Дата принятия: 16 июля 2020г.
Номер документа: 33-3761/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВОРОНЕЖСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 июля 2020 года Дело N 33-3761/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе: председательствующего Зелепукина А.В.
судей Готовцевой О. В., Востриковой Г.Ф.
при секретаре Попове И.С.
представителя истца Поляковой Ольги Алексеевны - адвоката Китаева А.А.
представителя БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" - адвоката Зениной И.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по докладу судьи Готовцевой О.В. гражданское дело N 2-11/2020 по иску Поляковой Ольги Алексеевны к бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" о взыскании денежных средств, оплаченных по договору оказания платных медицинских услуг, компенсации морального вреда, расторжении договора оказания платных медицинских услуг
по апелляционной жалобе Поляковой Ольги Алексеевны
на решение Левобережного районного суда г. Воронежа от 28 февраля 2020 года
(судья Жарковская О.И.)
УСТАНОВИЛА:
Истец Полякова О.А. обратилась в суд с иском к ответчику, указав, что 06.04.2018 она обратилась в БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" в отделение платных ортопедических услуг с целью зубопротезирования. Причиной обращения за медицинской помощью послужило затрудненное пережевывание пищи из-за отсутствия 12 зубов верхней челюсти и 6 зубов нижней челюсти; изменение цвета 7 зубов нижней челюсти, эстетический недостаток. После сбора анамнеза и обследования ей был поставлен диагноз: КО8.1 Частичная вторичная адентия верхней и нижней челюсти, III класс по Кеннеди.
06.04.2018 между ней (истцом) и ответчиком был заключен договор оказания платных медицинских услуг N, в соответствии с которым ответчик обязался оказать ей платные медицинские стоматологические услуги (ортопедические), а она оплатить их в соответствии с договором. Согласно пункту 4.1. договора стоимость ортопедических медицинских услуг составляет 51 901 рублей.
ДД.ММ.ГГГГ между ней (истцом) и ответчиком было заключено дополнительное соглашение к договору N, срок оказания услуг был продлён до 16.05.2018, а также увеличена стоимость услуг на 39 213 рублей. Она (истец) оплатила ответчику денежные средства по указанному выше договору и дополнительному соглашению к нему в размере 91 114 рублей.
06.04.2018 ей (истцу) был составлен план лечения: изготовление мостовидного протеза с опорой на металлокерамические коронки на 3.4; 3.3; 3.2; 3.1; 4.1; 4.2; 4.3; 1.3; 1.1 зубы; цельнолитые коронки на 1.8; 2.8; 3.6; 4.8 зубы; частичные съемные протезы на верхнюю и нижнюю челюсти из нейлона "Биодентапласт". После этого были изготовлены и зафиксированы в полости рта зубные протезы на верхнюю и нижнюю челюсти.
Как указывает истец, в результате некачественного изготовления протезов верхней и нижней челюсти она потеряла два передних верхних зуба (зубы отломились). Нижние передние зубы давили на верхние передние, которые зашатались. Через несколько дней зубы отломились. По неизвестным причинам в медицинской стоматологической карте врач Подоприхин В.К. указал, что якобы вышеуказанные два верхних зуба были утрачены в результате несчастного случая, что не соответствует действительности.
Ответчик возвратил денежные средства, оплаченные за некачественное протезирование, т.е. за оказанные ортопедические услуги с существенными недостатками по договору оказания платных медицинских услуг N от 06.04.2018 в размере 41 000 руб., однако, ответчик отказался возвратить оставшиеся 50 114 руб., указав, что это денежные средства за протезирование нижней челюсти, которое, произведено качественно.
Между тем, истец полагает, что протезирование нижней и верхней челюсти являются взаимосвязанными процессами, и наличие в полости рта протезов нижней челюсти влияет на методы, материалы и возможность изготовления протезов верхней челюсти; заключая договор оказания платных медицинских услуг N от 06.04.2018, она полагала, что результатом стоматологического ортопедического лечения будет восстановление функций жевания и нарушенной эстетики. Однако вследствие наличия существенных недостатков оказанной ответчиком медицинской услуги по ортопедическому лечению зубочелюстной системы она (истец) не только не достигла желаемого результата, но и лишилась двух передних здоровых зубов верхней челюсти. До настоящего времени, она (истец) испытывает нравственные и физические страдания, а именно постоянные боли в области челюстных суставов из-за занижения прикуса, так как отсутствуют зубы, поэтому она не имеет возможности не только жевать, но закрывать рот.
В связи с изложенным, истец просила суд:
- считать расторгнутым договор N оказания платных медицинских услуг от 06.04.2018 заключенный между Поляковой О.А. и БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5";
- взыскать с БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N" - 51 114 рублей, оплаченных по договору N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ;
- взыскать с БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N" в счет компенсации морального вреда 150 000 рублей.
ДД.ММ.ГГГГ решением Левобережного районного суда <адрес> постановлено:
- иск Поляковой Ольги Алексеевны к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской <адрес> "Воронежская стоматологическая поликлиника N" о защите прав потребителя, удовлетворить частично;
- взыскать с БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N" в пользу Поляковой Ольги Алексеевны в счет компенсации морального вреда 6 000 руб., штраф 3000 руб., всего 9000 руб.;
- в удовлетворении остальной части требований о расторжении договора N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Поляковой Ольгой Алексеевной и БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N", взыскании с БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N" денежных средств в размере 51 114 руб., оплаченных по договору N оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ и взыскании компенсации морального вреда превышающего 6 000 руб. - отказать;
- взыскать с БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N" государственную пошлину в доход местного бюджета 300 руб. (л. д. 30, 31-46 т.2).
Не согласившись с решением суда, истец подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворив ее исковые требования. В обоснование апелляционной жалобы Полякова О.А. указывает, что судом неправильно применены нормы материального права, неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела. Заключая договор об оказании платных услуг N, она полагала, что результатом ее стоматологического ортопедического лечения будет восстановление функций жевания и нарушенной эстетики, т.к. она не заключала договора в отношении стоматологического ортопедического лечения отдельных челюстей или каждого зуба в отдельности. В результате некачественного протезирования, она потеряла два передних верхних зуба. Записи в ее медицинской карте, отраженные врачом, не соответствуют действительности. Между тем, обязательное содержание медкарты установлено в Приказе от 10.05.2017 "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи". Считает, что оказанная ей ответчиком медицинская услуга по ортопедическому лечению зубочелюстной системы не соответствует пп. "а", "и" п.2.1 критериев оценки качества медицинской помощи, изложенных в приложении к приказу Министерства здравоохранения РФ N-н от 10.05.2017 "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи", поскольку в процессе 6-ти приемов врач-ортопед производил медицинское вмешательство в ее зубочелюстную систему: снимал, а затем фиксировал у нее (истца) в полости рта зубные протезы, осуществлял их переделку, но записей в медкарту не производил. Ответчик должен был доказать, что он оказал услугу надлежащего качества. Полагает, что экспертное заключение проведено не полно и не объективно, заинтересованным лицом. Оказанная ответчиком услуга также не соответствует п.30 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утв. Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 N 1006, согласно которому исполнитель обязан при оказании платных медицинских услуг соблюдать установленные законодательством Российской Федерации требования к оформлению и ведению медицинской документации и учетных и отчетных статистических форм, порядку и срокам их предоставления. Считает, что ввиду недостижения результата, предусмотренного договором об оказании платных медицинских услуг N, весь процесс лечения и ротезирования зубов был умышленно ответчиком не отражен в медицинской карте, а соответствующая услуга оказана некачественно, с существенными недостатками. Дефекты ведения медицинской документации отнесены к дефектам оказания медицинской помощи в соответствии с Федеральным законом N 326 от 29.11.2010 "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", Приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 01.12.2010 N 230 "Об утверждении порядка организации и проведения контроля, объемов, сроков, качества и условий медицинской помощи".
В письменных возражениях на апелляционную жалобу, главный врач БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" указывает, что истцу в предусмотренный договором срок была оказана законченная услуга по зубопротезированию. После полного окончания ортопедического лечения, с мая 2018 года истец получила возможность пользоваться изготовленными ей протезами для пережевывания пищи, чего была лишена до обращения к ответчику по причине отсутствия 18 зубов. Указывает, что содержание имеющихся у Поляковой О.А. талонов с записями "сдача", "переделка", не подтверждает неоднократную переделку зубных протезов Поляковой О.А., все сделанные записи в талонах перечеркнуты лицом, их заполнявшим. Врач Подоприхин В.К. проводил прием истца в рамках, предусмотренного п. 5.4 договора оказания платных медицинских услуг гарантийного срока один год с момента окончания лечения. Отсутствие записей о коррекциях съемных протезов в рамках гарантийного срока не повлекло для истца негативных последствий, не является существенным недостатком выполненной работы (оказанной услуги). Судебным экспертом не обнаружено существенных недостатков в ортопедических конструкциях на нижней челюсти истца. Доказательств наличия прямой заинтересованности эксперта организатора, государственного судебно-медицинского эксперта и врача-стоматолога-ортопеда истец не приводит. То обстоятельство, что Департамент здравоохранения Воронежской области является учредителем БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" и экспертной организации, выполнявшей исследование, и учреждения, где работает Гончаров Н.А. само по себе не свидетельствует о необъективности экспертного заключения. Истцом не было предложено ни одной кандидатуры специалиста, для включения его в состав комиссии, несмотря на предоставленную ей возможность. Выражая свое несогласие с проведенной экспертизой, ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы истец не заявляла. 25.02.2019 истцу были возвращены денежные средства за протезирование верхней челюсти: 17 130,5 рублей за металлокерамический мостовидный протез верхней челюсти; 19 701 рубль за съемный нейлоновый протез верхней челюсти, а также выплачены денежные средства в размере 4 644 рубля для оплаты расходов по изготовлению двух культевых вкладок на 1.1 и 1.3 зубы, всего выплачено- 41 475 рублей 50 коп., то есть в большем размере, чем она оплачивала за протезирование верхней челюсти. Клинические рекомендации (протоколы лечения), утв. Постановлением N 15 Совета Ассоциации общественных объединений "Стоматологическая ассоциация России" от 30.09.2014 не предусматривает необходимости одновременного ортопедического лечения верхней и нижней челюсти. В расписке 25.02.2019 Полякова О.А. указала, что претензий к изготовленным протезам верхней челюсти она не имеет. Так как истцу оказывались платные медицинские услуги, то является необоснованной ссылка в жалобе на положения Федерального закона от 29.11.2010 N "Об обязательном медицинском страховании в РФ", Приказ ФФОМС от ДД.ММ.ГГГГ N, которым установлено, что дефекты ведения медицинской документации относятся к дефектам оказания медицинской помощи. Полагает необоснованным и утверждение Поляковой О.А., что оказанная ей медицинская услуга по ортопедическому лечению системы не соответствует п. 2.1 критериев оценки качества медицинской помощи, изложенных в приложении к приказу Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 N N
Считает, что суд пришел к обоснованному выводу, что заключение судебной экспертизы является достаточным, не содержит противоречий и не вызывает сомнений в правильности и обоснованности выводов, поэтому было принято судом в качестве надлежащего доказательства. Установив фактические обстоятельства дела, оценив все представленные доказательства, суд правомерно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания расторгнутым договора N от 06.04.2018 об оказании платных медицинских услуг и взыскании денежных средств в размере 51 114 руб., оплаченных Поляковой О.А. Все доводы, изложенные в апелляционной жалобе, повторяют позицию, выраженную при рассмотрении дела судом первой инстанции, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы изложенные выводы, в связи с чем не могут служить основанием для отмены решения суда. Просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу Поляковой О.А. - без удовлетворения.
В суде апелляционной инстанции представитель истца- адвокат Китаев А.А. доводы апелляционной жалобы поддержал. Представители ответчика: Зенина И.А., Зачупейко В.Б., Подоприхин В.К. фактически поддержали письменные возражения, пояснили, что с решением суда согласны, суд первой инстанции дал оценку всем доводам; полагали, что жалоба удовлетворению не подлежит.
Другие лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили. При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Изучив материалы дела, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
На основании пункта 4 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации") медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.
Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Порядок и условия предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг пациентам устанавливаются Правительством Российской Федерации (часть 7 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. N 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.
Согласно пункту 2 названных Правил, платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования;
потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
В соответствии с пунктами 27 - 28 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006 ", исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.
Исполнитель обязан при оказании платных медицинских услуг соблюдать установленные законодательством Российской Федерации требования к оформлению и ведению медицинской документации и учетных и отчетных статистических форм, порядку и срокам их представления (п. 30 Правил).
Пунктами 31 - 32 Правил предусмотрено, что за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств по договору исполнитель несет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации, а вред, причиненный жизни или здоровью пациента в результате предоставления некачественной платной медицинской услуги, подлежит возмещению исполнителем в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.
В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 29 Закона "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать:
- безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги);
- безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь. Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.
Согласно положениям статьи 32 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.
В соответствии с пунктом 22 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утв. постановлением Правительства Российской Федерации N 1006 от 04.10.2012, в случае отказа потребителя после заключения договора от получения медицинских услуг договор расторгается. Исполнитель информирует потребителя (заказчика) о расторжении договора по инициативе потребителя, при этом потребитель (заказчик) оплачивает исполнителю фактически понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 06.04.2018 истец обратилась к ответчику для протезирования зубов нижней и верхней челюсти, ввиду отсутствия у нее восемнадцати зубов, с жалобами на затруднительное пережевывание пищи, изменения цвета зубов нижней челюсти, эстетический недостаток и в тот же день между сторонами по делу был заключен договор оказания платных медицинских услуг N, предметом которого явились ортопедические услуги со сроком исполнения до ДД.ММ.ГГГГ, составлен план лечения.
Согласно п.4.1 договора стоимость медицинских услуг определена на основании плана лечения исходя из действующего на момент оказания услуг прейскуранта, составляет 51 901 рублей.
18.04.2018 между сторонами было заключено дополнительное соглашение N к вышеуказанному договору со сроком исполнения по ДД.ММ.ГГГГ и доплатой за ортопедические услуги в размере 39 213 рублей.
При этом истцом была заполнена анкета пациента, ею дано информационное согласие на проведение медицинского вмешательства, то есть ответчиком было получено информированное согласие истца на проведение медицинского вмешательства. Стоимость договора с дополнительным соглашением к нему была согласована сторонами на общую сумму 91 114 руб., что подтверждается нарядами N, N с критериями контроля качества изготовления зубных протезов (т.1 л.д. 91-94).
06.04.2018 истцом была произведена предоплата цены договора в сумме 51 901 руб., 18.04.2018 - в сумме 26 130 руб., 26.04.2018 - в сумме 13 083 рублей. Указанные обстоятельства не оспариваются, считаются установленными.
В период с 06.04.2018 по 14.05.2018 истец получала платные медицинские услуги в области стоматологии, оказываемые ей ответчиком по заключенному договору с дополнительным соглашением к нему, что подтверждается выписным эпикризом (л.д. 18) и никем не оспаривается.
В медицинской карте истца (т.1 л.д. 13-27) имеется план лечения, а также сведения о посещении истца врача стоматолога-ортопеда Подоприхина В.К. и оказанных ей медицинских услуг по ортопедическому лечению зубов:
ДД.ММ.ГГГГ - мед. обработка каркасов коронок, протеза, припасовка, выбор цвета керамики;
ДД.ММ.ГГГГ (мед.обработка каркасов коронок, протеза, припасовка, фиксация, снятие оттисков, регистрация прикуса);
ДД.ММ.ГГГГ (мед.обработка каркасов протеза, проверка постановки зубов);
ДД.ММ.ГГГГ (мед.обработка протезов, припасовка, фиксация в полости рта, коррекция, советы даны);
ДД.ММ.ГГГГ ( коррекция съемных протезов, советы даны);
ДД.ММ.ГГГГ (коррекция съемных протезов, советы даны, явка через 6 месяцев).
Истец посещала врача стоматолога-ортопеда Подоприхина В.К. в следующие дни:ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 98).
После проведенного протезирования в мае 2018 Поляковой О.А. была восстановлена целость зубного ряда нижней и верхней челюсти, обеспечивающая жевательную функцию и эстетический вид, однако у истца возникли жалобы по поводу некачественного оказания медицинских услуг.
Так, в медицинской карте не отражены посещения врача истцом: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.
21.02.2019 истец была осмотрена заведующей отделением в связи с жалобами на отлом коронок 1.1 и 1.3 зубов, расцементировку мостовидного металлокерамического протеза, фиксированного на них, невозможность пользования съемным частичным протезом верхней челюсти; со слов пациента подвижность мостовидного протеза появилась более 1 недели назад; к врачу-ортопеду пациент не обращался.
21.02.2019 истец Полякова О.А. обратилась к ответчику с заявлением (т.1 л.д. 88), в котором просила вернуть деньги, оплаченные за протезирование верхней челюсти (изготовление металлокерамического протеза и съемного протеза верхней челюсти).
25.02.2019 истец получила денежные средства в размере 36 831,50 руб. за изготовление мостовидного металлокерамического протеза верхней челюсти и съемного протеза верхней челюсти (оплаченных по нарядам N, N от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), а также за изготовление 2-х цельнолитых культевых вкладок в размере 4644 руб., а всего 41 475,50 руб., что подтверждается распиской от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 89), расходным кассовым ордером N от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 41 475,50 руб. ( т.1 л.д. 90), нарядами N, N, N ( т.2 л.д. 17-19), которые в совокупности отражают выплаченную истцу сумму.
В расписке о получении денежных средств от 25.02.2019 истцом указано, что претензий к изготовленным протезам верхней челюсти не имеет.
12.03.2019, 13.03.2019 истец обратилась к ответчику с заявлениями (т.1 л.д. 28-29, 30), в которых просила вернуть деньги, потраченные за протезирование нижней челюсти, так как по ее мнению, некачественно выполненные работы по протезированию нижней челюсти препятствуют новому протезированию верхней челюсти. Для рассмотрения претензии истца ответчиком была создана врачебная комиссия и проведен осмотр пациента, по итогам которого составлен протокол заседания врачебной комиссии N от 12.03.2019, из которого видно, что врачебная комиссия признала претензию Поляковой О.А. от 12.03.2019 на качество протезирования ей нижней челюсти необоснованной ( т.1 л. д. 160).
В своих ответах N от 15.03.2019, N от 01.04.2019 ответчик отказал в возврате денежных средств за протезирование нижней челюсти ввиду необоснованности претензий, сославшись на то обстоятельство, что клинические рекомендации (протоколы лечения) не предусматривают необходимости одновременного ортопедического лечения верхней и нижней челюсти; наличие в полости рта протезов нижней челюсти в настоящее время не является противопоказанием к протезированию верхней челюсти ( т.1 л.д. 31-32,33-34).
Департаментом здравоохранения Воронежской области истцу был дан ответ от 27.05.2019, в котором указано на необоснованность требований истца о возврате денежных средств за протезирование нижней челюсти (т.1 л.д. 176-178).
Отказ ответчика в удовлетворении требований истца о возврате денежных средств за протезирование нижней челюсти явился основанием для обращения в суд с настоящим иском.
При этом каких-либо претензий по качеству протезирования нижней челюсти у истца с момента окончания лечения (14.05.2018) по настоящее время не имеется.
В соответствии с заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы N .19 от ДД.ММ.ГГГГ, имевшаяся клиническая картина, описанная в представленной медицинской карте из БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиника N 5" при обращении Поляковой О.А. 06.04.2018 соответствовала частичной вторичной адентии (отсутствию зубов) верхней и нижней челюсти; каких-либо рентгенологических и (или) клинических признаков пародонтита, то есть заболевания зубочелюстной системы, характеризующегося развитием острого или хронического воспалительного процесса, деструкцией тканей пародонта (окружающих зуб и удерживающих его в альвеоле) и атрофией костной ткани альвеол (углубление в кости челюсти, в котором расположены корни зуба), не выявлено (ответы на вопросы N 1,11);
- проведенное ортопедическое лечение Поляковой О.А., отраженное в представленной медицинской документации, и оцененное экспертом в ходе непосредственного стоматологического обследования в рамках производства экспертизы, соответствовало общепринятым подходам, используемым в современной стоматологической практике, что подробно обосновывается в разделе "Оценка результатов исследования". Так, по результатам оказания стоматологической помощи была восстановлена запланированная целостность зубного ряда, обеспечивающая жевательную функцию и эстетический вид (ответы на вопросы N 2,6,7,8);
- в ходе использования протеза у Поляковой О.А. через 9 месяцев после его установки произошел отлом конструкции на уровне 1.1 и 1.3 зубов;
- по результатам проведенного анализа представленных документированных материалов, подробно изложенного в разделе "Оценка результатов исследования", с учетом результатов обследования истца в рамках производства судебно-медицинской экспертизы каких-либо причин нарушения фиксации (расцементировки) ортопедической конструкции на уровне 1.1 и 1.3, связанных с "некачественным" изготовлением или ненадлежащей установкой протеза, не усматривается; таким образом, достоверно высказаться о причинах формирования данного негативного последствия не представляется возможным; нарушение фиксации мостовидного металлокерамического протеза с опорой на 1.1 и 1.3 зубы могло произойти по причине нарушения правил пользования съемными протезами Поляковой О.А. (ответы на вопросы N 3,12,15); выявленное нарушение фиксации мостовидного металлокерамического протеза с опорой на 1.1 и 1.3 зубы является устранимым, в частности, путем изготовления литых культевых вкладок на 1.1, 1.3 зубы и мостовидного металлокерамического протеза (ответ на вопрос N 9); изготовление штифтовых конструкций и мостовидного протеза с опорой на 1.1 и 1.3 зубы, после нарушения фиксации мостовидного металлокерамического протеза ранее изготовленного не является некачественно оказанным лечением медицинским персоналом БУЗ ВО "Воронежская стоматологическая поликлиники N 5" (ответ на вопрос N 10); анализ представленной медицинской документации показал, что на момент протезирования корневые каналы 1.1 и 1.3 зубов были армированы анкерными штифтами на 1/2 длины канала, при этом изготовление культевых вкладок было не показано (ответ на вопрос N 16); наличие в полости рта металлокерамических коронок на 3.4, 3.3, 3.2, 3.1, 4.1, 4.2, 4.3 зубах, цельнолитых коронок на 3.6, 4.8 зубах и съемного нейлонового протеза на нижней челюсти не является противопоказанием к повторному протезированию верхней челюсти, в том числе и в другом лечебном учреждении (ответ на вопрос N 17); отсутствие целостности зубного ряда приводит к развитию специфических осложнений в челюстно-лицевой области, в том числе и перегрузке височно-нижнечелюстных суставов с возникновением в них болей; учитывая изложенное, появление болей в области "челюстных" суставов у истца могло быть обусловлено, как отсутствием зубов в течение длительного времени еще до обращения в БУЗ ВО "ВСП N 5", так и отказом Поляковой О.А. от восстановления целостности зубного ряда верхней челюсти путем протезирования на протяжении длительного периода времени (более 11 месяцев) после отлома ортопедической конструкции (ответ на вопрос N 18);
- по результатам стоматологического обследования Поляковой О.А. в ходе производства судебно-медицинской экспертизы, каких-либо видимых существенных недостатков металлокерамических коронок на 3.4, 3.3, 3.2, 3.1, 4.1, 4.2, 4.3 зубах, цельнолитых коронок на 3.6, 4.8 зубах и съемного нейлонового протеза, которые можно было бы рассматривать, как недостаток изготовления, экспертом не обнаружено; таким образом, у эксперта отсутствуют объективные основания для вывода, что в ортопедических конструкциях на нижней челюсти истицы имеются недостатки, препятствующие их использованию (ответ на вопрос N 19);
- каких-либо недостатков оказания стоматологической помощи, причинно связанных с негативными последствиями в виде отлома ортопедической конструкции на уровне 1.1 и 1.3 зубов, которые возможно было бы рассматривать как причинение вреда здоровью, по результатам проведенного исследования и оценки, не выявлено (ответы на вопросы N 4,5,13,14) (т.1 л.д. 222- 240).
Указанное судебное экспертное заключение ясное, полное, сомнений в правильности и обоснованности у суда первой инстанции не вызывало, как не вызывает и у судебной коллегии. Доводы жалобы о необъективности экспертного заключения и его неполноте не основаны на материалах дела и представленных сторонами доказательствах, по сути, выражают субъективное несогласие с заключением эксперта, которое соответствует требованиям ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Суд первой инстанции исходя из установленных обстоятельств дела, представленных сторонами доказательств и руководствуясь статьями 450, 779, 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации, норами Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Правилами предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, данными в постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", пришёл к выводу о том, что правовых оснований для признания расторгнутым договора N оказания платных медицинских услуг, заключенного между сторонами 06.04.2018 и выплате истцу 51 114 рублей, оплаченных по договору N оказания платных медицинских услуг от 06.04.2018, не имеется. Компенсация морального вреда взыскана судом первой инстанции в размере 6000 рублей, исходя из фактических обстоятельств дела, ввиду возвращения истцу ответчиком в добровольном порядке денежных средств за протезирование верхней челюсти, а также с учетом степени физических и нравственных страданий истца, обусловленных дискомфортом в полости рта, нравственных переживаний, и требований разумности и справедливости.
Принимая решение об отказе истцу в удовлетворении ее требований о расторжении договора N оказания платных медицинских услуг от 06.04.2018 и выплате 51 114 рублей, оплаченных по договору N оказания платных медицинских услуг от 06.04.2018, судом первой инстанции было учтено, что фактически Поляковой О.А. претензий по поводу качества протезирования нижней челюсти ответчику не предъявлялось; ей ответчиком были возвращены все денежные средства, уплаченные по дополнительному соглашению от 18.04.2018 за протезирование верхней челюсти, ввиду ее отказа от повторного протезирования верхней челюсти у ответчика по гарантии, а также истцу ответчиком были дополнительно возвращены денежные средства в размере 4 644 рубля - оплата расходов по изготовлению двух культевых вкладок на 1.1 и 1.3 зубы (верхней челюсти); в соответствии с заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы N .19 от 11.02.2020, объём оказанных истцу Поляковой О.А. услуг по ортопедическому лечению соответствовал установленным критериям и требованиям, тактика ортопедического лечения выбраны правильно; по результатам оказания стоматологической помощи была восстановлена запланированная целостность зубного ряда, обеспечивающая жевательную функцию и эстетический вид; предоставленные истцу услуги являлись надлежащего качества, каких-либо нарушений оказания медицинской помощи истцу со стороны ответчика не установлено; ортопедические конструкции на нижней челюсти истицы недостатков препятствующих их использованию не имеют; наличие в полости рта металлокерамических коронок (на 3.4, 3.3, 3.2, 3.1, 4.1, 4.2, 4.3 зубах, цельнолитых коронок на 3.6, 4.8 зубах) и съемного нейлонового протеза на нижней челюсти не является противопоказанием к повторному протезированию верхней челюсти.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на материалах дела, подтверждаются доказательствами, которым судом была дана надлежащая оценка.
Судом первой инстанции были верно применены нормы материального права и определены обстоятельства, имеющие значение для дела. При этом результаты оценки доказательств отражены в решении районного суда, с приведением мотивов, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими, что соответствует положениям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Доводы апелляционной жалобы фактически повторяют позицию истца и ее представителя в суде первой инстанции, между тем оснований для переоценки выводов суда первой инстанции судебная коллегия не находит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Левобережного районного суд г. Воронежа от 28 февраля 2020 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу Поляковой Ольги Алексеевны - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи коллегии:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
