Дата принятия: 21 августа 2019г.
Номер документа: 33-3188/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 августа 2019 года Дело N 33-3188/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Костиной Л.И.
и судей Егоровой И.В., Ожеговой И.Б.,
при секретаре Мязиной Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Костиной Л.И.
дело по апелляционной жалобе Дуйсекеновой Эльмиры Файзрахмановны
на решение Приволжского районного суда Астраханской области от 18 июня 2019 года
по иску Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области "Областная клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" к Дуйсекеновой Эльмире Файзрахмановне о взыскании в порядке регресса,
установила:
Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области "Областная клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" (далее ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой") обратилось в суд с иском, в обоснование которого указало, что вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 июня 2018 года с него в пользу Касаткина А.В. взыскана компенсация морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи Дуйсекеновой Э.Ф., в размере 700000 рублей, материальный ущерб в сумме 12378 рублей 21 коп, в пользу Касаткиной А.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 700000 рублей. Решение суда исполнено, в связи с чем просит взыскать с ответчика денежные средства в размере 1412378 рублей 21 копеек, расходы по оплате государственной пошлины.
В судебном заседании представитель истца Малаев А.С. поддержал исковые требования.
Дуйсекенова Э.Ф. и ее представитель адвокат Данилов А.Г. иск не признали.
Решением Приволжского районного суда Астраханской области от 18 июня 2019 года исковые требования ГБУЗ Астраханской области "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" удовлетворены.
В апелляционной жалобе Дуйсекенова Э.Ф. ставит вопрос об отмене решения суда и отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку оснований для удовлетворения иска вследствие умышленного причинения вреда не имеется. Закон рассматривает умышленное причинение ущерба как столь злостное и грубое нарушение трудовых обязанностей, что допускает применение в подобных случаях полной материальной ответственности. При определении формы вины работника необходимо выяснить и доказать, что работник осознал возможность причинения вреда работодателю в результате своих действий, не желал, но допускал его или относился безразлично. Презумпция вины работника в данном случае не применяется, бремя доказывания возложено на работодателя. Вступившим в законную силу решением суда от 26 июня 2018 года и материалами уголовного дела установлено, что она, являясь должностным лицом, находясь при исполнении своих должностных обязанностей, на своем рабочем месте небрежно отнеслась к службе. Небрежность не предполагает предвидения виновным наступления негативных последствий. Учитывая, что обвинительный приговор в отношении нее отсутствует, оснований для взыскания материального ущерба в полном объеме не имеется.
Заслушав докладчика, объяснения Дуйсекеновой Э.Ф., ее представителя адвоката Данилова А.Г., поддержавших доводы жалобы, представителя ГБУЗ Астраханской области "ОДКБ имени Н.Н. Силищевой" Малаева А.С., возражавшего против удовлетворения жалобы, проверив материалы дела и обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для принятого по делу решения.
Согласно части 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации Лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В силу статьи 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
В статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность.
Согласно части 3 названной нормы материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба. При этом умысел работника в причинении вреда может быть прямым, когда работник сознательно причиняет ущерб работодателю и желает причинения ущерба и, косвенный, когда работник не желает причинения вреда работодателю, но вследствие не надлежащего исполнения возложенных на него трудовых обязанностей допускает причинение материального ущерба. Для взыскания причиненного ущерба с работника, работодатель обязан доказать причинно-следственную связь между действиями работника и наступившим вследствие этих действий ущербом.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Как установлено исследованными по делу доказательствами на момент рассматриваемых правоотношений ответчик работал в ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" в должности врача-педиатра для оказания круглосуточной помощи приемного отделения -1.
12 сентября 2005 года в 18-20 часов в приемное отделение ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" бригадой скорой помощи доставлен ребенок К.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с предварительным диагнозом "инвагинация кишечника". После осмотра дежурным хирургом и исключения хирургической патологии, ребенок передан дежурному врачу педиатру Джанмухамедовой (Дуйсекеновой) Э.Ф., осмотрев которого, последняя, приняв во внимание консультации врачей лор-органов и дежурного хирурга, приняла решение не госпитализировать К.., дав рекомендации родителям по соблюдению диеты, отпустив их домой. На следующий день ребенок скончался.
Согласно заключению эксперта ГБУЗ Астраханской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы" N N смерть ребенка К.. наступила от генерализованной цитомегаловирусной инфекции на фоне иммунодифицитного состояния (иммунодефицита клеточного типа), а также гипоксически-ишемического поражения центральной нервной системы с гипертезионным синдромом, что подтверждается клиническими данными, патоморфологической картиной исследования трупа. По мнению экспертной комиссии с позиции тактики ведения ребенка (учитывая возраст, ночное время) после исключения инвагинации кишечника была целесообразность обследования ребенка в условиях стационара.
Согласно заключению ФГУ Российский центр судебно-медицинской экспертизы федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию N N (повторная комиссионная судебно- медицинская экспертиза), причиной смерти К.. явилась хроническая надпочечниковая недостаточность и генерализованная вирусная инфекция неизвестной этиологии. В ходе медицинского наблюдения за К.. в ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" 12 сентября 2005 года были допущены следующие недостатки в оказании медицинской помощи: не был осуществлен обязательный суточный контроль за состоянием ребенка после исключения острой хирургической патологии (снятия диагноза "инвагинация кишечника" в условиях стационара и проведение дифференциальной диагностики имевшегося у ребенка заболевания; не был проведен динамический контроль за артериальным давлением и температурой К..; не был выполнен биохимический анализ крови; не был осуществлен динамический контроль за концентрацией электролитов в плазме крови; не была проведена консультация эндокринолога; ребенок не получил в качестве лечения заместители кортикостероидов (преднизолон или гидрокортизон).
Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Астраханской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы" N N смерть К. наступила от врожденной генерализованной цитомегаловирусной инфекции на фоне иммунодиффицитного состояния и гипоксически-ишемического поражения центральной нервной системы. По мнению экспертной комиссии с позиции тактики ведения ребенка было бы целесообразным госпитализировать ребенка в стационар для динамического наблюдения и обследования.
Возбужденное уголовное дело в отношении Джанмухамедовой (Дуйсекеновой) Э.Ф. по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Решением Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 июня 2018 года, вступившим в законную силу, установлен факт необеспечения адекватного состоянию здоровья больного качества медицинской помощи, которое гарантировано законом, в связи с чем с ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой" в пользу Касаткиной А.А. и Касаткина А.В. взысканы компенсация морального вреда в размере 700000 рублей в пользу каждого, в пользу Касаткина А.В. - материальный ущерб в сумме 12378 рублей 21 копейка; в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 795 рублей 13 копеек.
На основании платежных поручений, представленных истцом, определенные к возмещению суммы перечислены взыскателям.
Удовлетворяя требования ГБУЗ АО "Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой", суд исходил из доказанности факта причинения вреда врачом больницы в результате ненадлежащего исполнения возложенных на нее обязанностей, что подтверждается вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 июня 2018 года. Работодатель возместил причиненный действиями своего работника, соответственно приобрел право на возмещение вреда в порядке регресса.
Доводы апелляционной жалобы об отсутствии вины ответчика, судебная коллегия признает направленными на переоценку обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением суда от 26 июня 2018 года. Экспертами в заключениях N N, N N указано, что с позиции тактики ведения ребенка (учитывая возраста, ночное время) после исключения инвагинации кишечника была целесообразность обследования ребенка в условиях стационара, чего ответчика сделано не было. Данные действия ответчика свидетельствуют об ее косвенном умысле, направленном на причинение ущерба работодателю, когда она, не желая причинения ему вреда, тем не менее, ненадлежащим образом исполнила возложенные на нее трудовые обязанности, что повлекло в дальнейшем для работодателя несение материальные затрат.
Вопреки доводам жалобы, наличие постановления следственного органа о прекращении уголовного преследования в отношении Дуйсекеновой Э.Ф., на что она ссылается в апелляционной жалобе, не влияет на существо оспариваемого решения, поскольку данное постановление свидетельствует лишь об отсутствии в действиях ответчика уголовно-наказуемого деяния, но не освобождает ее от гражданско-правовой ответственности.
Доводы апелляционной жалобы относительно обстоятельств виновных действий истца были предметом рассмотрения суда и основанием для отмены решения в данной части не являются, так как не основаны на законе и направлены на переоценку выводов суда. При этом судебная коллегия отмечает, что суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности. Доводы жалобы, направленные на оспаривание судебного решения, не содержат правовых оснований для иной оценки представленных сторонами и исследованных судом доказательств, приведенные выводы суда не противоречат материалам дела и ответчиком не опровергнуты.
Ссылку в жалобе на отсутствие вины ответчика в причинении ущерба судебная коллегия находит несостоятельной, направленной на переоценку установленных судом обстоятельств, из анализа которых следует наличие в действиях ответчика косвенного умысла, направленного на причинение ущерба работодателю, то есть когда ответчик, не желая причинения вреда, тем не менее, ненадлежащим образом исполнял возложенные на него трудовые обязанности, что повлекло в дальнейшем для работодателя несение материальных затрат, которые являются для истца прямым действенным ущербом.
Поскольку судом обоснованно установлено, что вред ГБУЗ Астраханской области "ОДКБ имени Н.Н. Силищевой" причинен в результате действий, совершенных Дуйсекеновой Э.Ф. с умыслом, который является косвенным, в отсутствие предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельств, исключающих ответственность работника в причинении работодателю материального ущерба, судебная коллегия находит правильным вывод суда о возложении на ответчика обязанности по возмещению работодателю материального ущерба в полном объеме.
Оснований для снижения размера взысканной суммы с учетом статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется.
С учетом вышеизложенного, судебная коллегия считает, что разрешая спор, суд, руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами, правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права судом применены верно, нарушений норм процессуального права не допущено, а доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований, установленных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене решения суда.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
определила:
решение Приволжского районного суда Астраханской области от 18 июня 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Дуйсекеновой Э.Ф. - без удовлетворения.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
