Дата принятия: 27 февраля 2019г.
Номер документа: 33-326/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 февраля 2019 года Дело N 33-326/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего: Усенко О.А.,
судей областного суда: Метелевой А.М., Чернышовой Ю.А.,
при секретаре: Салиховой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Метелевой А.М. дело по апелляционной жалобе ответчика Шираева С. А. на решение Ахтубинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску Черноивановой Н. А. к Шираеву С. А. о сносе самовольной постройки.
УСТАНОВИЛА:
Черноиванова Н.А. обратилась в суд с иском к Шираеву С.А. о сносе самовольной постройки, указав, что является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>. По соседству находятся дом и земельный участок ответчика Шираева С.А. по адресу: <адрес>. В нарушение закона, ответчик без оформления в установленном порядке проектно-сметной и разрешительной документации самовольно осуществил строительство пристроя к жилому дому. При этом, часть незаконно возведенной постройки оказалась расположенной на ее земельном участке. Просила обязать ответчика в течение одного месяца со дня вступления настоящего решения в законную силу снести (демонтировать) возведенный пристрой.
Истец Черноиванова Н.А. в судебное заседание не явилась, ее представитель Черноиванов И.А. заявленные требования поддержал и просил удовлетворить.
Ответчик Шираев С.А. не признал исковые требования, просил отказать в их удовлетворении.
Представитель третьего лица администрации муниципального образования "<адрес>" в судебном заседании не участвовал.
Решением Ахтубинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования Черноивановой Н.А. удовлетворены. На Шираева С.А. возложена обязанность в течение одного месяца со дня вступления настоящего решения в законную силу демонтировать часть фрагмента помещения - веранды (пристроя) жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, находящейся в границах земельного участка N расположенного по адресу: <адрес>.
В апелляционной жалобе ответчик Шираев С.А. ставит вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, полагая, что судом нарушены нормы материального и процессуального права. Указывает, что не захватывал часть земельного участка истца, возвел пристрой с учетом требований закона.
На заседание судебной коллегии истец Черноиванова Н.А., представитель третьего лица администрации муниципального образования "<адрес>" не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем в соответствии с требованиями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.
Заслушав докладчика, объяснения ответчика Шираева С.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца Черноивановой Н.А. - Черноиванова И.А., возражавшего против удовлетворения жалобы, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Согласно подпункту 4 части 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
В соответствии с частью 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации на основании решения суда лицо, виновное в нарушение прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре (восстановлению плодородия почв, восстановлению земельных участков в прежних границах, возведению снесенных зданий, строений, сооружений или сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений, восстановлению межевых и информационных знаков, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств).
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из установления в судебном заседании того обстоятельства, что ответчик Шираев С.А. захватил часть земельного участка, принадлежащего истице Черноивановой Н.А., разместив на нем самовольно возведенную часть помещения, именуемого по техническому паспорту верандой.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Черноиванова Н.А. на основании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от ДД.ММ.ГГГГ является собственником жилого дома, площадью 64,9 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, и земельного участка, площадью 1365 +/- 13 кв.м, из категории земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования: эксплуатация жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Данный земельный участок отмежеван и поставлен на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером N, сведения об объекте недвижимости имеют статус "актуальные".
Ответчик Шираев С.А. является собственником смежного земельного участка, площадью 380 кв.м., из категории земель: земли населенных пунктов - городская застройка, расположенного по адресу: <адрес>. Данный земельный участок не отмежеван, поставлен на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером N, сведения об объекте недвижимости имеют статус "актуальные, ранее учтенные",
Также ответчику Шираеву С.А. на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на праве собственности принадлежит жилой дом, общей площадью 69,7 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 30-АБ N, выданным ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно заключению эксперта N СТЭ ООО "Независимая экспертиза", составленному по результатам проведения судебной экспертизы на основании определения суда первой инстанции, экспертами установлено, что часть спорного объекта - пристроя к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>, находится в границах участка с кадастровым номером N, общей площадью 1365 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>. Площадь земельного участка с кадастровым номером N, общей площадью 1365 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, занимаемая частью спорного объекта - пристроя к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>, составляет не менее 5 кв.м. Фактически на момент осмотра минимальные расстояния от спорного объекта - пристроя к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес> до существующей границы смежного земельного участка с кадастровым номером 30:01:150203:1340, общей площадью 1365 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> составляет 0,6-0,9м.
Как следует из заключения N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертами Автономной некоммерческой организации по проведению судебных экспертиз и иных исследований "БАЗИС", экспертами установлено, что площадь фактических границ земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, составляет 1435 кв.м., а площадь фактических границ земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, составляет 405 кв.м.
Установлено наложение фактических границ земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, на границы земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, площадь наложения составляет 8,02 кв.м.
Часть жилого дома (с учетом спорного пристроя) с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, накладывается на земельный участок с кадастровым номером N, расположенный по адресу: <адрес>, площадь наложения составляет 1,56 кв.м.
Судебным экспертом установлено, что имеется возможность фрагментарного демонтажа жилого дома (с учетом спорного пристроя) с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес>, в части фрагмента помещения N "Веранда". Детально линия демонтажа показана судебным экспертом на иллюстрации N исследовательской части экспертного заключения и соответствует требованию п.5.3.4 "СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" и требованию п.6.7 "СП 53.13330.2011. Свод правил. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 30-02-97*", в части формирования отступа от боковой правой границы земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: <адрес> и, соответственно, отступа от боковой левой границы земельного участка с кадастровым номером N расположенного по адресу: <адрес>.
Оценивая заключение эксперта N СТЭ ООО "Независимая экспертиза" и заключение N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ Автономной некоммерческой организации по проведению судебных экспертиз и иных исследований "БАЗИС" по правилам статей 55,60,67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, районный суд обоснованно принял их в качестве доказательств по делу, отвечающих требованиям относимости и допустимости, поскольку экспертные заключения содержат подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы мотивированы, судебные эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют соответствующую квалификацию и опыт работы.
Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального законодательства и представленных сторонами доказательствах, которые исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.
Исходя из того, что факт самовольного захвата ответчиком Шираевым С.А. части земельного участка истца Черноивановой Н.А. путем размещения на нем веранды (пристроя) жилого дома установлен и подтверждается указанными заключениями судебных экспертов, а также другими материалами дела в их совокупности, в том числе, пояснениями специалиста Евдошенко С.А., проводившего межевание земельного участка истца, постановлением заместителя главного государственного инспектора по использованию и охране земель по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении Шираева С.А. к административной ответственности по ст.7.1 КоАП РФ по факту самовольного захвата части земельного участка, принадлежащего Черноивановой Н.А., принимая во внимание, что демонтаж фрагмента помещения - веранды является возможным, при этом будут соблюдены требования п.5.3.4 "СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" и требования п.6.7 "СП 53.13330.2011. Свод правил. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 30-02-97*", в части формирования отступа от границ земельного участка истца, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении заявленных истцом требований и возложении на ответчика обязанности демонтировать часть фрагмента помещения - веранды (пристроя) жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, находящейся в границах земельного участка 30:01:150203:1340, расположенного по адресу: <адрес>.
Довод ответчика о том, что он не захватывал часть земельного участка Черноивановой Н.А., а наоборот, часть его земельного участка была захвачена истцом при межевании, судебной коллегией отклоняется по следующим основаниям.
Из заключения эксперта N СТЭ ООО "Независимая экспертиза" следует, что при межевании земельного участка Черноивановой Н.А. граница между участками N была смещена, относительно сложившегося порядка пользования, в сторону уменьшения земельного участка N (Шираев С.А.). Размеры земельных участков в границах застроенных территорий установлены без учета фактического землепользования, действовавшего в период застройки территории. Смещение границы в сторону уменьшения земельного участка Шираева С.А. привело к тому, что строение - пристрой жилого дома, по межевому плану расположен в уточненных границах земельного участка Черноивановой Т.А.
Фактически, на момент осмотра, граница между участками частично не выражена. Часть границы представлена конструкцией, выполненной посредством каменной кладки из блоков. Существующая граница не соответствует границам, установленным межевым планом на участок. Также на момент осмотра установлено несоответствие фактической границы между участками с межевой границей в том, что фактическая граница имеет криволинейную форму с изломом, на плане граница не имеет четких углов, изломов.
Допрошенный в судебном заседании кадастровый инженер Евдошенко С.А., проводивший кадастровые работы по межеванию земельного участка истца, пояснил, что при межевании земельного участка фактически забора не было, границы шли по постройкам, границы земельного участка Шираева С.А. не определены в соответствии с законом, координаты не определены на местности. Акт согласования границ земельного участка, принадлежащего истице Черноивановой Н.А., согласован с соседями, в том числе, с ответчиком Шираевым С.А.
При таких обстоятельствах, поскольку Шираевым С.А. результаты межевания земельного участка истца не оспаривались, в ходе рассмотрения настоящего дела встречный иск, несмотря на разъяснения районного суда, не предъявлялся, доказательств того, что кадастровые работы по установлению границ земельного участка истца проведены с нарушением закона, и фактически координаты поворотных точек должны были определяться на местности по возведенным ответчиком строениям, суду не представлено, судебная коллегия полагает, что доводы ответчика об отсутствии с его стороны нарушений прав истца, земельный участок которой отмежеван и поставлен на кадастровый учет, являются необоснованными и не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что право собственности на реконструированный жилой дом с пристроем - верандой зарегистрировано за ним в установленном законом порядке, является несостоятельным и не свидетельствует о неправильности выводов районного суда.
Судом установлено, что Шираев С.А. на основании договора купли-продажи земельного участка с домовладением от ДД.ММ.ГГГГ приобрел у Щербинина А.Н. в собственность земельный участок с домовладением в целом по адресу: <адрес>, при этом на момент совершения сделки, согласно кадастровому паспорту N по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, жилой дом по адресу: <адрес> - литер А имел общую площадь 13,4 кв.м.
ДД.ММ.ГГГГ Шираев С.А. обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> с заявлением о регистрации за ним права собственности на жилой дом, общей площадью 69,7 кв.м., по адресу: <адрес>, представив кадастровый паспорт, из которого следует, что дом был реконструирован в ДД.ММ.ГГГГ году, его площадь составляет 69,7 кв.м.
ДД.ММ.ГГГГ Шираеву С.А. выдано свидетельство серии 30-АБ N о государственной регистрации права собственности на жилой дом, общей площадью 69,7 кв.м., по адресу: <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации N.
Как следует из технического паспорта на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, он состоит ил Литера Б (жилой дом) и Литера б (веранда), общая площадь всех частей здания составляет 113,4 кв.м., общая площадь жилого помещения (литер Б) - 69,7 кв.м., площадь веранды - 43,7 кв.м.
Как следует из заключения N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертами Автономной некоммерческой организации по проведению судебных экспертиз и иных исследований "БАЗИС", экспертами установлено, что фактически, исходя из результата проведенного ДД.ММ.ГГГГ визуально-инструментального осмотра объекта исследования, выявлено, что площадь литера Б составляет 70,2 кв.м., площадь литера б - 38,4 кв.м., а общая площадь жилого дома (с учетом спорного пристроя) - 108,6 кв.м., что не соответствует сведениям, имеющимся в свидетельстве о государственной регистрации права N от ДД.ММ.ГГГГ и в техническом паспорте по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.
Экспертами также установлено, что помещение N "Веранда" (нумерация и наименование помещения указано согласно технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) не является таковым, так как не является помещением, соответствующим следующим характеристикам: "...застекленное не отапливаемое помещение, пристроенное к зданию, встроенное в него или встроенно-пристроенное, не имеющее ограничения по глубине, может устраиваться на перекрытии нижерасположенного этажа..." (п.3.4 раздела 3 "Термины и определения" "СП 55.13330.2016. Свод правил. Дома жилые одноквартирные. СНиП 31-02-2001").
При указанных обстоятельствах ссылка истца на наличие у него зарегистрированного права на жилой дом с пристроем является необоснованной.
Кроме того, как следует из пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе.
Из положений статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что признаками самовольной постройки являются: создание постройки на земельном участке, не отведенном для этих целей; создание постройки без получения необходимых разрешений; с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.
В ходе судебного разбирательства ответчик Шираев С.А. не отрицал, что реконструкция спорного жилого дома произведена им без получения необходимого разрешения на реконструкцию и на строительство.
Как следует из заключения N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ Автономной некоммерческой организации по проведению судебных экспертиз и иных исследований "БАЗИС", часть жилого дома Шираева С.А. в части помещения N "Веранда" расположена на земельном участке истца Черноивановой Н.А., при этом жилой дом ответчика отстоит от земельного участка истца на расстоянии менее 3,0м., что является нарушением п.5.3.4 "СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" и п.6.7 "СП 53.13330.2011. Свод правил. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 30-02-97*".
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорный жилой дом реконструирован без соответствующего разрешения и частично расположен в границах земельного участка, принадлежащего Черноивановой Н.А., то есть имеет признаки самовольной постройки, в связи с чем требования истца о сносе (демонтаже) части пристроя ответчика, расположенной на принадлежащем ей на праве собственности земельном участке, являются обоснованными и правомерно удовлетворены судом.
Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, оснований для вмешательства в которую судебная коллегия не находит. Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильности выводов суда и не содержат оснований для отмены решения, постановленного в соответствии с нормами материального и процессуального права.
Вместе с тем, поскольку судебное решение должно быть исполнимым, а судом первой инстанции установлена необходимость демонтажа фрагмента помещения - веранды (пристроя) жилого дома ответчика в соответствии с каталогом координат характерных точек линии демонтажа, указанных в заключении N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной АНО "БАЗИС", судебная коллегия полагает необходимым уточнить резолютивную часть решения суда указанием на данное обстоятельство.
Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, по настоящему делу не установлено.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда,
ОПРЕДЕЛИЛА:
уточнить резолютивную часть решения Ахтубинского районного суда Астраханской области от 23 ноября 2018 года указанием о возложении на Шираева С. А. обязанности демонтировать фрагмент помещения - веранды (пристроя) жилого дома в соответствии с каталогом координат характерных точек линии демонтажа, указанных в заключении N дополнительной комплексной землеустроительной, строительно-технической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной АНО "БАЗИС".
В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Шираева С. А. - без удовлетворения.
Председательствующий: О.А. Усенко
Судьи областного суда: А.М. Метелева
Ю.А. Чернышова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
