Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 10 апреля 2019 года №33-393/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 10 апреля 2019 года Дело N 33-393/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:
председательствующего - Матакаевой С.К.,
судей - Лайпанова А.И., Сыч О.А.,
при секретаре судебного заседания - Хабовой М.Т.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Кушаев Э.Х. на решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 15 ноября 2018 года по иску Кушаевой Н.М. к Кушаев Э.Х. о признании недействительным договора дарения и признании права собственности на недвижимое имущество.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда КЧР Матакаевой С.К., мнение представителя истца Кушаевой Н.М. - Левашовой Л.В., Ахмедовой О.И., представителя ответчика Кушаева Э.Х. - Русиной О.В., представителя Синициной Х.Х. - Кушаева М.Х., третьего лица - Кушаева В.Х., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Кушаева Н.М. обратилась в суд с иском к Кушаев Э.Х. о признании недействительным договора дарения и признании права собственности на недвижимое имущество. Свои требования истец обосновала тем, что 04 августа 1982 года она заключила брак с КушаевХ.Х.. Супруг умер <дата>, все это время они проживали вместе. После смерти супруга Кушаева Н.М. обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. После смерти супруга, его двоюродная сестра, Коркмазова С.А., принесла домой документы, которые якобы с ее слов передал ей на хранение при жизни супруг истицы, это было уже после похорон ее супруга. В числе предоставленных документов была доверенность от 10 июля 2014 года и договор дарения от 24 июля 2014 года, а так же свидетельство о праве собственности Кушаев Э.Х. на жилой дом и земельный участок по <адрес> в <адрес>. О существовании указанного договора дарения ей не было известно. Согласно договора дарения ее супруг, КушаевХ.Х., подарил своему сыну от первого брака, Кушаев Э.Х., от имени и в интересах которого действовала Коркмазова С.А., жилой дом и земельный участок мерою <данные изъяты> кв.м., расположенные по адресу: <адрес>. Кушаева Н.М. полагает, что договор дарения от <дата> подлежит признанию недействительным. Жилой дом по <адрес> они строили с супругом совместно. 22 июля 1988 года между Черкесским городским Советом народных депутатов и КушаевХ.Х. был заключен договор о возведении индивидуального жилого дома на праве личной собственности на отведенном земельном участке, согласно которого Кушаеву Х.Х. разрешено возвести жилой дом и гараж. 1995 году Кушаеву Х.Х. было выдано свидетельство о праве собственности на землю N.... В 2008 году они с супругом возвели пристройку к дому размерами 2,25м. х 5,65м., на основании разрешения, выданного Архитекурно-планировочным бюро администрации города Черкесска N296 от 10.06.2008 года. Право собственности на жилой жом общей площадью 116,1 кв.м, супруг зарегистрировал в 2010 году, право собственности на земельный участок мерою 592 кв.м, зарегистрировано так же 17.09.2010 года на основании ранее выданного свидетельства о праве собственности на землю и подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности от 17.09.2010 года. Все это время истец знала о том, что документы на дом и на земельный участок находятся у них дома и не смотря на то, что имущество оформлено на имя супруга она знала, что имеет право на половину дома и земельного участка, как на имущество приобретенное в период брака. Дом они строили с мужем своими руками, неизвестно каким образом супруг мог оформить дарение на своего сына, вероятно он был введен в заблуждение или был обманут, поскольку у него не было хороших отношений с сыном Кушаев Э.Х., они не были близки и более того, Кушаев Э.Х. проживал в то время и сейчас проживает в Сахалинской области. При этом у него были доверительные отношения с двоюродной сестрой Коркмазова С.А., которая действовала при заключении договора дарения от имени Кушаев Э.Х. по доверенности. Супруг не мог поступить таким образом, совершив подобную сделку. Истец может лишь предположить, что эту сомнительную сделку осуществила двоюродная сестра супруга - Коркмазова С.А., введя КушаевХ.Х. в заблуждение, совершив это назло истице, поскольку ее не устраивало, что она является женой КушаевХ.Х., несмотря на то, что они прожили вместе с 1982 года, и у них был общий ребенок. Доказательством того, что договор дарения был совершен для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, является тот факт, что как до, так и после совершения договора дарения, она и ее супруг проживали в доме по <адрес>, оплачивали платежи за коммунальные услуги. Кушаева Н.М. не подозревала и даже не могла предположить о том, что ее супруг и она уже не владельцы дома. Полагает, что данный договор заключен с одной целью вывести домовладение и земельный участок из наследственной массы наследоваться по закону после смерти Кушаева Х.Х. С сыном Кушаев Э.Х. у них не было доверительных отношений, истец допустила бы, что супруг мог подарить имущество другому сыну, который проживал в Черкесске - Кушаев В.Х., но никак не Э.. При подписании договора дарения Кушаев Э.Х. не присутствовал, так как проживал в Сахалинской области, Кушаев Э. приезжал в КЧР в отпуск и приходил в гости к отцу, то отец (Кушаев Х.Х.) прятал всегда документы и деньги. Истец полагает, что договор дарения мог быть совершен путем введения Кушаева Х.Х. в заблуждение, только лишь для того, чтобы исключить это домовладение из состава наследственного имущества после смерти Кушаева Х.Х., и тем самым не допустить его раздела после смерти Кущаева Х.Х., поскольку на тот момент супругу было уже 74 года, здоровье уже было подорвано. В 2010 году у него был обширный инфаркт и он находился в реанимации в Черкесской городской больнице, а в 2011 году повторно перенес инфаркт и находился на лечении в реанимации Карачаево-Черкесской республиканской больницы. После этого он ежегодно проходил лечение в стационаре в связи с заболеванием сердца. Просит суд: признать недействительным договор дарения от 24 июля 2014 года жилого дома и земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, заключенный между дарителем КушаевХ.Х. и одаряемым Кушаев Э.Х., в лице своего представителя Коркмазова С.А., зарегистрированный в ЕГРП <дата> за номером N...; восстановить за КушаевХ.Х. <дата> года рождения право собственности на 1/2 долю жилого дома площадью N... кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью N... кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес>а; признать за Кушаевой Н.М., <дата> года рождения, право общей долевой собственности на 1/2 долю жилого дома площадью N... кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью N... кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес>. Указать, что решение суда будет являться основанием для отмены записи государственной регистрации N... и N... о праве собственности Кушаев Э.Х. на жилой дом и земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м., расположенные по адресу: <адрес>, а также являться основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о государственной регистрации права общей долевой собственности Кушаевой Н.М., <дата> года рождения, на 1/2 долю жилого дома площадью <данные изъяты> кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес>.
В судебном заседании суда первой инстанции представители истца Ахметова О.И. и Левашова Л.В. поддержали исковые требования, также пояснили, что в данном случае исковая давность не может быть применена, так как истец - Кушаевой Н.М., узнала о договоре дарения лишь в 2018 году, когда справляли поминки (52 дня) по Кушаеву Х.Х., более того, все уведомления об оплате земельного налога приходили на имя Кушаева Х.Х., все коммунальные платежи по содержанию дома раньше платил Кушаев Х.Х., после смерти его супруга. Как и предполагалось, Кушаев Х.Х. не понял, что спорный дом и земельный участок подарил своему сыну, который даже не приехал к нему на похороны, не заботился о нем, когда тот болел. Ответчик проживал, как и по настоящее время проживает на Сахалине, в то время, когда его другой сын Кушаев В.Х. всегда находился рядом, который тоже не знал о такой сделке. Было бы не так странно, если бы Х.Х. подарил свой дом другим детям, которые всегда были рядом и заботились о нем. Ответчик Кушаев Э.Х. в доме никогда не проживал, после заключения договора дарения не произвел ни одного платежа за коммунальные услуги. Недвижимое имущество от одной стороны к другой не передавалось. Права владения и пользования предметом сделки у сторон этой сделки сохранились в неизменном виде и в прежнем объеме, без какой-либо трансформации. Фактически никаких видимых правовых последствий после совершения сделки для ее сторон не наступило. Кушаев Э. приезжал в КЧР в отпуск и приходил в гости к отцу, то отец (Кушаев Х.Х.) прятал всегда документы и деньги. Кушаева Н.М. требует вернуть свою долю недвижимого имущества, которая ей положена по закону. Просят суд удовлетворить исковые требования в полном объеме.
Представитель ответчика Кушаева Э.Х. - Русина О.В. возражала против удовлетворения иска, суду пояснила, что договор дарения прошел государственную регистрацию, о чем имеется запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Кушаев Х.Х. находился в здравом рассудке и памяти, понимал значение своих действий и руководил ими. Он исполнил свое желание и подарил домовладение своему сыну Кушаеву Э.Х. Оснований признания договора дарения на том основании, что ответчик Кушаев Э.Х. в доме никогда не проживал, не состоятельны. Коммунальные платежи он не оплачивал, потому что не проживал в домовладении. Веские причины не верить, что Кушаев Х.Х. подарил домовладение по собственному желанию и своему убеждению своему сыну, истцом не представлены, их просто не может быть. Доказательств того, что договор мог быть совершен путем введения Кушаева Х.Х. в заблуждение его сестрой Коркмазовой Светланой Алиевной только лишь для того, чтобы исключить это домовладение из состава наследственного имущества после смерти Кушаева Х.Х. не представлено. Не логично вводить своего брата в заблуждение, чтобы подарить домовладение своему сыну. Доказательств того, что у Кушаева Х.Х. не было хороших отношений с сыном также не представлено. Нет ничего необычного в том, что отец решилподарить домовладение своему сыну. Полагает, что установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, совокупность представленных и исследованных доказательств, дают основание сделать вывод об отсутствии законных оснований для удовлетворения требований истца. На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований Кушаевой Н.М. о признании недействительным договора дарения просит отказать и применить срок исковой давности, поскольку всем было известно о договоре дарения сразу после его подписания. Истец оплачивала коммунальные услуги, в том числе налог на имущество и не могла не знать, что домовладение принадлежит Кушаеву Э.Х.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно иска Синициной Х.Х. - Кушаева М.Х. иск поддержала, просит его удовлетворить в полном объеме. Ранее в судебном заседании представила заявление от Синициной Х.Х., в котором указано, что о договоре дарения спорного недвижимого имущества ей стало известно только в 2018 году, после смерти отца.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно иска, Кушаев В.Х., в суд не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте слушания дела. В заявлении, по существу исковых требований Кушаевой Н.М. дал письменные пояснения, где сказано, что КушаевХ.Х. доводится ему отцом, а ответчик Кушаев Э.Х. - родным братом. О факте дарения в 2014 году имущества в виде дома и земельного участка по <адрес> в <адрес>, его отцом брату, Кушаев Э.Х., ничего не было известно. Полагает, что отец был введен в заблуждение, поскольку зная характер отца, он бы никогда добровольно не лишил себя и свою жену при жизни единственного жилья. Он очень дорожил своим домом, который построил вместе с супругой Кушаевой Н.М. в браке. Кроме того, отец не был в близких отношениях с Эльдаром. Если бы отец и захотел осознанно подарить дом кому-либо из детей, то он бы предложил это сделать ему, поскольку он проживает в г.Черкесске, а Э. в Сахалинской области. Подтверждает, что о дарении дома и земельного участка ему стало известно только после смерти отца, в мае 2018 года от его двоюродной сестры, Коркмазова С.А.. Считает, что исковые требования Кушаевой Н.М. обоснованны и подлежат удовлетворению.
Истец Кушаева Н.М. в суд не явилась, судом надлежащим образом извещена о времени и месте слушания дела, в материалах дела имеется заявление от 01.11.2018г. о рассмотрении иска без ее участия.
Ответчик Кушаев Э.Х. так же не явился, судом надлежащим образом извещен о времени и месте слушания дела, проживает на Сахалине, находится в длительном плаванье, в суд направил своего представителя наделенной всеми полномочиями по делу, удостоверенной доверенностью.
Управление Росреестра по КЧР не явилось, судом надлежащим образом извещено о времени и месте слушания дела.
Дело в соответствии с требованиями ст.167 ГПК РФ рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Решением Черкесского городского суда КЧР от 15 ноября 2018 года исковые требования Кушаевой Н.М. к Кушаев Э.Х. о признании недействительным договора дарения и признании права собственности на недвижимое имущество удовлетворены.
Ответчик Кушаев Э.Х. в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новое решение, отказав в иске в полном объеме, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, а так же недоказанностью установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела. Ответчик ссылается, что доказательств того, что Кормазова Л.А. осуществила сделку, введя в заблуждение Кушаева Х.Х., не представлено. Суд незаконно по собственной инициативе применил последствия мнимой сделки, поскольку доказательств того, что Кушаев Х.Х. подарил принадлежащее ему домовладение не по своему внутреннему убеждению и против своего желания не имеется. Факт того, что Кушаев Х.Х. и его супруга продолжали проживать в домовладении после совершения сделки не могут свидетельствовать о том, что сделка была мнимой, проживая там они соответственно несли бремя расходов.
В письменных возражениях истец просит обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Кушаева Э.Х. - Русина О.В. поддержала доводы апелляционной жалобы, просила ее удовлетворить.
Представители истца Кушаевой Н.М. - Левашова Л.В., Ахмедова О.И., возражали против доводов апелляционной жалобы, просили оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Представитель Синициной Х.Х. - Кушаева М.Х. полагала решение суда законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения.
Третье лицо - Кушаева В.Х. полагал решение суда законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения.
Истец Кушаева Н.М., ответчик Кушаев Э.Х., третье лицо Синицина Х.Х., Управление Росреестра по КЧР, извещенные о месте и времени судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом, не явились.
В соответствии с положениями ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ), предоставляющими возможность рассмотрения дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда КЧР считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав участников процесса, проверив материалы дела и в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно пункту 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
В силу статьи 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными данным Кодексом.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации).
Положениями статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 256 ГК РФ предусмотрено, что совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона.
Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 33 СК РФ).
К общему имуществу супругов согласно пункту 2 статьи 34 СК РФ относятся, в том числе, приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи (жилые и нежилые строения и помещения, земельные участки, автотранспортные средства, мебель, бытовая техника и т.п.); любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
Согласно п. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.
Все имущество, приобретенное в период брака, является совместно нажитым в силу статьи 34 СК РФ, если не будут представлены доказательства того, что это имущество было приобретено за счет личных средств одного из супругов.
Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 56 ГК РФ).
Доказательств достоверно свидетельствующих о том, что спорное имущество было приобретено по безвозмездной сделке либо за счет личных средств Кушаев Х.Х., суду в ходе рассмотрения дела представлено не было, на это стороны и не ссылались.
Как установлено судом и подтверждено материалами дела, <дата> умер Кушаев Х.Х.(свидетельство о смерти 1-ЯЗ N... от <дата>), завещание наследодателем оставлено не было.
В период брака между Кушаевой Н.М. и Кушаевым Х.Х.(брак зарегистрирован <дата>) на имя последнего зарегистрирован земельный участок мерою <данные изъяты> кв.м.( свидетельство о праве собственности на землю N... от <дата>) и жилой дом (свидетельство о государственной регистрации права серии )(-N... от <дата>, расположенные по адресу: <адрес>.
По договору дарения от 24 июля 2014 года Кушаев Х.Х. произвел отчуждение вышеуказанного домовладения (жилого дома, общей площадью <данные изъяты>.м. и земельного участка мерою <данные изъяты> кв.м.) расположенного по адресу: <адрес> в пользу сына Кушаева Э.Х.
Право собственности Кушаева Э.Х. зарегистрировано в ЕГРП <дата> за номером N... в установленном законом порядке.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, на основании объяснений сторон, фактических обстоятельств дела, достоверно установил, что, поскольку спорное домовладение по адресу: <адрес> и земельный участок по данному адресу было приобретено(дом построен) Кушаевым Х.Х. в браке с Кушаевой Н.М., то независимо от того, что право собственности на спорные объекты было оформлено на Кушаева Х.Х., Кушаевой Н.М. принадлежит 1/2 доля совместно нажитого имущества.
Исходя из указанных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о том, что у Кушаева Х.Х.не имелось законных оснований на распоряжение всем спорным имуществом.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на надлежащей оценке представленных доказательств и сделаны с учетом положений ст. ст. 34, 39, 256, 1150 ГК РФ,, подлежащими применению в данном случае.
В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В ст. 223 Гражданского кодекса РФ указано, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Из указанных правовых норм следует, что дарение - это двусторонняя сделка, для заключения которой обязательны воля и согласие двух сторон договора - дарителя (на передачу дара) и одаряемого (на принятие). Договор дарения по своей природе является реальным, поэтому порождает для дарителя обязательство, содержанием которого является передача дара путем выполнения каких-либо действий. Указанный договор считается заключенным с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого.
Судом первой инстанции установлено, что истец не доказал, что ответчик условия договора дарения выполнил.Имущество в виде жилого дома и земельного участка с 2014 года в его владении, пользовании и распоряжении не находились, фактически имущество в дар не принимался, в домовладение он не вселялся, реальной передачи оспариваемого имущества произведено не было, оставались во владении, пользовании и распоряжении супругов Кушаевых (а после смерти Кушаева Х.Х. - Кушаевой Н.М.), которые осуществляли в отношении домовладения от своего имени и за свой счет правомочия собственника. При таких обстоятельствах, суд верно принял во внимание доводы истицы о том, что сделка, совершенная по отчуждению имущества Кушаевым Х.Х., является недействительной. Судебная коллегия отмечает, что заслуживает внимание доводы истицы о том, что оспариваемая сделка заключена с одной целью вывести домовладение и земельный участок из наследственной массы после смерти Кушаева Х.Х.
Довод апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании сделки по отчуждению спорного домовладения признается судебной коллегией несостоятельным, поскольку в силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Ответчик каких либо доказательств подтверждающих о том, что истица знала или должна была знать о совершенной сделке в суд первой и апелляционной инстанции не представил.
Разрешая спор, суд удовлетворил требования истицы и в части восстановления права собственности на 1/2 долю жилого дома площадью <данные изъяты> кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес> за умершим Кушаевым Х.Х.
Между тем судебная коллегия находит указанный вывод основанным на неправильном применении норм материального права, поскольку законом не предусмотрено признание права собственности на имущество за умершим гражданином, в силу положений части 2 статьи 17 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность гражданина прекращается его смертью.
С учетом изложенного решение в вышеуказанной части подлежит отмене с принятием нового решения в указанной части об отказе в удовлетворении исковых требований.
В остальной части, при разрешении спора суд правильно определилхарактер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора, и обстоятельства, имеющие значение для дела.
Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, изложенную в суде первой инстанции, не содержит сведений об имеющих юридическое значение фактах, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции, доводы не опровергают выводы суда, сводятся лишь к несогласию с ними и субъективной оценке установленных обстоятельств, основаны на неправильном толковании закона.
Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, суд установил правильно, представленные доказательства оценил в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, нормы материального права применил верно, нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не допустил, поэтому предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в остальной части в пределах доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 15 ноября 2018 года в части восстановления права собственности на 1/2 долю жилого дома площадью <данные изъяты> кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес> за КушаевХ.Х., <дата> года рождения, умершим <дата>, отменить, принять по делу в указанной части новое решение.
В удовлетворении исковых требований о восстановлении права собственности на 1/2 долю жилого дома площадью <данные изъяты>1 кв.м, и на 1/2 долю земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: КЧР, <адрес> за КушаевХ.Х., <дата> года рождения, умершим <дата>, - отказать.
В остальной части решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 15 ноября 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Кушаев Э.Х. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка