Дата принятия: 17 октября 2019г.
Номер документа: 33-4001/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЛАДИМИРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 октября 2019 года Дело N 33-4001/2019
Дело N 2-2-124/2019 Судья Шульга В.В.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Владимирского областного суда в составе:
председательствующего Никулина П.Н.,
судей Гришиной Г.Н. и Сергеевой С.М.,
при секретаре Евдокимовой Е.Л.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Владимире 17 октября 2019 года гражданское дело по апелляционной жалобе Маровой С. Н. на решение Собинского городского суда Владимирской области от 4 июля 2019 года, которым постановлено:
исковые требования Маровой С. Н. удовлетворить частично.
Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Собинском районе Владимирской области зачесть Маровой С. Н. в календарном исчислении в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2015 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" период учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года.
Остальные требования оставить без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Гришиной Г.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Марова С.Н., уточнив в ходе судебного разбирательства исковые требования, обратилась в суд с иском к Государственному учреждению Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Собинском районе Владимирской области (далее - ГУ УПФ РФ в Собинском районе), в котором просила обязать ответчика включить в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2015 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", период учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года с момента первоначального обращения к ответчику, а именно с 25 августа 2016 года, произвести перерасчет досрочной страховой пенсии по старости с 25 августа 2016 года с учетом включения в специальный стаж периода учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года, выплатить пенсию с учетом ее перерасчета за период с 25 августа 2016 года по 7 октября 2018 года и взыскать компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.
В обоснование исковых требований Марова С.Н. указала, что 19 августа 2016 года обратилась в ГУ УПФ РФ в Собинском районе с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2015 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с момента достижения возраста 50 лет, то есть с 25 августа 2016 года, однако решением ответчика от 30 ноября 2016 года ей было отказано в ее назначении по причине отсутствия специального стажа, который согласно расчету ответчика составил 11 лет 25 дней. В специальный стаж ответчиком не включены: период учебы с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года в ПТУ фабрики им. Лакина, периоды работы с 27 апреля 1985 года по 30 ноября 1986 года в должности ткача в АО "Ундольская мануфактура", с 9 декабря 1986 года по 29 ноября 1987 года и с 30 ноября 1987 года по 27 марта 1995 года в должности ткача, прядильщика в АО "Ундольская мануфактура", а также с 28 июня 1995 года по 31 декабря 1997 года в должности прядильщика в АО "Ундольская мануфактура" в связи с отсутствием документов, подтверждающих занятость в течение полного рабочего дня, а также неправильной записи о смене фамилии в трудовой книжке. Полагала, что все документы, представленные ответчику, подтверждали ее занятость в льготной должности и позволяли ответчику включить их в специальный стаж. При этом ее вины в том, что работодателем не сданы в архив необходимые документы, не имеется. При повторном обращении к ответчику 8 октября 2018 года ей была назначена досрочная страховая пенсия по старости исключительно по тем же документам, которые имелись в пенсионном деле. Архивная справка администрации Собинского района от 23 ноября 2018 года поступила ответчику 26 ноября 2018 года. Незаконными действиями ответчика ей причинен моральный вред.
В судебное заседание истец Марова С.Н. не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена судом первой инстанции надлежащим образом.
Адвокат Графская М.В., представляющая ее интересы на основании ордера и доверенности, уточненные исковые требования Маровой С.Н. поддержала, ссылаясь на изложенные выше доводы.
Представитель ответчика ГУ УПФ РФ в Собинском районе в судебное заседание также не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 152). Ранее в судебном заседании представитель ответчика Потапова А.А. исковые требования Маровой С.Н. не признала, ссылаясь на то, что решение ответчика от 30 ноября 2016 года N 69 истец не обжаловала. Просила отказать Маровой С.Н. в иске в полном объеме.
Суд постановилуказанное выше решение.
В апелляционной жалобе истец Марова С.Н. ставит вопрос об отмене решения суда, считая его незаконным, вынесенным с нарушением норм материального права. В качестве доводов жалобы указывает, что при первоначальном обращении истца у ответчика имелись достаточные документы для назначения досрочной страховой пенсии по старости, а запрошенные у Маровой С.Н. документы при обращении к ответчику 19 августа 2016 года не были представлены по независящим от нее обстоятельствам.
В возражениях на апелляционную жалобу ГУ УПФ РФ в Собинском районе просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу Маровой С.Н. - без удовлетворения.
В заседание суда апелляционной инстанции истец Марова С.Н. и представитель ответчика ГУ УПФ РФ в Собинском районе не явились, о явке извещены по правилам ст. 113 ГПК РФ посредством телефонограммы и направления судебного извещения факсимильной связью, при этом представитель ответчика ГУ УПФ РФ в Собинском районе ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ в отсутствие не явившихся лиц.
В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения, согласно требованиям ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на нее, судебная коллегия приходит к следующему.
Решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Маровой С.Н. о взыскании компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, лицами, участвующими в деле, не обжалуется.
Оснований для проверки решения суда первой инстанции в полном объеме с учетом положений ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия не находит. Таким образом, решение в этой части подлежит оставлению без изменения.
Разрешая спор и отказывая Маровой С.Н. в удовлетворении требований о перерасчете досрочной страховой пенсии по старости с 25 августа 2016 года и ее выплате с 25 августа 2016 года по 7 октября 2018 года, суд первой инстанции, исходил из того, что при первоначальном обращении в пенсионный орган, то есть, 19 августа 2016 года, Маровой С.Н. не были представлены документы, подтверждающие наличие у нее права на досрочную страховую пенсию по старости, а отказ ответчика от 30 ноября 2016 года истец в суд не обжаловала. При этом суд первой инстанции, установив вышеуказанные обстоятельства, исходил из того, что право на досрочное назначение страховой пенсии по старости с учетом включения в специальный стаж периодов работы с 27 апреля 1985 года по 30 ноября 1986 года в должности ткача в АО "Ундольская мануфактура", с 9 декабря 1986 года по 29 ноября 1987 года и с 30 ноября 1987 года по 27 марта 1995 года в должности ткача, прядильщика в АО "Ундольская мануфактура", возникло у Маровой С.Н. после представления истцом свидетельства о заключении брака, свидетельства о расторжении брака и справки архивного фонда фабрики им. Лакина (АООТ "Ундольская мануфактура"), в связи с чем, пришел к выводу о законности назначения ответчиком спорной пенсии с 8 октября 2018 года.
Кроме того, суд первой инстанции включил в специальный стаж Маровой С.Н. период учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года.
Судебная коллегия не может согласиться с данными выводами, поскольку они основаны на ошибочном толковании положений пенсионного законодательства, регулирующего спорные правоотношения.
В соответствии с ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в настоящий Федеральный закон.
Согласно ст. 22 данного закона страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений ч. 7 ст. 21 настоящего Федерального закона. В случае, если к заявлению о назначении страховой пенсии приложены не все необходимые документы, подлежащие представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно. Если такие документы будут представлены не позднее чем через три месяца со дня получения соответствующего разъяснения, днем обращения за страховой пенсией считается день приема заявления о назначении страховой пенсии, или дата, указанная на почтовом штемпеле организации федеральной почтовой связи по месту отправления данного заявления, или дата подачи заявления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", включая Единый портал государственных и муниципальных услуг, или дата приема заявления многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг. Орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, при приеме заявления дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы, находящиеся в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, он вправе представить по собственной инициативе.
Исходя из системного толкования перечисленных выше положений, следует, что начало течения срока для назначения страховой пенсии по старости законодатель связывает с двумя обстоятельствами, а именно, с заявительным порядком назначения пенсионного обеспечения и наличием у гражданина права на его получение.
Положения статьи 22 действующего в настоящее время Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" тождественны положениям статьи 19 действовавшего до 1 января 2015 года Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", толкование которой дано в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за 2 квартал 2006 года, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2006 года (раздел "Вопросы применения пенсионного законодательства", вопрос 18).
Согласно этому толкованию, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что на момент первоначального обращения за трудовой пенсией в пенсионный орган гражданин имел право на указанную пенсию, однако не располагал необходимыми сведениями и (или) документами, подтверждающими право на пенсию, и не смог представить их в установленный трехмесячный срок по независящим от него причинам (например, тождественность выполняемых истцом функций тем работам, которые дают право на пенсию, была установлена в ходе судебного разбирательства), то суд вправе удовлетворить требование истца о назначении ему трудовой пенсии по старости с момента первоначального обращения за указанной пенсией.
Из материалов дела следует, что 19 августа 2016 года, то есть при первоначальном обращении к ответчику с заявлением о назначении пенсии в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", Маровой С.Н. были представлены следующие документы: паспорт, справка о заработной плате от 8 августа 2011 года N 142, свидетельства о рождении детей, СНИЛС и трудовая книжка (л.д. 88-92).
Учитывая, что вышеуказанных документов было недостаточно для назначения спорной пенсии, Маровой С.Н. было вручено уведомление о необходимости предоставления дополнительных документов, а именно документа об окончании учебного заведения, справки работодателя о периодах работы, справки, уточняющей характер работы и копии записи акта гражданского состояния (л.д. 93-94).
ГУ УПФ РФ в Собинском районе был сделан запрос в администрацию Собинского района, в ответ на который МКУ "Управление по обеспечению деятельности администрации Собинского района" письмом от 3 ноября 2016 года N 2036 сообщило о невозможности подтвердить стаж работы Маровой С.Н. на прядильно-ткацкой фабрике им. Лакина с 1983 года по 1998 года по причине не поступления документов организации на хранение (л.д. 53).
Согласно протоколу заседания Комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 29 ноября 2016 года N 777 по имеющимся в распоряжении ответчика документам были выявлены следующие недостатки, которые повлияли на принятие ГУ УПФ РФ в Собинском районе решения об отказе Маровой С.Н. в назначении досрочной страховой пенсии по старости: в трудовой книжке запись о смене фамилии сделана с нарушением Правил ведения трудовых книжек; отсутствовали документы, подтверждающие занятость истца в течение полного рабочего дня в периоды работы с 27 апреля 1985 года по 30 ноября 1986 года, с 9 декабря 1986 года по 29 ноября 1987 года, с 30 ноября 1987 года по 27 марта 1995 года и с 28 июня 1995 года по 31 декабря 1997 года, поскольку фабрика им. Лакина (с 17 ноября 1992 года - АООТ "Ундольская мануфактура") ликвидирована, документы в архив не сданы, в наблюдательном деле имеется информация о наличии простоев оборудования (л.д. 9-10, 144-147). При этом период учебы в ПТУ при фабрике им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года не включен в страховой стаж.
По истечению трехмесячного срока решением ответчика от 30 ноября 2016 года N 69 Маровой С.Н. отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемого стажа, который по мнению ответчика составил 11 лет 25 дней.
Документы АООТ "Ундольская мануфактура" за период 1972-1998 годов поступили на хранение в архивный отдел администрации Собинского района только 9 февраля 2018 года (л.д. 43).
Повторное обращение Маровой С.Н. к ответчику состоялось 8 октября 2018 года, к заявлению о назначении пенсии были приложены лицевой счет, справка архивного учреждения и свидетельство о браке (л.д. 77-78).
23 ноября 2018 года в адрес ГУ УПФ РФ в Собинском районе администрацией Собинского района направлена справка о трудовом стаже Маровой С.Н. в период с 1983 по 1998 годы (л.д. 50).
Решением ответчика от 6 декабря 2018 года N 418316/18 Маровой С.Н. назначена досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с даты повторного обращения в ГУ УПФ РФ в Собинском районе, а именно, с 8 октября 2018 года. При этом специальный стаж истца на дату назначения составил 21 год 9 месяцев 1 день (л.д. 51-52, 82).
Вместе с тем, вышеуказанная справка о трудовом стаже истца в период с 1983 по 1998 годы не могла быть представлена Маровой С.Н. при первоначальном обращении за назначением страховой пенсии по старости в установленный трехмесячный срок по независящей от нее причине, а именно по причине того, что документы работодателем переданы в архив только 9 февраля 2018 года.
Однако на момент первоначального обращения за досрочной страховой пенсией по старости в пенсионный орган, а именно с 25 августа 2016 года, то есть с момента достижения возраста **** лет, Марова С.Н. имела право на указанную пенсию.
При этом в распоряжении ответчика на тот момент имелись достаточные документы для назначения истцу досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", в том числе, уточняющая справка АО "Ундольская мануфактура", подтверждающая работу Маровой С.Н. в периоды с 1 января 1997 года по 31 декабря 1997 года в льготной должности (л.д. 57-58), а также выписка из лицевого счета застрахованного лица, согласно которой периоды работы с 27 апреля 1985 года по 30 ноября 1986 года, с 9 декабря 1986 года по 29 ноября 1987 года, с 30 ноября 1987 года по 31 декабря 1991 года, с 28 июня 1995 года по 31 декабря 1997 года, то есть те, которые не были включены в специальный стаж, были отражены с кодом особых условий труда (л.д. 126-143).
Кроме того, требования, связанные с необходимостью подтверждения занятости на льготной работе в течение полного рабочего дня, были утверждены после 1 марта 1992 года, а часть вышеуказанных периодов имела место до принятия указанных требований.
При этом согласно п. 121 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденного приказом Минтруда России от 28 ноября 2014 года N 958н, принадлежность трудовой книжки данному гражданину устанавливается на основании свидетельства о браке, свидетельства о перемене имени, свидетельства о расторжении брака, справок о браке, о перемене имени, о расторжении брака, выдаваемых органами записей актов гражданского состояния, документов компетентных органов (должностных лиц) иностранных государств, в случае, если имя, отчество или фамилия гражданина в документе, представленном для установления пенсии, не совпадает с его именем, отчеством или фамилией, указанным в документе, удостоверяющем личность.
Фамилия истца, указанная в трудовой книжке, совпадала с фамилией, указанной в ее паспорте.
Невыполнение работодателем истца обязанности по правильному заполнению трудовой книжки относительно записи о смене фамилии, которая сделана с нарушением Правил ведения трудовых книжек (без указания даты выдачи свидетельства о браке), не может влиять на пенсионные права истца.
Учитывая изложенное, страховая пенсия по старости должна быть назначена Маровой С.Н. не с момента повторного обращения истца в ГУ УПФ РФ в Собинском районе с заявлением о назначении указанной пенсии, как ошибочно полагал суд первой инстанции, а с момента возникновения права на нее, принимая во внимание подачу заявления о ее назначении 19 августа 2016 года и достижение возраста **** лет, а именно с 25 августа 2016 года. Данное толкование не противоречит ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" и гарантирует гражданину своевременное пенсионное обеспечение.
В силу пп. "з" п. 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 3 августа 1972 года N 590 "Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий", Марова С.Н. имеет право на включение в специальный стаж периода учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года, на что правильно указано судом первой инстанции.
Вместе с тем, данное право у истца возникло с 25 августа 2016 года, поскольку следовавшая за данным обучением работа с 27 апреля 1985 года по 30 ноября 1986 года в должности ткача в АО "Ундольская мануфактура" также подлежала зачету при первоначальном обращении к ответчику.
С учетом изложенного, у суда первой инстанции имелись основания для удовлетворения исковых требований Маровой С.Н. об обязании ГУ УПФ РФ в Собинском районе включить в специальный стаж истца период учебы в ПТУ фабрики им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года с 25 августа 2016 года, в связи с чем, решение суда в этой части подлежит изменению.
Учитывая, что на момент первоначального обращения за назначением страховой пенсии по старости с учетом момента возникновения права на нее Марова С.Н. фактически обладала правом на ее назначение с учетом специального стажа большей продолжительностью, решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований Маровой С.Н. к ГУ УПФ РФ в Собинском районе о выплате досрочной страховой пенсии по старости в связи с работой в текстильной промышленности с 25 августа 2016 года с учетом периода учебы с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года в ПТУ при фабрике им. Лакина подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении данных требований Маровой С.Н.
Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Собинского городского суда от 4 июля 2019 года в части отказа в удовлетворении исковых требований Маровой С. Н. к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Собинском районе Владимирской области о выплате досрочной страховой пенсии по старости в связи с работой в текстильной промышленности с 25 августа 2016 года с учетом периода учебы в ПТУ при фабрике им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года - отменить, принять в этой части новое решение, которым указанные требования удовлетворить.
Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Собинском районе Владимирской области произвести Маровой С. Н. выплату досрочной страховой пенсии по старости с 25 августа 2016 года с учетом периода учебы в ПТУ при фабрике им. Лакина с 4 августа 1983 года по 26 апреля 1985 года.
В остальной части решение Собинского городского суда Владимирской области от 4 июля 2019 года оставить без изменения.
Председательствующий Никулин П.Н.
Судьи Гришина Г.Н.
Сергеева С.М.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
