Дата принятия: 16 июня 2020г.
Номер документа: 33-3479/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 июня 2020 года Дело N 33-3479/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Садовой И.М.,
судей Кучминой А.А., Кудряшовой Д.И.,
с участием прокурора Литвишко Е.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абраменковой А.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Болдыревой Л.В. к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области "Ровенская районная больница", государственному автономному учреждению здравоохранения "Энгельсская городская клиническая больница N 1" о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба по апелляционным жалобам Болдыревой Л.В., государственного учреждения здравоохранения Саратовской области "Ровенская районная больница" на решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 17 декабря 2019 года, которым исковые требования удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи Кучминой А.А., объяснения Болдыревой Л.В., представителя истца Болдыревой Л.В. - Альжановой А.Б., представителя ответчика государственного учреждения здравоохранения Саратовской области "Ровенская районная больница" - Тамбовского О.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, заключение прокурора Литвишко Е.В., полагавшей решение суда законным и обоснованным, изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия
установила:
Болдырева Л.В. обратилась в суд с иском, в котором с учетом уточнений просила взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области (далее - ГУЗ СО) "Ровенская районная больница" компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей, с государственного автономного учреждения здравоохранения (далее - ГАУЗ) "Энгельсская городская клиническая больница N 1" компенсацию морального вреда - 1000000 рублей, а также просила взыскать солидарно с названных ответчиков 74960 рублей в счет возмещения материального вреда (ритуальные услуги - 15400 рублей, проведение поминок - 38390 рублей, изготовление и установка памятника - 21170 рублей) (т. 1 л.д. 172-175).
Требования мотивированны тем, что её супруг Шарибзянов И.Ш., <дата>, 06 марта 2018 года в 01 час. 25 минут был госпитализирован в хирургическое отделение ГУЗ СО "Ровенская районная больница", где он находился по <дата> года. При поступлении ему был поставлен диагноз: <данные изъяты>. Данный диагноз сохранялся до <дата>. За указанный период времени состояние его здоровья, несмотря на проводимое лечение, ухудшилось.
<дата> ему был поставлен диагноз: <данные изъяты>, что являлось основанием для проведения её супругу экстренного оперативного лечения, однако из-за отсутствия в названной больнице врача анестезиолога-реаниматолога, была организована транспортировка супруга истца в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1", куда он был доставлен <дата> в 05 час. 20 мин. В указанный день, после экстренного обследования Шарибзянову И.Ш. была проведена операция, однако в этот же день её супруг скончался.
Истец считает, что врачами ГУЗ СО "<адрес> больница", как на момент поступления Шарибзянова И.Ш., так и в период его нахождения на стационарном лечении, был поставлен неправильный диагноз: <данные изъяты>, в связи с чем, по её мнению, проводилось неправильное лечение, повлекшее осложнения и летальный исход. Указанные дефекты оказания медицинской помощи привели к позднему установлению диагноза и, как следствие, к позднему оказанию квалифицированной медицинской помощи, что способствовало развитию летального исхода Шарибзянова И.Ш.
В связи со смертью супруга истцу были причинены глубокие нравственные страдания, она пережила и до сих пор переживает горе от потери близкого ей человека. При этом нравственные страдания усугубляются переживаниями того факта, что смерть ее близкого человека наступила в результате ненадлежащего исполнения обязанностей сотрудниками медицинских учреждений, в которых Шарибзянов И.Ш. находился на лечении.
Решением суда с ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в пользу Болдыревой Л.В. взыскано в счет компенсации морального вреда 500000 рублей, в счет возмещения материального вреда - 74960 рублей. Также с ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 2748,80 рублей.
В удовлетворении исковых требований Болдыревой Л.В. к ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба отказано.
В апелляционной жалобе Болдырева Л.В. просит решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" отменить, в части взыскания с ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в счет компенсации морального вреда 500000 рублей изменить, принять новое решение, которым удовлетворить исковые требования к ГУЗ СО "Ровенская районная больница" о возмещении компенсации морального вреда и исковые требования ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" в полном объеме.
Автор жалобы указывает, что заключением эксперта N БУЗ ВО "Воронежское областное бюро СМЭ" и заключением экспертов отдела особо сложных экспертиз казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Бюро судебно-медицинской экспертизы" N подтвержден факт оказания медицинских услуг ненадлежащего качества, способствовавших развитию летального исхода Шарибзянова И.Ш., а также установлен факт необоснованной отсрочки операции и проведения ее фактически на 1,5-2 часа позднее необходимого в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1".
Автор жалобы также полагает, что ответчиком ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" не доказано отсутствие его вины в отсрочке проведения экстренного оперативного лечения (операции) и что такая отсрочка не повлияла и не могла повлиять на ухудшение состояния Шарибзянова И.Ш. и не способствовала его неблагоприятному исходу.
Коме того, автор жалобы считает заниженным и не отвечающим требованиям разумности и справедливости взысканный судом с ГУЗ СО "Ровенская районная больница" размер компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей.
В апелляционной жалобе ГУЗ СО "Ровенская районная больница" просит решение суда в части взыскания с них компенсации морального вреда и материального ущерба в пользу Болдыревой Л.В. отменить, принять в данной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.
Автор жалобы указывает, что в период нахождения Шарибзянова И.Ш. на лечении в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" не имелось врача анестезиолога-реаниматолога, что исключило возможность проведения операции. При этом учреждением принимались меры к привлечению специалиста указанного профиля.
Кроме того, возбужденное по факту смерти Шарибзянова И.Ш. уголовное дело было прекращено за отсутствием состава преступления, в том числе в отношении врачей ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в связи с неустановлением прямой причинно-следственной связи между действиями (лечением) врачей больницы и смертью Шарибзянова И.Ш.
В связи с указанным автор жалобы полагает об отсутствии доказательств вины ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в ненадлежащем лечении Шарибзянова И.Ш., в связи с чем больница не должна нести расходы на его погребение.
Иные лица, участвующие в деле, кроме истца и его представителя, а также представителя ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в заседание судебной коллегии не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представили, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем с учетом положений ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного постановления.
Как установлено судом и следует из материалов дела Болдырева Л.В. с <дата> состояла в зарегистрированном в браке с Шарибзяновым И.Ш. и они проживали совместно в <адрес> (т. 1 л.д. 10).
06 марта 2018 года в 01 час 25 минут Шарибзянов И.Ш. был госпитализирован в хирургическое отделение ГУЗ СО "Ровенская районная больница", где он находился по <дата>. При поступлении ему был поставлен диагноз: <данные изъяты>. Врачом - хирургом ГУЗ СО "Ровенская районная больница" Чуевым С.А. ему было назначено лечение, соответствующее поставленному диагнозу.
В период времени с <дата> по <дата> за время нахождения Шарибзянова И.Ш. в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" его состояние здоровья ухудшилось и диагноз <данные изъяты> был изменен на диагноз <данные изъяты>, что являлось основанием для проведения экстренного оперативного лечения по устранению <данные изъяты> и причин его вызвавших. Однако из-за отсутствия в этой больнице врача - анестезиолога-реаниматолога, проведение такой операции оказалось невозможным. В связи с этим, врачами ГУЗ СО "Ровенская районная больница" была организована транспортировка Шарибзянова И.Ш. в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1". На согласование перевода пациента и его транспортировку санитарным транспортом в город Энгельс ушло 3 часа.
Шарибзянов И.Ш. поступил в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" <дата> в 05 часов 20 минут. Оценив сложившуюся ситуацию, лечащие врачи ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" начали проводить предоперационную подготовку Шарибзянова И.Ш., поскольку до этого времени врачами ГУЗ СО "Ровенская районная больница" она ему не проводилась. Операция была начата Шарибзянову И.Ш. в 10 часов 25 минут того же дня. Однако к тому времени у Шарибзянова И.Ш. уже сформировался <данные изъяты>, который во время операции проявился у него <данные изъяты>, повлекшим смерть больного <дата> (т. 1 л.д. 8).
Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия N от <дата>, составленному ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>. Осложнения: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 205-207).
Постановлением старшего следователя следственного отдела по городу Энгельс СУ СК России по Саратовской области от 06 мая 2019 года уголовное дело N, возбужденное 03 мая 2018 года по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>, было прекращено в отношении медицинских сотрудников ГУЗ СО "Ровенская районная больница" на основании <данные изъяты> за отсутствием в их действиях состава указанного преступления (т. 1 л.д. 67-97).
Согласно указанному постановлению следствие пришло к выводу, что между действиями (бездействием) врачей ГУЗ СО "Ровенская районная больница" и ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" и неблагоприятным исходом виде смерти Шарибзянова И.Ш. не имеется прямой причинно-следственной связи. Однако в ходе предварительного следствия были установлены организационные дефекты оказания медицинской помощи, ответственность за которые лежит на административном аппарате управления лечебно-диагностических учреждений, но не является основанием для привлечения медицинских сотрудников к уголовной ответственности (т. 1 л.д. 95-96).
Старшим следователем следственного отдела по городу Энгельс СУ СК России по Саратовской области Тарасовой О.С. в адрес министра здравоохранения Саратовской области было вынесено представление на предмет организационных дефектов оказания медицинской помощи ГУЗ СО "Ровенская районная больница" и ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" (т. 1 л.д. 135-139).
Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 38, 41 Конституции РФ, ст. ст. 150, 151, 1064, 1068, 1099, 1101, 1174 ГК РФ, ст.ст. 2, 4, 64, 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", ст. ст. 3, 5 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", разъяснениями, данными в п.п. 11, 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", с учетом комплексной судебно-медицинской экспертизы N, проведенной БУЗ ВО "Воронежское областное бюро СМЭ", исходил из установленных обстоятельств того, что между дефектами оказания медицинской помощи ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в виде непроведения операции в сроки, позволяющие повлиять на прогноз течения патологии, в неосуществлении предоперационной подготовки (начала ее проведения) и наступлением смерти Шарибзянова И.Ш., имеется косвенная причинно-следственная связь, при отсутствии со стороны ответчика ГУЗ СО "Ровенская районная больница" доказательств, являющихся основанием для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание услуг. Как следствие, суд пришел к выводу, что факт ненадлежащего оказания ответчиком ГУЗ СО "Ровенская районная больница" медицинских услуг является основанием для взыскания с данного ответчика в пользу истца Болдыревой Л.В. как компенсации морального вреда, причиненного ей в результате нравственных страданий от невосполнимой потери близкого человека, так и материального вреда.
Судебная коллегия, проанализировав обстоятельства рассматриваемого дела, и представленные в их подтверждение доказательства, соглашается с приведенными в решении выводами суда первой инстанции, поскольку данные выводы не противоречат нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела.
Согласно п.п. 1-3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ) здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.
В силу ст. 4 названного Федерального закона охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.
В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона N 323-ФЗ).
Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Согласно составленному в рамках вышеуказанного уголовного дела заключению экспертов отдела особо сложных экспертиз в городе Сургуте казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Бюро судебно- медицинской экспертизы" N (дата начала экспертизы <дата>, дата окончания - <дата>) система организации здравоохранения в вышеуказанных учреждениях Саратовской области не отвечает современным требованиям по оказанию высококвалифицированной медицинской помощи.
Предпринятая тактика ведения больного Шарибзянова И.Ш. и дефекты организации ему экстренной медицинской помощи, как на этапе сельской больницы, так и на этапе городской больницы, не позволили сделать это на высоком профессиональном уровне, как это должно соответствовать современным достижениям медицинской науки и медицинского ремесла.
Предпринятая тактика ведения больного Шарибзянова И.Ш. и дефекты организации ему экстренной медицинской помощи на двух этих этапах (сельской и городской больниц) способствовали развитию неблагоприятного исхода для пациента, но в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Шарибзянова И.Ш. не состоят.
При этом, перечисленные в заключении факторы относятся к разделу организационных дефектов оказания медицинской помощи, ответственность за которые лежит на административном аппарате управления лечебно-диагностических учреждений (в том числе на главном враче, его заместителях и заведующем хирургическим отделением) (т. 1 л.д. 11-25).
Согласно выводам составленного в рамках рассмотрения настоящего дела по определению суда заключения комиссии экспертов N от 15 ноября 2019 года, проведенной БУЗ ВО "Воронежское областное бюро СМЭ" в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" не были предприняты все необходимые меры по предотвращению возможных негативных последствий, то есть оказанная медицинская помощь в данном лечебном учреждении не соответствовала потребностям состояния здоровья Шарибзянова И.Ш. на период времени с 24:00 ч. <дата> по 03:15 ч. <дата>. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи выразились:
в не проведении операции в сроки, позволяющие повлиять на прогноз течения патологии,
в неосуществлении предоперационной подготовки (начала ее проведения) в силу понимания, что время, затраченное на транспортировку в иную медицинскую организацию и необходимую для реализации предоперационной подготовки, еще более отсрочит проведение операции.
Проведенная в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" предоперационная подготовка Шарибзянову И.Ш. по содержанию осуществленных мероприятий, соответствовала общим подходам, используемым в клинической хирургической практике.
При этом отсутствуют объективные основания утверждать, что в данном случае на таком этапе течения патологического процесса у Шарибзянова И.Ш., установленная в ходе анализа документированных материалов отсрочка проведения операции (с учетом подготовки) в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" на 1,5-2 часа позволила бы увеличить вероятность благоприятного исхода, в том числе, не допустить развитие <данные изъяты>
Каких-либо недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи в ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1", которые оказали негативное влияние на состояние здоровье Шарибзянова И.Ш., экспертной комиссией не установлено.
Также согласно содержанию названного заключения при установлении у пациента <данные изъяты> требуется проведение неотложных лечебно-диагностических мероприятий, направленных, направленных на выявление возможной причины его развития и предоперационную подготовку.
Анализ лечебно-диагностических мероприятий, проведенных в Ровенской РБ показал, что у медицинских работников имелись объективные основания для начала предоперационной подготовки пациента, которая в Ровенской РБ в отношении Шарибзянова И.Ш. не проводилась. При этом из представленных материалов не усматривается объективных причин её не осуществления, особенно с учетом принятия решения о транспортировки больного и времени, необходимого, как для самой перевозки, так и для реализации предоперационной подготовки в условиях РКБ.
Также, комиссией экспертов отмечено, что проведение операции в ГУЗ СО "<адрес> больница" в течение 3-х часов от начала выявления признаков <данные изъяты>, либо осуществление предоперационной подготовки (начала проведения) могло улучшить прогноз на течение патологических процессов у Шарибзянова И.Ш., в связи с чем между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и развитием неблагоприятного исхода в виде ухудшения состояния пациента и смертью усматривается причинно-следственная связь.
В данном случае причинно-следственная связь носит непрямой характер, поскольку прямая причинно-следственная связь между недостатком оказания медицинской помощи (ненадлежащим ее оказанием) и развитием какого-либо негативного последствия может быть установлена лишь в том случае, если будет доказано, что реализация надлежащих действий закономерно предотвращало развитие такого исхода (т. 2 л.д. 41-43).
Как правильно указано судом первой инстанции оснований ставить под сомнение достоверность составленного по настоящему делу заключения комиссии экспертов N от 15 ноября 2019 года не имеется, так как представленное заключение комиссии экспертов составлено квалифицированными судебно-медицинскими экспертами, а также врачами, имеющими значительный стаж экспертной работы, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, является четким, ясным, понятным, содержит подробное описание проведенного исследования, достаточно аргументировано, выводы экспертов мотивированы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и доказательств, дающих основания сомневаться в правильности заключения комиссии экспертов в материалы дела не представлено.
В силу приведенных обстоятельств, вопреки доводам жалоб, именно между непроведением операции в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в течение 2-3-х часов от начала выявления признаков <данные изъяты> и неосуществлением предоперационной подготовки (начала проведения) с учетом принятия решения о транспортировки больного и времени, необходимого, как для самой перевозки, так и для реализации предоперационной подготовки в условиях ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" усматривается причинно-следственная связь между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и развитием неблагоприятных последствий в виде ухудшения состояния и смерти Шарибзянова И.Ш.
При таких обстоятельствах, вопреки доводам жалобы ответчика, отсутствие в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" врача анестезиолога-реаниматолога, что исключило возможность проведения операции, как и принятие учреждением мер к привлечению специалиста указанного профиля сами по себе не свидетельствуют о наличии правовых оснований для освобождения названного учреждения от ответственности по возмещению причиненного истцу вреда, поскольку как указано выше в числе выявленных недостатков оказания медицинской помощи со стороны ГУЗ СО "Ровенская районная больница" и развитием неблагоприятных последствий в виде ухудшения состояния и смерти Шарибзянова И.Ш. является также неосуществление в данной больнице предоперационной подготовки (начала проведения) пациента с учетом принятия решения о транспортировки больного в другую больницу.
Доводы жалобы ответчика о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления в отношении врачей ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в силу приведенных выше обстоятельств не опровергают выводов суда первой инстанции о наличии между дефектами оказания медицинской помощи со стороны именно лечебного учреждения - ГУЗ СО "Ровенская районная больница" и наступлением смерти Шарибзянова И.Ш. причинно-следственной связи.
Также, вопреки доводам жалобы истца, исходя из содержания как заключения эксперта N БУЗ ВО "Воронежское областное бюро СМЭ", так и заключения экспертов отдела особо сложных экспертиз казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Бюро судебно-медицинской экспертизы" N, обстоятельств наличия такой причинно-следственной связи при оказании медицинской помощи со стороны ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" не усматривается.
Таким образом, как правильно указано судом первой инстанции, в отсутствие доказательств вины ГАУЗ "Энгельсская городская клиническая больница N 1" оснований для солидарной ответственности ответчиков по возмещению истцу компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью близкого родственника, не имеется.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, приведенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в абз. 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям, данным в абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Вопреки доводам жалобы Болдыревой Л.В., судебная коллегия не усматривает оснований для изменения определенного судом размера компенсации морального вреда, взысканного с ГУЗ СО "Ровенская районная больница" в пользу истца, поскольку данный размер, исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, наиболее отвечает вышеуказанным критериям оценки компенсации морального вреда, в том числе степени нравственных страданий истца, потерявшей близкого родственника, а также требованиям разумности и справедливости.
Также, в силу вышеуказанных обстоятельств и приведенных норм права несостоятельны доводы апелляционной жалобы ГУЗ СО "Ровенская районная больница" об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца расходов на погребение.
При этом, обстоятельства наличия оснований для взыскания в ГУЗ СО "Ровенская районная больница" материального вреда в заявленном истцом размере были предметом подробного исследования суда, оценка данных обстоятельств осуществлена судом в соответствии с требованиями ст.ст. 56, 67 ГПК РФ и её результаты приведены в судебном постановлении, в связи с чем оснований для повторного её изложения, как и для переоценки исследованных судом обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств судебная коллегия не усматривает.
Учитывая вышеизложенное, доводы апелляционных жалоб не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, которые привели к неправильному рассмотрению дела, не содержат каких-либо обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, а по существу сводятся к иному толкованию норм материального права и иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, в связи с чем на законность и обоснованность состоявшегося судебного постановления не влияют.
При этом, сама по себе иная оценка авторами апелляционных жалоб представленных доказательств и действующего законодательства не может служить основанием к отмене правильного по существу судебного решения.
В силу указанного оснований для отмены или изменения решения суда по правилам ст. 330 ГПК РФ по доводам апелляционных жалоб судебная коллегия не усматривает.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 17 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
