Дата принятия: 23 июня 2020г.
Номер документа: 33-3341/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 июня 2020 года Дело N 33-3341/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Беляевой Е.О.,
судей Голубева И.А., Щипуновой М.В.,
при ведении протокола помощником судьи Смысловой О.С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" к Верещагиной В.А. о признании договора страхования недействительным,
по апелляционной жалобе публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" на решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 13 февраля 2020 г., которым в удовлетворении иска отказано.
Заслушав доклад судьи Голубева И.А., объяснения представителя публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" Айрапетяна Р.З., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия
установила:
публичное акционерное общество "Страховая акционерная компания "Энергогарант" (далее - ПАО "САК "Энергогарант") в лице Саратовского филиала ПАО "САК "Энергогарант" обратилось в суд с иском к Верещагиной В.А., в котором просило признать договор личного и имущественного страхования от 26 февраля 2018 г. N, заключенный между истцом и ответчиком полностью недействительным, взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.
Требования мотивированы тем, что 26 февраля 2018 г. между ПАО "САК "Энергогарант" и Верещагиной В.А. был заключен договор личного и имущественного страхования N, согласно которому застрахованным лицом является Верещагина В.А., а застрахованным имуществом - квартира по адресу: <адрес>. 6 сентября 2019 г. в адрес страховщика поступило заявление Верещагиной В.А. о наступлении страхового случая в виде установления застрахованному лицу диагноза <врачебная тайна>. В ходе рассмотрения данного заявления ПАО "САК "Энергогарант" был получен ответ с предоставлением амбулаторной карты, согласно которой Верещагина В.А. состоит на диспансерном учете с 11 октября 2018 г. с диагнозом: <врачебная тайна> Из сведений, содержащихся в амбулаторной карте, следовало, что Верещагина В.А. на момент заключения договора страхования имела заболевания, о которых при заключении договора умолчала. Ответчик при заключении вышеуказанного договора страхования предоставила заведомо ложные сведения о себе, в этой связи, исходя из положений ст. ст. 944, 179 ГК РФ, истец просил договор страхования признать недействительным.
Решением Фрунзенского районного суда г. Саратова от 13 февраля 2020 г. в удовлетворении иска отказано.
В апелляционной жалобе ПАО "САК "Энергогарант" поставлен вопрос об отмене решения суда первой инстанции как незаконного и необоснованного. Автор жалобы, не соглашаясь с выводами суда, оценкой доказательств, ссылается на неправильное определение судом юридически значимых обстоятельств по делу. Истец считает, что предоставление ответчиком заведомо ложных сведений о себе при заключении договора страхования подтверждается материалами дела. Данные обстоятельства являются основанием для признания договора недействительным.
Иные лица, участвующие в деле, на заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела не представили. Кроме того, информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Саратовского областного суда (http://oblsud.sar.sudrf.ru) (раздел судебное делопроизводство).
В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия находит решение подлежащим отмене.
Как видно из материалов дела, 26 февраля 2018 г. между ПАО "Банк Уралсиб" и Верещагиной В.А. был заключен кредитный договор N, по которому заемщику предоставлен кредит в сумме 1 344 000 руб. сроком на
144 месяца с уплатой процентов из расчета 13,75% годовых.
В тот же день между ПАО "САК "Энергогарант" и Верещагиной В.А. был заключен договор личного и имущественного страхования N (далее - Договор).
Предметом Договора является страхование имущественных интересов страхователя (застрахованного лица, выгодоприобретателя), связанных с причинением вреда жизни или здоровью застрахованного лица в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания); владение, пользование и распоряжение страхователем недвижимым имуществом, переданным в залог (ипотеку) выгодоприобретателю, назначенному в соответствии с п. 1.5 настоящего договора с утратой недвижимого имущества в связи с прекращением права собственности на него (страхование титула) (п. 1).
Согласно п. п. 1.2, 1.3 Договора застрахованным лицом является
Верещагина В.А., а застрахованным имуществом - квартира по адресу: <адрес>
Пунктом 1.4 Договора предусмотрено, что настоящий договор заключен в соответствии с Комбинированными правилами ипотечного страхования, утверждёнными Приказом ОАО САК "Энергогарант" N 447 от 20 октября 2014 г., которые являются неотъемлемой частью настоящего договора.
Выгодоприобретателем по Договору является ПАО "Банк Уралсиб" (п. 1.5).
Согласно п. 7.1.1. Договора при заключении договора страхования и в период его действия страхователь обязан сообщить страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, а также и обо всех заключенных или заключаемых договорах страхования в отношении объектов, принимаемых на страхование, с другими страховыми организациями. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование, которое является приложением к договору страхования (приложение
N 2), а также приложениях к нему.
Заполняя анкету-заявление по комплексному ипотечному страхованию, Верещагина В.А. на вопрос: "имеются ли у Вас или имелись когда-либо в прошлом диагностированные заболевания, нарушения здоровья", а именно: в п. 10 <данные изъяты>, а также в п. 22 "состоите ли Вы/состояли когда-либо на учете <данные изъяты>? Если да указать название ЛПУ, указала: "нет".
<дата> Верещагина В.А. поставлена на диспансерный учет у врача-<врачебная тайна> с диагнозом <врачебная тайна>.
<дата> Верещагиной В.А. присвоена <врачебная тайна> по общему заболеванию.
<дата> Верещагина В.А. через представителя по доверенности ФИО1 обратилась в ПАО "САК "Энергогарант" с заявлением о наступлении страхового случая.
Согласно заключению амбулаторной судебно<врачебная тайна> экспертизы
N 3 от 17 января 2020 г., из представленный меддокументации известно, что Верещагина В.А. <врачебная тайна>
Ответчик дважды находилась на лечении в <врачебная тайна>, в период с 17 декабря 2008 г. по
16 февраля 2009 г., выписана с диагнозом "<данные изъяты>
Следующее ухудшение <врачебная тайна> состояния было в 2010 г., после проведенного обследования и лечения в <врачебная тайна> в период с 3 августа 2010 г. по
10 сентября 2010 г., выписана с диагнозом <врачебная тайна>
На учете у врача <врачебная тайна> до октября 2018 года не состояла, лечение не принимала. 18 июня 2018 г. была осмотрена врачом <врачебная тайна> и <дата> взята на диспансерное наблюдение <врачебная тайна> с диагнозом <врачебная тайна>.
4 сентября 2019 г. комиссией врачей <данные изъяты> МСЭ впервые была признана <врачебная тайна> с диагнозом <данные изъяты>
Учитывая, что подэкспертная до июня 2018 года у врачей <врачебная тайна> не наблюдалась, имела <врачебная тайна>, отсутствие в материалах гражданского дела сведений о ее поведении в быту в частности в 2018 г. и ранее, неявка самой подэкспертой на экспертизу, оценить ее <врачебная тайна> состояние на момент подписания договора личного и имущественного страхования с ПАО "САК "Энергогарант" от 26 февраля 2018 г. не представляется возможным.
Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями п. 2 ст. 945 ГК РФ, исходил из того, что страховщик не проявил должную меру осмотрительности и не проверил представленные ответчиком сведения, в том числе не провел обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья. Между тем страховая компания могла и должна была проверить сведения, представленные страхуемым лицом (ответчиком): до заключения договора, потребовав у ответчика медицинские документы, содержащие сведения о перенесенных им заболеваниях и травмах и или прохождения медицинского обследования; либо в разумный срок после заключения договора самостоятельно запросить в медицинских учреждениях сведения о перенесенных ответчиком заболеваниях и травмах. Тот факт, что страховщик не воспользовался предоставленным ему правом, свидетельствует о том, что он сознательно принял на себя риск отсутствия необходимой для заключения договора страхования информации.
Также сделан вывод о том, что истцом не предоставлено доказательств наличия у страхователя умысла при заключении Договора на обман страховщика; равно как и доказательств того, что в случае сообщения Верещагиной В.А. о своих обращениях в медицинские учреждения и перенесенных ранее заболеваниях, с последней не был бы заключен договор страхования.
Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.
В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Указанные требования процессуального закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дела судом первой инстанции соблюдены не были.
Пунктом 1 ст. 2 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон N 4015-1) установлено, что страхование - это отношения по защите интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий, а также за счет иных средств страховщиков.
Согласно п. 2 ст. 4 Закона N 4015-1 объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни.
В соответствии со ст. 9 Закона N 4015-1 страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.
Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.
Следовательно, содержанием отношений по страхованию является защита имущественных интересов застрахованного путем выплаты страхового возмещения при наступлении предусмотренного договором события - страхового случая.
В силу п. п. 1 и 3 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком 5 стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.
Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 данного Кодекса.
Наличие у страхователя заболеваний, которые повлекли наступление страхового случая, и о которых он не сообщил страховщику является обстоятельством, имеющим существенное значение, предусмотренным приведенными выше положениями ст. 944 ГК РФ.
В п. 10 Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 5 июня 2019 г., указано, что сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным.
Между тем, указанные нормы права и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по их применению судом первой инстанции не были учтены.
Как указано выше, Верещагина В.А. при заключении Договора указала, что у нее не имеется и не имелось когда-либо в прошлом диагностированных заболеваний, нарушений здоровья, в частности, <врачебная тайна>.
Вместе с тем, как видно из материалов дела, данные сведения являлись заведомо ложными, поскольку из представленных документов об имевшихся ранее обращениях указанного лица за получением медицинской помощи и как это установлено судебной экспертизой, Верещагина В.А. до заключения договора страхования на протяжении нескольких лет страдала от <врачебная тайна> и дважды находилась на лечении в <врачебная тайна>. Впоследствии именно данное заболевание стало причиной установления ответчику группы инвалидности.
Кроме того, заполненная и подписанная ответчиком анкета-заявление по комплексному ипотечному страхованию (приложение к Договору), дает основания для вывода о том, что на момент заполнения документов и подписания Договора Верещагиной В.А. была известна обязанность по предоставлению правильной (правдивой) информации о себе, и что в случае сообщения недостоверной информации договор может быть признан недействительным или в страховой выплате может быть отказано.
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о наличии у истца умысла на обман страховщика. При заключении Договора добровольного личного страхования Верещагиной В.А. были сообщены страховщику заведомо ложные сведения, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового события и последствий от его наступления.
При этом, применительно к положениям п. 2 ст. 945 ГК РФ проведение обследования страхуемого лица является правом, а не обязанностью страховщика. Тогда как на страхователя ст. 944 ГК РФ возложена обязанность сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, оговоренные в стандартном бланке договора. При этом в соответствии со ст. 10 ГК РФ страховщик при заключении договора вправе рассчитывать на достоверность сведений, представленных страхователем, и исходит из его добросовестности при заключении договора. Не проведение страховщиком обследования состояния здоровья лица при заключении договора страхования не освобождает лицо, обратившееся с заявлением на страхование, от предоставления страховщику достоверной информации.
На основании изложенного, с учетом приведенного выше руководящего указания Верховного Суда РФ (п. 10 Обзора практики) судебная коллегия приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований и признании Договора недействительным.
В силу положений ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.
По общему правилу суд обязан разрешить вопрос о возврате всего полученного по недействительной сделке одновременно с признанием сделки недействительной, т.е. привести стороны в первоначальное положение.
Как видно из материалов дела, в частности графика оплаты страховой суммы, квитанций и предоставленной ПАО "САК "Энергогарант" суду апелляционной инстанции справки, Верещагина В.А. оплатила по Договору страховых взносов на общую сумму 32538 руб. 77 коп., которые подлежат возврату ей ввиду признания сделки недействительной.
Исходя из положения ст. ст. 88, 94, 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в размере 6 000 руб.
В силу п. 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" резолютивная часть апелляционного определения в соответствии с ч. ч. 2 и 4 ст. 329 ГПК РФ должна содержать выводы суда апелляционной инстанции о результатах рассмотрения апелляционных жалобы, представления в пределах полномочий, определенных в ст. 328 ГПК РФ, а при необходимости указание на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционных жалобы, представления.
Как видно из материалов дела, истец при подаче апелляционной жалобы понес судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., которые также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.
В соответствии с п. 2 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.
В этой связи решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 13 февраля 2020 г. подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении иска.
Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 13 февраля 2020 г. отменить.
Принять по делу новое решение, которым иск публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" к Верещагиной В.А. удовлетворить.
Признать договор личного и имущественного страхования от 26 февраля
2018 г. N, заключенный между публичным акционерным обществом "Страховая акционерная компания "Энергогарант" и Верещагиной В.А. недействительным.
Применить последствия недействительности сделки, взыскав с публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" в пользу Верещагиной <врачебная тайна> денежные средства в размере 32538 руб. 77 коп.
Взыскать с Верещагиной В.А. в пользу публичного акционерного общества "Страховая акционерная компания "Энергогарант" судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
