Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 июля 2019 года №33-3130/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 июля 2019 года Дело N 33-3130/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Копотева И. Л.,
судей Батршиной Ф. Р., Ивановой М. А.,
при секретаре Подилько А. В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ижевске 15 июля 2019 года гражданское дело
по апелляционной жалобе ответчика муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17
на решение Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 10 апреля 2019 года, которым
исковые требования Коноваловой О. Г. к Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению детский сад N 17 об отмене дисциплинарных взысканий, взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично.
Отменено дисциплинарное взыскание, наложенное приказом N от 01 ноября 2018 года руководителя Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17 на Коновалову О. Г..
Отменено дисциплинарное взыскание, наложенное приказом N от 18 декабря 2018 года руководителя Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17 на Коновалову О. Г..
Взыскана с Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17 в пользу Коноваловой О. Г. компенсация морального вреда в размере 3000 рублей.
Взыскана с Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17 в доход муниципального образования "<данные изъяты>" государственная пошлина в размере 300 рублей.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Копотева И. Л., объяснения истца Коноваловой О. Г. и ее представителя - адвоката Терре Е. А., представителей ответчика муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детский сад N 17 Румянцевой Ю. С., Кузнецовой Т. П., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
истец Коновалова О. Г. обратилась в суд с исковыми требованиями к ответчику муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению детский сад N 17 (далее - МБДОУ детский сад N 17) об отмене дисциплинарных взысканий, взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что истец работает в должности помощника воспитателя МБДОУ детский сад N 17.
Приказом N от 01 ноября 2018 года за подписью заведующей она была привлечена к дисциплинарной ответственности, наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания.
Согласно приказу дисциплинарный проступок заключался в нарушении Кодекса профессиональной этики и служебного поведения и правил внутреннего трудового распорядка, допущенном при проведении оперативного совещания 19 октября 2018 года. Со слов заведующей К.Т.П. нарушения указанных нормативных правовых актов заключались в том, что она "кривлялась и корчила рожицы".
Приказом N от 18 декабря 2018 года за подписью заведующей К.Т.П. истец была привлечена к дисциплинарной ответственности, было наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Согласно приказу дисциплинарный проступок состоит в нарушении правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции помощника воспитателя МБДОУ детский сад N 17. Со слов заведующей нарушение состоит в том, что на ведре для уборки помещения не указан номер группы, иная маркировка отсутствует. Однако указание номера группы не является обязательным. Приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности является незаконным и подлежащим отмене.
В обоих приказах отсутствует указание на события дисциплинарных проступков, в чем конкретно заключается проступок, дата и время его совершения.
Истец просила дисциплинарные взыскания, наложенные приказами N от 01 ноября 2018 года, N от 18 декабря 2018 года, отменить, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.
В судебном заседании истец и ее представитель исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.
В судебном заседании представители ответчика исковые требования не признали, указав на законность и обоснованность приказов о привлечении истца к дисциплинарной ответственности.
Суд постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе ответчик просил отменить решение суда, вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
В качестве доводов жалобы указано, что судом были нарушены нормы материального права и не были приняты во внимание конкретные обстоятельства по делу.
Истцом была нарушена трудовая дисциплина, что было выражено в несоблюдении Кодекса этики и служебного поведения работников МБДОУ детский сад N 17, требований СанПиН (санитарных распоряжений и правил по содержанию группы и по уходу за детьми). Истец отказывалась знакомиться с нормативными документами, необходимыми в ее деятельности.
Ответчиком указано, что процедура наложения дисциплинарных взысканий в обоих случаях соблюдены, меры взыскания предусмотрены законом и соответствуют тяжести проступка, взыскания наложены в установленные сроки.
Наличие виновного поведения со стороны истца и доказательства, свидетельствующие о систематическом ненадлежащем исполнении ее должностных обязанностей помощника воспитателя, а также факты ее некорректного поведения при исполнении трудовых обязанностей, по мнению ответчика, нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.
Отсутствие в оспариваемых приказах конкретно названного дисциплинарного проступка не является основанием для признания указанных приказов незаконными, поскольку формулировки приказов прямо указывают на допущенные нарушения со стороны работника, которые нашли свое подтверждение в судебном заседании.
В возражениях на апелляционную жалобу истец указала на законность и обоснованность решения суда, просила его оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) - суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, выслушав истца и ее представителя, представителей ответчика, судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным, оснований для его отмены не усматривает.
Суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные в суд доказательства, в том числе показания свидетелей, при разрешении спора правильно определилобстоятельства, имеющие значение для дела, и применил нормы материального права.
Судом установлены следующие обстоятельства.
Истец с 17 октября 1988 года работает в МБДОУ детский сад N 17 в должности помощника воспитателя (приказ о приеме на работу N от 17 октября 1988 года, записи в трудовой книжке истца).
Согласно должностной инструкции МБДОУ детский сад N 17, утвержденной приказом N от 09 января 2018 года, помощник воспитателя обеспечивает необходимые условия в группе для успешной реализации воспитательно-образовательной программы и помощь воспитателю в работе с детьми; отвечает за чистоту и своевременную уборку закрепленных за ним помещений.
Из Правил внутреннего трудового распорядка МБДОУ детский сад N 17, утвержденных приказом от 09 января 2017 года, следует, что работники МБДОУ детский сад N 17 обязаны соблюдать этические нормы поведения в коллективе.
Приказом N от 01 ноября 2018 года истец привлечена к дисциплинарной ответственности и подвергнута дисциплинарному взысканию в виде замечания. Указанный приказ подписан заведующей МБДОУ детский сад N 17, которая на основании Устава наделена правом на применение мер дисциплинарного взыскания (пункт 7.6 Устава МБДОУ детский сад N 17).
Из указанного приказа следует, что истица привлечена к дисциплинарной ответственности за нарушение во время проведения 19 октября 2018 года оперативного совещания с младшим обслуживающим персоналом. Нарушения выразились в несоблюдении Кодекса этики и служебного поведения работников МБДОУ детский сад N 17, а именно: пунктов 2.2, 3.2, а также пункта 6.16 Правил внутреннего трудового распорядка.
Согласно пункту 2.2 Кодекса этики и служебного поведения работников МБДОУ детский сад N 17 работники призваны соблюдать нормы профессиональной этики и правила делового общения; проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами; воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении работником своих должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету образовательной организации; воздерживаться от публичных высказываний, суждений, оценок в отношении деятельности образовательной организации, ее руководителя, если это не входит в должностные обязанности работника.
Согласно пункту 3.2 указанного Кодекса в служебном поведении работник воздерживается от оскорбительных выражений или реплик, действий, препятствующих нормальному общению.
В соответствии с пунктом 6.16 Правил внутреннего трудового распорядка работники обязаны соблюдать этические нормы поведения в коллективе.
Приказом N от 18 декабря 2018 года за неисполнение пункта 6.4 Правил внутреннего трудового распорядка (работники ДОУ обязаны добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, возложенные на них трудовым договором); пункта 1.5 должностной инструкции помощника воспитателя МБДОУ детский сад N 17 (помощник воспитателя должен знать и выполнять СанПиН, основы гигиены); пункта 3.1 должностной инструкции помощника воспитателя МБДОУ детский сад N 17 (помощник воспитателя обязан выполнять санитарно-технические требования) истцу объявлен выговор.
Из письменных пояснения представителя ответчика следует, что дисциплинарный проступок выразился в использовании уборочного инвентаря для санузлов (ведро) при уборке других помещений 21 ноября 2018 года; частичное отсутствие сигнальной маркировки на уборочном инвентаре; наличии пищевых отходов; не убрано рабочее место помощника воспитателя в конце рабочей смены (спецодежда, уборочный инвентарь) 30 ноября 2018 года.
Согласно докладной заместителя заведующего по АХР К.В.М. от 21 ноября 2018 года следует, что она 21 ноября 2018 года в период с 8-30 часов до 9-30 часов совершала обход групп, в ходе которого обнаружено, что маркировка уборочного инвентаря не соответствует номеру группы, помощник воспитателя использует уборочный инвентарь не в соответствии с его сигнальной маркировкой.
Согласно акту от 03 декабря 2018 года у истца затребованы объяснения по событиям о том, что 30 ноября 2018 года во время завтрака не выдано детям в полном объеме повидло и оставлено в тарелке до 03 декабря 2018 года; с 01 сентября 2018 года до настоящего времени не сделана маркировка уборочного инвентаря для уборки группы и в туалете; с 30 декабря 2018 года не убрана на место спецодежда (халат намотан на ручку двери).
По событию, отраженному в акте заместителя заведующего от 21 ноября 2018 года и по факту невыноса мусора 30 ноября 2018 года после окончания рабочего дня письменное объяснение у истца не истребовались.
Также из акта от 03 декабря 2018 года следует, что об отсутствии на уборочном инвентаре сигнальной маркировки администрации детского сада было известно с 01 сентября 2018 года.
Указанные обстоятельства установлены материалами дела.
На основании статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.
В соответствии с частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
В силу части 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Согласно части 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
В силу части 2 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
В соответствии с частью 3 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа.
Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (часть 6 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
Взыскание налагается при соблюдении процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности и в установленные законом сроки.
При этом в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению замечания и выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные части 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.
Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, является факт совершения работником дисциплинарного проступка, а также соблюдение порядка привлечения к ответственности.
Суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, в том числе показания свидетелей, руководствуясь статьями 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2, пришел к выводу о незаконности привлечения истца к дисциплинарной ответственности и наличии оснований для удовлетворения требований.
При этом суд первой инстанции исходил из следующего.
По приказу N от 01 ноября 2018 года истец была привлечена к дисциплинарной ответственности за ее поведение во время проведения оперативного совещания с младшим обслуживающим персоналом 19 октября 2018 года.
По мнению ответчика, дисциплинарный проступок выразился в публичных обвинениях сотрудников Р.М.С., Г.В.А. в хищении продуктов питания из детского сада; публичном пародировании действий администрации детского сада, некорректные, оскорбительные высказывания по поводу трудовой деятельности и личных качеств заведующего, старшего воспитателя, заместителя заведующего, нанесшие ущерб репутации и авторитету должностных лиц; нецензурная брань во время оперативного совещания; крики, невыдержанность, отсутствие делового общения в течение всего оперативного совещания по отношению ко всем участникам оперативного совещания.
Допрошенные в суде первой инстанции свидетели не смогли пояснить, в чем конкретно выразились оскорбительные высказывания в адрес администрации детского сада, которые повлияли на авторитет заведующего, какие личные и деловые качества подверглись некорректным высказываниям. Кроме того, показания свидетелей противоречивы.
Судебная коллегия находит обоснованным вывод суда первой инстанции, что обстоятельства, положенные в основу приказа о наложении дисциплинарного наказания, произошли не при исполнении истцом своих должностных обязанностей. Доказательств того, что в результате ее поведения на оперативном совещании 19 октября 2018 года истцом были не исполнены или исполнены ненадлежащим образом, возложенные на нее должностные обязанности, не представлено.
Также верен вывод суда в части того, что то обстоятельство, что поведение работников ответчика регламентировано, в том числе и с учетом соблюдения этических норм, Кодексом этики и служебного поведения, не свидетельствует о наличии оснований для привлечения работника за совершение проступка, выразившегося в нарушении норм поведения, к дисциплинарной ответственности. Расширение работодателем понятия дисциплинарного проступка, которое определено Трудовым кодексом Российской Федерации, направлено на ухудшение положения работника и не может применяться.
Ни правила внутреннего трудового распорядка, ни положения Кодекса этики и служебного поведения работников муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения детского сада N 17 не предусматривают дисциплинарную ответственность работника, иначе, чем это определено в части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации.
Истец не могла быть привлечена к дисциплинарной ответственности за проступок, не являющийся нарушением трудовой дисциплины в смысле, определяемом статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации.
В данном случае ответчик применил к истице дисциплинарное взыскание за некорректное поведение, что выходит за рамки дисциплинарного проступка в смысле статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, что свидетельствует о незаконности оспариваемого приказа.
В части приказа N от 18 декабря 2018 года о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за использование 21 ноября 2018 года уборочного инвентаря для санузлов (ведро) при уборке других помещений; частичное отсутствие сигнальной маркировки на уборочном инвентаре; наличие пищевых отходов; отсутствие уборки рабочего места помощника воспитателя в конце рабочей смены (спецодежда, уборочный инвентарь) 30 ноября 2018 года, суд первой инстанции исходил из того, что по событию, отраженному в акте заместителя заведующего от 21 ноября 2018 года и по факту невыноса мусора 30 ноября 2018 года после окончания рабочего дня письменное объяснение у истца в нарушение статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации не истребовались.
Также из акта от 03 декабря 2018 года следует, что об отсутствии на уборочном инвентаре сигнальной маркировки администрации детского сада было известно с 01 сентября 2018 года, следовательно, привлечение истца за указанное событие 18 декабря 2018 года произведено ответчиком с нарушением срока, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Кроме того, ответчиком не представлены доказательства того, что нанесение сигнальной маркировки входит в должностные обязанности истца.
Суд первой инстанции правильно указал, что дисциплинарный проступок не может носить абстрактный характер.
Из приказа N не усматривается, какой конкретно проступок, совершенный в определенное время, явился основанием для дисциплинарного взыскания; какие именно положения должностной инструкции были нарушены истицей; какие документальные данные были положены в основу приказа о применении дисциплинарного взыскания.
В данной конкретной ситуации данные обстоятельства не позволяют сделать однозначный вывод о том, какие именно виновные действия работника повлекли за собой привлечение его к дисциплинарной ответственности.
Письменные пояснения представителя ответчик на то, что истцом были нарушены санитарные нормы и правила по событиям 21 ноября 2018 года, а также 30 ноября 2018 года судом не могут быть приняты во внимание, поскольку из содержания приказа от 18 декабря 2018 года не следует, что истцу вменялись в вину именно данные нарушения.
Также ответчиком не были представлены доказательства того, что при применении дисциплинарного взыскания, наложении взыскания учитывались тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Судебная коллегия полагает, что ответчиком в суд не представлено достаточных, допустимых и относимых доказательств в подтверждение законности привлечения истца к дисциплинарной ответственности приказами N от 01 ноября 2018 года и N от 18 декабря 2018 года, не представлено доказательств совершения истцом какого-либо дисциплинарного проступка, то есть не установлен факт неисполнения или ненадлежащего исполнения истцом по ее вине возложенных на нее трудовых обязанностей, а также ответчиком (относительно взыскания, наложенного приказом N) был нарушен порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности.
При указанных обстоятельствах отсутствуют доказательства законности и обоснованности наложения на истца дисциплинарных взысканий, в связи с чем, требование истца об отмене дисциплинарных взысканий, является обоснованным и подлежит удовлетворению.
Доводы апелляционной жалобы ответчика сводятся к переоценке правильных выводов суда, основаны на некорректном поведении истца, отсутствии субординации.
Судебная коллегия не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом правильно.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Так как судом первой инстанции установлен факт неправомерного привлечения ответчиком истца к дисциплинарной ответственности, то решение суда в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда законно и обоснованно.
Судебная коллегия, учитывая обстоятельства по делу, считает, что размер компенсации морального вреда 3000 рублей, определенный судом первой инстанции, соответствует принципу разумности и справедливости.
Решение суда в указанной части не обжалуется. Основания для выхода за пределы доводов жалобы судебная коллегия не усматривает.
При таких обстоятельствах и в пределах доводов апелляционной жалобы решение суда не подлежит отмене.
Руководствуясь статьями 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 10 апреля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий И. Л. Копотев
Судьи Ф. Р. Батршина
М. А. Иванова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка