Дата принятия: 03 сентября 2019г.
Номер документа: 33-3064/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 сентября 2019 года Дело N 33-3064/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
Председательствующего Терехиной Л.В.,
Судей Земцовой М.В., Мананниковой В.Н.,
при помощнике судьи Трофимовой Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Мананниковой В.Н. гражданское дело N2-2494/2018 по иску Кубашева Р.К. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН России о компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе представителей ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, ФСИН России на решение Октябрьского районного суда г. Пензы от 05 декабря 2018 года, которым постановлено:
Исковые требования Кубашева Р.К. к ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскать с ФСИН России за счет казны РФ в пользу Кубашева Р.К. компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в остальной части исковых требований Кубашева Р.К. к ФСИН России отказать.
В удовлетворении исковых требований Кубашева Р.К. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области и Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда отказать,
Установила:
Кубашев Р.К. обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, указав, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ФКУ СИЗО-1 г. Пензы. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в камере N площадью 6,88 кв. м, с Г.Д.В., что не соответствовало минимальным нормам площади на одного осужденного в 4 кв. м. В камере также не было скамеек для стола, а сам стол от туалета находился на расстоянии 1 метр. На основании изложенного просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 98000 рублей.
Определением Октябрьского районного суда г. Пензы суда от 28 мая 2018 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство финансов РФ, ФСИН России.
Истец Кубашев Р.К., участвующий в деле с использованием системы видеоконференц-связи, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 г. Пензы УФСИН России по Пензенской области по доверенности Левцова К.Д. в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, и просила в иске отказать, пояснив, что истцом не представлены доказательства содержания его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области с нарушением санитарно-гигиенических норм и норм площади камеры на человека. Считала также необоснованными ссылки истца на ст. 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений", т. к. Кубашев Р.К. на момент его содержания в камере N являлся осужденным.
Представитель ответчика ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен в установленном законом порядке.
Представитель ответчика - Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Пензенской области, действующий на основании доверенности, Вдовин В.В. в судебном заседании просил в удовлетворении заявленных требований отказать, поддержав письменный отзыв на иск, и пояснил, что в силу пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ, статей 1069, 1071 ГК РФ в отношении ФКУ СИЗО-1 главным распорядителем средств бюджета выступает ФСИН России, в связи с чем Министерство финансов РФ надлежащим ответчиком по настоящему иску не является. Отметил также, что истец доказательств факта незаконных, противоправных действий (бездействий) сотрудников ФКУ СИЗО-1 г. Пензы не представил, с заявлениями или обращениями к сотрудникам СИЗО-1 о не надлежащем содержании не обращался.
Рассмотрев заявление Кубашева Р.К., Октябрьский районный суд г. Пензы постановилуказанное решение.
С таким решением суда не согласились ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, считают его незаконным, необоснованным, в апелляционной жалобе просят отменить решение, вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы указывают на то, что, поскольку порядок и условия содержания под стражей или отбывания наказания регламентированы, само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда. При разрешении спора судом не выявлено конкретных фактов, свидетельствующих о перенесении истцом определенных страданий, не установлено, в чем именно и каким образом выражались данные страдания. Сам истец за все время содержания в ФКУ СИЗО-1 с жалобами и заявлениями на условия содержания не обращался, в связи с чем считают, что факт наступления вреда для истца им не доказан, как и доказательства обоснованности его размера.
Отмечают, что Кубашев Р.К., обратившись с данным иском по истечении почти девяти лет после событий, с которыми он связывает причинение ему нравственных страданий, действует недобросовестно, чему оценки судом при рассмотрении дела дано не было.
Считают также необоснованными применение судом норм Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений", в частности, ст. 23, т. к. Кубашев Р.К. на момент его содержания в камере N ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области являлся осужденным.
Указывают, что в силу п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года N2 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих", ст. 256 ГПК РФ, действовавших на момент содержания истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, гражданин вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании действий (бездействия) органа государственной власти в течение трёх месяцев. Аналогичный срок установлен ст. 219 КАС РФ. Истцом Кубашевым Р.К. в установленный законом судебном порядке и срок незаконные противоправные действия (бездействия) ответчика оспорены не были.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФСИН России Подорожняя И.Б., представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области Мышев С.А., действующие на основании доверенностей, доводы апелляционной жалобы поддержали по изложенным в ней основаниям, просили её удовлетворить.
Кубашев Р.К., участвующий в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи (отбывает наказание в исправительном учреждении), считал решение суда законным, не подлежащим отмене, апелляционную жалобу ответчиков - не подлежащей удовлетворению.
Иные участвующие в деле лица своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
Заслушав объяснения представителей ответчика, истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.
В силу статей 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. Достоинство личности охраняется государством. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утверждённых Приказом Министерства юстиции Российской Федерации N189 от 14 октября 2005 года.
Согласно ст. 15 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В соответствии со статьей 23 указанного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности (часть 1); норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (часть 5).
В силу п.18 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года N189, размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями ст. 33 Федерального закона на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО, либо лицом, его замещающим.
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 года первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях N663 С (XXIV) от 31 июля 1957 года и N2076 (LXII) от 13 мая 1977 года, предусматривают, в частности, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.
В соответствии с п.15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 октября 2003 года N5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ" суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
Судом установлено, подтверждается материалами дела, в том числе, материалами прокурорской проверки, и не оспаривалось участниками процесса, что ДД.ММ.ГГГГ Кубашев Р.К. был доставлен в следственный изолятор по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 2 ст. 131, п. п. "ж, к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ Кубашев Р.К. осуждён Пензенским областным судом по совокупности преступлений к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. ДД.ММ.ГГГГ Кубашев Р.К. выбыл в распоряжение ГУ ФСИН по Свердловской области для отбывания наказания.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Кубашев Р.К. содержался в камере N с Г.Д.В.
Согласно справке ФКУ СИЗО-1 площадь камерного помещения N составляет 6,88 кв. м (согласно техпаспорту, имеющему незначительные расхождения с указанной информацией - 6,9 кв. м), жилая площадь - 6,17 кв. м.
Данные нарушения были выявлены Прокуратурой Пензенской области в ходе проверки, проведенной по обращениям Кубашева Р.К. По данному факту Прокуратурой Пензенской области на имя начальника УФСИН России по Пензенской области внесено представление об устранении нарушений закона.
Таким образом, материалами дела подтверждено нарушение требований норм Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в части необеспечения санитарной площади на одного человека, в период содержания истца под стражей в ФКУ СИЗО-1 г. Пензы.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Установив факт нарушения личных неимущественных прав истца, а также вину Российской Федерации в нарушении таких прав, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что условия содержания истца период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ СИЗО-1 не отвечали требованиям закона.
Проанализировав представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь приведенными правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, исходя из того, что в отношении истца допущены нарушения условий содержания, суд обоснованно пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствовался положениями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывал характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, непродолжительный период времени содержания истца, требования разумности, справедливости и счел возможным удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда частично, в сумме 10 000 рублей.
Судебная коллегия находит приведенные выводы суда правильными, так как они соответствуют обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.
Как утверждают ответчики в жалобе, само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда, поскольку, обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.
Однако, судебной коллегией не принимаются доводы жалобы о недоказанности перенесенных истцом нравственных страданий, об отсутствии в решении ссылок на доказательства, подтверждающие факт причинения истцу нравственных или физических страданий, факт ухудшения состояния здоровья истца в результате превышения санитарной нормы на одного человека в камере, о недостаточной оценке судом продолжительности нарушения прав истца, отсутствие негативных и необратимых последствий от нарушенных прав истца, отсутствие жалоб с его стороны руководству учреждения на условия содержания, либо в другие органы по надзору за соблюдением законодательства об исполнении наказаний.
В данном случае юридически значимым обстоятельством является сам факт нарушения прав истца в части несоблюдения нормы обеспеченности площадью в период его содержания под стражей, который подтвержден материалами дела и ответчиком не опровергнут.
Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
По мнению судебной коллегии, лицо, содержащееся в изоляторе в условиях, не соответствующих установленным нормам, в любом случае испытывает нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения ему морального вреда предполагается. Доводы истца о причинении ему моральных и нравственных страданий ответчиком не опровергнуты.
Подлежат отклонению доводы жалобы о том, что требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требования о признании незаконными действий сотрудников ФКУ СИЗО-1, поэтому, ссылаясь на ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, считали срок для обращения в суд истцом пропущенным.
В рассматриваемом споре установлено, что объектом нарушения являются личные неимущественные права истца, гарантированные законом, тем самым ему причинен моральный вред, который подлежит компенсации ответчиком за счет средств казны Российской Федерации в порядке гражданского судопроизводства.
Отклоняются судебной коллегией и доводы жалобы о том, что размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным. Исходя из требований разумности и справедливости, судебная коллегия считает, что денежная компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей является соразмерной степени нравственных страданий истца. Оснований для уменьшения размера взысканной в пользу истца компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.
Проанализировав положения ч. 1 ст. 99 УИК РФ, ч. 5 ст. 23 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления", приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года N161-дсп "Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации", судебная коллегия полагает, что норма жилой площади, установленная ч. 1 ст. 99 УИК РФ в размере не менее 2 кв. м, не может быть принята во внимание при оценке размещения Кубашева Р.К. в камерах ФКУ СИЗО-1, ввиду отсутствия в данном учреждении общежитий (запираемых помещений) для проживания осужденных, по отношению к которым она подлежит применению. Учитывая, что норма санитарной площади на одного человека, установленная ч. 5 ст. 23 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления" в размере 4 кв. м, не была соблюдена, суд правильно пришел к выводу, что содержание Кубашева Р.К. в камере N ФКУ СИЗО-1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ требованиям закона не соответствует.
Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным письменным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены верно, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.
С учетом изложенного решение суда является законным, оно основано на правильном толковании и применении норм материального права и соответствует доказательствам, имеющимся в деле, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для его отмены по доводам жалобы.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
Определила:
решение Октябрьского районного суда г. Пензы от 05 декабря 2018 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков - Федеральной службы исполнения наказаний России и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
