Дата принятия: 28 июня 2019г.
Номер документа: 33-3750/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 июня 2019 года Дело N 33-3750/2019
г. Вологда
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Коничевой А.А.,
судей Ширяевской Е.С., Молоковой Л.К.,
при секретаре Трофимовой Н.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Горева Е.В. на решение Череповецкого городского суда Вологодской области от 09 апреля 2019 года, которым исковые требования Горева Е.В. к УМВД России по г.Череповцу, УМВД России по Вологодской области, МВД России, Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор N3", Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор N2", Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Вологодской области о признании условий содержания под стражей ненадлежащими, взыскании компенсации морального вреда - оставлены без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Коничевой А.А., объяснения истца Горева Е.В., представителей ответчиков Крыловой В.А., Стачевой Ю.А., Рогалевой А.Н., Хорошун Н.В., Белоусовой М.О., судебная коллегия
установила:
Горев Е.В. обратился в суд с иском к УМВД России по г.Череповцу, УМВД России по Вологодской области, МВД России, ФКУ СИЗО N3 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО N2 УФСИН России по Вологодской области, УФСИН России по Вологодской области, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Вологодской области о признании условий содержания его под стражей ненадлежащими, взыскании компенсации морального вреда 1 000 000 рублей.
Требования мотивировал тем, что в период с 10 по 13 августа 2018 года содержался в ИВС УМВД России по г.Череповцу, в период с 13 августа по 14 сентября 2018 года - в ФКУ СИЗО N3 УФСИН России по Вологодской области, с 15 сентября по 13 декабря 2018 года - в ФКУ СИЗО N2 УФСИН России по Вологодской области. В указанные периоды содержался в ненадлежащих, бесчеловечных, унизительных условиях, что нарушало его права, предусмотренные гражданским законодательством и международными нормами.
Ненадлежащие условия содержания выразились в недостаточной площади камер и санитарно-гигиенических условиях. Приватность в туалетах не соблюдалась, отсутствовала вентиляция, на стенах имелась плесень, насекомые. Курение сокамерников, постоянное присутствие мух, тараканов, грызунов негативно сказывалось на его здоровье. Мероприятия по дезинсекции и дезинфекции не проводились. В ночное время мешал спать лай собак, появилась бессонница. В каждой камере был недостаток естественного света в дневное время, а постоянно включенный искусственный свет мешал спать. Отсутствие в камерах горячей воды создавало неудобства для поддержания личной гигиены. Питьевая вода не предоставлялась, а водопроводная холодная вода имела неприятный запах, не была пригодна к употреблению. Спальные места были неудобными, постельные принадлежности старые, стирка белья регулярно не производилась. В камерах не соблюдался температурный режим, в связи с чем истец приобретал простудные заболевания. В период с 12 часов 13 августа по 06 часов 30 минут 14 августа 2018 года не предоставлялось питание. Качество пищи было низким, нормы питания не соблюдались. Количество помывок в душе было также недостаточным, санитарные условия в душевых комнатах плохие, места для стирки и сушки белья отсутствовали. Надлежащие условия для прогулок и возможности для занятий физическими упражнениями отсутствовали. В ИВС г.Череповца предоставляли прогулку 1 раз в день не более 30 минут, в наручниках. Прогулки осуществлялись во двориках с недостаточным освещением, в периоды встреч с адвокатами, родственниками или участия в судебных заседаниях прогулки не предоставлялись. Медицинское обслуживание было ненадлежащего качества. В период с 17 сентября по 13 ноября 2018 года истец содержался в камере с лицом, имеющим инфекционные заболевания, администрацией учреждения не был предупрежден о наличии у сокамерника заболеваний, порядок поведения при совместном быте не разъяснен, что подвергало его риску приобретения инфекционных заболеваний. Видеонаблюдение в камерах было круглосуточным, что ограничивало права на приватность и свободу. В результате ненадлежащих условий ухудшилось состояние здоровья, были причинены моральные и нравственные страдания.
В судебном заседании Горев Е.В. заявленные требования поддержал.
Представители ответчиков ФКУ СИЗО N2 УФСИН России по Вологодской области Вальченко Н.М., ФКУ СИЗО N3 УФСИН России по Вологодской области Крылова В.А., УМВД России по г.Череповцу Стачева Ю.А. исковые требования не признали.
Представитель УМВД России по Вологодской области в судебное заседание не явился, о дне слушания извещен, направил письменный отзыв, в котором указал, что истцом не доказан факт причинения физических и нравственных страданий в связи с содержанием в ИВС, просил в удовлетворении требований отказать.
Представитель УФСИН России по Вологодской области, ФСИН России по доверенностям Белоусова М.О. исковые требования не признала.
Представитель Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, о дне слушания извещен надлежащим образом, направил письменный отзыв, в котором указал, что исковые требования не признает, поскольку обязанность выступать в суде в качестве ответчика от имени Российской Федерации по данному делу возложена на ФСИН России, как главного распорядителя средств федерального бюджета.
Представитель МВД России в судебное заседание также не явился, о дне слушания извещен надлежащим образом.
Судом принято приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Горев Е.В. просит отменить решение суда первой инстанции и удовлетворить требования в полном объеме. Указал, что решение суда является незаконным и необоснованны ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам дела и неправильного применения норм материального и процессуального права. Вывод суда об отсутствии нарушений санитарной нормы площади в камере на одного человека считает несостоятельным. Он заявлял о недостатке свободной площади (личного пространства), за вычетом места, занимаемого мебелью и туалетом. Суд первой инстанции сослался на нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 15-01 от 28 мая 2001 года, которые признаны утратившими силу. Ответчиками не представлено доказательств, что вентиляция камер проводилась ежедневно. Вопреки выводам суда, в период его нахождения в ФКУ СИЗО N3 дератизационные, дезинсекционные и дезинфекционные работы не проводились, его из камеры не выводили. Судом первой инстанции неверно применены стандарты, используемые к осветительным приборам в камерах. Выводы суда о том, что горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода выдается ежедневно в установленное время с учетом потребности, не соответствует действительности, доказательств этого представлено не было. Его доводы о низком качестве спальных мест оценки не получили, а доводы о низком качестве постельных принадлежностей рассмотрены формально. В суд не были представлены сведения о фиксации температурного режима. К проверке доводов искового заявления о низком качестве пищи, отсутствии надлежащего медицинского обеспечения и совместном содержании с лицами, имеющими инфекционное заболевание, суд также подошел формально.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФКУ СИЗО N2 УФСИН России по Вологодской области просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы Горева Е.В., оставить решение суда без изменения.
Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, представленных возражений, приходит к следующим выводам.
Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В связи с этим, учитывая специфику спорных правоотношений, обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам в результате незаконных действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в данном случае возлагается на истца. Ответчик же должен доказать отсутствие своей вины в создании ненадлежащих условий содержания истца. Юридически значимыми обстоятельствами по данному делу является установление фактов нахождения истца в конкретный период времени в ненадлежащих условиях содержания в соответствующих учреждениях, не соответствующих действующему на тот момент законодательству.
В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе Российской Федерации обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.
Так, в статье 1069 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению.
Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти. При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам. Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.
В силу статьи 151 ГК РФ обязанность денежной компенсации морального вреда возложена на нарушителя, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В связи с этим, необходимым условием для наступления обязательства по компенсации морального вреда является наличие вины нарушителя.
Кроме того, статьей 15 Конституции РФ установлено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.
При разрешении споров суды руководствуются не только нормами российского законодательства, но и в силу статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" учитывают правовые позиции Европейского Суда по правам человека, выраженные в его постановлениях и касающиеся вопросов толкования и применения данной Конвенции.
В рассматриваемом деле доводы истца сводятся к утверждению о несоответствии условий содержания его под стражей нормальным условиям пребывания, что нарушало его права и причинило моральный вред.
Данные нарушения, по мнению истца, следует квалифицировать как нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с которой никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Постановления Европейского Суда по правам человека не содержат международно-правовые нормы, однако такие судебные акты создают практику толкования положений, содержащихся в Конвенции о защите прав человека и основных свобод и иных международных правовых актах. В свою очередь, правильное толкование международных правовых актов необходимо для принятия судами законных и обоснованных решений.
Таким образом, для правильного применения положений Конвенции и иных норм международного права важно руководствоваться не только их содержанием, но и практикой их применения Европейским Судом по правам человека.
Так, согласно сформировавшейся правовой позиции Европейского Суда по правам человека, к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
В этой связи, в постановлениях Европейского Суда по правам человека от 08 ноября 2005 года по делу "Худоеров против Российской Федерации" и от 19 июня 2008 года по делу "Гулиев против Российской Федерации" суд подчеркнул, что оценка минимального уровня суровости при обращении с потерпевшим относительна и зависит от всех обстоятельств дела. Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении.
Суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания действий ответчиков нарушающими положения статьи 3 Конвенции, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленных требований, с чем судебная коллегия согласна.
Условия и порядок содержания в изоляторах регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон N 103-ФЗ) и конкретизированы в "Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", утвержденных приказом Минюста России от 04 октября 2005 года N 189, а также в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел", утвержденных приказом МВД России от 22 ноября 2005 года N 950.
В соответствии со статьей 4 Федерального закона N 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
Согласно статье 15 указанного закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел N 950 установлены требования к оборудованию камер ИВС, бытовым условиям, обеспечению ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием, предметам индивидуального и общего пользования, санитарной обработке.
Истец ссылается на то, что 13 августа 2018 года не был обеспечен питанием в ИВС УВМД России по г.Череповцу, что опровергается ведомостью на питание от 13 августа 2018 года и его собственноручной подписью.
Учитывая, что помывка в душе предусмотрена не реже одного раза в неделю (пункт 47, 48 Правил N 950), а истец содержался в ИВС менее недели, нарушений его прав в этой части судом не установлено.
Прогулки, продолжительностью не менее одного часа каждый день содержания в ИВС (п.130 Правил N 950) истцу были предоставлены, что подтверждается его подписью в ведомостях вывода на прогулку от 10, 11, 12, 13 августа 2018 года. Газовая котельная, находящаяся на территории ИВС УМВД по г.Череповцу, обеспечивает отопление здания и постоянную подачу горячей воды. Кипяченая вода для питья выдается ежедневно.
Судом первой инстанции также было установлено, что камеры ИВС соответствуют требованиям, установленным Инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России (СП 12-95). В соответствии со статьей 45 Федерального закона N 103-ФЗ камера оборудована санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, видеонаблюдение установлено в камере за исключением обзора санитарного узла. В камере ИВС установлены светильники дневного и ночного освещения, предусмотрен искусственный свет ночью, что соответствует требования СНиП П-4-79.
Согласно расписке Горева Е.В. от 20 августа 2018 года жалоб на действия сотрудников ИВС УМВД по г.Череповцу по соблюдению прав и свобод во время содержания под стражей, а также на условия содержания он не имеет.
В соответствии с п.4.10 специальных технических требований по инженерно-технической укрупненности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 25 июля 2011 года N 876, пространство между фасадом здания изолятора временного содержания и ограждением запретной зоны используется в качестве постов для служебных собак с целью охраны, поэтому слышимость лая собак внутри здания ИВС возможна.
Доводы истца о недостатке свободной площади в камерах в период нахождения в ФКУ СИЗО N2 и ФКУ СИЗО N3, несоответствии её нормам, определенным Европейским комитетом по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, не нашли своего подтверждения. В опровержение этих доводов ответчиками представлены справки, согласно которым необходимая площадь в камерах за период содержания в них Горева Е.В. была соблюдена. Представленным доказательствам судом первой инстанции дана надлежащая оценка.
Доводы апелляционной жалобы о неверном определении указанной нормы подлежат отклонению, поскольку размер необходимой площади 4 кв.м. прямо предусмотрен положениями статьи 23 Федерального закона N 103-ФЗ.
При этом доводы жалобы о недостатке в камерах личного пространства не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку при размещении истца в камерах соблюдалась норма площади на одного человека 4 кв.м, и их переполненность не установлена.
В соответствии с практикой рассмотрения Европейским Судом по правам человека жалоб на условия содержания под стражей, перенаселенность должна рассматриваться настолько серьезной, чтобы являться самой по себе нарушением статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод лишь в том случае, если заявители располагают менее чем три квадратных метра личного пространства.
Обоснованно не приняты судом во внимание и доводы истца о причинении ему нравственных и физических страданий в связи с тем, что видеонаблюдение с нарушением условий приватности ведется лицами женского пола, что усугубляет претерпеваемые им страдания.
Согласно части 1 статьи 34 закона N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором, и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.
В силу статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.
Из приведенных выше норм права следует, что законодательством не предусмотрено требований об осуществлении надзора путем наблюдения только лицом одного с заключенным под стражу пола.
Пунктами 8.64, 8.66 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем ФСИН России предусмотрено, что естественное освещение в камерных помещениях следует определять согласно требованиям СНиП 23-05-95. В камерных помещениях на два и более мест напольные чаши (унитазы) следует размещать в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 метр от пола уборной. Допускается в камерах на два и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы).
Согласно Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов (пункты 40, 42, 43, 45) камеры СИЗО оборудуются светильниками дневного и ночного освещения; вентиляционным оборудованием (при наличии возможности). При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.
Судом первой инстанции на основании представленных ответчиками документов установлено, что все камеры, в которых находился истец, были оборудованы естественным и искусственным освещением в соответствии с предъявляемыми требованиями, батареями центрального отопления, приточно-вытяжной вентиляцией, отдельными изолированными санузлами с имеющимися перегородками высотой 2-2,1 м. и дверью; в камерах имеется возможность открытия оконных форточек для проветривания камер; среднесуточная температура в камерах соответствует предъявляемым требованиям; горячая и кипяченая вода в камеры подается по потребности, в том числе для стирки; кровати, постельное белье, матрацы, подушки и одеяла для подозреваемых, обвиняемых и осужденных поступают в следственный изолятор централизованно из ФКУ ЖКУ УФСИН России по Вологодской области; смена белья осуществляется еженедельно, уборка душевых - в соответствии с графиком.
Каких-либо доказательств, опровергающих представленные сведения о состоянии камерных помещений и материально-бытовом обеспечении истца, в материалы дела не представлено. Не имеется в деле и обращений истца в период пребывания в учреждениях с жалобами на условия содержания и санитарное состояние камер.
Обоснованно судом первой инстанции отклонены и доводы истца об отсутствии санитарной обработки камер следственного изолятора, поскольку выполнение профилактических дератизационных и дезинсекционных работ подтверждается имеющимися в материалах дела копиями государственных контрактов на возмездное оказание услуг (дератизация, дезинсекция, дезинфекция) и актами выполненных работ.
В соответствии с пунктом 134 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.
В ходе рассмотрения дела установлено, что Горев Е.В. в администрацию следственных изоляторов с письменными заявлениями о предоставлении дополнительных прогулок по причине участия в судебных заседаниях или другим причинам не обращался, в связи с чем судом правомерно отклонены его доводы.
Имеющиеся в учреждениях прогулочные дворики соответствуют нормам прогулки.
Обоснованно не приняты судом во внимание и доводы о ненадлежащем оказании истцу медицинской помощи и о совместном содержании его с лицами, имеющими инфекционные заболевания.
Пунктом 19 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов определено, что больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении размещаются отдельно от других подозреваемых и обвиняемых.
Вместе с теми, согласно справке начальника филиала "Медицинская часть N8" ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России наличие заболеваний у В.Д.В., с которым содержался истец, не препятствует его содержанию в камере совместно с другими подозреваемыми.
Факты неоказания медицинской помощи Гореву Е.В. в условиях содержания под стражей в рамках рассмотрения дела не подтвердились.
Доводы подателя жалобы о приобретении лекарственных средств через родственников судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку выдача лекарственных препаратов, полученных в передачах на имя подозреваемых и обвиняемых, предусмотрена Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов (пункт 128).
Вопреки доводам апелляционной жалобы нарушения условий содержания административного истца, связанные с некачественным и неполноценным питанием, подтверждения не нашли.
Как следует из материалов дела, питание Горева Е.В. обеспечивалось в соответствии с минимальными нормами питания, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 года N 205. Указанное подтверждается данными о раскладке продуктов по норме питания на одного человека.
С учетом изложенного, оснований полагать, что содержание Горева Е.В. в указанный им непродолжительный период времени в учреждениях представляло собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и могло обосновано восприниматься истцом как унижающая достоинство, не имеется, поскольку совокупность обстоятельств для такой оценки (преднамеренный характер, длительность, физическое и психическое влияние, состояние здоровья) отсутствует.
При указанных обстоятельствах суд обосновано отказал истцу в удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда.
При этом доводы истца о наступлении для него негативных последствий в виде причинения вреда его здоровью, не нашли объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Таким образом, суд первой инстанции, верно установив фактические обстоятельства по делу, дав им правильную оценку, проверив доводы истца о причинении ему физических и нравственных страданий, пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для компенсации ему морального вреда и отказал в иске.
При изложенных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не могут быть положены в основу отмены судебного постановления, так как основаны на неправильном толковании положений законодательства, применяемого к спорным правоотношениям, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия со сделанной судом первой инстанции оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, произведенной судом первой инстанции в полном соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда, судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Череповецкого городского суда Вологодской области от 09 апреля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Горева Е.В. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
