истца Куанчалиева Х.Р. по доверенности Кусков П.А. исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчика Лупарева А.А. по ордеру Канатова Г.М. в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.
В судебное заседание истец Куанчалиев Х.Р., ответчик Лупарев А.А. не явились, о слушании дела извещены надлежаще.
Решением Приволжского районного суда Астраханской области от 13 августа 2019 г. исковые требования Куанчалиева Х.Р. удовлетворены. С Лупарева А.А. в пользу Куанчалиева Х.Р. взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 194400 руб., возмещение упущенной выгоды за период с 3 декабря 2018 г. по 3 июня 2019 г. в размере 120000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб., расходы по определению размера ущерба в сумме 8000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6424 руб.
В апелляционной жалобе Лупарев А.А. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду незаконности и необоснованности, неправильного применения норм материального права, несоответствия выводов суда обстоятельствам дела, указав, что судом не дана правовая оценка схемам дорожно-транспортного происшествия. В той схеме, в которой ответчик расписывался на месте дорожно-транспортного происшествия, сотрудниками не производился замер необходимых расстояний между автомобилями. Считает, что истцом не доказан факт упущенной выгоды ввиду сдачи автомобиля в аренду. Представленный в суд договор аренды транспортного средства не может быть принят в качестве достоверного и допустимого доказательства. Факт получения арендной платы в размере 20000 руб. ежемесячно истцом не доказан. Расходы на услуги представителя являются чрезмерно завышенными и необоснованными.
На заседании судебной коллегии представитель Лупарева А.А. по ордеру Канатова Г.М. поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указав, что вину Лупарева А.А. в совершении дорожно-транспортного происшествия не оспаривают, но в связи с нарушением судом норм материального права просила решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
В суд апелляционной инстанции Лупарев А.А., Куанчалиев Х.Р., представитель Куанчалиева Х.Р. по доверенности Кусков П.А. не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении слушания дела не заявляли.
В соответствии с положениями статьи 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Заслушав докладчика, выслушав представителя Лупарева А.А. по ордеру Канатову Г.М., проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
На основании статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. N 6-П указал, что положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях части 1 статьи 7, частях 1 и 3 статьи 17,частях 1 и 2 статьи 19, части 1 статьи 35, части 1 статьи 46 и статьи 52 Конституции Российской Федерации, и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.
Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.
В контексте конституционно-правового предназначения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", как регулирующий иные страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.
Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.
Как следует из материалов дела и установлено судом, Куанчалиев Х.Р. являлся собственником автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N Собственником транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный номер N, являлся Л.
3 декабря 2018 г. в <данные изъяты>. на перекрестке <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие между автомобилями <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, под управлением водителя Лупарева А.А., и автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, под управлением водителя К.
В результате данного происшествия автомобиль <данные изъяты> получил механические повреждения.
Установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ответчика Лупарева А.А., нарушившего пункт <данные изъяты> Правил дорожного движения Российской Федерации.
На основании постановления по делу об административном правонарушении от 25 января 2019 г., вынесенного инспектором по <данные изъяты>, Лупарев А.А. признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1000 руб.
Ответчик и его представитель Канатова Г.М. в суде первой инстанции не отрицали вину Лупарев А.А. в данном дорожно-транспортном происшествии.
В нарушении положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлены доказательства, свидетельствующие о причинении истцу вреда вследствие непреодолимой силы или умысла истца, судом такие обстоятельства не установлены.
На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность Лупарева А.А. на транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, была застрахована на основании договора ОСАГО, заключенного с акционерным обществом "АльфаСтрахование" (страховой полис ОСАГО N).
По результатам рассмотрения заявления Куанчалиева Х.Р. о страховой выплате акционерное общество "АльфаСтрахование" признало событие страховым случаем и произвело выплату страхового возмещения в размере 267300 руб. (стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом эксплуатационного износа).
Установлено, что данной выплаты недостаточно для восстановления ремонта поврежденного автомобиля, принадлежащего истцу.
В соответствии с заключением N N от 18 марта 2019 г., подготовленного <данные изъяты>", стоимость восстановительного ремонта поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия без учета эксплуатационного износа составила 461700 руб., что не оспаривалось в суде стороной ответчика.
Разрешая спорные правоотношения, оценивая установленные по делу обстоятельств и представленные в их подтверждение вышеуказанные относимые и допустимые доказательства в совокупности, с учетом приведенных норм права, разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации и Конституционным Судом Российской Федерации, принимая во внимание, что Лупаревым А.А. не возмещены истцу убытки в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика разницы между размером стоимости восстановительного ремонта и размером выплаченного страхового возмещения а также расходов по определению размера ущерба.
Поскольку доказательств, свидетельствующих об ином, меньшем, чем заявлено истцом, размере ущерба, стороной Лупарева А.А. в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, и в деле такие доказательства не содержатся, Лупарев А.А. и его представитель Канатова Г.М. ходатайств о назначении судебной экспертизы для определения размера ущерба не заявляли, то при определении размера подлежащего возмещению истцу ущерба, суд первой инстанции обоснованно, исходя из заключения эксперта <данные изъяты>", взыскал с Лупарева А.А. в пользу Куанчалиева Х.Р. материальный ущерб, причиненный в результате повреждения автомобилю <данные изъяты>, в размере 194400 руб., рассчитанный без учета износа за вычетом выплаченного страхового возмещения (461700 руб. - 267300 руб.).
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на верной оценке юридически значимых обстоятельств дела, а также на правильном применении норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения.
Доказательств иного размера причиненного ущерба либо отсутствия вины в причинении ущерба ответчиком Лупаревым А.А. в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предоставлено.
Доводы апелляционной жалобы о том, что принимая решение, суд не изучил все доказательства, имеющие значение для дела, не дал надлежащей правовой оценки двум схемам дорожно-транспортного происшествия, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку обжалуемое решение суда соответствует закону и фактическим обстоятельствам дела, постановлено с учетом всех представленных доказательств, которые были надлежащим образом исследованы и оценены.
Так, из административного материала N, составленного сотрудниками <данные изъяты> следует, что 3 декабря 2018 г. на перекрестке <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие между автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, и автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N
Из схемы дорожно-транспортного происшествия от 3 декабря 2018 г., составленной инспектором <данные изъяты> С. по приезду на место происшествия, установлено месторасположение автомобилей на проезжей части после совершенного водителем автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер N, дорожно-транспортного происшествия. Данная схема подписана водителями и двумя понятыми без каких-либо замечаний и возражений (л.д. <данные изъяты>).
По делу об административном правонарушении была назначена экспертиза, в ходе которой у эксперта возникла необходимость в получении дополнительных данных, в связи с чем инспектору по <данные изъяты> был направлен запрос (л.д. <данные изъяты>).
22 декабря 2018 г. инспектором <данные изъяты> С. в исполнение указанного запроса в присутствии водителей и двух понятых составлена схема дорожно-транспортного происшествия, в которой отражено расположение транспортных средств на проезжей части после столкновения, произведены запрошенные замеры.
Схема дорожно-транспортного происшествия является дополнением к протоколу об административном правонарушении, отражает описанное в нем событие административного правонарушения. При этом, порядок составления схемы правонарушения нормами Кодекса Российской Федерации об административном правонарушении не регламентирован, она составляется инспектором ГИБДД лишь при необходимости указать дополнительные сведения, которые могут иметь значение для рассмотрения дела об административном правонарушении.
На заседание судебной коллегии инспектор <данные изъяты> С. пояснил, что он составлял схему дорожно-транспортного происшествия от 3 декабря 2018 г. и 22 декабря 2018 г. в присутствии водителей и двух понятых, которые собственноручно подписывали данные схемы без замечаний. Составление схемы дорожно-транспортного происшествия от 22 декабря 2018 г. возникла в связи необходимостью предоставить эксперту, проводившему автотехническую экспертизу в рамках дела об административном правонарушении, дополнительные данные в отношении расстояний нахождения автомобиля <данные изъяты> от линии движения препятствий.
Учитывая вышеизложенное, исходя из того, что причиной составления указанных схем дорожно-транспортного происшествия послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, данные схемы изучены судом первой инстанции и оценены в совокупности с остальными доказательствами, судебная коллегия полагает, что основания подвергать сомнению данные схемы, в рассматриваемом случае отсутствуют.
Доводы апелляционной жалобы о том, что размер взысканных расходов на оплату услуг представителя является чрезмерно завышенным и необоснованным, не могут быть повлечь отмену решения суда по следующим основаниям.
Согласно пункту 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Разумность размеров, как категория оценочная, определяется индивидуально с учетом особенностей конкретного дела.
Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя, суд первой инстанции обоснованно исходил их конкретных обстоятельств дела, характера и сложности дела, объема оказанной представителем помощи, участия представителя в судебных заседаниях, принципа разумности.
Судебная коллегия считает, что определенный судом размер возмещения расходов на оплату услуг представителя согласуется с положениями процессуального закона. Вопреки доводам жалобы доказательств несоразмерности расходов на оплату услуг представителя материалы дела не содержат, стороной ответчика не представлено.
Судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы относительно отсутствия оснований для взыскания с ответчика упущенной выгоды.
Удовлетворяя требования Куанчалиева Х.Р. о взыскании упущенной выгоды за период с 3 декабря 2018 г. по 3июня 2019 г. в размере 120000 руб., суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", исходил из того, что истцом представлены доказательства реальной возможности получения дохода от договора аренды транспортного средства, принадлежащего истцу, размер арендной платы определен договором, сделка в этой части не оспорена, объективных доказательств мнимости заключенного договора аренды транспортного средства либо его неисполнения сторонами договора в суд не представлено.
Данный вывод суда первой инстанции судебная коллегия находит не соответствующим обстоятельствам дела и требованиям закона.
Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.
Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.
При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.
В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").
Таким образом, исходя из смысла указанных норм, бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды возлагается на истца, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, при этом единственной причиной неполучения которых стали неправомерные действия ответчика, а также доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.
Обосновывая заявленные требования о взыскании упущенной выгоды, истец ссылался на договор аренды транспортного средства от 1 июня 2018 г. Расчет упущенной выгоды Куанчалиев Х.Р. производил исходя из размера ежемесячной арендной платы, предусмотренной договором аренды.
В рассматриваемом случае для возмещения стоимости упущенной выгоды лицо, требующее её взыскания в судебном порядке, помимо доказывания общих оснований возмещения убытков (факт их причинения, наличие причинно-следственной связи между этим фактом и спорными убытками, размер убытков) в силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.
Лицо, предъявляющее требование о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, должно доказать факт нарушения своего права, наличие и размер убытков, наличие причинной связи между поведением лица, к которому предъявляется такое требование, и наступившими убытками, а также то, что возможность получения прибыли существовала реально, то есть при определении упущенной выгоды должны учитываться предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.
На заседании суда апелляционной инстанции от 13 ноября 2019 г. представитель Куанчалиева Х.Р. по доверенности Кусков П.А. пояснил, что арендные платежи ежемесячно наличным расчетом уплачивались арендаром в соответствии с условиями договора аренды. У истца имеются доказательства, подтверждающие реальное исполнение договора аренды транспортного средства, которые будут предоставлены в следующее судебное заседание суда апелляционной инстанции.
Между тем ни Куанчалиев Х.Р., ни его представитель по доверенности Кусков П.А., в нарушении положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представили ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций доказательства, подтверждающие реальность получения прибыли по договору аренды транспортного средства, доказательства того, что получаемая Куанчалиевым Х.Р. сумма арендной платы составляла исключительно его доходы (прибыль) (не учтены расходы на содержание автомобиля, налоги и иные обязательные платежи), доказательства оплаты налогов с сумм арендной платы, действия ответчика явились единственной и самостоятельной причиной того, что истцом выгода упущена, а также принятия со своей стороны всех необходимых мер и приготовлений для получения упущенной выгоды, доказательства, свидетельствующие о том, что истцом предпринимались все необходимые меры к уменьшению или недопущению таких убытков, наличие убытков в размере, заявленном к взысканию, обоснованный расчет убытков с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы право истца не было нарушено.
Заявленные истцом убытки в виде неполученных арендных платежей за 6 месяцев, начиная со дня дорожно-транспортного происшествия, носят вероятностный характер, неизбежность получения заявленных к взысканию денежных средств бесспорными доказательствами не подтверждена.
Само по себе подписание договора аренды транспортного средства в отсутствие доказательств его реального исполнения подтверждением возникновения убытков в виде упущенной выгоды на сумму 120000 руб. не является.
Исходя из положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия в целях всестороннего и полного рассмотрения настоящего гражданского дела истребовала из налогового органа сведения в отношении Куанчалиева Х.Р.
Как следует из ответа <данные изъяты> от 27 ноября 2019 г., в налоговом органе отсутствуют сведения о представленных налогоплательщиком Куанчалиевым Х.Р. налоговых деклараций за период 2018 г.
Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и учитывая положения статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания упущенной выгоды, в связи с чем решение суда в части удовлетворения требований о взыскании упущенной выгоды в размере 120000 руб. не может быть признано законным и обоснованным, подлежит отмене с принятием в данной части нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании упущенной выгоды.
Поскольку судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда в части взыскания упущенной выгоды, то решение суда в части размера взысканных расходов по оплате государственной пошлины подлежит изменению, и составляет 5088 руб.
Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены либо изменения решения суда в остальной части судебная коллегия не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
определила:
решение Приволжского районного суда Астраханской области от 13 августа 2019 г. в части удовлетворения требований о взыскании денежных средств в счет возмещения упущенной выгоды отменить, принять в данной части новое решение.
В удовлетворении исковых требований Куанчалиева Х.Р. к Лупареву А.А. о взыскании упущенной выгоды отказать.
Решение Приволжского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части размера взысканной государственной пошлины изменить.
Взыскать с Лупарева А.А. в пользу Куанчалиева Х.Р. расходы по оплате государственной пошлины в размере 5088 руб.
В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу Лупарева А.А. - без удовлетворения.
Председательствующий: Л.И. Костина
Судьи областного суда: Ю.А. Чернышова
Л.Б. Лапшина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
