Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 12 октября 2020 года №33-3101/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 октября 2020 года Дело N 33-3101/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего судьи Нестеровой Л. В.,
судей Димитриевой Л. В., Уряднова С. Н.,
при секретаре Александрове П. А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Корнилова А. А. к Калужскому газовому и энергетическому акционерному банку " Газэнергобанк" ( акционерное общество) о расторжении кредитного договора, поступившее по апелляционной жалобе Корнилова А. А. на решение Козловского районного суда Чувашской Республики от 2 июля 2020 года.
Заслушав доклад судьи Нестеровой Л. В., выслушав объяснения Корнилова А. А., поддержавшего апелляционную жалобу, судебная коллегия
установила:
Корнилов А. А. обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу " Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу" ( далее также- Банк), в котором просил расторгнуть кредитный договор N ФИО7 от 29 января 2020 года, заключенный между ними ( сторонами).
Требование мотивировал тем, что по указанному договору Банк предоставил ему ( истцу) потребительский кредит с уплатой процентов за пользование суммой кредита в размере 18 % годовых на срок до 20 декабря 2024 года.
Однако ввиду распространения коронавирусной инфекции, приведшего к объявлению пандемии, и принятием в связи с данным обстоятельством ограничительных мер ( т. е. из- за возникновения форс- мажорных обстоятельств) свою предпринимательскую деятельность в области права, бухгалтерского учета и аудита он ( Корнилов А. А.) фактически вынужден прекратить. Это приведет к потере доходов, и, как следствие, к невозможности исполнять кредитные обязательства. А преодолеть последствия, связанные с проведением органами государственной власти мероприятий, направленных против распространения указанного заболевания, он ( истец) не в состоянии.
Таким образом, обстоятельства, из которых он ( заемщик) исходил при совершении указанной сделки, в настоящее время изменились настолько существенно, что, если бы он ( Корнилов А. А.) мог это предвидеть, кредитный договор вообще бы не заключил.
Кроме того, не приняв в апреле 2020 года платеж, внесенный во исполнение кредитных обязательств, ответчик намеренно создал ситуацию, свидетельствующую о просрочке платежа, и тем самым испортил кредитную историю.
С учетом изложенного сделка подлежит расторжению в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора.
В связи с этим 21 апреля 2020 года он ( истец) направил Банку уведомление о наступлении вышеуказанных форс- мажорных обстоятельств, и с 20 апреля 2020 года от дальнейшего исполнения обязательств по кредитному договору отказался. Указанное письмо ответчик получил 27 апреля 2020 года, но ответа на него не дал.
В судебном заседании Корнилов А. А. иск поддержал.
Представители Банка и третьего лица- общества с ограниченной ответственностью " Драйв Ассистанс" в судебное заседание не явились, но в письменных объяснениях представитель ответчика требование не признал, ссылаясь на необоснованность.
Судом принято указанное решение, которым постановлено в удовлетворении иска Корнилова А. А. к Банку о расторжении кредитного договора N ФИО7 от 29 января 2020 года, заключенного между Корниловым А. А. и Банком, отказать.
Это решение обжаловано истцом на предмет отмены по мотивам незаконности и необоснованности.
Изучив дело, рассмотрев его в пределах доводов апелляционной жалобы и поступивших относительно их письменных возражений Банка, обсудив эти доводы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Из настоящего дела следует, что 31 октября 2019 года Банк- цедент и Калужский газовый и энергетический акционерный банк " Газэнергобанк" ( акционерное общество)- цессионарий подписали договор уступки требования ( цессии), в соответствии с которым ( с учетом дополнительного соглашения N 1 от 26 ноября 2019 года) Банк уступил цессионарию права ( требования) по кредитным договорам, заключенным между Банком и заемщиками, в том объеме и на тех условиях, которые существуют к моменту перехода права, в том числе требования по уплате суммы основного долга, начисленных, но не уплаченных процентов, а также процентов, которые должны быть начислены и уплачены в будущем, на условиях, предусмотренных указанными кредитными договорами, а цессионарий обязуется принять и оплатить уступленные ему права ( требования) в порядке и на условиях, определенных договором цессии. Перечень кредитных договоров, заемщики, права ( требования) к которым уступаются цеденту, суммы, стоимость уступаемых прав ( требований) указываются в приложениях к договору.
После уступки прав ( требований) производится полная замена кредитора.
Договором цессии от 31 октября 2019 года также предусмотрено, что права ( требования) переходят от цедента к цессионарию в день исполнения цессионарием обязанности по оплате их стоимости, установленной соответствующим приложением, в полном объеме.
В соответствии с приложением N 15 от 25 февраля 2020 года к договору цессии от 31 октября 2019 года Банк уступил Калужскому газовому и энергетическому акционерному банку " Газэнергобанк" ( акционерное общество) права ( требования) и к Корнилову А. А., вытекающие из кредитного договора N ФИО7 от 29 января 2020 года.
В связи с этим определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 28 сентября 2020 года произведена замена Банка его правопреемником- Калужским газовым и энергетическим акционерным банком " Газэнергобанк" ( акционерное общество).
Что касается существа спора, то, отказывая в иске, суд первой инстанции исходил из того, что по спорным правоотношениям основания, указанные истцом, в том числе распространение коронавирусной инфекции, носящее временный характер, а также введение в связи с этим органами государственной власти ограничений, расторжение кредитного договора, включая его расторжение по мотиву существенного изменения обстоятельств, не влекут.
В апелляционной жалобе истец приводит те же доводы, что и в исковом заявлении. Кроме того, указывает, что он ( Корнилов А. А.) требование о расторжении сделки в связи с нарушением взятого обязательства, как ошибочно полагает районный суд, не заявлял.
Данные доводы отмену решения не влекут.
В силу п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее- ГК РФ) по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только:
1) при существенном нарушении договора другой стороной;
2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.
Одним из случаев, подпадающих под действие подп. 2 п. 2 ст. 450 ГК РФ, является расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств ( ст. 451 ГК РФ). Из данной нормы следует, что существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.
Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях ( п. 1 ст. 451 ГК РФ).
Если стороны не достигли соглашения о расторжении договора, договор может быть расторгнут судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:
1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;
2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;
3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;
4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.
По смыслу ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ( далее- ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Таким образом, исходя из положений указанных гражданских процессуальных норм наличие оснований для расторжения договора, включая совокупности условий, при которой возможно расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств, должен доказать истец.
Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства с соблюдением правил их оценки ( ст. 67 ГПК РФ), пришел к правильным выводам, что обстоятельства, на которые ссылается Корнилов А. А., в спорной ситуации расторжение кредитного договора, в том числе по мотиву существенного изменения обстоятельств, не влекут.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Козловского районного суда Чувашской Республики от 2 июля 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Корнилова А. А. на это решение- без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка