Дата принятия: 15 октября 2019г.
Номер документа: 33-3261/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КУРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 октября 2019 года Дело N 33-3261/2019
Судья: Перфильева Н.А. N
N
N
Судебная коллегия по гражданским делам Курского областного суда в составе:
председательствующего: Журавлёва А.В.
судей: Леонтьевой И.В., Чупрыной С.Н.
с участием прокурора Казимировой Е.Ю.
при секретаре: Крюковой М.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании 15 октября 2019 г. гражданское дело по иску Самохвалова А.А. к Обществу с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>"" о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью вследствие несчастного случая в период трудовых отношений, поступившее по апелляционной жалобе представителя ответчика ООО "<данные изъяты>" по доверенности Матросова Э.Ю. на решение Промышленного районного суда г. Курска от 19 июня 2019 г. которым постановлено:
"Исковые требования Самохвалова А.А. к Обществу с ограниченной с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>" о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в период трудовых отношении удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>" в пользу Самохвалова А.А. компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в период трудовых отношений в размере <данные изъяты>
В остальной части отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>" в доход муниципального образования "Город Курск" госпошлину в сумме <данные изъяты> коп.".
Заслушав доклад судьи Леонтьевой И.В., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Самохвалов А.А. обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением к ООО "<данные изъяты>", указав, что он работал у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты> рабочее место N в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ утром он прибыл на свое рабочее место и приступил к выполнению задания, по окончании которого, по собственной инициативе отправился на участок N, где в это время работал <данные изъяты> Р. С разрешения Р.. на его станке он производил отторцовку уголков, предназначенных для фотографий для личного пользования. Во время отторцовки четвертной заготовки его руку затянуло под пилу. В результате несчастного случая им были получены повреждения: <данные изъяты>. Комиссией, проводившей расследование обстоятельств несчастного случая на производстве, был составлен акт по форме Н-1, установлена вина ООО "<данные изъяты>" в лице сотрудников Р. - <данные изъяты>, допустившего нарушения, вызвавшего несчастный случай, а также генерального директора предприятия Полина С.А. В акте о несчастном случае на производстве отсутствуют сведения об установлении факта грубой неосторожности Самохвалова А.А., а также отсутствуют выводы о его виновности в процентном отношении. Станок, на котором работал истец на участке N, является источником повышенной опасности, что подтверждено составленным актом, указавшим на наличие опасности производственного фактора в виде движущихся машин и механизмов, подвижных частей производственного оборудования, что само по себе является основанием ко взысканию с ответчика, как владельца источником повышенной опасности, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью истца. С учетом уточненных исковых требований Самохвалов А.А. просил суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.
Представители ответчика ООО "<данные изъяты>" Плигунова Н.Н., Матросов Э.Ю. исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении, а в случае удовлетворения иска судом, просили снизить заявленный размер компенсации. Указали, что несчастный случай, повлекший причинение тяжкого вреда истцу Самохвалову А.А., произошел по вине самого истца и оператора станка Р.., поскольку они не соблюдали установленные в организации правила внутреннего трудового распорядка, техники безопасности и охрану труда. Кроме того, истец самовольно, в рабочее время покинул свое рабочее место, перемещался по территории фабрики, использовал в своих целях материалы фабрики, допустил нарушения должностной инструкции, отвлек Р. от выполнения им своих должностных обязанностей, что в свою очередь повлекло наступление несчастного случая с истцом. При необходимой внимательности и предусмотрительности истец должен был и мог предвидеть наступление неблагоприятных последствий. Вина работодателя в данном случае носит формальный характер, так как в произошедшем виновен сам Самохвалов А.А. По мнению представителей ответчика данный несчастный случай не является несчастным случаем на производстве, полученная им травма не связана с исполнением истцом трудовых обязанностей, поэтому ответственность работодателя исключается. Установленные комиссией, проводившей расследование обстоятельств несчастного случая на производстве, дополнительные причины несчастного случая не имеют прямой причинно-следственной связи с несчастным случаем. Полагают, что в случае причинения морального вреда действиями нескольких лиц, моральный вред подлежит возмещению в долевом порядке, т.е. с учетом вины каждого. Станок не является источником повышенной опасности, поскольку его безопасность является прямым следствием контроля со стороны человека. Считают, что вопрос о возмещении вреда должен разрешаться на общих основаниям в соответствии с п.1 ст.1090 ГК РФ по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ и ст.15 ГК РФ. Просят учесть, что работодатель после несчастного случая с истцом предлагал ему на предприятии вакантные должности с учетом тяжести полученного им увечья от которых Самохвалов А.А. отказался. По мнению представителей ответчика, при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, здоровью которого причинен вред, подлежит применению ст. 1083 ГК РФ, размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Полин С.А. в письменных возражениях просил отказать Самохвалову А.А. в удовлетворении исковых требований.
Суд постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО "<данные изъяты>" - по доверенности Матросов Э.Ю. просит решение суда изменить и уменьшить сумму взысканной компенсации морального вреда.
В отзыве на апелляционную жалобу представителя ООО "<данные изъяты>" третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Полин С.А. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе представителя ООО "<данные изъяты>"", самостоятельной апелляционной жалобы не подавал.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу ООО "<данные изъяты>" старший помощник прокурора Сеймского административного округа г. Курска Дюкарева А.Ю. просит оставить решение суда без изменения.
В судебное заседание не явились третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - Полин С.А., Р.., представитель ГИТ в Курской области, которые о дне, месте и времени слушания дела в суде апелляционной инстанции извещены надлежащим образом. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.
В суд апелляционной инстанции ответчиком представлена справка об изменении с ДД.ММ.ГГГГ фирменного наименования и юридического адреса ответчика с ООО "<данные изъяты>" - на ООО "<данные изъяты>".
В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ коллегия проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе ответчика.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу и письменных возражений прокурора, выслушав объяснения представителя ООО "<данные изъяты>" и третьего лица Полина С.А. в поддержание доводов апелляционной жалобы ООО "<данные изъяты>", объяснения истца Самохвалова А.А. и его представителя по доверенности Сурженко Ю.П., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика, заключение прокурора Казимировой Е.Ю., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ответчика.
В соответствии с ч.1 ст.330 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, не имеется.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Самохвалов А.А. был принят на работу в ООО "<данные изъяты>" с ДД.ММ.ГГГГ на должность <данные изъяты>. Согласно трудовому договору N от ДД.ММ.ГГГГ местом его работы был определен участок N.
ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. на производственном участке N, расположенном на территории ООО "<данные изъяты>" по адресу г<адрес>", произошел несчастный случай на производстве, в результате которого Самохваловым А.А. были получены повреждения - <данные изъяты>
Несчастный случай на производстве произошел при следующих обстоятельствах. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Самохвалов А.А. прибыл на свое рабочее место в <данные изъяты> мин. на участок N. Выполнив порученную ему работодателем работу по калибровке дверей, работу по обрезке пленки на дверных полотнах, Самохвалов А.А. примерно в <данные изъяты> на участке N взял деревянный штапик размером примерно 1,5м и прибыл на участок N к торцовочному станку, где в это время работал оператор станков Р. С разрешения Р. на станке последнего, Самохвалов А.А. и Р. приступили к торцовке уголков для рамки, предназначенных для фотографий для личного пользования истца. Р. стоял за панелью управления станка, а Самохвалов А.А. придерживал заготовки во время торцовки уголков, так как упор не фиксировал заготовки. В связи с тем, что деревянные штапики были уже, чем основные изделия, предназначенные для распила на станке, Самохвалов А.А. придерживал их рукой. Самохвалов А.А. и Р. отторцевали 3 заготовки и приступили к 4. Во время отторцовки 4 заготовки руку Самохвалова А.А. затянуло под пилу. Р. сразу же включил кнопку "аварийное отключение" и немедленно сообщил о случившемся работодателю. Один из работников оказал Самохвалову А.А. первую доврачебную помощь, перетянув руку жгутом до прибытия бригады скорой медицинской помощи.
Согласно медицинского заключения N о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ОБУЗ "<данные изъяты> пострадавший Самохвалов А.А. получил травму: "<данные изъяты>
Согласно акту N от ДД.ММ.ГГГГ по форме Н-1, составленному комиссией в составе с участием главного инспектора труда Государственной инспекции труда в Курской области, представителя ГУ Курское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, специалиста эксперта администрации САО г. Курска, представителя Союза "Федерация организаций профсоюзов Курской области", представителей ООО "<данные изъяты>", утвержденного руководителем ООО "<данные изъяты>" Полиным С.А., местом происшествия является отрезной станок с усорезной пилой тип - DG 79, ELUMATEK, расположенный в столярном цехе. Станок имеет стационарное подключение к электросети организации. В зоне обработки обрабатываемого материала (круглопильной зоне), над движущейся частью данного деревообрабатывающего станка - режущего элемента (металлического отрезного диска), на высоте, приблизительно 30 см от станины стационарно (неподвижно) закреплен защитный металлический кожух. Диаметр режущего диска: 380 х 32 мм, общая длина станка: наибольшая длина распила + 800 мм: рабочая высота: 910 мм, предохранители: 3 х 16А. Работа на данном станке осуществляется при помощи панели управления, расположенном примерно около 1 м от станка. Тумблером "вкл-выкл" осуществляется включение пилы в сеть и отключение от сети. Запуск и остановка двигателя в процессе работы осуществляется кнопками "Пуск" и "Стоп". Устройство безопасности и контроля на данном станке не допустит опускание режущей головки с цилиндром (пока пневмозажимы не зафиксируют профиль). Сведения о нахождении пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения отсутствуют.
В акте указано, что в ходе проведения расследования несчастного случая установлено, что в данном случае имел место опасный производственный фактор: движущиеся машины и механизмы, подвижные части производственного оборудования, оборудование, использование которого привело к несчастному случаю: Двойная усорезная пила, тип DG 79 elumatek. Сведения о проведении специальной оценке труда (аттестации рабочих мест по условиям труда) с указанием индивидуального номера рабочего места и класса (подкласса) условий труда: не проводилась.
Согласно вышеуказанному Акту, работодателем в ходе проверки не были представлены локальные акты определяющие порядок, форму, периодичность и продолжительность обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников рабочих профессий, а именно оператор станка, разработанные в соответствии с нормативными правовыми актам регулирующими безопасность конкретных видов работ; утвержденные в установлении порядке работодателем (или уполномоченным им лицом): - программы проведения первичного инструктажа на рабочем месте, разработанные в соответствии с требованиям законодательных и иных нормативных правовых актов по охране труда, локальных нормативных актов организации, технической и эксплуатационной документации, программы проведения обучения по охране труда, разработанные на основе примерных учебных планов и программ обучения по охране труда, разрабатываемых и утверждаемых Министерством труда и социального развития Российской Федерации - (требования п.п. 2.1.2., 2.2.3, 2.1.4, 2.2.3., "Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций", утвержденного Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 г. N 1/29 (Зарегистрировано в Минюсте России 12.02.2003 N 4209) (далее - Порядок обучения по охране труда N 1/29)).
Работодателем комиссии были представлены инструкция N73 по охране труда при работе на двухголовочной усорезной пиле и инструкция N24 по охране труда для шлифовщиков, занятых шлифованием деталей на дисковых и барабанных станках, с которыми работники не ознакомлены (требования п.п. 2.1.4 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, утвержденного Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 N 1/29 (ред. от 30.11.2016) (Зарегистрировано в Минюсте России 12.02.2003 N 4209).
В качестве основных причин несчастного случая указаны: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда (п.9.1), выразившихся в том, что: в нарушение пп.4 п.5 Должностной инструкции для операторов станков, занятых операциями шлифования и колибрования изделий (заготовок) ООО "<данные изъяты>" Самохвалов А.А. покинул рабочее место без разрешения непосредственного руководителя работ (начальника участка) (п.9.1.1); в нарушение пп.7, 11 п.2 Должностной инструкции оператора пильного (торцовочного) станка Р.. допустил на свое рабочее место Самохвалова А.А., выполнял работу, не порученную мастером (п.9.1.2).
В качестве сопутствующих причин несчастного случая в Акте N от ДД.ММ.ГГГГ названы: неудовлетворительная организация производства работ (п.9.2). В нарушение ст. 212 ТК РФ, ст.225 ТК РФ п. 2.1.1, 2.1.3 2.1.4 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, утвержденного Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 N 1/29 (ред. от 30.11.2016) (Зарегистрировано в Минюсте России 12.02.2003 N 4209), пп.1 п.1 Должностной инструкции для оператора станков, занятых операциями шлифования и колибрования изделий (заготовок) Самохвалову А.А. не обеспечена стажировка на рабочем месте и сдача экзаменов по безопасным методам и приемам выполнения работ. Таким образом, оператор станка Самохвалов А.А. не прошедший в установленном порядке стажировку на рабочем месте по безопасным методам и приемам к выполнению работ был допущен к работе (п.9.2.1). В нарушение требований ст.ст.212, 213 ТК РФ, п. 10 Приложения N2 Приказа Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 N 302н (ред. от 05.12.2014) "Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, оператор станка Самохвалов А.А. был допущен к выполнению работ, выполняемым непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции без прохождения обязательного предварительного (при поступлении на работу) медицинского осмотра, обязательного психиатрического освидетельствования, проводимых в целях определения соответствия состояния здоровья работника (освидетельствуемого) в поручаемой ему работе (п.9.2.2). В нарушение ст. 212 ТК РФ, п.п. 1 п.2 ст. 4, п.1 ст. 27 Федерального закона от 28.12.2013 г. N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда" специальная оценка условий труда, которая необходима для выявления потенциально вредных или опасных факторов производственной среды и трудового процесса, а также оценки уровня их воздействия на работников, на рабочем месте Самохвалова А.А. не проведена (п.9.2.3).
В п.10 Акта расследования обстоятельств несчастного случая на производстве названы лица, ответственные за допущенные нарушения требований законодательства и иных нормативных правовых актов со стороны ООО "Фабрика Эксклюзив": 1) Самохвалов А.А. - оператор станка ООО "<данные изъяты>" допустил нарушения, указанные в подпункте 9.1.1 пункте п.9.1 раздела 9 "Причины....", вызвавшие несчастный случай, что ведет за собой ответственность согласно ст. 419 ТК РФ. 2)Родионов И.Ю. - оператор станка ООО "<данные изъяты>" допустил нарушения, указанные в подпункте 9.1.2 пункте п.9.1 раздела 9 "Причины...", вызвавшие несчастный случай, что влечет ответственность в соответствии со ст. 419 ТК РФ. 3) Полин С.А. - генеральный директор (на момент несчастного случая), являясь работодателем, допустил нарушения, указанные в подпунктах 9.2.1,9.2.2, 9.2.3, пункта 9.2 раздела 9 акта "Причины..." данного акта, вызвавшие несчастный случай, что влечет ответственность в соответствии со ст. 362 ТК РФ.
В пункте 11 Акта приведены необходимые мероприятия по устранению причин несчастного случая на производстве и сроки их исполнения. К числу таких мероприятий отнесены: проведение с операторами станка стажировку на рабочем месте со сдачей экзаменов по безопасным методам и приемам выполнения работ, провести проверку знаний требований охраны труда у операторов станков, провести специальную оценку условий труда на рабочих местах - оператор станка.
Согласно заключению эксперта N от ьДД.ММ.ГГГГ травма левой верхней конечности в виде травматического отчленения левого предплечья на уровне левой нижней трети, квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку потери кисти (п.6.6.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека - Приложениек приказу МЗ и соц. Развития РФ от 24.04.2008 г. N194н).
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ с Самохваловым А.А. расторгнуты трудовые отношения по инициативе работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.
Согласно письменной информации ГУ-Курское региональное отделение Фонда социального страхования РФ после проведения экспертизы представленных материалов расследования несчастного случая произошедшего с Самохваловым А.А. несчастный случай признан не страховым.
Согласно Справке серия <данные изъяты> N Самохвалову А.А. установлена <данные изъяты> на срок до ДД.ММ.ГГГГ в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ, в качестве основания указан Акт по форме Н-1 N от ДД.ММ.ГГГГ, установлена степень утраты трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве в размере 60% с датой очередного переосвидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.
В силу ч.1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.
В силу ч.2 ст. 212 ТК РФ, работодатель, в том числе обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиях охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам приема выполнения работ по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; ознакомление работников с требованиями охраны труда.
В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно ч. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с положениями ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, при этом учитываются характер физических и нравственных страданий потерпевшего с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" N 10 от 20.12.1994 г., под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.) (абзац 1).
Суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20.12.1994 г.).
По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
Следовательно, в силу указанных выше правовых норм, в рамках настоящего дела именно работодатель (владелец источника повышенной опасности) обязан возместить моральный вред, причиненный в результате гибели его работника при исполнении им трудовых обязанностей источником повышенной опасности, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего, то есть независимо от вины.
В силу ч.1 ст.20, ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п.1 ст.50 ГК РФ).
К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" N 10 от 20.12.1994 г.).
Ссылка ответчика на отсутствие вины ответчика в причинении вреда здоровью работнику Самохвалову А.А. ввиду того, что вред его здоровью наступил в результате действий самого работника, обоснованно признаны судом первой инстанции не состоятельными, поскольку противоречит Акту N от ДД.ММ.ГГГГ, составленному комиссией, расследовавшей несчастный случай на производстве по форме Н-1, которым, в том числе, установлена вина ответчика в данном несчастном случае на производстве, что подробно изложено в п.п. 9.2.1,9.2.2, 9.2.3 пункта 9.2 раздела 9 Акта о несчастном случае формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ).
По мнению суда, причинению вреда здоровья Самохвалова А.А. содействовала вина работодателя в результате беспрепятственного доступа Самохвалова А.А. к станку на участке N, при этом безопасность как Самохвалова А.А., так и Р. не была обеспечена надлежащим образом, вина мастера Б. и П. которые, в силу своих должностных обязанностей не организовали занятость и допустили беспрепятственное хождение по цеху Самохвалова А.А., генерального директора предприятия Полина С.А., являвшегося работодателем и, осуществляющим общее руководство предприятием, который допустил нарушения, указанные комиссией в подпунктах 9.2.1, 9.2.2., 9.2.3 пункта 9.2 раздела 9 Акта о несчастном случае формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ).
Комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве и судом в рамках рассмотрения настоящего дела грубой неосторожности со стороны Самохвалова А.А. не установлено.
Не являются обоснованными и доводы представителей ответчика о том, что ООО "<данные изъяты>" (в н.в. ООО "<данные изъяты>") не является источником повышенной опасности, в силу чего ответственности в соответствии со ст. 1079 ГК РФ не несет.
В силу п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности или на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).
В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины (абзац 1). Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне (абзац 3).
Согласно Акту о несчастном случае формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, оборудование, использование которого привело к несчастному случаю: двойная усорезная пила относится к опасному производственному фактору: движущиеся машины и механизмы, подвижные части производственного оборудования. Указанный тип станка создает повышенную вероятность причинения вреда, из-за невозможности полного контроля со стороны человека.
Ссылка представителей ответчика на то, что несчастный случай не является несчастным случаем на производстве, так как во время получения травмы истец не находился на своем рабочем месте и не выполнял работу в интересах и по поручению работодателя, также на выводы суда первой инстанции повлиять не может.
Представителями ответчика не опровергнуто, что несчастный случай с истцом произошел в рабочее время, на территории ООО "<данные изъяты>". В представленной работодателем комиссии, расследовавшей несчастный случай на производстве должностной инструкции для операторов станков, занятых операциями шлифования и колибрования изделий (заготовок), с которой оператор станка Самохвалов А.А. ознакомлен под роспись, отсутствует пункт, запрещающий выполнять работу, не порученную ему руководителем работ.
В результате несчастного случая на производстве, комиссией был составлен Акт по форме Н-1, который явился основанием для установления истцу группы инвалидности по причине трудового увечья.
Таким образом, обстоятельства данного несчастного случая, произошедшего с Самохваловым А.А. на территории ООО "<данные изъяты>" подтверждены материалами дела и не опровергнуты ответчиком.
Согласно разъяснений, содержащихся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вреда, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Разрешая данный спор, суд, с учетом норм трудового законодательства, устанавливающих обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда, в системной взаимосвязи с нормами ГК РФ о компенсации морального вреда, пришел к обоснованному выводу о том, что ООО "<данные изъяты>" (в н.в. ООО "<данные изъяты>"), как владелец источника повышенной опасности, несет ответственность независимо от наличия вины.
Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд верно руководствовался разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" и положениями ст.ст. 151, 1079,1101,1083 ГК РФ.
Определяя размер компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> в пользу истца, суд первой инстанции в полной мере учел имевшие место фактические обстоятельства дела, степень нравственных и физических страданий истца, характер повреждений, причинение ему тяжкого вреда здоровью, другие обстоятельства дела.
По мнению судебной коллегии, определенная судом первой инстанции ко взысканию компенсация морального вреда является справедливой компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий.
Оснований для снижения размера компенсации морального вреда, как на том просит представителя ответчика в суде апелляционной инстанции и в апелляционной жалобе, в данном случае не имеется, а доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о том, что взыскание указанной суммы ставит ответчика в чрезмерно тяжелое материальное положение.
Приведенные в жалобе доводы о завышенном размере компенсации морального вреда направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.
Ответчиком каких-либо объективных доказательств, подтверждающих его тяжелое материальное положение, угрожающее деятельности всего предприятия и трудовой деятельности работников, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции, не представлено.
В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
В то же время, в связи с изменением с ДД.ММ.ГГГГ фирменного наименования и месторасположения ответчика ООО "<данные изъяты>" на ООО "<данные изъяты> судебная коллегия считает необходимым внести в резолютивную часть решения суда от ДД.ММ.ГГГГ. соответствующие изменения.
Руководствуясь ст.ст. 199, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Промышленного районного суда г. Курска от 19 июня 2019 г. оставить без изменения, изложив его в следующей редакции:
"Взыскать с общества с ограниченной ответственностью <данные изъяты>" в пользу Самохвалова А.А. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>
В остальной части иска отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>" в доход бюджета муниципального образования "город Курск" государственную пошлину в размере <данные изъяты>
Апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.
Председательствующий -
Судьи -
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
