Дата принятия: 07 сентября 2020г.
Номер документа: 33-3099/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 сентября 2020 года Дело N 33-3099/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего судьи Шумилова А.А.,
судей Карлинова С.В., Карачкиной Ю.Г.
при секретаре судебного заседания Львовой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по исковому заявлению Гимаева Ринаса Шейдулловича к АО СК "РСХБ-Страхование", АО "Российский Сельскохозяйственный банк" о признании недействительными условий договора, применении последствий их недействительности, расторжении соглашения, взыскании уплаченных денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, процентов за пользование чужими денежными средствами, поступившее по апелляционным жалобам ответчика АО "Российский Сельскохозяйственный банк" и истца Гимаева Р.Ш. на решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 29 июня 2020 года.
Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия
установила:
Гимаев Р.Ш. обратился в суд с иском к ОА СК "РСХБ - Страхование" и АО "Российский сельскохозяйственный банк" (далее - АО "Россельхозбанк") и с учетом уточнения просил:
расторгнуть соглашение N 1811031/1111-001 от 15.10.2018 в части страхования жизни и здоровья,
признать недействительным пункт 21 соглашения 1811031/1111-001 от 15.10.2018 о договорной подсудности;
взыскать с АО СК "РСХБ - Страхование" в его пользу денежные средства, выплаченные в качестве страховой премии в размере 19 173 руб.;
взыскать с АО "Российский Сельскохозяйственный банк" в его пользу комиссионное вознаграждение за подключение клиента к программе коллективного страхования в размере 82 170 руб.;
взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., штраф в размере 50 % от удовлетворенных требований;
взыскать с АО СК "РСХБ - Страхование" в его пользу проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1873 руб. и 8030 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что 15 октября 2018 года между Гимаевым Р.Ш. и АО "Россельхозбанк" заключено соглашение N 1811031/1111, по которому Банк предоставил ему кредит в размере 996 000 руб. под 13,5 % годовых сроком до 15.10.2023. При заключении договора ему была навязана услуга по подключению к Программе коллективного страхования, стоимость участия в которой составила 82 170 руб.
18 октября 2018 года истец обратился в АО "СК "РСХБ - Страхование" и АО "Россельхозбанк" с заявлением о расторжении договора страхования и возврате денежных средств. Требование истца о возврате денежных средств было оставлено ответчиками без удовлетворения.
В судебном заседании представитель истца Бурганов P.P. иск поддержал в полном объеме по изложенным в нем основаниям. При этом он пояснил, что истец отказался от исполнения договора страхования в течение предусмотренного законом срока после его заключения, в связи с чем ответчики необоснованно отказали Гимаеву Р.Ш. в удовлетворении его требований.
Представитель ответчика АО "Россельхозбанк", извещенный о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился. В письменном отзыве, поступившем в суд, представитель Банка по доверенности Маринов И.В. исковые требования не признал в полном объеме, указав что истец согласился со всеми условиями кредитования и добровольно подписал соглашение и заявление. В связи с этим в удовлетворении исковых требований он просил отказать, указав также, что размер штрафа не соразмерен последствиям нарушения обязательства.
Представитель ответчика АО СК "РСХБ-Страхование", извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в судебное заседание не явился. В письменном возражении представитель ответчика Карпенко И.А. указал, что 15.10.2018 истец Гимаев Р.Ш. после заключения с АО "Россельхозбанк" кредитного соглашения 1811031/1111 присоединился к Программе коллективного страхования заёмщики кредита от несчастных случаев и болезней N 1. Тем самым Гимаев Р.Ш. согласился с условиями страхования по Договору коллективного страхования от 15.10.2018 N 32-0-04/5-2014, заключенному между АО "Россельхозбанк" и АО СК "РСХБ-Страхование". В соответствии с п. 3 Договора страхования истец обязан компенсировать расходы АО "Россельхозбанк" в том числе на оплату страховой премии Страховщику (АО CК "РСХБ-Страхование"). Указанные расходы включают в себя сумму страховой премии 19 173 руб., а также вознаграждение банку за сбор, обработку и техническую передачу информации. Заявление о присоединении к Программе страхования Гимаев Р.Ш. подписал самостоятельно и осознанно. С условиями Программы страхования, в том числе о сроке действия страхования, он был ознакомлен и согласился с ними, что подтверждается его подписью в заявлении. Страховщик на основании заявления заемщика принял на себя обязательства по выплате страхового возмещения в случае наступления с ним страхового случая. Поэтому доводы истца о нарушении ответчиками Указаний Банка России N 3854-У "О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования" подлежат отклонению, поскольку спорные правоотношении регулируются законом (ст. 958 ГК РФ), который имеет большую юридическую силу над Указанием Банка России. В связи с этим он просил отказать в удовлетворении исковых требований Гимаева Р.Ш. к АО "Россельхозбанк" и АО СК "РСХБ-Страхование" в полном объеме, указав также, что требуемые истцом меры гражданско-правовой ответственности, в том числе компенсации морального вреда, являются явно несоразмерными.
Решением Батыревского районного суда Чувашской Республики от 29 июня 2020 года исковые требования Гимаева Ринаса Шейддулловича к АО СК "РСХБ - Страхование", АО "Российский Сельскохозяйственный банк" о признании недействительным условий договора, применения последствий их недействительности удовлетворены частично. Признан недействительным пункт 21 условий соглашения N 1811031/1111 от 15 октября 2018 года о договорной подсудности. С АО СК "РСХБ - Страхование" в пользу Гимаева Р.Ш. взысканы денежные средства, выплаченные в качестве страховой премии в размере 19 173 руб., компенсация морального вреда в размере 1000 руб., штраф в размере 1500 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15.10.2018 по 18.02.2020 в размере 1873 руб. 79 коп. С АО "Российский Сельскохозяйственный банк" в пользу Гимаева Р.Ш. взыскано комиссионное вознаграждение за подключение клиента к программе коллективного страхования в размере 82 170 руб., компенсация морального вреда в размере 1000 руб., штраф в размере 3000 руб. В удовлетворении исковых требований в части расторжения условий Соглашения N 811031 /1111 от 15 октября 2018 года в части страхования жизни и здоровья отказано. В удовлетворении исковых требований в части взыскания с АО СК "РСХБ - Страхование" процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.10.2018 по 18.02.2020 в размере 8030 руб. 52 коп. отказано. В остальной части исковые требования в части взыскания компенсации морального и штрафа, за вычетом взысканной суммы, оставлены без удовлетворения.
Решение обжаловано истцом и АО "Российский Сельско-хозяйственный банк" по мотивам его незаконности и необоснованности.
Ответчик АО "Российский Сельскохозяйственный банк" в апелляционной жалобе указывает, что уплаченная истцом Банку за подключение к программе страхования сумма в размере 82170 руб. возврату не подлежит, поскольку в силу п. 1 ст. 781 ГК РФ Гимаев Р.Ш. обязан был оплатить оказанную ему услугу. Соответственно не имеется оснований и для взыскания штрафа, компенсации морального вреда.
Истец Гимаев Р.Ш. в апелляционной жалобе оспаривает решение суда в части снижения суммы штрафа и компенсации морального вреда.
АО СК "РСХБ-Страхование" решение в части взыскания с данного ответчика сумм в пользу потребителя не бжаловал.
Выслушав представителя истца Агабекову Л.З., поддержавшую свою апелляционную жалобу истца и возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика, признав возможным рассмотреть дело в отсутствие остальных участников судопроизводства, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, изучив дело, проверив решение в обжалованной части и только в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено, что 15 октября 2018 года между Гимаевым Р.Ш. и АО "Россельхозбанк" заключено соглашение N 1811031/1111, по которому Банк предоставил ему кредит в размере 996 000 руб. под 13,5 % годовых сроком до 15.10.2023.
В тот же день Гимаев Р.Ш. подписал заявление, которым выразил согласие быть застрахованным по договору коллективного страхования, заключенному между АО "Россельхозбанк" и АО СК "РСХБ - Страхование". Также Гимаев Р.Ш. согласился, что за сбор, обработку и техническую передачу информации о нем, связанную с распространением на него условий договора страхования, он обязан уплатить Банку вознаграждение в соответствии с утвержденными тарифами (82170 руб.), кроме того, им осуществляется компенсация расходов Банка на оплату страховой премии страховщику (19173 руб.). Подписывая заявление, Гимаев Р.Ш. подтвердил, что он уведомлен о том, что присоединение к программе страхования не является условием получения кредита; присоединение к программе страхования является для него добровольным, а услуга по подключению к программе страхования является дополнительной услугой Банка; страховщик выбран добровольно, вместе с тем у него есть право выбрать любую другую страховую компанию по своему выбору либо отказаться от заключения договора страхования.
Также 15 октября 2018 года Гимаев Р.Ш. подписал заявление на разовое перечисление денежных средств, в котором просил Банк перечислить со своего счета денежные средства в размере 82170 руб. 00 коп., назначение платежа - плата за участие в программе коллективного страхования по кредитному договору от 15 октября 2018 года.
18 октября 2018 года истец обратился в АО "СК "РСХБ - Страхование" и АО "Россельхозбанк" с заявлением о расторжении договора страхования и возврате денежных средств. Требование истца о возврате денежных средств было оставлено ответчиками без удовлетворения.
Оценив вышеизложенное, суд пришел к выводу, что присоединение истца к программе страхования было добровольным и осуществлялось на основании отдельного письменного волеизъявления заемщика, ознакомленного со всеми условиями и стоимостью. Желание истца быть застрахованным лицом выражено в заявлении на страхование от 15 октября 2018 года. В случае отсутствия заинтересованности в подключении к программе страхования истец мог не подписывать заявление на страхование. Из буквального толкования соглашения и заявления на присоединение к программе страхования следует, что заемщик имел возможность оформить страховку у страховщика, в любой другой страховой компании либо не оформлять такую страховку, поскольку на заключение и исполнение договора с Банком это никак не повлияло бы. Оказываемая в рамках такого договора услуга по организации страхования заемщиков представляет собой самостоятельную услугу Банка, отличную от услуги по страхованию. За оказание указанных услуг Банк получает от заемщика вознаграждение, которое состоит из компенсации затрат Банка на перечисление страховой премии, уплачиваемой страховщику, и вознаграждения (комиссии), причитающегося Банку за оказание услуги по подключению заемщика к программе коллективного страхования. Следовательно, данные услуги оказаны исключительно в соответствии со свободным волеизъявлением заемщика и в полном соответствии со статьей 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".
Таким образом, при заключении кредитного соглашения у заемщика имелась свобода выбора между заключением кредитного договора с заключением договора страхования, либо без такового. Истец, действуя своей волей и в своем интересе, заключил договор добровольного страхования, оплатил эту услугу, зная о ее стоимости и составляющих частях.
Однако, правильно установив изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к неверному выводу об обязанности банка возвратить истцу сумму комиссии за подключение к Программе страхования.
Свои выводы суд обосновал тем, что по смыслу положений статьи 32 Закона о защите прав потребителей, пункта 1 статьи 782 ГК РФ при отказе от договора на истце лежит обязанность возместить банку (исполнителю) фактически понесенные расходы. А поскольку банком не представлено доказательств несения расходов по оказанию услуги по присоединению заемщика к программе добровольного коллективного страхования заемщиков от несчастных случаев и болезней, то уплаченные заемщиком суммы комиссии подлежат возврату.
Кроме того, суд указал, что взимание платы страхователем (банком), действующим в интересах страховщика (страховой организации) за оказание "Услуги" по присоединению застрахованного лица (заемщика) к договору коллективного страхования, не основано на законе и не является самостоятельной услугой, оказываемой заемщику (застрахованному лицу) в смысле ст. 779 ГК РФ.
Вместе с тем судом не учтены разъяснения, содержащиеся в Обзоре судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением вопросов об исполнении кредитных обязательств, утв. Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013, являющиеся обязательными применительно к положениям пункта 4.1 ст. 198 ГПК РФ.
В пункте 4.4 Обзора, в частности, разъяснено, что при предоставлении кредитов банки не вправе самостоятельно страховать риски заемщиков. Однако это не препятствует банкам заключать соответствующие договоры страхования от своего имени в интересах и с добровольного согласия заемщиков.
Судом по делу установлено, что в заявлении-анкете на выдачу кредита имеется графа N 5 о подключении к Программе добровольного страхования жизни и здоровья.
При этом Гимаев Р.Ш. был ознакомлен и подписал согласие с тем, что за подключение к Программе страхования банк вправе взимать с него плату в соответствии с тарифами банка, состоящую из комиссии за подключение клиента к данной Программе в сумме 82170 рублей (л.д. 10).
Банком представлены доказательства заключения договора страхования и перечисления страховой премии страховщику. Заключая договор страхования заемщика и определяя плату за подключение к Программе страхования, банк действовал по поручению заемщика. Данная услуга, как и любой договор, является возмездной в силу положений пункта 3 статьи 423 и статьи 972 ГК РФ.
Доказательств того, что отказ истца от подключения к Программе страхования мог повлечь отказ и в заключении кредитного договора, суду не представлено.
В случае неприемлемости условий кредитного договора, в том числе в части подключения к Программе страхования, заемщик был вправе не принимать на себя вышеуказанные обязательства. Между тем собственноручные подписи в заявлении о страховании, заявлении-анкете подтверждают, что истец осознанно и добровольно принял на себя обязательства, в том числе и по уплате банку платы за оказание услуг по заключению договора страхования.
Более того, 15.10.2018 заемщиком подписано и заявление о разовом перечислении денежных средств в сумме 103343 руб. (включая комиссию банка в сумме 82170 руб. и страховую премию в сумме 19173 рубля).
Таким образом, ссылки суда на то, что истец не был ознакомлен с Тарифами Банка, на основании которых рассчитана плата за подключение к программе страхования, лишены правовых оснований и не основаны на материалах дела.
Также несостоятельными являются ссылки суда первой инстанции на то, что банк не представил в суд доказательства реального оказания услуги.
В соответствии с пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В силу статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.
Аналогичные положения содержатся в статье 32 Закона РФ N 2300-1, в соответствии с которыми потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.
В силу пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.
Такое уведомление было получено Банком 18.10.2018.
Из приведенных норм в их взаимосвязи следует, что юридически значимым и подлежащим доказыванию является вопрос о том, были ли по состоянию на 18.10.2018 Банком понесены расходы, связанные с исполнением обязательств по заключенному с истцом договору об оказании услуги, и их размер.
Как следует из договора, Банк обязался за вознаграждение оказать услугу по сбору, обработке и технической передаче информации истцу, однако, судом фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения спора обозначены не были, бремя доказывания не распределялось, документы у Банка не запрашивались.
Между тем в соответствии с частью второй статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
Как указано в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, это необходимо для достижения такой задачи гражданского судопроизводства, как правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов лиц, являющихся субъектами гражданских и иных правоотношений.
Юридически значимые обстоятельства по делу должны определяться судом и суд обязан предоставить сторонам возможность предоставления доказательств этих обстоятельств.
В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Предоставленные данной нормой суду дискреционные полномочия, вытекающие из принципа самостоятельности судебной власти, являются процессуальной гарантией правильного рассмотрения и разрешения судом гражданских дел, направлены на реализацию принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия.
В связи с этим, исходя из основания и предмета иска, характера оказываемой услуги, судебная коллегия предложила Банку представить доказательства того, что на день получения от истца уведомления об отказе от услуги, эта услуга была ему оказана, расходы по её исполнению были понесены.
Такие доказательства были представлены суду апелляционной инстанции, и, с согласия представителя истца, приобщены к материалам дела.
Из представленных банком мемориальных ордеров от 15.10.2018 NN 1448, 1449, 1452 (в совокупности с бордеро по программам коллективного страхования) следует, что свои обязательства по заключенному с истцом соглашению банк выполнил. До отказа истца от договора страхования Банк перечислил страховщику страховую премию и в соответствии с Бордеро по программам коллективного страхования Гимаев Р.Ш. стал застрахованным с даты заключения кредитного договора и подключения к Программе добровольного страхования - с 15.10.2018.
При таких обстоятельствах Банк выполнил свои обязательства по всем заключенным с Гимаевым Р.Ш. соглашениям, а значит оснований для возврата истцу уплаченных за оказанные услуги сумм не имелось.
То обстоятельство, что 18.10.2018 года истец отказался от страхования, может являться основанием к возврату ему страховой премии, но не для возврата оплаты фактически оказанных банком услуг за подключение к программе коллективного страхования.
Аналогичные правовые позиции изложены в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2017 N 64-КГ17-8, от 23.07.2019 N 4-КГ19-25.
Соответственно суд не вправе был взыскивать с банка также и компенсацию морального вреда, штраф и государственную пошлину.
В этой части решение подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в иске.
В то же время ссылки апелляционной жалобы истца о неправомерном снижении судом компенсации морального вреда отмену или изменения решения суда не влекут.
Согласно ст. 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель вправе требовать также компенсацию морального вреда за любое нарушение его прав. Размер компенсации морального вреда, определяется судом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
При определении размера компенсации морального вреда судом учтены положения статьи 151 и 1101 ГК РФ, приняты во внимание характер перенесенных истцом моральных переживаний, степень вины ответчика, принципы разумности и справедливости.
Оснований для переоценки выводов суда судебная коллегия не усматривает.
Также не имеется оснований для переоценки выводов суда о размере штрафа.
В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Как разъяснено в п. п. 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлениях от 12 мая 1998 года N 14-П, от 30 июля 2001 года N 13-П, правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении N 20 от 27 июня 2013 года, и учитывая публично-правовую природу данного штрафа, который должен отвечать общим принципам права и вытекающим из Конституции РФ требованиям, предъявляемым к такого рода мерам юридической ответственности, штраф может быть уменьшен судом, поскольку в противном случае несоразмерно большой штраф может превратиться из меры воздействия в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности, что в силу статей 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации недопустимо.
Штраф является мерой имущественной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств и не должен служить целям обогащения истца.
Определяя размер штрафа, суд принял во внимание как положения закона, так и разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, а также учел обстоятельства дела.
В обоснование своей апелляционной жалобы, истец указывал, что снижение штрафа по основаниям статьи 333 ГК РФ, предусматривающей возможность снижения неустойки, неправомерно.
Однако, как, разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", положения статьи 333 ГК РФ о возможности снижения неустойки применимы и для снижения штрафа.
Ссылки апелляционной жалобы истца на то, что ответчики не заявляли о снижении штрафа, не основаны на материалах дела, поскольку в своих письменных возражениях оба ответчика ссылались на необходимость снижения мер гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда и штрафа в случае удовлетворения иска (л.д. 15-17, 21-25, 46-48, 50-52).
При таких обстоятельствах решение суда подлежит частичной отмене с принятием нового решения.
В остальной части решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 29 июня 2020 года подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба истца Гимаева Р.Ш.- без удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 29 июня 2020 года в части взыскания с АО "Российский Сельскохозяйственный банк" в пользу Гимаева Ринаса Шейдулловича комиссионного вознаграждения за подключение клиента к программе коллективного страхования в размере 82 170 руб., компенсации морального вреда в размере 1000 руб., штрафа в размере 3000 руб. отменить и вынести в указанной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Гимаева Ринаса Шейдулловича к АО "Российский Сельскохозяйственный банк" о взыскании вознаграждения за подключение клиента к программе коллективного страхования в размере 82 170 руб., компенсации морального вреда в размере 1000 руб., штрафа в размере 3000 руб. отказать.
В остальной части решение Батыревского районного суда Чувашской Республики от 29 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Гимаева Р.Ш.- без удовлетворения.
Определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.
Председательствующий А.А. Шумилов
Судьи С.В. Карлинов
Ю.Г. Карачкина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
