Дата принятия: 16 января 2019г.
Номер документа: 33-3214/2018, 33-203/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 января 2019 года Дело N 33-203/2019
Судья - Марухин С.А. N 2-3599/18-33-203/19
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
16 января 2019 года Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего Колокольцева Ю.А.,
судей: Котихиной А.В. и Сергейчика И.М.,
при секретаре Белоусовой Ю.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Сергейчика И.М. апелляционную жалобу ФСИН России на решение Новгородского районного суда Новгородской области от 26 октября 2018 года по гражданскому делу по иску Кокорина А.А. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области, ФСИН России и Казне Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
установила:
Кокорин А.А. обратился суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области (далее - СИЗО-1, Учреждение), Казне России, ФСИН РФ о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб., ссылаясь в обоснование заявленных требований, что содержится в СИЗО-1 в период с 17 ноября 2017 года и по настоящее время, где норма площади содержания на 1 человека не соблюдается. Также нарушаются права истца антисанитарными условиями в камерах: плесень, осыпающаяся штукатурка, отсутствие места для сушки белья, отсутствие проветривания. Ссылается, что истцу, имеющему заболевания: <...>, не выдавалось положенное повышенное питание, некоторое время он содержался на общих основаниях с другими осужденными. Изложенное указывает на неудовлетворительные условия содержания в Учреждении, что причиняет ему моральный вред.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФКУЗ МСЧ-53 ФСИН России.
Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 26 октября 2018 года исковые требования Кокорина А.А. удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет Казны Российской Федерации в пользу Кокорина А.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 1500 руб. В остальной части в удовлетворении иска отказано.
В апелляционной жалобе ФСИН России просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. В обоснование доводов жалобы указано, что факт незаконности действий сотрудников исполнительной системы судом не установлен, причинно-следственная связь между незаконностью действий (бездействия) государственных органов, должностных лиц и наступившими нравственными страданиями, а равно факт причинения истцу морального вреда не доказаны, негативных последствий для его здоровья не наступило, срок для обращения истца в суд за защитой своих прав нарушен (ст. 219 КАС РФ). Необходимые бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, подозреваемым и обвиняемым создаются. Кроме того, полагает, что суд необоснованно возложил на ФСИН России ответственность по требованиям истца, поскольку в силу своего положения и возложенных задач, ФСИН России не является надлежащим ответчиком. Размер взысканной компенсации морального вреда является необоснованным, противоречащим принципам разумности и справедливости.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ФСИН России и УФСИН России по Новгородской области ФИО8., поддержавшую доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 3 Конвенции "О защите прав человека и основных свобод" от 4 ноября 1950г., никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
Согласно ст. 15 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон N 103-ФЗ от 15 июля 1995г.) в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В силу ст. 4 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995г., содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, и не должны сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
Согласно ст. 23 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995г., подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Им предоставляется индивидуальное спальное место. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Так, в силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1).
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (часть 2).
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Судом первой инстанции установлено и участвующими в деле лицами не оспаривается, что Кокорин А.А. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области в период с 18 ноября 2017 года по 29 июня 2018 года (за исключением некоторых периодов). При этом, 37 дней приходящаяся на истца площадь камеры была менее 4 кв.м. (от 3,9 до 2,8 кв. м), а в остальное время более или равное 4 кв.м.
Таким образом, доводы истца о содержании его в ненадлежащих (стесненных) условиях нашли свое подтверждение, вышеприведенные обстоятельства ответчиками и третьими лицами не опровергнуты, а потому правильно установлены судом.
Кроме того, нашли свое подтверждение доводы истца о нарушении его прав в части ненадлежащего санитарного состояния камер <...>, где он содержался. При этом, суд в решении перечислил конкретные нарушения, в частности несоответствующие требованиям СанПиН 2.1.3.2630-10 и СанПиН 2.1.2.3150-13, указанные в представлении об устранении нарушений закона заместителя прокурора Новгородской области от 27 июня 2018 года.
Доказательств в опровержение данных обстоятельств ответчиками и третьими лицами также не переставлено.
Факт содержания истца в СИЗО-1 в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, в том числе нормами международного права, является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда правомерными.
В этой связи ссылки в жалобе ФСИН России на то, что доводы истца о причинении ему морального вреда ничем не подтверждены, несостоятельны.
Поскольку в рассматриваемом споре установлено, что объектом нарушения являются конституционные права Кокорина А.А. гарантированные государством, в силу положений п. 3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, подп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ ответственность перед истцом должна нести Российская Федерация в лице главного распорядителя бюджетных средств, определяемого исходя из ведомственной принадлежности.
В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года N1314, Федеральная служба наказаний России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, находящихся под стражей, их охране и конвоированию, а также функции по контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания, и по контролю за нахождением лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, в местах исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений.
В силу п.п. 6 пункта 7 указанного Положения, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
При таком положении, поскольку нарушение прав истца было допущено вследствие ненадлежащих условий его содержания в ФКУ СИЗО-1, являющимся учреждением, подведомственным ФСИН России, обязанность по денежной компенсации причиненного истцу морального вреда надлежит возложить на Российскую Федерацию в лице главного распорядителя бюджетных средств - ФСИН России.
При указанных выше обстоятельствах выводы суда о том, что в результате нарушения условий содержания в следственном изоляторе были нарушены личные неимущественные права истца, гарантированные законом, тем самым ему причинен моральный вред, который подлежит компенсации ответчиком - в лице ФСИН РФ за счет средств казны РФ, судебная коллегия находит правильными.
Иных указываемых истцом нарушений условий его содержания в Учреждении судом, из представленных в дело доказательств, не установлено.
Разрешая заявленные требования, суд обоснованно, за установленные факты содержания в Учреждении в ненадлежащих условиях (как в стесненных, так и в антисанитарных), взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1500 руб. Не соглашаться с размером компенсации морального вреда, по доводам апелляционной жалобы ФСИН России, у судебной коллегии оснований не имеется. Мотивы, которыми руководствовался суд при определении размера компенсации морального вреда, в решении приведены. Истцом решение суда первой инстанции не обжалуется, основания для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы ФСИН России отсутствуют.
Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ.
Довод жалобы о том, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском, является несостоятельным, поскольку не соответствует закону и материалам дела. Согласно п. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. Установленный ч. 1 ст. 256 ГПК РФ, ст. 219 КАС РФ трехмесячный срок обращения в суд, в данном случае не применим.
Другие доводы апелляционной жалобы сводятся к иной оценке обстоятельств, установленных судом первой инстанции, противоречат нормам права, регулирующим спорные правоотношения, и не могут повлечь отмену или изменение состоявшегося судебного решения.
Судебная коллегия, рассматривая дело в пределах апелляционной жалобы и считая решение суда законным и обоснованным, не находит предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены или изменения принятого судом решения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Новгородского районного суда Новгородской области от 26 октября 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФСИН России - без удовлетворения.
Председательствующий: Ю.А. Колокольцев
Судьи: А.В. Котихина
И.М. Сергейчик
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
