Определение Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 сентября 2022 года Дело N 33-3410/2022

Санкт-Петербург 14 сентября 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе

председательствующего Заплоховой И.Е.,

судей Матвеевой Н.Л., Головиной Е.Б.,

при секретаре Ельцовой Ю.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Зайцевой Ольги Александровны на решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 17 декабря 2021 года по делу N по иску Зайцевой Ольги Александровны к Марковской Виктории Николаевне о взыскании материального ущерба, судебных расходов,

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Заплоховой И.Е., объяснения представителя истца адвоката Бурлетова Л.В., ответчика Марковской В.Н., ее представителя адвоката Луконенко И.Е., судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

Зайцева О.А. обратилась во Всеволожский городской суд Ленинградской области с иском к Марковской В.Н. о взыскании ущерба в сумме 362 200 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в сумме 6 830 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП с участием автомобиля истца <данные изъяты>, государственный номер N, под управлением водителя ФИО8 и автомобиля <данные изъяты>, государственный номер N, под управлением Марковской В.Н., транспортное средство истца было повреждено. ДТП произошло по вине Марковской В.Н. Гражданская ответственность ответчика на момент ДТП не была застрахована. Восстановительный ремонт автомобиля истца признан нецелесообразным. Стоимость транспортного средства на момент ДТП оценена в размере 530 000 рублей, стоимость годных остатков - 173 800 рублей.

Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 17 декабря 2021 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец Зайцева О.А. просила решение отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. Не согласилась с выводами судебной экспертизы о том, что действия Марковской В.Н. не состоят в причинно-следственной связи с ДТП и повреждением автомобиля Зайцевой О.А.

В судебном заседании представитель истца Зайцевой О.А. поддержал доводы апелляционной жалобы, просил назначить повторную экспертизу.

Ответчик Марковская В.Н. и ее представитель просили решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

С учетом имеющихся в материалах дела сведений о надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб по правилам статей 113-116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия постановилаопределение о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся участников процесса. До перерыва разбирательства, 27 июля 2022 года судебной коллегией в составе судей ФИО7, ФИО1, ФИО2, 22 июня 2022 года - в составе судей ФИО7, ФИО3, ФИО4 и 10 августа 2022 года в составе судей ФИО7, ФИО5 и ФИО6 дело не докладывалось и не рассматривалось по существу.

Проверив дело, выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом и следует из материалов дела, сторонами не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 30 минут по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный номер N, принадлежащего Зайцевой О.А., под управлением водителя ФИО8 и автомобиля <данные изъяты>, государственный номер N, под управлением водителя Марковской В.Н. В результате ДТП автомобиль <данные изъяты> уклоняясь от столкновения, наехал на силовое ограждение, был поврежден.

По результатам проверки ГИБДД УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга установлено, что ДТП произошло из-за нарушения ПДД РФ водителем Марковской В.Н., гражданская ответственность которой по договору ОСАГО на момент ДТП не была застрахована.

Зайцевой О.А. организовано проведение осмотра и оценки ее транспортного средства, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> составила 585 446,84 рублей, ремонт является нецелесообразным, рыночная стоимость автомобиля на момент ДТП определена в размере 530 000 рублей, стоимость годных остатков - в размере 173 800 рублей. Истец просила взыскать с ответчика разницу между рыночной стоимости и стоимостью годных остатков.

Разрешая исковые требования, оценив представленные доказательства, установив обстоятельства дела, суд пришел к выводу об отказе в иске, так как в ходе рассмотрения дела установлено, что водитель, управлявший автомобилем истца, имея явную и достаточную возможность предотвратить как столкновение с автомобилем ответчика, так и наезд на силовое ограждение, и возникновение материального ущерба в виде повреждений транспортного средства истца, пренебрег нормами ПДД РФ, фактической дорожной обстановкой, не принял мер к снижению скоростного режима до необходимых значений, избежанию совершения маневра, которые позволили бы ему не допустить наезд на силовое ограждение. Истцом не предоставлено доказательств, что между действиями Марковской В.Н. и возникшим ущербом имеется прямая причинно-следственная связь. В свою очередь ответчиком предоставлены доказательства тому, что вина в причинении материального ущерба истцу отсутствует.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В силу статьи 15 ГК РФ следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Исходя из содержания п. 1 ст. 1079 ГК РФ, на гражданина или юридическое лицо, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе, использование транспортных средств, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании, возложена обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В п. 2 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

По смыслу норм ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Данный вывод согласуется с позицией Верховного Суда, изложенной в ряде судебных актов, в том числе, в определении от 1 апреля 2014 года N 5-КГ14-11.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 29 марта 2016 года N 641-О указал, что положение пункта 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации, закрепляющее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя и возлагающее на него бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 ГК Российской Федерации не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 581-О-О), равно как и являющееся по своему характеру отсылочным положение пункта 3 статьи 1079 того же Кодекса.

В п. п. 11-12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, истец должен предоставить суду доказательства наличия и размера ущерба, причастности ответчика к причинению материального ущерба, наличием причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде возникшего ущерба.

Ответчик должен доказать непричастность к причинению ущерба, отсутствие вины в причинении вреда, невозможности предотвратить причинение вреда либо возникновение вреда по вине истца, а также предоставить доказательства несоразмерности заявленного к возмещению ущерба либо доказательства, освобождающие его от несения ответственности.

По ходатайству ответчика судом назначена и проведена автотехническая судебная экспертиза.

По результатам исследования эксперт АНО "ЦНИЭ" пришел к выводу о том, что установить фактический механизм ДТП не представляется возможным.

С технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> Марковская В.Н. должна была действовать в соответствии с требованиями п. 1.5, дорожного знака 4.1.1 "Движение прямо" и линии горизонтальной дорожной разметки 1.2 приложений 1 и 2 Правил дорожного движения РФ, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО8 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 8.1 и ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля <данные изъяты> Марковской В.Н. не соответствовали требованиям п. 1.5, дорожного знака 4.1.1 "Движение прямо" и линии горизонтальной дорожной разметки 1.2 приложений 1 и 2 Правил дорожного движения РФ, действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО8 не соответствовали требованиям п. 8.1 и ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО8 имел техническую возможность предотвратить ДТП. У водителя автомобиля <данные изъяты> Марковской В.Н. отсутствовала возможность предотвратить рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие.

С технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО8 требованиям п. 8.1 и ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ явились причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

Действия водителя автомобиля <данные изъяты> Марковской В.Н., не соответствующие требованиям п. 1.5, дорожного знака 4.1.1 "Движение прямо" и линии горизонтальной дорожной разметки 1.2 приложений 1 и 2 Правил дорожного движения РФ, не находятся в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП.

Контакт автомобилей отсутствовал. Повреждения автомобиля <данные изъяты> образовались в результате деформирующего воздействия по направлению спереди назад и слева направо относительно продольной оси автомобиля по ходу его движения. Повреждения переднего бампера и двери задка автомобиля <данные изъяты> с учетом особенностей их локализации, не могли быть образованы в результате контактного взаимодействия с автомобилем <данные изъяты>

Допрошенный судом первой инстанции и судебной коллегией эксперт, в полном объеме подтвердил проведенное им исследование и поставленные по его результатам выводы, а также уточнил и конкретизировал его, дал более подробные объяснения о ходе исследования и по сделанным выводам на основании предоставленных материалов дела, пояснений водителей, данных, как в судебном заседании, так и непосредственно после ДТП, материалов проверки по факту ДТП, в том числе схемы ДТП, видеозаписей момента ДТП. Свои выводы и пояснения по результатам исследования эксперт обосновали конкретными материалами дела, фото и видеоматериалами.

Эксперт подтвердил, что в действиях Марковской В.Н. имеются нарушения ПДД РФ, а именно поворот налево (разворот) в неположенном месте, где установлено движение только прямо дорожными знаками и линиями разметки. Вместе с тем, данное действие водителя Марковской В.Н. не состоит в причинной связи с ДТП в виде совершения маневра водителем автомобиля <данные изъяты> и его наездом на силовое ограждение.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО8 при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, должен был принять все меры по снижению скорости, вплоть до полной остановки. При выполнении маневра им не должна была создаваться опасность для движения.

Однако водитель ФИО8, который имел преимущество в движении, вместо снижения скорости до полной остановки в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ выполнил маневр, которым причинно-следственная связь между действиями водителя Марковской В.Н. и дорожно-транспортной обстановкой с водителем ФИО8 прерывается, причиной ДТП, в результате которого автомобиль <данные изъяты> был поврежден, является уже маневр ФИО8 и последующий наезд на силовое ограждение.

Данная причинно-следственная связь не прервалась бы, если бы водитель ФИО8, действуя в строгом соответствии с п. 10.1 ПДД РФ снижал бы скорость своего ТС и остановился (или не смог бы остановиться и совершил бы столкновение с автомобилем <данные изъяты>).

При этом, эксперт подтвердил проведенное исследование, в том числе на основании сведений о скорости водителя ФИО8, выполненной раскадровки видеозаписей, проведенных расчетов на основании сведений о технических сведений о размерах дорожной разметки и транспортных средств, времени, отраженного на видеозаписях, пришел к выводу о том, что водитель ФИО8 имел возможность предотвратить ДТП в виде столкновения с автомобилем <данные изъяты> даже путем применения рабочего торможения, не прибегая к экстренному торможению.

В опровержение версии представителя истца эксперт также пояснил, что положения п. 8.1. ПДД РФ к действиям водителя Марковской В.Н. не подлежат применению в данной дорожно-транспортной ситуации, т.к. данное положение применяется только в случае совершения маневра в соответствии с ПДД РФ. В данном же случае, она не могла выполнять маневр поворота налево (или разворота), т.к. он запрещен в указанном месте.

Судебная коллегия в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения эксперта, оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований предоставленных эксперту материалов, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у судебной коллегии не имеется, эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, в суд апелляционной инстанции не представлено.

Выводы эксперта, проводившего судебную экспертизы, наряду с другими доказательствами по делу, явились для суда достаточными, чтобы разрешить возникший между сторонами спор.

Оснований для проведения дополнительной или повторной экспертизы у судебной коллегии отсутствовали, поскольку новых доказательств, которые могли бы стать предметом экспертного исследования, ответчиком и его представителем представлены не были.

Иные доводы апелляционной жалобы фактически повторяют правовую позицию истца, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с решением суда, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального и процессуального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда соответствуют установленным судом обстоятельствам, материалам дела и требованиям закона, и оснований для признания их неправильными, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе и тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 17 декабря 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Зайцевой Ольги Александровны - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка