Дата принятия: 15 октября 2020г.
Номер документа: 33-3588/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 октября 2020 года Дело N 33-3588/2020
от 15 октября 2020 года N 33-3588/2020
г. Вологда
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Образцова О.В.,
судей Вахониной А.М., Медведчикова Е.Г.,
при секретаре Кудряшовой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе акционерного общества "Вологдаметаллоопторг" и апелляционному представлению прокуратуры г. Вологда на решение Вологодского городского суда Вологодской области от 01 июня 2020 года по иску Бычковой С.Л. к акционерному обществу "Вологдаметаллооптторг" о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Образцова О.В., объяснения Бычковой С.Л., ее представителя по доверенности Красильниковой М.С., представителя акционерного общества "Вологдаметаллооптторг" по доверенности Юровской У.С., заключение прокурора прокуратуры Вологодской области Мининой Н.В., полагавшей решение незаконным и подлежащим отмене, судебная коллегия
установила:
Бычкова С.Л. обратилась в суд с иском к акционерному обществу "Вологдаметаллооптторг" (далее - АО "Вологдаметаллооптторг") о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование которого указала, что ее супруг Б. состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал в должности машиниста тепловоза с совмещением профессии составитель поездов. 04 мая 2017 года в результате несчастного случая при выполнении трудовых обязанностей Б. получил телесные повреждения. Согласно заключению эксперта БУЗ ВО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" от 13 августа 2018 года полученные Б. телесные повреждения по степени тяжести относятся к причинившим тяжкий вред здоровью. 12 августа 2017 Б. скончался от острого нарушения мозгового кровообращения с субарахноидальным кровоизлиянием, в соответствии с заключением эксперта БУЗ ВО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" от 24 декабря 2019 года полученная производственная травма не состоит в причинно-следственной связи со смертью Б.
Ссылаясь на нравственные страдания в связи с причиненными травмами супругу, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 01 июня 2020 года исковые требования Бычковой С.Л. к АО "Вологдаметаллооптторг" удовлетворены частично.
Взыскана с АО "Вологдаметаллооптторг" в пользу Бычковой С.Л. компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Взыскана с АО "Вологдаметаллооптторг" в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 рублей.
В апелляционной жалобе АО "Вологламеталлоопторг" просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, указывая, что право возмещения морального вреда в случае причинения вреда, не связанного со смертью, предполагается лишь в отношении самого пострадавшего. Не представлено доказательств, подтверждающих факт нравственных страданий истца в связи с травмой супруга. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
В апелляционном представлении заместитель прокурора прокуратура г. Вологды Мойсов И.А. просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, указывая, что компенсация морального вреда родственникам пострадавшего работника законом не предусмотрена.
В представленных возражениях Бычкова С.Л. просит решение суда оставить без изменения.
Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и апелляционном представлении, обсудив возражения Бычковой С.Л., полагает, что решение принято судом в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства.
Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, Б. на основании трудового договора N... от 23 октября 2003 года состоял в трудовых отношениях с ОАО "Вологдаметаллоопторг", с 23 октября 2003 года принят на работу на должность машинист тепловоза, 01 марта 2013 года дополнительным соглашением в трудовой договор внесены изменения, согласно пункту 1.1 которого работник принят на работу в качестве машиниста тепловоза в структурное подразделение "Рабочие ж/д подвижного состава", из пункта 3.1 следует, что работнику производится доплата за смежную профессию составитель поездов.
04 мая 2017 года в результате несчастного случая на производстве Б. получил травмы.
Актом от 25 мая 2017 года о несчастном случае на производстве установлено, что причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не обеспечении безопасности работника при выполнении работ на высоте, при которых существуют риски, связанные с возможным падением работника с высоты 1,8 м и более, что является нарушением статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 16 Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных приказом Министерства труда и социальной зашиты Российской Федерации от 28 марта 2014 года N 155н, в допуске работника к выполнению работ на высоте, не прошедшего в установленном порядке обучение безопасным методам и приема выполнения работ на высоте, что является нарушением статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, подпункта "б" пункта 8 Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных приказом Министерства труда и социальной зашиты Российской Федерации от 28 марта 2014 года N 155н. В ходе расследования дополнительно установлено, что Б. не обучен безопасным методам и приемам работ на высоте. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны генеральный директор АО "Вологдаметаллоопторг", начальник отдела логистики АО "Вологдаметаллоопторг".
Согласно заключению эксперта БУЗ ВО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" от 13 августа 2018 года N... у Б. обнаружены телесные повреждения в виде перелома 5-го ребра, двойных переломов 6,7 ребер, двойного перелома 8 ребра, перелома 9 ребра, справа с кровоизлиянием в правую плевральную полость (гемоторакс). По степени тяжести указанные телесные повреждения относятся к причинившим тяжкий вред здоровью.
Б. скончался 12 августа 2017 года.
В соответствии с заключением эксперта БУЗ ВО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" от 24 декабря 2019 года N... полученная производственная травма не состоит в причинно-следственной связи со смертью Б.
Разрешая заявленные требования, суд, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 21, 22, 212 и 220 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание нарушения ответчиком условий труда, находящихся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями - травмой, полученной Б. на производстве, которая повлекла за собой тяжкий вред здоровью работнику, пришёл к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу супруги Б. Бычковой С.Л. компенсации морального вреда, поскольку ей были причинены нравственные страдания, выразившиеся в утрате здоровья близким ей человеком, требующим ухода и заботы о состоянии здоровья, а также восстановления после полученной тяжелой травмы.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень нравственных страданий и индивидуальных особенностей истца, и посчитал, что компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей отвечает требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам, при которых был причинен вред.
Выводы суда о размере присужденной истцу компенсации морального вреда судебная коллегия полагает обоснованными и не противоречащими положениям статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления об отсутствии правовых оснований для удовлетворения настоящего иска, ввиду того, что правом на компенсацию морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве обладает сам работник, компенсация морального вреда родственникам пострадавшего работника законом не предусмотрена, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.
К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).
Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.
Из искового заявления следует, что требование Бычковой С.Л. о компенсации морального вреда заявлено в связи с тем, что в результате травмирования, произошедшего с супругом, ей также были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате здоровья близким ей человеком, требующим лечения, ухода и заботы, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.
Как следует из показаний свидетеля П., данных суду апелляционной инстанции, он являлся лечащим врачом Б., который поступил в БУЗ ВО "Вологодская городская больница N..." в мае 2017 года в тяжелом состоянии, по экстренным показаниям с диагнозом множественные переломы ребер со смещением, посттравматический гемоторакс. На стационарном лечении находился около двух месяцев. Бычкова С.Л. посещала супруга Б. каждый день звонила, интересовалась состоянием здоровья и осуществляла уход за больным, выносила и приносила утку, переворачивала его, пересаживала с койки на каталку. Б. нуждался в постороннем уходе, поскольку у него был выраженный болевой синдром.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).
Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года N 6, разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления).
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.
По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Что касается указания истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска о компенсации морального вреда, то это не является определяющим при решении судом вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.
С учетом указанного судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку причинение тяжкого вреда здоровью Б. вследствие производственной травмы явилось причиной нравственных и физических страданий его супруги Бычковой С.Л., которые были обусловлены заботой о состоянии его здоровья, и его восстановления после полученных травм.
Апелляционная жалоба и апелляционное представление не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали вывода суда первой инстанции.
Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.
Учитывая изложенное, принятое судом решение является законным, обоснованным, в связи с чем оснований к его отмене у судебной коллегии не имеется.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Вологодского городского суда Вологодской области от 01 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества "Вологдаметаллоопторг" и апелляционное представление прокуратуры г. Вологда - без удовлетворения.
Председательствующий: О.В. Образцов
Судьи: Е.Г. Медведчиков
А.М. Вахонина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
