Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл от 28 марта 2019 года №33-362/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 марта 2019 года Дело N 33-362/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:
председательствующего Соснина А.Е.,
судей Клюкиной О.В. и Гринюк М.А.,
при секретаре Харченко Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя Исаевой Е. В. на решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 13 декабря 2018 года, которым в удовлетворении искового заявления индивидуального предпринимателя Исаевой Е. В. к Кирееву М. В. о взыскании материального ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Гринюк М.А., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
индивидуальный предприниматель Исаева Е.В. обратилась в суд с исковым заявлением к Кирееву М.В., в котором с учетом уточнения исковых требований просила взыскать материальный ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 1052083 руб. 52 коп., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.
В обоснование заявленных требований указано, что 9 января 2017 года между сторонами заключен трудовой договор, согласно которому ответчик принят истцом на работу на должность водителя-экспедитора. Также в этот же день между сторонами был заключен договор о полной материальной ответственности, согласно которому Киреев М.В. принял на себя обязательство отвечать за недостачу вверенного ему груза и материально-денежных средств, а также за возникший ущерб. В ночь с 29 на 30 марта 2018 года ответчик, управляя автомобилем <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...> государственный регистрационный знак , принадлежащими на праве собственности истцу, не учел дорожные и погодные условия, и, потеряв контроль над управлением транспортным средством, совершил опрокидывание полуприцепа, вследствие чего повреждено транспортное средство и груз, который ответчик должен был доставить. От добровольного возмещения материального ущерба, состоящего из стоимости восстановительного ремонта транспортного средства и полуприцепа, а также ущерба, причиненного вверенному грузу, стоимость которого была возмещена истцом его собственнику обществу с ограниченной ответственностью "Форпост" (далее ООО "Форпост"), ответчик отказался.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе индивидуальный предприниматель Исаева Е.В. просит решение суда отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд неправомерно разделил должность водителя-экспедитора на две самостоятельные должности водителя и экспедитора, поскольку согласно Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, являющемуся приложением N 1 к постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85, полную материальную ответственность можно возложить не только на лицо, замещающее должность экспедитора, но и на работника с любым названием должности, который выполняет работу, связанную с получением, транспортировкой и выдачей груза. Вывод суда о том, что не подтверждается доказательствами факт нарушения работодателем порядка установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, обстоятельство вверения товара истцом, противоречит материалам дела. Ответчик, отказавшись от оформления дорожно-транспортного происшествия, тем самым злоупотребил правами с целью избежать негативные последствия. Обстоятельства, исключающие материальную ответственность ответчика, отсутствуют. Вина ответчика в причинении ущерба им самим не опровергается. Правила заключения договора о полной материальной ответственности были соблюдены.
В возражениях на апелляционную жалобу Киреев М.В. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, проводя доводы в пользу решения суда.
Выслушав объяснения представителей индивидуального предпринимателя Исаевой Е.В. Ивановой Н.А., Исаева В.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения Киреева М.В. и его представителя Загайнова К.В., возражавших против удовлетворения жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и возражений, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права и несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.
В статье 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) указано, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора.
Согласно статье 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В соответствии со статьей 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Согласно статье 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях:
1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;
2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;
3) умышленного причинения ущерба;
4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;
5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;
6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом;
7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами;
8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
В статье 244 ТК РФ указано, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.
Согласно абзацу 4 статьи 1 Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества (приложение N 1 к Постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85) письменные договоры о полной материальной ответственности заключаются с агентами по заготовке и/или снабжению, экспедиторы по перевозке и другие работники, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей.
Как установлено судом первой инстанции, 9 января 2017 года Киреев М.В. принят на работу к индивидуальному предпринимателю Исаевой Е.В. на должность водителя-экспедитора и в этот же день с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.
23 марта 2018 года между индивидуальным предпринимателем Исаевой Е.В. (перевозчик) и ООО "Форпост" (заказчик) заключен договор-заявка N 00282 на перевозку груза - бытовой химии весом 20 тонн, загрузка 26 марта 2018 года в <адрес>, отгрузка 30 марта 2018 года в <адрес>, водителем указан Киреев М.В.
Согласно счет-фактуре N 000319 от 26 марта 2018 года товар принят водителем Киреевым М.В.
В период с 26 марта 2018 года по 9 апреля 2018 года Киреев М.В. выполнял рейс <адрес>, управляя принадлежащим на праве собственности истцу автомобилем <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...>, государственный регистрационный знак . В ночь с 29 на 30 марта 2018 года на выезде из <адрес> в направлении в <адрес> Киреев М.В., управляя вверенным транспортным средством <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...>, государственный регистрационный знак , при перевозке лако - красочных изделий совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате чего произошло опрокидывание транспортного средства. Индивидуальному предпринимателю Исаевой Е.В. причинен ущерб.
Согласно рапорту сотрудника ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области 30 марта 2018 года в 00 часов 15 минут, прибыв на место опрокидывания грузовика, выяснили, что водитель автомобиля <...>, государственный регистрационный знак , не справился с управлением и совершил опрокидывание автомобиля. В данном дорожно-транспортном происшествии водитель не пострадал, автомобиль получил механические повреждения, от оформления протоколов отказался, заявления не поступило.
В соответствии с актом о порче, бое, ломе товарно-материальных ценностей от 10 апреля 2018 года N 1, утвержденным генеральным директором АО "Шелангерский химзавод "Сайвер", комиссией проведен осмотр товарно-материальных ценностей, подлежащих уценке (списанию) вследствие опрокидывания автотранспортного средства <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...>, государственный регистрационный знак , водитель Киреев М.В., при доставке клиенту и установлена стоимость порчи, недостачи, боя, лома, затрат на переработку и переклейку в размере 280510 руб. 33 коп., которая отнесена на ООО "Форпост".
10 апреля 2018 года ООО "Форпост" направлена индивидуальному предпринимателю Исаевой Е.В. претензия о возмещении стоимости ущерба в размере 280510 руб. 33 коп.
Согласно уведомлению ООО "Форпост" от 17 сентября 2018 года сумма ущерба в размере 280510 рублей 33 копеек погашена индивидуальным предпринимателем Исаевой Е.В. в полном объеме.
Также 10 апреля 2018 года индивидуальным предпринимателем Исаевой Е.В. создана комиссия для проведения служебного расследования.
10 апреля 2018 года Кирееву М.В. предложено дать объяснения по факту причинения ущерба имуществу работодателя в ночь с 29 на 30 марта 2018 года, от дачи которых Киреев М.В. отказался, о чем был составлен акт.
23 апреля 2018 года произведен осмотр автомобиля <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...>, государственный регистрационный знак .
8 мая 2018 года комиссией составлен акт о результатах проведения служебного расследования, согласно которому комиссия пришла к выводу, что Киреев М.В. допустил виновное бездействие, выраженное в неисполнении своих должностных обязанностей, предусмотренных пунктом 2.5 Должностной инструкции работника, что послужило причиной причинения ущерба имуществу работодателя.
8 мая 2018 года Киреев М.В. отказался от ознакомления с указанным актом, акт о результатах проведения служебного расследования по факту дорожно-транспортного происшествия с участием Киреева М.В. зачитан ему вслух.
16 августа 2018 года с Киреевым М.В. расторгнут трудовой договор по инициативе работника (пункт 3 часть 1 статьи 77 ТК РФ).
19 сентября 2018 года ООО "<...>" составлены экспертные заключения N 664/18 и N 665/18, согласно которым размер расходов на восстановительный ремонт автомобиля <...> составляет 113 043 руб. 19 коп. (без учета износа), 63927 руб. 62 коп. (с учетом износа); полуприцепа <...> - 658 530 руб. (без учета износа), 141 362 руб. (с учетом износа).
Отказывая в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя Исаевой Е.В., суд первой инстанции исходил из того, что должность водителя-экспедитора не включена в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества (приложение N 1 к Постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85), поэтому договор о полной индивидуальной материальной ответственности не может служить основанием для привлечения Киреева М.В. как работника к полной материальной ответственности, а также не доказана вина Киреева М.В. в порче товара, а сам по себе факт совершения дорожно-транспортного происшествия не может являться достаточным основанием для взыскания с него ущерба. Суд отнесся критически к актам работодателя от 10 апреля 2018 года об отказе от дачи объяснений по факту причинения ущерба и от 8 мая 2018 года об отказе от ознакомления с результатами проведения служебного расследования, поскольку ответчик отрицал факт истребования истцом у него объяснений и ознакомления его с результатами проведенного служебного расследования, а иных письменных доказательств, подтверждающих выполнение работодателем положений статьи 247 ТК РФ, суду не представлено. Также суд сослался на то, что в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих факт того, что Кирееву М.В. был надлежащим образом вверен товар путем составления товарно-транспортных накладных на перевозку груза, что он мог контролировать процесс загрузки автомобиля, сделать отметку в товарно-транспортной накладной; бухгалтерских или иных документов, подтверждающих действительную стоимость утраченного груза, включая его наименование (описание), количество; доказательств невозможности использования поврежденного товара.
Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.
Судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы о неправильном применении судом положений Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85, поскольку указанным Перечнем предусмотрено право работодателя заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности не только с экспедиторами по перевозке, но и другими работниками, осуществляющими получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей.
Следовательно, истцом соблюдены правила заключения договора о полной материальной ответственности при заключении соответствующего договора с ответчиком.
Киреев М.В. работал в должности водителя - экспедитора, в его должностные обязанности входили загрузка, транспортировка, разгрузка товарно-материальных ценностей, а также обеспечение корректного профессионального плавного вождения автомобиля, обязанность предвидеть любую дорожную ситуацию, и в соответствии с обстановкой выбирать скорость движения и дистанцию, исключающие возникновение дорожно-транспортного происшествия.
Пунктом 3 договора о полной материальной ответственности от 9 января 2017 года предусмотрено, что в случае необеспечения по вине работника сохранности вверенного ему имущества определение размера ущерба, причиненного работодателю, и его возмещению, а также ущерба, возникшего у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, производится в соответствии с действующим законодательством.
В соответствии с положениями части 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
С условиями договора о материальной ответственности Киреев М.В. был ознакомлен и согласен, что подтверждается его подписью в договоре.
Таким образом, договор о полной материальной ответственности, заключенный с Киреевым М.В., требованиям действующего законодательства не противоречит, не нарушает его прав и законных интересов.
Также неверным, не соответствующим установленным по делу обстоятельствам является вывод суда об отсутствии доказательств причинения работодателю ущерба.
В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.
Следовательно, в случае заключения договора о полной материальной ответственности вина работника, заключившего соответствующий договор, предполагается. Отсутствие такой вины должен доказать работник.
При рассмотрении данного дела, судом первой инстанции неправильно было распределено бремя доказывания.
При рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций, Киреев М.В. не оспаривал, что опрокидывание автотранспортного средства <...>, государственный регистрационный знак , с полуприцепом <...>, государственный регистрационный знак , произошло при выполнении им трудовых обязанностей у истца, а также обстоятельства и свою вину в совершении дорожно-транспортного.
В нарушение статьи 56 ГПК РФ ответчик не представил суду доказательств, опровергающих его вину при причинении им работодателю материального ущерба.
Истец, напротив, представил суду исчерпывающие доказательства, дающие основания для удовлетворения иска, поскольку, не обеспечив сохранность вверенного ему имущества, ответчик не выполнил свои непосредственные обязанности, возложенные на него трудовым договором и должностной инструкцией, что привело к необходимости возмещения работодателем ущерба третьему лицу.
Выплатив третьему лицу ущерб в сумме 280510 руб. 33 коп., истец приобрел право на возмещение ущерба.
Также суд первой инстанции, отвергая представленные истцом доказательства, формально сослался на то, что они не являются бесспорными, не мотивировав данные суждения ссылками на результаты их оценки и нормы права. Между тем имеющиеся в материалах дела доказательства прямо подтверждают факты принятия ответчиком груза (счет-фактура N 000319 от 26 марта 2018 года), полученного при исполнении им трудовых обязанностей.
Принимая во внимание, что работодателю причинен ущерб в результате виновных действий работника, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, судебная коллегия приходит к выводу, что ответчик обязан возместить работодателю ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия.
Согласно статье 250 ТК РФ орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.
Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 ТК РФ может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью второй статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.
По смыслу статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 ГПК РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.
В нарушение части 2 статьи 56 и части 1 статьи 196 ГПК РФ суд первой инстанции не определилэти обстоятельства в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и, соответственно, не получили правовой оценки суда.
Поскольку судом первой инстанции не в полном объеме были установлены все обстоятельства, имеющие значение для дела, судебной коллегией по делу были истребованы дополнительные доказательства. Данные доказательства отвечают требованиям относимости и допустимости, обстоятельства, в подтверждение которых они были представлены, судебная коллегия считает установленными.
Так, в суд апелляционной инстанцией стороной ответчика были представлены трудовой договор N 15 от 12 марта 2019 года, заключенный между ответчиком и обществом с ограниченной ответственностью "<...>", справка общества с ограниченной ответственностью "<...>", согласно которой оклад ответчика составляет 15000 руб. в месяц, справка по кредитному договору ПАО Банк "<...>", согласно которой ежемесячный платеж по кредиту составляет 20009 руб. 54 коп., и свидетельство о расторжении брака Киреева М.В.
Оценивая обстоятельства причинения вреда, степень и форму вины ответчика, его имущественное положение, соотношение получаемого дохода к сумме ущерба, подлежащего возмещению, отсутствие препятствий к снижению размера возмещаемого ущерба по правилам статьи 250 ТК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для снижения подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца ущерба до 200 000 руб.
Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 13 декабря 2018 года в части, с принятием по делу в данной части нового решения о взыскании с Киреева М.В. в пользу индивидуального предпринимателя Исаевой Е.В. суммы ущерба в размере 200 000 руб.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Руководствуясь статьями 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 13 декабря 2018 года отменить в части.
Принять по делу в данной части новое решение, которым взыскать с Киреева М. В. в пользу индивидуального предпринимателя Исаевой Е. В. сумму ущерба в размере 200 000 рублей.
В остальной части решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 13 декабря 2018 года оставить без изменения.
Председательствующий А.Е. Соснин
Судьи О.В. Клюкина
М.А. Гринюк


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка