Дата принятия: 11 сентября 2018г.
Номер документа: 33-3111/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 сентября 2018 года Дело N 33-3111/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Бабаняна С.С.,
судей Жуковой Е.Г. и Усановой Л.В.,
при секретаре Зимняковой Н.Н.,
заслушала в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда по докладу судьи Бабаняна С.С. гражданское дело по апелляционной жалобе Ведышева В.В. на решение Колышлейского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено:
Исковое заявление Кузина С.Г. к Ведышеву В.В. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить.
Взыскать с Ведышева В.В., <данные изъяты> в пользу Кузина С.Г., <данные изъяты> в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием: стоимость восстановительного ремонта в размере 202237 (двести две тысячи двести тридцать семь) рублей 22 копейки, стоимость утраты товарной стоимости в размере 14094 (четырнадцать тысяч девяносто четыре) рубля; расходы по оплате независимой экспертизы в размере 10300 (десять тысяч триста) рублей; расходы по оплате юридических услуг в размере 10000 (десять тысяч) рублей; расходы за оформление доверенности в размере 2150 (две тысячи сто пятьдесят) рублей; расходы по оплате государственной пошлины в размере 5363 (пять тысяч триста шестьдесят три) рубля 31 копейка.
Проверив материалы дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Кузин С.Г. обратился в суд с иском к Ведышеву В.В. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.
В обоснование заявленного требования Кузин С.Г. указал, что ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 20 минут на 44 км автодороги <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие при участии автомобиля марки Шевроле Нива, государственный регистрационный знак N, под управлением водителя Ведышева В.В. и автомобиля марки Лада Гранта, государственный регистрационный знак N, под управлением Кузина С.Г.
В результате данного ДТП транспортному средству марки Лада Гранта, государственный регистрационный знак N, принадлежащему истцу на праве собственности, причинены механические повреждения.
Согласно экспертному заключению N от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта (без учета износа) составила 202237 рублей 22 копейки; величина утраты товарной стоимости составила 14094 рубля (отчет N от ДД.ММ.ГГГГ).
В соответствии с материалами ГИБДД виновным в дорожно-транспортном происшествии признан водитель транспортного средства Шевроле Нива, государственный регистрационный знак N, Ведышев В.В., нарушивший требования ч. 1 п. 8.1, ч. 2 п. 8.2, ч. 1 п. 8.5 ПДД РФ. На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца автомобиля Шевроле Нива, государственный регистрационный знак N, Ведышева В.В. не была застрахована в порядке, предусмотренном Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".
На основании изложенного, с учетом уточненных исковых требований Кузин С.Г. просил суд взыскать с Ведышева В.В. в его пользу стоимость восстановительного ремонта в размере 202237 рублей 22 копейки, стоимость УТС в размере 14094 рубля, расходы по оплате независимой экспертизы в размере 10300 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 10000 рублей, расходы по оплате доверенности в размере 2150 рублей, расходы по оплате государственной пошлины.
Колышлейский районный суд Пензенской области постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе Ведышев В.В. просит отменить решение суда, так как считает его незаконным и необоснованным. Суд не учел отсутствие его вины в нарушении ПДД РФ и создании аварийной обстановки на дороге. Кроме того, суд не дал оценки представленным доказательствам и показаниям свидетелей. Суд не учел, что при проведении второй экспертизы не были исследованы ни характер повреждений автомобилей, ни снимки с места аварии, ни снимки с электронного носителя и не было сопоставления автомобилей относительно друг друга на предмет выявления угла между ними в момент столкновения. Считает экспертное заключение недопустимым доказательством по делу, которое подлежит исключению из числа доказательств.
В письменных возражениях Кузин С.Г. просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, так как считает решение суда законным и обоснованным.
В заседании суда апелляционной инстанции Ведышев В.В., а также его представитель Крюков А.Н., просили удовлетворить апелляционную жалобу, ссылаясь на доводы, изложенные в ней.
Кузин С.Г., а также его представитель Рыбалко А.В., просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.
Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив применительно к ст.327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения в обжалуемой части, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам изложенным в апелляционной жалобе.
В соответствии с ч.1 ст.195 ГПК РФ решение должно быть законным и обоснованным. Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.
Решение суда является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
По данному делу такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права судом не допущены.
Совокупности собранных по делу доказательств судом дана надлежащая правовая оценка, соответствующая требованиям ст.67 ГПК РФ, нарушений в применении норм процессуального и материального права судом не допущено.
Судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 20 минут на 44 км автодороги <адрес> произошло столкновение двух автомобилей: марки Лада Гранта, государственный регистрационный знак N, принадлежащего Кузину С.Г., и марки Шевроле Нива, государственный регистрационный знак N, принадлежащего Ведышеву В.В., в результате которого автомобили получили механические повреждения.
Из протокола осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ следует, что автомобиль марки Лада 219170, государственный регистрационный знак N принадлежащий истцу, в результате ДТП получил повреждения переднего бампера, переднего капота, передних левой и правой блок фар, передних левого и правого крыла, передних левой и правой двери, правого и левого зеркал заднего вида, лобового стекла, передней декоративной решетки (л.д. 34 подлинного материала проверки отделения ГИБДД МО МВД России "Колышлейский" от ДД.ММ.ГГГГ).
Постановлением врио начальника ОГИБДД МО МВД России "Колышлейский" от ДД.ММ.ГГГГ за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.14 КоАП РФ, Ведышев В.В. был привлечен к административной ответственности в виде штрафа в сумме 500 рублей.
Решением Колышлейского районного суда Пензенской области от 23.04.2018 года указанное постановление отменено, производство по делу прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, в соответствии с п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.
На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца автомобиля Шевроле Нива, государственный регистрационный знак N Ведышева В.В. не была застрахована в порядке, предусмотренном Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".
В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также недополученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно ч.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Как следует из содержания абз.1 п.3 ст.1079 ГК РФ, под взаимодействием источников повышенной опасности понимается не только столкновение транспортных средств, но и иные виды взаимодействия.
В рамках проведенного по делу об административном правонарушении административного расследования была проведена судебная автотехническая экспертиза, в соответствии с которой ответить на вопрос: "Где относительно границ проезжей части имело место столкновение транспортных средств?" не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. На основании заданной в установочной части определения дорожной ситуации, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Шевроле-Нива, регистрационный знак N, Ведышев В.В. должен был действовать, руководствоваться требованиями пунктов Правил дорожного движения РФ: 8.1 (часть 1), 8.2 (часть 2) и 8.5 (часть 1). В действиях водителя Ведышева В.В., с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям вышеуказанных пунктов Правил. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лада-Гранта, регистрационный знак N Кузин С.Г. при возникновении опасности для своего дальнейшего движения должен был действовать, руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя Кузина С.Г. по выполнению требований части 2 пункта 10.1 Правил, с технической точки зрения, несоответствий не усматривается. Оценить действия водителя Лада-Гранта Кузина С.Г. по выполнению других пунктов Правил не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. Ответить на вопрос: "Имел ли водитель автомобиля Лада-Гранта техническую возможность избежать столкновения при заданных дорожных условиях?" не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. Продольные оси автомобиля Шевроле Нива и автомобиля Лада-Гранта располагались в момент столкновения относительно друг друга под острым углом. Ответить на часть вопроса о том, как располагались вышеуказанные транспортные средства в момент столкновения на проезжей части автодороги, не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения (л.д. 43-46 подлинного материала проверки отделения ГИБДД МО МВД России "Колышлейский" от ДД.ММ.ГГГГ).
Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ N определить место столкновения транспортных средств не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения. В первоначальный момент столкновения автомобиль Лада-Гранта своей правой передне-угловой частью контактировал с левой боковой поверхностью автомобиля Нива-Шевроле в районе левого заднего колеса под углом 15_0-35_0. Автомобиль Лада в этот момент располагался на участке своих следов торможения на своей, либо частично на своей, частично на встречной, либо полностью на встречной полосе движения. Автомобиль Нива в момент столкновения располагался под углом к краю проезжей части частично на своей, частично на встречной, либо полностью на встречной полосе движения. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Нива-Шевроле Ведышев В.В. должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.5 абз.1, 8.1, 8.2, 8.5 абз.1 ПДД РФ. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 1 (см. исследовательскую часть) водитель автомобиля Лада-Гранта Кузин С.Г. должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 абз.2 ПДД РФ. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 2 (см. исследовательскую часть) водитель автомобиля Лада-Гранта Кузин С.Г. должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.5 абз.1 и 10.1 абз.1 ПДД РФ. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 1 (см. исследовательскую часть) водитель автомобиля Лада-Гранта Кузин С.Г. не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Нива-Шевроле. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 2 (см. исследовательскую часть) техническая возможность избежать столкновения у водителя Кузина С.Г. зависела от его действий по управлению своим транспортным средством и выполнению п. 10.1 абз.1 ПДД РФ. Место столкновения транспортных средств располагается на правой полосе движения в сторону г. Сердобск. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 1 (см. исследовательскую часть) в причинно-следственной связи с имевшим место ДТП с технической точки зрения состоят только несоответствия в действиях водителя Ведышева В.В. требованиям п.п. 1.5 абз.1, 8.1, 8.5 ПДД РФ. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации по Варианту 2 (см. исследовательскую часть) в причинно-следственной связи с имевшим место ДТП с технической точки зрения состоят только несоответствия в действиях водителя Кузина С.Г. требованиям п.п. 1.5 абз.1, 10.1 абз.1 ПДД РФ (л.д. 144-147).
Допрошенный в судебном заседании эксперт С.Р.И. суду пояснил, что он является экспертом АНО "Пензенская лаборатория судебной экспертизы", стаж экспертной работы с 1996 года. Схема места происшествия составлена неграмотно, в связи с чем установить место столкновения автомобилей Лада Гранта и Шевроле Нива не представилось возможным. Схемой установлено, что на месте происшествия имелись следы автомобиля Лада Гранта, начинались на его полосе движения по направлению в г. Сердобск и имели дугообразную форму. Отсутствие размерных привязок в следах колес, имеющихся на схеме места происшествия, не позволило установить объективные обстоятельства, а именно траекторию движения автомобиля Лада в процессе ДТП. В случае наличия координат этого следа можно было бы реконструировать данное ДТП в различные моменты времени, и в частности, в момент столкновения, и установить где и как располагались автомобили. В данной ситуации трасологическим путем это сделать невозможно. В связи с этим дальнейшее техническое исследование относительно соответствия действий водителей правилам дорожного движения проводилось, исходя из двух словесно-речевых моделей, которые были озвучены водителями на стадии административного расследования и в судебных заседаниях. Эти модели противоречивы, поэтому, исходя из каждой из них, получаются противоречивые выводы. Водитель автомобиля Лада Гранта имеет версию о том, что он двигался прямо по своей полосе движения, Нива стояла впереди на обочине, в какой-то момент на ней включился указатель поворота, она начала выполнять выезд на дорогу и сразу же продолжила движение в поворот на п. Лесной. Водитель Лады применил экстренное торможение, столкновение произошло на его полосе движения, и они совместно упали в кювет. Исходя из такой модели развития событий, водитель Нивы при начале движения выезда на проезжую часть должен был уступить дорогу транспортному средству. Он создал опасность движению и опасную ситуацию. Водитель автомобиля Лада Гранта должен был применить торможение, чтобы избежать столкновения. Учитывая наличие следов торможения, он его применил, то есть выполнил требования ч. 2 п. 10.1 ПДД. В действиях водителя Лады несоответствия правилам не усматривается, так как он технической возможностью не располагал, исходя из его данных. Соответственно, в причинной связи с происшествием находятся только действия водителя Нивы, несоответствующие Правилам, а именно п.п. 8.1 и 8.5. В словесно-речевой модели водителя автомобиля Лада Гранта не усматривается каких-либо противоречий, она не противоречит вещной обстановке места происшествия, которую зафиксировали на схеме, в частности, не противоречит следам на месте происшествия и следам на транспортных средствах. Версия водителя Нивы заключается в том, что он остановился на обочине за 60 метров до поворота, поговорил по телефону и, включив указатель поворота, пропустил автомашину Газель, которая проезжала мимо, поехал по дороге, намереваясь совершить на перекрестке поворот налево. Проехав 60 метров, он посмотрел еще раз в зеркало, никого не увидел и приступил к выполнению маневра левого поворота. Когда он этот поворот уже заканчивал, произошло столкновение на встречной полосе движения уже на съезде на второстепенную дорогу. В действиях водителя автомобиля Нивы в данном случае несоответствия требованиям Правил не усматривается. Он выполнил всё, чем он должен был руководствоваться, никому опасности не создавал. Водитель Лады, в этом случае, должен был руководствоваться требованиями п.1.5 и ч. 2 п. 10.1 ПДД, то есть, видя, что впереди автомобиль выехал на дорогу, едет медленно со скоростью 30 км/час, а он двигается со скоростью 100 км/час, то есть с большей скоростью, чем впереди следующий автомобиль, видел этот автомобиль, продолжал ехать, то есть сокращать дистанцию, и в какой-то момент времени обнаружил, что сложилась опасная ситуация, когда он уже должен предпринимать какие-то меры, чтобы избежать столкновения. То есть своими действиями, а именно, выбрав такую скорость движения, которая не позволяла ему соблюсти безопасность, водитель Лады создал эту опасность, так как он ехал, видел машину и сокращал дистанцию. В итоге он предпринял меры в виде поворота влево, торможения, в результате которого его стало сносить в сторону встречной полосы, но столкновение все равно произошло. В этом случае в причинной связи состоят только действия водителя Лада Гранта. Словесно-речевая модель ответчика имеет противоречия в части обгона - следам на месте ДТП, в части расположения транспортных средств в момент столкновения - повреждениям. В данном случае никакого обгона не было, так как обгон - это маневр, связанный с выездом на встречную полосу движения. Учитывая, что след торможения автомобиля Лада Гранта располагается на правой полосе движения в сторону г. Сердобск, располагается под углом к проезжей части, это свидетельствует о том, что он воспринял обстановку как опасную, находясь полностью на своей полосе движения, потому что прежде, чем след начинает отображаться на поверхности дороги, необходимо, чтобы колеса заблокировались. Соответственно нужно, чтобы замедление наросло, и водитель должен каким-то образом на эту ситуацию отреагировать. Все это в совокупности дает больше секунды и при скорости в 100 км/час, то есть 35 метров в секунду, это значительное расстояние. Если след торможения продолжить в обратном направлении на любое расстояние (10, 20 метров) в пределах времени приведения тормозов в действие, то получится, что обстановку как опасную, водитель Лада Гранта обнаружил, находясь полностью на своей полосе движения. Это следует из схемы происшествия. В момент столкновения угол взаимного расположения транспортных средств был острым, небольшим. В процессе исследования проводилось макетное моделирование, в результате которого установлено, что этот угол был в пределах 15-35 градусов, то есть между автомобилями был малый угол в момент удара. Центр тяжести автомобиля Нива Шевроле, так называемый центр массы, находится на уровне задних частей передних сидений посередине автомобиля. Учитывая малый угол, линия ударного импульса проходила до центра массы. Это следует, исходя из повреждений транспортных средств. При таком столкновении, если нарисовать векторную диаграмму перераспределения силы, установить равнодействующую, то она будет направлена чуть влево, то есть Ниву не развернуло. Автомобили двигались совместно какое-то время и опрокидывались дальше в кювет. У автомобиля Лада Гранта радиус поворота 5,5 метров. На скорости такой поворот руля вызовет опрокидывание автомобиля. Такого расположения автомобилей, как нарисовал водитель Ведышев на схеме, быть не могло, потому что по повреждениям установлено другое положение, и оно сомнений не вызывает. Для каждой из словесно-речевых моделей место столкновения определено, то есть либо на полосе движения в сторону г. Сердобск, по версии водителя Лада Гранта, либо на встречной полосе ближе к повороту, по версии водителя Нива Шевроле. Объективные данные для исследования - это вещная обстановка: следы, осыпи и повреждения на транспортных средствах. Им соответствует словесно-речевая модель истца. Механизм образования следов случайный. След торможения - это след скольжения заблокированного колеса в продольном направлении. Может быть след бокового скольжения колеса, он может быть заблокирован или нет. Бывает след торможения с заносом. След юза в данном случае - это след торможения.
Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции, проведя анализ представленных доказательств, в том числе показаниям свидетелей, дав им надлежащую оценку, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права, конкретные обстоятельства по делу, принимая во внимание выводы эксперта, наличие вины Ведышева В.В. в ДТП, действиях которого имелось нарушение Правил дорожного движения РФ, что явилось непосредственной причиной ДТП, заключение эксперта, пришел к правильному выводу об удовлетворении иска о взыскании материального ущерба, причиненного в результате ДТП.
Мотивы, по которым суд пришел к такому выводу, изложены в самом решении. Необходимости в дополнительной оценке и повторном изложении в апелляционном определении судебная коллегия не усматривает.
Достоверных доказательств опровергающих вывод суда не представлено.
Доводы апелляционной жалобы Ведышева В.В. о несогласии с выводами суда относительно его виновности в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ ДТП, подлежат отклонению, так как опровергаются добытыми и исследованными судом доказательствами, свидетельствующими о нарушении им Правил дорожного движения РФ и отсутствии нарушений Правил дорожного движения РФ со стороны водителя Кузина С.Г.
Указанные доводы в целом сводятся к переоценке представленных сторонами доказательств, по существу повторяют позицию ответчика, изложенную в ходе разбирательства в суде первой инстанции, являлись предметом обсуждения судом первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела.
Необоснованными судебная коллегия признает и доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно не принял во внимание показания свидетелей Н.А.В. и П.Ф.В., поскольку само по себе несогласие с выводами суда, иная оценка автором жалобы показаний свидетеля, не может служить основанием к отмене правильного по существу решения.
Доводы жалобы о том, что судом не были устранены противоречия относительно обстоятельств ДТП, судебная коллегия признает несостоятельными, так как результаты оценки доказательств, отражены в мотивировочной части обжалуемого решения. В ней, по правилам ч.4 ст.198 ГПК РФ, приведены мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты им, а также доводы, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Основания для признания произведенной судом первой инстанции оценки доказательств неправильной отсутствуют.
Доводы апелляционной жалобы, основанные на несогласии с заключением эксперта, судебная коллегия считает направленными на переоценку правильно установленных судом обстоятельств дела и имеющихся в нем доказательств, поскольку выводы эксперта мотивированы, последовательны, содержат исчерпывающий ответ на поставленный судом вопрос, заключение эксперта отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ, оснований не доверять данному заключению у суда не имелось.
Размер причиненного ущерба судом первой инстанции определен верно, с учетом отчета по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля N от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля ВАЗ 219170, государственный регистрационный знак N, без учета износа составляет 202237 рублей 22 копейки, с учетом износа - 177 181рубль 14 копеек, а также отчета об определении утраты товарной стоимости автомобиля N от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого рыночная стоимость утраты товарной стоимости автомобиля ВАЗ 219170, государственный регистрационный знак N, составляет 14 094 рубля.
Судебные расходы распределены правильно. Оснований для не согласия с выводами суда не имеется.
Судебная коллегия считает необходимым отметить, что доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
Суд первой инстанции правильно определилобстоятельства, имеющие значение для дела, спор разрешилв соответствии с материальным и процессуальным законом. В связи с этим судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного судом решения.
Других правовых доводов, влекущих отмену решения суда, апелляционная жалоба не содержит.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Колышлейского районного суда Пензенской области от 10 июля 2018 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу Ведышева В.В. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
