Дата принятия: 23 января 2019г.
Номер документа: 33-3196/2018, 33-185/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 января 2019 года Дело N 33-185/2019
Судья Тимофеева Т.А. 23 января 2019г. Дело N 2-287/18-33-185/19
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего: Колокольцева Ю.А.,
судей: Котихиной А.В. и Сергейчика И.М.,
при секретаре: Белоусовой Ю.А.,
с участием прокурора: Степановой Е.И.,
рассмотрела в открытом судебном заседании 23 января 2019г. по апелляционной жалобе Унаян О.Д. на решение Валдайского районного суда Новгородской области от 17 октября 2018г. дело по иску Макарова С.Н. к Унаян О.Д. о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Новгородского областного суда Колокольцева Ю.А., выслушав заключение прокурора прокуратуры Новгородской области Степановой Е.И., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
12 ноября 2016г., произошло дорожно-транпортное происшествие (далее также ДТП) с участием автомобиля <...>, г/н <...> (далее также <...>), принадлежащего Унанян О.Д. и управляемого Исаевичем А.В., автопоезда, состоящего из принадлежащего Милаковой Е.Г. грузового тягача <...>, г/н <...> (далее также автомобиль <...>), и принадлежащего Заватину Г.П. полуприцепа <...>, г/н <...> (далее также полуприцеп <...>), управляемого Заватиным Г.П., и автомобиля <...>, г/н <...> (далее также <...>), управляемого собственником Макаровым С.Н.
02 апреля 2018г. Макаров С.Н. обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с ответчика Унанян О.Д. компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. и расходы на оказание юридической помощи в размере 15000 руб.
В обоснование иска Макаров С.Н. ссылался на то, что ДТП, вследствие которого ему был причинен моральный вред, произошло по вине Исаевича А.В., который, управляя принадлежащим ответчику автомобилем ЗАЗ без документов на автомобиль и без доверенности, нарушил требования пунктов 9.10 и 10.1 ПДД РФ и совершил ДТП. В результате ДТП ему были причинены телесные повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью опасный для жизни. Также, в связи с произошедшим ДТП он испытал эмоциональный стресс, последствиями которого явились частичная потеря сна, головные боли и повышенная раздражительность.
Определениями Валдайского районного суда Новгородской области от 24 апреля 2018г. и от 13 июня 2018г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ПАО СК "Росгосстрах", Заватин Г.П., Милакова Е.Г. и ООО СК "Согласие".
В судебном заседании суда первой инстанции истец Макаров С.Н. иск поддерживал по указанным выше мотивам.
Ответчик Унанян О.Д. в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещалась. В письменных возражениях на иск Унанян О.Д. указывала на то, что она является ненадлежащим ответчиком, так как виновным в совершении ДТП является Исаевич А.В., который управлял автомобилем без доверенности и её разрешения, то есть без законных оснований. Поскольку Исаевич А.В. погиб в ДТП, то ответственность должны нести его наследники. Разрешение на управление автомобилем она давала только своему родственнику (Тимофееву А.А.), также погибшему в ДТП.
Третьи лица Заватин Г.П., Милакова Е.Г., представители ПАО СК "Росгосстрах" и ООО СК "Согласие" в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом.
Помощник прокурора Валдайского района Новгородской области Вавилина Д.А. полагала иск подлежащим удовлетворению.
Решением Валдайского районного суда Новгородской области от 17 октября 2018г. иск удовлетворен и постановлено:
Взыскать с Унаян О.Д. в пользу Макарова С.Н. в счет компенсации морального вреда 500000 руб. и расходы на оказание юридической помощи в размере 5000 руб.
Взыскать с Унаян О.Д. в доход Валдайского муниципального района государственную пошлину в размере 300 руб.
Не соглашаясь с решением суда, Унанян О.Д. в апелляционной жалобе просит его отменить, отказав в удовлетворении иска по тем основаниям, что суд неправильно применил нормы материального и процессуального права, и недостаточно полно учел обстоятельства, имеющие значение для дела, а также не опроверг её доводы, изложенные в возражениях на иск.
От прокурора, участвовавшего в деле, Вавилиной Д.А. в суд поступили возражения относительно апелляционной жалобы, в которых указывается на несостоятельность доводов жалобы.
Стороны и третьи лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте разбирательства дела извещались надлежащим образом, о причинах неявки в апелляционную инстанцию не сообщили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным в силу статьи 167 ГПК РФ рассмотреть дело в их отсутствие.
По смыслу статьи 327 ГПК РФ повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 января 2012г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Согласно части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно апелляционной жалобы.
В силу приведенных процессуальных норм, судебная коллегия рассматривает настоящее дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив эти доводы и доводы возражений, судебная коллегия находит, что решение суда подлежит изменению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ ("Обязательства вследствие причинения вреда") и статьей 151 ГК РФ.
В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия транспортных средств их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).
На основании абзаца 1 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить он сам (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена и на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац 2 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).
Так, пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности (абзац 1).
Обязанность возмещения вреда причиненного источником повышенной опасности возлагается на лицо, которое владеет этим источником повышенной опасности на праве собственности либо ином законном основании (абзац 2).
В силу абзаца 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
К нематериальным благам относится, в частности, здоровье гражданина (пункт 1 статьи 150 ГК РФ).
Под моральным вредом, исходя из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями, посягающими, в том числе на принадлежащее гражданину от рождения нематериальное благо - здоровье личности. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причинением повреждения здоровья.
Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. N 1 разъяснено, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда (абзац 1).
Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абзац 2).
Исходя из приведенных норм и разъяснений Верховного Суда РФ, применительно к рассматриваемому спору, основанием для возложения на владельца (собственника) автомобиля <...> ответственности по возмещению морального вреда, причиненного истцу в результате столкновения автомобилей, является факт причинения такого вреда виновным, противоправным поведением Исаевича А.В., который управлял автомобилем <...>.
Как видно из материалов дела и достоверно установлено судом, <...>г., примерно в <...>., на <...> автодороги "Россия" (территория Валдайского района Новгородской обалсти), Исаевич А.В., управляя без законных на то оснований принадлежащим Унанян О.Д. автомобилем <...>, и двигаясь со скоростью около 100 км/час, в нарушение требований пунктов 9.10, 10.1 (часть 1) и 10.3 ПДД РФ не справился с управлением и выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с двигавшимся с соблюдением ПДД РФ автопоездом (автомобиль <...> и полуприцеп <...>), управляемым Заватиным Г.П. После столкновения автомобиль Ивеко с полуприцепом <...> выехал на полосу встречного движения, на которой произошло столкновение с двигавшимся с соблюдением ПДД РФ автомобилем <...>, управляемым Макаровым С.Н.
Указанные обстоятельства и механизм ДТП подтверждаются материалами дела, в том числе материалами КУСП <...> от <...>г. (протоколом осмотра места происшествия, схемой места ДТП, справкой о ДТП, протоколом осмотра карты памяти с видеозависью дорожного происшествия, постановлением старшего следователя СУ УМВД России по Новгородской области об отказе в возбуждении уголовного дела от <...>г. в связи со смертью подозреваемого, объяснениями участников ДТП Заватина Г.П. от <...>г. и Макарова С.Н. от <...>г., заключением автотехнического эксперта <...>а от <...>г.) и ответчиком допустимыми доказательствами не опровергнуты.
По заключению автотехнического эксперта ЭКЦ УМВД России по Новгородской области <...>а от <...>г., которое не было оспорено и опровергнуто сторонами и третьими лицами, в действиях водителя автомобиля <...> Исаевича А.В. усматривается несоответствие требованиям пунктов 9.10, 10.1 (часть 1) и 10.3 ПДД РФ. С технической точки зрения в случае выполнения требований ПДД РФ он имел техническую возможность не допустить столкновения с автомобилем <...>. Водитель автомобиля <...> Заватин Г.П. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилями <...> и <...>. Несоответствий требованиям ПДД РФ в его действиях не усмтривается. Водитель автомобиля <...> Макаров С.Н. также не располагал технической возможностью предотвратить ДТП, в его действиях не усматривается несоответствий требованиям ПДД РФ.
Установленные обстоятельства ДТП дают достаточно оснований для вывода о том, что ДТП произошло по вине (в форме неосторожности) водителя Исаевича А.В., который в нарушение требований пунктов 9.10, 10.1 (часть 1) и 10.3 ПДД РФ, двигаясь по дороге со скоростью около 100 км/час, не справился с управлением, то есть не обеспечил контроль за характером и направлением движения управляемого им автомобиля, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, не обеспечил необходимый боковой интервал при разъезде с двигавшимся во встречном направлении автомобилем <...> с полуприцепом <...>, и допустил с ним столкновение. В результате столкновения транспортных средств автомобиль <...> с полуприцепом <...> в неуправляемом состоянии выехал на встречную полосу, где произошло столкновение с автомобилем <...>. При этом как водитель автопоезда Заватин Г.П., так и водитель автомобиля <...> Макаров С.Н. не располагали технической возможностью предотвратить ДТП, поскольку не успевали даже среагировать на возникшую опасность и, тем более, воздействовать на органы управления своих автомобилей с целью предотвращения столкновения.
На основании установленных выше обстоятельств суд правомерно пришел к выводу о том, что ДТП произошло по вине водителя Исаевича А.В., допустившеего нарушение требований пунктов 9.10, 10.1 (часть 1) и 10.3 ПДД РФ.
Каких-либо доказательств, подтверждающих отсутствие вины Исаевича А.В. в ДТП, а соответственно и в наступлении вредных последствий, ответчиком суду не представлено.
В результате ДТП истцу (далее также потерпевший) Макарову С.Н. были причинены телесные повреждения в виде ушиба головного мозга средней степени тяжести, закрытых переломов 6,7,8,9,10,11 ребер слева с ушибом и повреждением левого легкого, разрыва селезенки, ушибленной раны левой брови с переходом на лобную область, резаной раны левой лопаточной области, множественных ссадин и кровоподтеков лица и ушных раковин.
Перечисленные телесные повреждения причинены по механизму тупой травмы, и в своем сочетании могут свидетельствовать о их причинении в условиях ДТП, от соударения с внутренними частями салона автомашины при столкновении автомашин. Вышеуказанной сочетанной травмой головы, грудной клетки и живота Макарову С.Н. причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.
Характер и степень тяжести телесных повреждений подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы N <...> от <...>г., составленным экспертом ГОБУЗ "Новгородское бюро судебно-медицинской экспертизы" в соответствии с Правилами определения тяжести причинённого вреда здоровью человека, утвержденными Постановлением Правительства РФ от <...>г. <...> и Медицинскими критериями квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью, утвержденными Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от <...>г. <...> н.
Выводы эксперта основываются на представленных медицинских документах и других материалах дела. Медицинская экспертиза проведена квалифицированным специалистом, не заинтересованным в исходе дела, с предупреждением эксперта по статье 307 УК РФ. Само заключение экспертизы не содержит неполноты или неясностей, в нем подробно приведен перечень телесных повреждений, причиненный истцу. Ходатайств о назначении по делу судебной медицинской экспертизы сторонами не заявлялось.
Допустимых и достоверных доказательств, которые бы опровергали выводы заключения медицинской экспертизы, сторонами суду в силу статьи 56 ГПК РФ не представлено.
С учетом указанных выше обстоятельств не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов медицинской экспертизы, а потому выводы этой экспертизы судом первой инстанции обоснованно положены в основу решения суда.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что имеются противоречия в заключение экспертизы, является несостоятельной, поскольку не подтверждается допустимыми доказательствами и не основана на материалах дела, в том числе на исследовательской части заключения экспертизы.
В этой связи несостоятельна и ссылка в апелляционной жалобе на то, что в нарушение закона суд положил в основу решения выводы экспертизы без допроса эксперта с целью устранения противоречий в заключение экспертизы.
Таким образом, указанные выше обстоятельства причинения в результате ДТП вреда здоровью истцу и степень тяжести этого вреда подтверждены материалами дела и не опровергнуты ответчиком, а потому правильно установлены судом.
Судом также правильно установлено из объяснений истца и материалов дела, что причиненный истцу моральный вред в рассматриваемом случае заключается в его физических и нравственных страданиях, вызванных физической болью, негативными эмоциями от происшедших событий и наступивших неблагоприятных последствий. Следовательно, факт того, что в связи с причинением истцу телесных повреждений, он реально испытывал и до сих пор, продолжая лечение, испытывает физические и нравственные страдания, является очевидным и не нуждается в доказывании.
При таких обстоятельствах суд правомерно пришел к выводу о доказанности факта причинения истцу Макарову С.Н. морального вреда в результате упомянутого ДТП.
Согласно части 2 статьи 151 и статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20 декабря 1994г.).
Размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац 4 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. N 1).
Из указанных правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что определение размера компенсации морального вреда законодателем отнесено к исключительной компетенции суда.
Определяя размер компенсации причиненного истцу морального вреда, суд учел характер и степень тяжести причиненных истцу телесных повреждений, которые повлекли тяжкий вред его здоровью, нарушение повседневного хода жизни истца и имевшие место неудобства, связанные с длительным нахождением его на стационарном и амбулаторном лечении, и необходимостью продолжения лечения в настоящее время.
В то же время, судебная коллегия считает, что суд, определяя размер компенсации морального вреда, неполно учел заслуживающие внимания обстоятельства, влияющие на оценку размера компенсации морального вреда.
Так, при определении размера компенсации морального вреда суд недостаточно полно учел обстоятельства причинения потерпевшему вреда, а именно то, что ДТП, имело место по вине погибшего причинителя вреда Исаевича А.В. в форме неосторожности, и то, что ответчик не являлась непосредственным причинителем вреда. Также судом не были приняты во внимание индивидуальные особенности потерпевшего (его возраст в момент ДТП - 35 лет, от которого зависит степень страданий), отсутствие необратимых значительных последствий для его здоровья и реальные материальные возможности по возмещению вреда ответчиком, имеющей пенсионный возвраст.
Принимая во внимание указанное выше обстоятельства ДТП, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцом страданий и реальных материальных возможностях ответчика по возмещению вреда, судебная коллегия с учетом требований разумности, соразмерности и справедливости полагает необходимым снизить размер компенсации морального вреда до 250000 руб.
Определяя лицо, ответственное за возмещение ущерба, суд пришел к правомерному выводу, что таковым является ответчик Унанян О.Д., которая, как собственница автомобиля ЗАЗ, причинившего вред истцу, должна нести ответственность в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ.
Так, абзацем 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что владельцем транспортного средства признается его собственник, а также лицо, владеющее транспортным средством на ином законном основании.
По смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.
Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26 января 2010г. разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать гражданина, который использует его в силу принадлежащего ему права собственности либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством).
Лицо, управляющее автомобилем без законных оснований, не является владельцем транспортного средства (Обзор судебной практики за 1-й квартал 2006 года, утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ от 7 и 14 июня 2006г. - вопрос N 25).
Из приведенных норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что владельцем автомобилем признается лицо, которое осуществляет пользование автомобилем на законном основании, то есть в силу наличия права собственности на автомобиль или в силу гражданско-правового договора о передаче автомобиля во временное пользование (владение). При этом как право собственности, так и право пользования (владения) автомобилем должно подтверждаться соответствующими доказательствами (правоустанавливающим документом, доверенностью, договором и т.п.). В случае передачи собственником автомобиля в фактическое владение (техническое управление) другому лицу без надлежащего юридического оформления правомочия в отношении автомобиля и без надлежащего правового основания, то это другое лицо не становиться владельцем и не может быть привлечено к ответственности за причиненный им вред по статье 1079 ГК РФ. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения, но не владельцем транспортного средства. Для наступления ответственности фактического пользователя (владельца) транспортным средством необходимо, чтобы транспортное средство было передано лицу во временное владение и использование его осуществлялось по усмотрению лица, на имя которого оформлена доверенность либо с которым заключен соответствующий договор. То есть, с точки зрения статьи 1079 ГК РФ, владение транспортным средством должно основываться на юридическом, а не на фактическом владении.
Таким образом, не признается владельцем и не несет ответственности за вред перед потерпевшим лицо, управляющее транспортным средством без законных на то оснований.
Применительно к настоящему спору ответственность за причиненный истцу в результате ДТП вред должно нести лицо, которое на момент ДТП являлось законным (титульным) владельцем автомобиля ЗАЗ.
Из материалов дела, в том числе из свидетельства о регистрации автомобиля <...> <...>, выданного <...>г. РЭГ ГИБДД МО МВД России "Череповецкий" Вологодской области, следует, что на момент ДТП собственником (законным владельцем) автомобиля <...>, являлась Унанян О.Д. Поэтому именно Унанян О.Д., как владелец (собственник) источника повышенной опасности (автомобиля <...>), отвечает за вред, причиненный этим источником в результате ДТП.
В силу приведенных выше положений статьи 1079 ГК РФ и в соответствии со статьей 56 ГПК РФ, бремя доказывания того, что владение источником повышенной опасности перешло к другому лицу на законных основаниях, возлагается на собственника транспортного средства.
Материалами дела, в том числе возражениями на иск, подтверждено, что Унанян О.Д. автомобиль <...> передала своему родственнику (Тимофееву А.А.) без юридического оформления права временного пользования им по своему усмотрению и права передачи автомобиля другому лицу. То есть автомобиль <...> был передан Тимофееву А.А. в фактическое управление. В свою очередь, Тимофеев А.А. также передал управление автомобилем <...> в фактическое управление Исаевичу А.В.
Допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих факт пользования Тимофеевым А.А. (родственником ответчика) или Исаевичем А.В. автомобилем <...> на законном основании на момент ДТП, ответчиком ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции, не представлено.
Фактическое управление Тимофеевым А.А. и Исаевичем А.В. принадлежащим Унанян О.Д. автомобилем не свидетельствует о передаче данного автомобиля Тимофееву А.А. и Исаевичу А.В. на законном основании и не позволяет признать их законными владельцами автомобиля.
Следовательно, Тимофеев А.А. и Исаевич А.В. не могли быть признаны владельцами автомобилем, при использовании которого причинен вред истцу, а, соответственно, не могли нести ответственность перед истцом на основании статьи 1079 ГК РФ.
Доводы Унанян О.Д. в апелляционной жалобе о том, что Исаевич А.В. в день ДТП угнал принадлежащим ей автомобиль <...>, так как противоправно и самовольно завладел им, являются несостоятельными, поскольку не основаны на законе и не подтверждены какие-либо доказательствами.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.
Пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26 января 2010г. разъяснено, что если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на указанных лиц.
В силу статьи 56 ГПК РФ, бремя доказывания выбытия источника повышенной опасности из законного владения собственника лежит на последнем, а в случае, если такого не установлено, то ответственность за вред несет владелец (собственник) транспортного средства.
Доказательства, подтверждающие, что автомобиль <...> выбыл из обладания ответчика Унанян О.Д. в результате противоправных действий Исаевича А.В., а именно был последним угнан, в материалах дела отсутствуют, не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.
Более того, указанный выше довод апелляционной жалобы опровергается тем обстоятельством, что, как выше установлено, Унанян О.Д. сама в добровольном порядке передала автомобиль своему родственнику (Тимофееву А.А.), который, как следует из материалов КУСП N <...>, находился в дружеских отношениях с Исаевичем А.В.
В связи с указанными обстоятельствами, оснований для вывода о выбытии автомобиля из обладания Унанян О.Д. в результате противоправных действий Исаевича А.В. не имеется
Учитывая приведенные нормы и установленные обстоятельства дела, суд, правильно пришел к выводу о том, что именно ответчик Унанян О.Д., как законный владелец (собственник) источника повышенной опасности - автомобиля ЗАЗ, является надлежащим ответчиком по делу и именно на неё должна быть возложена ответственность по возмещению причиненного истцу морального вреда.
В этой связи доводы апелляционной жалобы о том, что Унанян О.Д. является ненадлежащим ответчиком, отклоняются.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что Исаевич А.В., не имея водительских прав, не мог и не должен был управлять автомобилем, в данном случае не имеет правового значения, поскольку указанное обстоятельство не может освобождать от ответственности Унанян О.Д., которая, являясь законным владельцем автомобиля, обязана отвечать за вред, причиненный при использовании автомобиля.
Предусмотренных статьей 1079 и пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ оснований для освобождения Унанян О.Д. от ответственности, в том числе и по мотивам, изложенным в апелляционной жалобе, не имеется.
Довод апелляционной жалобы о том, что суд не привлек к участию в деле в качестве ответчиков наследников погибшего в ДТП Исаевича А.В., не влечет отмену решения суда, поскольку указанный довод не основан на материалах дела и не соответствует требованиям норм процессуального права. В частности, в материалах дела, в том числе в реестре наследственных дел Федеральной нотариальной палаты, отсутствуют какие-либо сведения о наличии у погибщего Исаевича А.В. наследников. Ответчик, утверждая в возражениях на исковые требования и в апелляционной жалобе о наличии у погибшего Исаевича А.В. наследников, сведений об открытии наследства, о наличии наследственного имущества, оставшего после смерти Исаевича А.В., и о лицах, принявших такое наследство, суду не представил.
Кроме того, даже в случае наличия наследников, непривлечение этих лиц не может служить основанием к отмене решения.
Исходя из смысла статьи 40, 41 ГПК РФ и принципа диспозитивности, право определения круга ответчиков и предъявления к ним исковых требований принадлежит истцу, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы заявленных требований лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом.
При этом положения абзаца 2 части 3 статьи 40 ГПК РФ определяют право суда по своей инициативе привлекать к участию в деле соответчиков лишь в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения.
В данном споре истцом не предъявлены исковые требования к кому-либо из наследников погибшего Исаевича А.В. и ходатайства о производстве замены ответчика на других ответчиков не заявлялись. С учетом указанных обстоятельств и характера спорного правоотношения, обязанности по привлечению наследников к участию в деле в качестве соответчиков у суда не имелось.
Более того, как выше установлено, ответственным за причиненный истцу моральный вред является надлежащий ответчик - Унанян О.Д.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что ответчику не было представлено исковое заявление, не может быть принята во внимание, поскольку не соответствует тому факту, что <...>г. от ответчика в суд поступили возражения по исковым требованиям, в которых подробно изложенные доводы непризнания иска.
Также не может быть принята во внимание и ссылка в апелляционной жалобе на то, что дело было рассмотрено в отсутствие неизвещенного о месте и времени судебного заседания ответчика. В данном случае, из телефонограммы от 02 октября 2018г. Валдайского районного суда следует, что ответчик была заблаговременно поставлена в известность о времени и месте судебного заседания, назначенного судом на 17 октября 2018г. в 10.00 часов. Однако, какие-либо сведения о причинах неявки ответчика в судебное заседание, равно как и доказательства уважительности этих причин, в суд не поступало. В связи с этим у суда первой инстанции имелись предусмотренные статьей 167 ГПК РФ основании для рассмотрения дела в отсутствие неявившегося ответчика.
Другие доводы, изложенные в апелляционной жалобе, также не опровергают выводов суда, основаны на неправильном толковании норм материального права, а потому не могут быть приняты во внимание как несостоятельные.
С учетом установленных выше обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда подлежит изменению путем уменьшения размера взысканной компенации морального вреда до 250000 руб.
Решение суда первой инстанции в части взыскания судебных расходов постановлено в соответствии с требованиями закона, в этой части решение суда по существу не обжалуется, оснований выходить за пределы апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется, а потому в этой части судебное решение изменению или отмене не подлежит.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Валдайского районного суда Новгородской области от 17 октября 2018г. в части размера, взысканной с Унаян О.Д. в пользу Макарова С.Н. компенсации морального вреда изменить, уменьшив размер компенсации морального вреда до 250000 руб.
В остальной части то же решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу Унаян О.Д. - без удовлетворения.
Председательствующий: Ю.А. Колокольцев
Судьи: А.В. Котихина
И.М. Сергейчик
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
